Жить по своим правилам

      Если утро не задалось, то не стоит ждать хорошего продолжения дня.       Эдвард отправился на охоту с Эсми, а засыпать без его присутствия под боком я отвыкла, поэтому всю ночь вертелась по кровати и дремала в полглаза. К завтраку он не вернулся, так что в добавок я лишилась традиционной чашки великолепного кофе.       За пять минут до моего выхода из дома на улице разразилась гроза. Я замерла на крыльце и посмотрела в темнеющее небо. Невольно меня пронзило предчувствие близкой опасности. Ледяной страх сдавил сердце, его противные щупальца пробежали по позвоночнику и осели в животе тяжелым комом. Я суеверно поежилась.       Первые капли дождя упали, когда я почти дошла до машины. Я забралась в салон и судорожно захлопнула дверцу, отрезая себя от внешнего мира. Включенная печка согрела тело, а задорная музыка на усиленной громкости с легкостью перекрыла шум за окном.       Обозвав себя трепетной девицей и паникершей, я вырулила на дорогу. Но, видимо, Вселенная решила добить меня. Сначала что-то заскрежетало под днищем, а затем моя красавица встала мертвым грузом посреди лесных зарослей. Я попробовала завести ее вновь, но безуспешно. До выезда на шоссе оставалось меньше мили.       Я позволила себе ровно одну минуту слабости, после чего схватила сумку и зонтик, и вылезла наружу. Водоотталкивающие и согревающие чары помогли благополучно преодолеть путь до остановки общественного транспорта, но мое настроение было напрочь испорчено.       Само собой на тригонометрию я опоздала. Мистер Варнер в наказание устроил мне блиц-опрос. Очередная «С» в табеле не прибавила мне уважения в глазах учителя.       Белла, сидевшая по соседству, весь урок как-то странно косилась на меня, но играла в молчанку. И правильно делала, потому что у меня чесался язык высказать ей парочку мыслей.       Со звонком я первая выскочила из класса. В коридоре, небрежно прислонившись к стене, меня поджидал Эдвард со стаканчиком кофе и шоколадным маффином.       — Доброе… — начал вампир, но осекся на полуслове и просто вручил мне свои подношения.       Горячий миндальный латте и кексик скрасили расстояние до кабинета литературы.       — Привет! — я поцеловала Эдварда, когда мы устроились за партой.       Каллен снова согнал Джозефа с его законного места, чем не на шутку разозлил парня. Уилсон должен поблагодарить своего ангела-хранителя, потому что его словесный выпад не произвел на вампира впечатления. Он отмахнулся от него, как от надоедливой мухи.       Вообще Эдвард проявил чудеса наглости и перекроил свое расписание, чтобы большинство наших занятий совпадали. Он даже перевелся в класс французского, чем буквально оскорбил учительницу испанского, которая в нем души не чаяла. На данный момент напору Каллена сопротивлялся только мистер Варнер. Я подумывала приложить его «Империо», пока вампир не докатился до откровенной взятки.       — Прости, — сказал Эдвард, удерживая меня за шею, — Охота немного затянулась.       — Надеюсь, что вы с Эсми повеселились, — чуть смягчившись, ответила я.       — Я не видел на парковке твоей машины, — Каллен по-прежнему не торопился меня отпускать, но я ласково провела ладонью по его груди и отстранила от себя.       — Пришлось добираться своим ходом, — произнесла я, насупясь, — Проклятая машина заглохла прямо в лесу.       — С тобой все хорошо? — взволнованно спросил вампир.       Я посмотрела на него с каменным выражением лица.       В класс пружинистым шагом вошел мистер Хардвик, чем фактически спас Эдварда от справедливой кары за тупые вопросы.       На уроке мы анализировали роман Натаниэля Готорна «Алая буква». Для меня его главным достоинством был размер. Я осилила книжку за день, при том, что частенько прерывалась на пятнадцатиминутные паузы, чтобы побиться головой об ближайшую твердую поверхность. Помимо того, что это произведение было крайне занудным и пронизанным пафосом, так еще и весьма спорным в деталях.       — Не хмурься, а то морщины раньше времени появятся, — прошептал Каллен, наклонившись ко мне.       Я прислушалась к пылкой речи Анжелы про несгибаемый дух, силу и гордость Эстер Прин.       — В чем-то я с ней согласна, но меня раздражает, когда любовью пытаются прикрыться и оправдать ею свои поступки. Ради любви люди способны на подвиги, но также нередко совершают отвратительные вещи.       Эдвард задумчиво перевел взгляд на доску, словно в ней таился смысл мироздания.       В конце урока мистер Хардвик обратился к нам с «потрясающей» новостью:       — Директор разрешил нашему театральному кружку поставить «Ромео и Джульетту».       Женская половина класса встретила его слова бурными аплодисментами.       Я скрестила пальцы под партой, чтобы меня этот кошмар миновал. Не прокатило.       — Мисс Поттер, не желаете поучаствовать в пробах? — с вызовом в голосе поинтересовался учитель, — Каждая девушка мечтает примерить на себя роль Джульетты.       Каллен рядом отчетливо ухмыльнулся.       — Нет, спасибо, — я мило улыбнулась, — Можно я буду Меркуцио?       Мистер Хардвик нервно поправил очки на переносице.       — Чума возьми семейства ваши оба! — с чувством воскликнула я.       По классу разлетелся взрыв смешков.       Мужчина кашлянул, призывая к тишине.       — Мы не в театре бурлеска викторианской эпохи, мисс Поттер, — произнес он, доставая из своего портфеля распечатки, — Присмотритесь к женским персонажам.       По распоряжению мистера Хардвика Майк раздал нам листы с характеристиками главных героев пьесы и расписанием прослушиваний в актовом зале.       — Гиацинта, чем ты вообще занимаешься в театральном кружке? — спросил меня Эдвард, когда мы покинули класс, — Учитывая твою явную нелюбовь к классической литературе и сценическому искусству.       — В основном прячусь в кладовке с реквизитом, иногда чиню магией декорации и костюмы. А так — читаю или полирую Уильяма тряпочкой, жалуясь ему на помешанных, что часами могут обсуждать значение прогулок в развитии отношений героев «Гордости и предубеждения».       — Что за Уильям? — с подозрением проговорил Каллен.       — Бутафорский череп, — пояснила я терпеливо, — Наверняка чудики выкрали его из класса анатомии, чтобы пародировать Гамлета.       — Значит Уильям — в честь Шекспира? — Эдвард сегодня катастрофически тормозил.       — Нет, в честь принца Уильяма, — выпалила я резче, чем следовало, — Ведь лет через двадцать макушка Его Высочества будет такой же сверкающе-гладкой, как у тезки.       Каллен от удивления не нашелся что ответить.       Во мне бурлило столько негативных эмоций, что они грозились вот-вот перелиться через край. Хотелось кричать, спорить и возражать. И чем они были вызваны, можно лишь догадываться.       В столовой мы подсели за столик к Розали и Эммету.       — А где Элис и Джаспер? — уточнила я, безжалостно протыкая трубочкой сок.       Без буфера в виде жизнерадостной вампирши и эмпата, который способен угомонить и толпу футбольных фанатов, кто знает, чем закончится этот ланч.       — Поехали в Порт-Анжелес за покупками, — легкомысленно отозвался Эммет.       — В будний день вместо уроков? — я недоверчиво изогнула бровь.       Здоровяк философски пожал плечами.       — Элис непредсказуема, как всякая женщина.       — Мне тут сорока на хвосте принесла, что у кого-то возникли проблемы с машиной, — скучающим тоном протянула Розали.       — Вот как? — я сдержанно улыбнулась, — Ну, предположим.       — Детка — лучший механик в этом захолустном городишке, — отрекламировал свою девушку Эммет.       С кукольного лица блондинки на секунду слетела маска высокомерия. Я с изумлением поняла, что под личиной надменности и презрения скрывалось что-то еще. Опять-таки не факт, что это нечто было не ядовитым.       — Тогда боюсь простому смертному ее услуги не по карману, — с напускным огорчением констатировала я.       — Сочтемся, — насмешливо заявила Розали. Прозвучало жутковато.       Вампирша величественно поднялась и уставилась на меня практически с гастрономическим интересом.       — Отдай Роуз ключи от машины, — сказал Эдвард со вздохом.       Я скрепя сердце вложила брелок в бледную руку с аккуратным маникюром.       Эммет и Розали продефилировали из столовой, провожаемые завистливыми взглядами школьников.       Я крутила в пальцах морковную соломку и размышляла, насколько Роуз Де Виль компетентна в ремонте машин. Прозвенел звонок, а все мои думы свелись к тому, что в перспективе не так важно поменяет она местами парочку деталей случайно или нарочно. Врачам в больнице уж точно будет не до таких нюансов.       Сразу после уроков Эдвард наскоро поцеловал меня и свинтил куда-то по своим загадочным делам, передав на попечение Розали. Я до того растерялась, что не успела возмутиться. Всю дорогу я мысленно костерила вампира и воображала изощренные сцены мести.       Шикарный «BMW» блондинки остановился позади моей брошенной в лесу красавицы.       — Тропа слишком узкая, — заключила Розали с мрачной миной, — Я не смогу объехать, чтобы привязать трос.       Мы выбрались из салона и она изучающе обошла пространство вокруг моей машины. Вдруг вампирша засунула кисть под корпус автомобиля, приподнимая его над землей.       — Эй, Халк, смотри не надорвись, — поспешила я ей на выручку, — Ну-ка отойди!       Как ни парадоксально, но Розали без колебаний повиновалась.       Я вытащила волшебную палочку и втихомолку помолилась Основателям.       — Вингардиум левиоса! — произнесла я, направляя древко на машину.       Я никогда не левитировала предметы со схожей массой, поэтому очень переживала за целостность моей девочки. Я любила ее не меньше, чем «Молнию», подаренную когда-то Сириусом.       Машина медленно, но верно воспарила вверх.       — Надо же, твоя магия порой бывает полезна, — снисходительно заметила Розали.       — Это ты еще не видела, как мастерски я заправляю одеяло в пододеяльник, — ответила я, не ослабляя концентрации.       Совместными усилиями мы доставили автомобиль к моей подъездной дорожке.       Роуз сняла дизайнерское пальто, расчехлила полевой набор механика и принялась ковыряться в диковинных инструментах, которые выглядели, как орудия пыток.       — Кофе не предлагаю, а кровь я в своем холодильнике не держу, — мне было неловко слоняться без дела, пока блондинка работает, — Может быть чем помочь? Я — отличный ассистент, честное гриффиндорское! Ну, когда не надо потрошить крыс и резать флоббер-червей.       — Я позову тебя, если понадобится, — Розали открыла капот и углубилась в его таинственные недра, — Расскажи мне о своем крестнике.       — Это последнее, что я ожидала от тебя услышать, — призналась я искренне.       — Я люблю детей, — с аналогичной интонацией вампирша могла бы сказать «я люблю сухие хлопья на завтрак».       Я прикусила щеку, чтобы не сморозить обидную глупость.       — Тедди — маленькая змейка с душою барсука, сердцем льва и соображалкой ворона. Его родители погибли на войне. Теперь его семья — это я, Андромеда и Кингсли. Девочка-которая-выжила, изгнанница рода Блэк и министр магии. В Хогвартсе волчонку будет очень весело.       — Я бы хотела познакомиться с ним, — приглушенно вымолвила Роуз.       — Летом я планирую забрать его в Форкс, чтобы Андромеда отдохнула. Воспитание ребенка требует полной самоотдачи. Это совсем нелегко. Дети бывают непослушными, капризными и своенравными. С магическими детьми умножай все проблемы на десять. Если обычный ребенок не захочет есть кашу, то он просто перевернет тарелку или расплачется, а юный волшебник может что-то взорвать, поджечь или телепортировать. Однажды Тедди не понравился суп, что приготовил Кричер. Я отвлеклась на мгновение, а тарелка уже пропала. Мерлин ведает, куда он ее закинул. Может на чердак, а может на голову какому-нибудь магглу в Ливерпуле. Воспитание ребенка — это работа без выходных с высоким уровнем тревожности.       Внутри машины что-то щелкнуло.       — Подержи это, — блондинка всучила мне кусок трубы.       Я решила, что автобус — не худший вариант для перемещения по городу.       — Вампиры не могут иметь детей, — буднично произнесла Розали, — Я никогда не стану матерью.       — Усыновление? — спросила я на пробу.       — Мы — вампиры, — процедила она язвительно.       — Не аргумент! Ты новости смотришь? Весь штат гудит из-за того, что какая-то девица из трейлер парка… Что такое трейлер парк? Впрочем, пофиг! Так вот, эта слабоумная продала своего ребенка мексиканским гангстерам в счет уплаты долга за наркотики. По сравнению с этой «матерью года» вы с Эмметом стали бы замечательными родителями.       — Почему ты меня подбадриваешь? Я тебе даже не нравлюсь.       Я закатила глаза к пасмурному небу.       — Ты — часть семьи Эдварда. Какой бы заносчивой стервой ты ни была, родственные узы для меня — не пустой звук. Мне небезразлично твое благополучие, Розали.       — Гиацинта… — было видно, что вампирша колеблется, — Эдвард любит тебя.       — Я знаю, — ответила я с теплотой, — Я тоже его люблю.       Розали нахмурилась, но затем ее лицо вновь сделалось похожим на фарфоровую венецианскую маску.       — Итак… Хорошая новость в том, что я смогу устранить поломку. Плохая — за нужной деталью придется ехать в Порт-Анжелес или заказывать доставку.       — Окей, скажи мне, как она называется. Я что-нибудь придумаю.       Если Эдвард будет чересчур занят, чтобы свозить меня в магазин запчастей, то я попрошу Ану одолжить мне машину. Ее «Chevrolet» — ровесник Каллена, но все еще на ходу.       Блондинка свалила домой, а я взялась за ужин.       Я чистила картофель, когда объявился Эдвард. Вампир обнял меня со спины и прижал к своему телу.       — Покончил с делами? — спросила его с любопытством.       — Угу, — пробормотал Каллен, потеревшись щекой о мои волосы.       — У нас же не намечается какой-то особенной даты? Типа шестьдесят девять дней с тех пор, как мы потрогали друг друга за интимные места.       Я паршиво разбиралась во всей этой романтической дребедени.       Эдвард тихонько засмеялся.       — Нет, любовь моя, — он нежно коснулся губами моего обнаженного плеча, — Я стараюсь не считать дни, а наслаждаться ими.       — Умничка, — я извернулась и наградила его поцелуем, — Порежь-ка салат, а я доделаю рагу.       Я любила вместе с Эдвардом хлопотать на кухне, валяться на диване у камина или танцевать в гостиной под американский джаз. Именно так я представляла себе счастье.       Под шипение масла на сковороде, стук ножа по разделочной доске и божественный аромат мяса и трав мои утренние страхи показались пустячными.       Выпитое за ужином вино и горячий душ расслабили меня. Я втирала в кожу увлажняющий крем, мечтая о полноценных восьми часах сна. Вампир лежал на кровати и против обыкновения листал не вековой фолиант на латинском, а «Волшебный корабль» Робина Хобба.       — Твоя сестрица пообещала вернуть мою машину в строй, — отчиталась я Каллену, — Только мне надо наведаться в Порт-Анжелес и купить какую-то хреновину.       — Я сам съезжу, не заморачивайся, — быстро ответил Эдвард, — Эсми как раз поручила мне забрать там посылку.       — Или мы можем поехать вдвоем, — возразила я упрямо, — Заодно устроим себе свидание. Погуляем по городу, посетим Национальный парк «Олимпик» и полюбуемся с пристани на океан. Романтично, разве нет?       Скрип рамы помешал Эдварду высказаться. Баночка с кремом выпала из моих пальцев и шмякнулась на ковер, когда окно распахнулось и в комнату запрыгнул Эммет.       — Какого Мордреда?! — вскрикнула я, запахивая халат.       — Всем салют, — бодро поздоровался вампир.       — Эммет, у тебя какие-то сложные отношения с входными дверьми? — осведомилась я желчно.       — Да ладно, Гиацинта, — он поиграл бровями, — Вы даже не голые. Я проверил, прежде чем нагрянуть в гости.       — Что?! — рассвирепела я, — То есть ты еще шпионил за нами?!       Эммет шагнул назад, инстинктивно выставив руки.       — Я пришел попросить Эдварда составить мне компанию на охоте, — он опасливо покосился на брата.       — Конечно, — Эдвард скатился с кровати и кивнул ему на окно, — Иди, я догоню.       Дважды повторять не пришлось. Эммет извиняюще улыбнулся мне и сиганул в темноту.       Я сложила руки на груди, глядя на красочный рисунок птичек на стене. На Эдварда я смотреть отказывалась.       — Гиацинта… — вампир приблизился ко мне и понуро склонил голову.       Я просто продолжила стоять молча.       — Любовь моя, — Каллен потянулся к моему лицу, но я резко отпрянула, — Я должен помочь брату. У них с Розали сейчас не все ладится.       Я вспомнила, как блондинка флегматично вычищала машинное масло из-под ногтей.       — Вчера ты помогал Эсми, сегодня — Эммету, — каждое мое слово жалило Эдварда острием кинжала, — А завтра ты выйдешь в патруль с папочкой Беллы?       Меня грызла не обида, а… непонимание? интуиция?       — Гиацинта, — с мольбой произнес Каллен.       — Знаешь что? — холодок равнодушия проник в мое сердце, — Тебе действительно лучше уйти.       Я отвернулась от вампира, направляясь в ванную.       — И будь так любезен покинуть мой дом, как цивилизованный человек, — бросила ему на пороге.       Я закрыла за собой дверь и прислонилась лбом к деревянной поверхности.       Ощущение одиночества душило. Мне казалось, будто я не поспеваю за собственным дыханием.       Вдох-выдох… вдох-выдох…       Я присела на бортик ванной, тупо рассматривая плитку под ногами. Капельки влаги на ней, словно аллегория слез, которые я с трудом сдерживала.       Вдох-выдох… вдох-выдох…       Ногти впились в тонкую кожу на коленях, причиняя боль. Это помогло мне стряхнуть пелену оцепенения.       — К Мордреду! — сказала я, горько усмехнувшись.       Я погасила везде свет и улеглась в кровать. Волшебная палочка и кинжал были спрятаны под подушку. Закутавшись в одеяло, я обняла себя руками, чтобы защититься от холода, который начинал пробирать меня до самых костей.       Вдох-выдох… вдох-выдох…       На следующий день в школе я игнорировала Эдварда и остальных Калленов в количестве двух штук. Своим визитом почтили занятия Элис и Джаспер. Вероятно, Эммет и Розали подхватили от них приступ шопоголизма.       Оказалось, что избегать своего соседа по парте — целое искусство. Зато я познакомилась с милой девушкой по имени Сьюзи. И узнала много полезного о готической субкультуре.       В итоге я воспользовалась толкучкой и ускользнула из школы незамеченной. Автобус довез меня до центра города, откуда я побрела к Ане в видеопрокат.       К моей досаде подруги на месте не обнаружилось. В помещении хозяйничала Изабелла Свон.       — Ты как здесь очутилась раньше меня? — резонно спросила я девушку, — И почему на тебе блузка Аны? С кофейным пятном?       Белла застенчиво улыбнулась.       — У Аны сегодня зачет, поэтому она попросила меня приехать пораньше. Я соврала мистеру Уилсону про головную боль и он отпустил меня с урока.       Я рассмеялась. Правильная девочка Свон нарушила правила.       — А блузка, — Белла страдальчески поморщилась, — Я купила нам с Аной кофе навынос.       — Ауч, — понятливо хмыкнула я.       — Ну да, весь Форкс в курсе про мою выдающуюся неуклюжесть, — без обиняков посетовала девушка, — Я опрокинула стаканчик на Ану, поэтому мы поменялись кофтами.       Да уж, у них тут чувствовалась своя атмосфера.       Меня спонтанно озарила безумная идея.       — Белла, — я добавила в голос сахарного сиропа, — Можно я позаимствую твою машину? Мне нужно смотаться в Порт-Анжелес, а я временно не на колесах.       — Даже не знаю… — с сомнением откликнулась Свон.       — Все будет в порядке, — поклялась я, — Я быстренько съезжу туда и обратно.       — Ладно, — неожиданно сдалась она, — Но, Гиацинта, пожалуйста, будь поаккуратнее. В мой текущий бюджет не заложена покупка новой машины. Я еле впихнула в него платье на выпускной.       — Спасибо, спасибо! Ты меня очень выручишь, Белла. В качестве благодарности позволь подарить тебе платье. И туфли. И что там еще нужно для праздника?       — Кавалер? — карие глаза с хитринкой посмотрели на меня.       — Я полагаю, что один высокий и широкоплечий молодой человек с черными волосами и очаровательной улыбкой более чем готов стать твоим спутником.       — Джейкоб — мой друг, — робко воспротивилась девушка.       Я с умным видом покивала на ее очевидное заблуждение.       Пикап Изабеллы нещадно дребезжал и тарахтел. Я всерьез боялась, что он повторит судьбу моей машины, но все обошлось.       В магазине мне сказочно повезло и необходимая для ремонта деталь была в наличии. Совершив покупку, я потратила полчаса, чтобы спокойно попить латте на террасе уютного кафе.       По пути домой меня одолели грустные мысли. Эдвард и его поведение опять заставили меня понервничать.       Книжки по психологии уверяли, что в любом конфликте виноваты обе стороны. Я не собиралась признавать за собой вину там, где ее не было. Недомолвки и странности накапливались, как снежный ком. Мой индикатор подозрительности зашкаливал и подсказывал: что-то не так.       Я стала восстанавливать в уме обратную цепочку событий. Вся чертовщина началась с выходных, что наталкивало на определенный вывод…       Внезапно за лобовым окном мелькнула призрачная фигура. Я рефлекторно ударила по тормозам. Ремень безопасности врезался мне в живот. Шины жалобно завизжали и машина затормозила.       Я нашарила застежку и освободилась от плена страховочной ленты. Сжав в пальцах волшебную палочку, вышла из автомобиля. Прорезавшая лесной массив дорога была пустынна, но через несколько мгновений раздался протяжный волчий вой, от которого у меня на голове зашевелились волосы.       Вся ситуация напоминала эпизод из дешевого фильма ужасов. Я понимала, что надо срочно рвать когти и чем дальше, тем лучше. Но что-то меня останавливало. Я рассматривала местность, но кроме деревьев и шоссе никого и ничего не видела.       Мотоциклетный шлем в придорожных кустах я заметила по чистой случайности. Ветерок или пробегающая мимо живность задели ветки, отчего зашелестела листва. Неумолимая сила повлекла меня туда.       Как в прострации, я подняла серебристо-черный предмет экипировки. Защитное стекло треснуло, а тканевая подкладка была заляпана бурыми пятнами крови.       Мои глаза вонзились в чащу. Секунду спустя я сорвалась вперед.       Знакомый до мельчайшей царапины мотоцикл был неряшливо брошен в небольшом овраге. Я закружилась вокруг, ища поблизости…       Паника парализовывала разум, но вбитые с опытом рефлексы действовали автономно. Взмах палочкой, заклинание — и я помчалась по лесу на пределе своих возможностей, подгоняемая страхом, продираясь по зарослям и перелезая через буреломы.       Довольно скоро меня вынесло на крохотную полянку, притаившуюся в густой сосновой поросли. Первым, что я приметила, был огромный волк, настоящий монстр среди себе подобных. Расставив лапы и вздыбив шерсть на холке, он угрожающе зарычал.       Я вскинула палочку, готовая обороняться. Волк пригнулся и оскалился, демонстрируя чудовищные зубы. Внушительное тело зверя загораживало обзор, но когда он сместился для атаки, я разглядела за его тушей женские ноги в кожаных штанах и байкерских сапогах.       Ярость и ненависть обрушились на меня гигантской штормовой волной.       — Авада Кедавра! — мои внутренности сжигала потребностью убивать.       Волк проворно увернулся от Смертельного проклятья, чем только навредил себе.       — Бомбарда! — невидимый луч вспорол землю под его лапами.       Зверь испуганно взвизгнул и шарахнулся в сторону.       — Коньюнктивитус! — красная вспышка ослепила тварь, — Круцио! Траэре! Сангиус!       Я метнулась к лежащей на траве подруге.       Монстр отчаянно завопил, корчась в агонии.       Вдруг из кустов с громким злым рычанием выпрыгнули четыре его собрата. Перевес сил качнулся в пользу противника.       Я ухватила Ану за руку.       — Бомбарда! — заклинание посеяло хаос и панику во вражеском строю, — Аппарейт!       Мы приземлились на лужайке перед крыльцом моего дома.       Светлые волосы подруги слиплись от крови, на неестественно белом лице пестрели следы грязи и ссадины, но самой жуткой была рваная рана на шее.       — Хиларитус! Вулнера Санентур! Энервейт! — тело Аны конвульсивно дернулось, но все лечебные чары будто канули в никуда.       Я попыталась нащупать пульс на запястье.       Реальность исказилась, теряя фокус. К горлу подкатила тошнота, но гораздо хуже было осознание чего-то страшного и непоправимого.       — Энервейт! Энервейт! Энервейт! — твердила я, задыхаясь и глотая слезы.       — Гиацинта, — до моего слуха донесся голос Эдварда.       — Тебе нужно увести ее в дом, — где-то неподалеку заговорил Карлайл, — Мы позаботимся о… девушке.       — Энервейт! Энервейт! Энервейт! — слепая надежда испарялась, как дым на ветру.       Мое тело завибрировало, подобно сжатой пружине.       Вдох-выдох… вдох-выдох…       Пальцы зудели от магических импульсов.       Вдох-выдох… вдох-выдох…       — Гиацинта, — Эдвард положил руки мне на плечи.       Воздух затрещал, напитываясь удушливой энергией, и Каллена отбросило от меня мощным потоком магии.       Вдох-выдох… вдох-выдох…       Вдох…       Я закричала… И кричала, кричала, кричала, выплескивая из себя всю ярость и боль.       Мои амулеты накалились. В груди нарастало и нарастало давление… пока свистящий фиолетовый вихрь не вырвался на свободу…