Часть 1
4 января 2019 г., 22:10
Мистеру Питеру Паркеру…
На диване Тони уже как на своем собственном. Нет, даже лучше. Дома Питер не мог быть ни спокойным, ни искренним.
…мы рады сообщить вам…
Питер сжимал в руках конверт, время от времени мысленно одергивая себя: нельзя мять его так сильно. Другие бы уже само письмо повесили в рамочку и за стекло. Питер сильно зажмурился, чтобы слезы вкатились обратно.
…вы зачислены в Гарвардский Университет…
Питер ничего не сказал тете Мэй. Ничего не сказал Неду. Да он никому не сказал ни слова, решив сначала самостоятельно разобраться со всеми проблемами, а потом прийти с готовым заявлением: дорогие родственники, я никуда не еду. Было ли это проблемой? Мог ли вообще стоять вопрос о необходимости уехать? 12 лет отличной учебы и тонны олимпиад по всем предметам. Ради того, чтобы остаться дома.
— О, ты уже здесь. Как жизнь? — голос, который Питер узнал бы из тысячи. Да чего тут, его любой бы узнал. Но лишь Питеру были известны все тонкости интонаций и тембра.
— Все в порядке. — Не нужно давно знать Питера, чтобы понять, что все далеко не в порядке.
Тони сел на диван рядом с Питером и как всегда приобнял его. И это был первый раз, когда Паркер неловко выбрался из объятий, уперся локтями в колени и уставился в пол. Быть к Тони как можно ближе — единственное, чего ему хотелось, но сейчас он не чувствовал обычной свободы и спокойствия. Он хотел бы положить голову на грудь Старку, медленно очерчивать пальцем контуры реактора и невнятно лепетать что-то о том, как он сегодня спас старушку. Но сейчас он просто не мог: образ любимого человека с каждой секундой ускользал все дальше.
— Кажется, я поступил в Гарвард.
Тони должен был пошутить про «когда кажется — крестись», но на этот раз промолчал. Выдержав мгновение — как будто успел все обдумать, ага, конечно — он улыбнулся.
— Это… это очень здорово, Питер! Поздравляю тебя.
Питер передал Тони письмо, будто в подтверждение своих слов. Тони пробежался по нему глазами, хотя необходимости в этом не было: он был уверен в своем мальчике. С самого начала был уверен.
— Я не поеду. — Питер избегал взгляда Тони, зная, что он сейчас скажет.
— Как не поедешь? Конечно поедешь! — Да, именно это.
— Нет.
— В чем проблема? — серьезно начал Старк, придвинувшись к Питеру и практически вынуждая парня посмотреть на него. А тот не мог воспротивиться. — Дело в цене курса? Да мы оплатим хоть двадцать семестров вперед…
— Не нужно, у меня полная стипендия и грант, — перебил Питер.
— Ну конечно, — смягчился Тони, — ты ведь у нас умничка.
— Тони, я слишком привык к тебе.
Еще бы. Они встречались почти каждый день. Часами сидели на крышах. Разговаривали или просто молчали. Питер регулярно отлучался с ночевкой на «школьную экскурсию». Каждый раз, смотря на Тони, он видел одновременно и мистера Старка, ослепительного и неподражаемого, его кумира лет с девяти, при одном только виде которого он уже не мог унять сердцебиение, и мягкого, заботливого любимого человека, который вмиг мог его успокоить и согреть, что бы ни случилось. Питер не мог представить себе ни одного дня без Тони.
— Дело только в этом?
— «Только»? Ты серьезно?
— Прости. Ну, ты же знаешь, дети рано или поздно покидают гнездо…
— Ты мне не отец, чтобы так говорить! — воскликнул Питер и будто в доказательство этого обхватил ладонями лицо Тони и прильнул губами к его губам.
Так знакомо и так безопасно.
— Подумай, сколько возможностей, — снова начал Тони, нехотя отстранившись на пару дюймов.
— Разве в Мстители берут только с высшим образованием?
Тони усмехнулся.
— Ты так талантлив. Мог бы стать кем угодно, а стал Человеком-Пауком.
— Не худшая должность.
Они помолчали. Их колени соприкасались, но ни один не собирался извиняться или отодвигаться в смущении.
— Я буду приезжать. Каждую неделю, — пообещал Тони. — Ты только учись там, где хочется. Я же знаю, ты всегда хотел в Гарвард.
— Говорят, те, кто там учится, никогда не видели сам Бостон, — грустно усмехнулся Питер.
— Я обещаю, ты увидишь все. Весь мир.
— Но я и так уже видел тебя, Тони.
Старк засмеялся.
— Черт, Паркер, ну какой же дешевый подкат! Ничему у меня не научился.
— А вот это уже обидно.
— Да ладно, ты самый способный мой ученик.
— И единственный.
— Ну разумеется. — Тони взял Питера за руку: сначала ласково и аккуратно, а потом сжал крепко-крепко и больше не хотел никогда отпускать. Минута молчания — траур по пикникам на многоэтажках. Глупо и опрометчиво грустить об этом, как будто в Бостоне нет крыш. Хотя таких, возможно, и нет.
— Мистер Старк, я не хочу уезжать, — нарушил тишину Питер. «Мистер» — как старая привычка, как напоминание о самом начале, о стадии отрицания и неловких обожающих взглядах, о том, что когда-то они были намного дальше, чем каких-то пара штатов. Подумать только.
— Правда не хочешь?
— Ну, головой хочу, а сердцем — нет. Мне правда нужно туда, но я так долго тебя не увижу…
— Пожалуйста, Питер, включи на этот раз голову, — мягко посоветовал Тони. — Ну хоть разочек.
Питер вздохнул. Он не боялся, что Тони найдет себе кого-то еще. Возраст требовал сильной безоговорочной любви, а небольшой опыт не позволял сомневаться. Но впереди была целая жизнь, и состояла она не только из отношений. Питер вздохнул еще раз.
— Пятница, найди список необходимых в универе вещей.
— Не беспокойся, малыш, — улыбнулся Тони. — В школу мы тебя соберем.
