Разбавь мою тишину

Марк пришёл домой очень уставшим. Его работа, может, и позволяла жить не впроголодь, но она высасывала из него последние силы и мечты, оставляя парня только с желанием поспать или сдохнуть. Второе он конечно сразу отметал: кто-то же должен был навещать маму раз в неделю и ходить с отцом на бейсбол раз в месяц, но вот вести любую другую социальную активность парень отказывался. Сегодня снова шумели в квартире этажом выше. Марка это не бесило, просто мешало спокойно уснуть на любимом диване. Да и заглушало очередную смазливую дораму, которую зачем-то так внимательно смотрел юноша. Наверно потому что он и сам мечтал о такой жизни, как у её героев. Яркой, активной, всесторонней, чтобы со всевозможными приключениями и неожиданно нагрянувшей любовью. Но пока единственное приключение парня — это дойти целым до мусорного бака и обратно. Скучно и невыразительно. А ещё одиноко. Друзья то в разъездах, то в работе, с родителями это совсем не то общение, а коллег молодой сотрудник особо не интересует. Так он и живёт, перемещаясь между домом, работой и мусорным баком. Ну и слушая активную жизнь местной студенческой общины этажом выше. Наконец не выдержав какофонии звуков в своей голове и окончательно убедившись, что он не понимает сюжета дорамы, Марк решил выйти на балкон и подышать свежим воздухом, а заодно проветрить мозги от кучи ненужных мыслей. В это время, в ранее упомянутой квартире выше, обычный студент журфака смотрит на беснующуюся толпу своих однокурсников и знакомых с других курсов и думает лишь об одном. «Меня достали эти вечеринки. В почках уже сидят. Голова уже трещит. И почему всегда в моей квартире?» Когда очередная пьяная целующаяся парочка скрылась за дверью ванной, Лукас не выдержал. Он подорвался и не обращая внимания на удивлённых друзей кинул им «я на перекур» и вышел из квартиры к лестничному пролёту. — Как же меня всё это достало, — громко бубнит парень и достаёт сигарету, чтобы не спалили. Он вообще-то не курит, но для вида всегда носит с собой почти пустую пачку каких-то сигарет, которую кто-то забыл после одной из вечеринок. Лукас не зажигает сигарету, просто вертит в длинных пальцах. Могу точно сказать, что вертит он её очень умело. — Хэй! Голос раздаётся где-то снизу и парень спускается на пару ступенек, садясь на самую верхнюю. Проём достаточно большой, чтобы через него видеть собеседника. Мальчишку на вид, растрёпанного и, казалось, замученного этой жизнью. Лукас немного в шоке, но ему интересно. Он вопросительно смотрит на звавшего. А Марк и сам не знает зачем позвал. Просто парень шумный такой. А Ли поговорить захотелось. — Чё ты шумный такой? Сам как одна большая вечеринка… — И? Я по жизни такой, и что теперь? — Лукас играет, просто интересно, к чему приведёт эта странная беседа. — Ну… Ты говоришь, что тебе надоело, а я один, да и заняться мне нечем… Может зайдёшь на чашку чая? — Марк и сам не до конца втупляет, что он только что сделал. Зачем он позвал этого шумного парня? Но мозг в этот момент как-то не очень хотел логично принимать решения, да и вырвалось уже, что отнекиваться-то? — Тебе что, жить надоело, раз незнакомых людей в дом приглашаешь? — Лукас лыбится во все 32, но мысленно уже ставит галочку иногда присматривать за дверью соседа. Зачем? Ну, он милый, и копов на него не вызывает. Да, про копов это основное. — Да нет, — лепечет в ответ Марк, отводя взгляд и слегка краснея, всё-таки он уже не рад своей идее, но не успевает и слова добавить в оправдание. — Да ладно, я только за, жди через минуту, можешь как раз успеть чайник поставить, — Лукас буквально вскочил с места и договаривал уже открывая свою дверь. Марк, кажется, покраснел. Но он был почему-то очень счастлив. Ли расплылся в мягкой и безумно милой улыбке и отправился к себе, предусмотрительно не закрыв дверь. Лукас же, влетев в свою квартиру и растолкав шумную толпу, нашёл единственного адекватного человека на этой вечеринке, спокойно втыкающего себе в телефон в углу дивана. — Джонни-хён, вот ключи, — связка оказалась в руках у недоумевающего Ёнхо, — а я может быть останусь ночевать у друга, спасибо! И исчез из поля зрения Джонни, который понял, что теперь ему ещё и толпу выгонять придётся. — Ты мой должник, мелкий, — и снова уткнулся в телефон, где происходила явно интересная переписка. Лукас же, не сбавляя скорости, снова вылетел из квартиры и спустился на этаж ниже. И только захлопнув за собой дверь парень остановился как вкопанный и огляделся. Он будто домой вернулся. Домой, где пахнет стиранными вещами, домашней едой и жизнью. Лукас не мог объяснить, что это значит, какой именно это запах, но точно знал, что это аромат тепла и уюта. На звук закрывшейся двери в коридор выскочил хозяин, и не дав гостю опомниться, втолкнул ему в руки пушистые бирюзовые тапочки. — Полы холодные, так что надевай, жду на кухне, чайник скоро закипит, — и улыбка, от которой Лукас выпадает в довольный осадок, — и ещё, бутерброды или тортик будешь? — И бутерброды… и тортик… и буду. Марк весело хихикнул с подобного ответа своего гостя и направился на кухню, где, порывшись в холодильнике, он достал ужин и поставил его разогреваться, а ещё вытащил хлеб, колбасу и сыр для бутербродов. Лукас, неуклюже и как-то по-детски шлёпая пушистыми тапочками по линолеуму, прошёлся в кухню и сел за стол. Он не попытался предложить помощь, потому что вообще боялся разрушить этот уют, создаваемый одним тихим, но таким прелестным парнишкой. Да что таить, Лукас дышал через раз, и краснел, если вдох ему казался слишком громким. Но знал бы он, что от этой тишины Марку было не по себе. Поэтому, закончив с едой и поставив её перед гостем, он обернулся к чайнику и заговорил. — Ты ешь, я думаю тебе будет полезно, сам помню своё студенчество и как питался всякой фигнёй, лишь бы только желудок не урчал, а нормально поесть и времени не было, — кружки наполнились, а Марк не знал как ещё разговорить гостя. Вот только обернувшись он понял, что сейчас лучше просто помолчать. Парень с удовольствием уплетал готовку хозяина и чуть ли не плакал. Он скучал по нормальной еде, ведь сам готовить боялся, зная свою неуклюжесть в данной сфере, а больше и некому было. Ну, а на кафе денег не хватало и он прекрасно понимал, он жил так, как описал парень. А Марк наблюдал и что-то в нём пищало о чём-то неладном. Неладном с его сердцем, которое готово было серенады выстукивать этому чуду, сидевшему перед ним и со слезами на глазах шумно уплетающему стряпню Марка. Он не мог определить, что это за чувство, но он хотел, чтобы оно осталось. Он хотел чтобы остался Лукас. Как будто без него всё потеряет смысл. Марку нужен был звук, шум создаваемый гостем, нужен был этот счастливый взгляд сытого ребёнка, и широкая улыбка этого прекрасного парня. Кажется Марк влюбился. Но ему уже плевать. Ведь влюбился здесь не только он. Лукас понял это ещё тогда, когда перед ним появилась приятно пахнущая еда, сопровождаемая таким заботливым и родным голосом, что хотелось чтобы он не замолкал. Он понял, что влюбился, когда следом появилась кружка парящего чая с ароматом мяты и лимона, а напротив глаза, что наблюдали за ним с особым трепетом. Но на самом деле, он понял это ещё тогда, когда увидел этого странного парнишку, которому было настолько одиноко, что он готов был приглашать незнакомцев к себе домой. Они сидели и смотрели друг на друга. Они дышали в унисон. И им всё нравилось. А потом Марк задал вопрос. А Лукас на него ответил. А потом были ещё вопросы и ещё ответы. Они переросли в болтовню ни о чём, когда говорил в основном Лукас, а Марк просто жил его рассказами, его звучным голосом, что ограждал его от давящей тишины одиночество, погружая в уютный басистый океан. После чая они перебрались на диван и Марк без стеснения улёгся на плечо Лу, продолжая слушать его, его голос и его сердце. Когда они уснули было непонятно, но проснулись они от звонка в дверь. Ну как они… Марк. Потому что он впервые нормально выспался и по сути проснулся сам. За дверью был высокий и красивый парень, который протянул Марку ключи и попросил передать их другу. — Скажи ему, что гостей я всех выгнал, мусор вынес, в следующий раз найдём хату побольше.— Он уже развернулся чтобы уйти, но повернул обратно и добавил.— И скажи, что он везунчик, потому что парень у него милый и прикольный. Всё, я не мешаю, пока! И Ёнхо ушёл от стремительно краснеющего Марка с довольной улыбкой и каким-то отцовским счастьем, потому что его мелкий, его хубэ, нашёл свой «дом». А Марк просто вернулся в зал, положил ключи на стеклянный кофейный столик и вернулся на нагретое место. К своему, возможно, будущему парню. А Лукас упрямо прятал улыбку, делая вид, что спит. Но он был согласен с хёном. Лу нашёл свой дом и он действительно прекрасен.