I promise falling for me won't be a mistake

- Ты псих, - заявляет Чонгук, качая головой и пробуя коктейль. Напиток крепкий, даже крепче обычного, и он знает, что это все заслуга бармена. Тот действительно хорош. Гук оборачивается на парня за стойкой и мысленно благодарит. Тэхен ухмыляется и отслеживает его взгляд. - Решайся, это просто игра, - подначивает он. Предложение звучит весьма невнятно из-за избытка виски и сумасшествия в зачинщике. К счастью, они завсегдатаи этого бара, так что персонал обычно закрывает глаза, если кто-то из компании перебирает и творит херню. - Чувак, так нельзя, - замечает Хосок, толкая Тэ в бок. Впрочем, весь его вид говорит о том, что ситуация его только забавляет. – Ты ужасный человек. Тэхен жмет плечами, все еще улыбаясь, и снова поворачивается к Чонгуку. - Ну так что? - Я постоянно с ним здесь пересекаюсь, Тэхен, неловко же будет… - начинает Чон. - Неловко? Дружище, да ты половину присутствующих в этом баре трахал, уж, наверное, он в курсе. Хватит искать оправдания. Чонгук хмурится. - Тэ… - Ставлю сто долларов, - Тэхен выдвигает новое предложение, удвоив свое предыдущее. - Выбери кого-нибудь другого, - бурчит Гук. Неугомонный Тэхен заливисто ржет, пугая девушек за соседним столиком. - Не-ет, друг, все мы видим, как ты на него пялишься… - Что ты несешь, придурок?.. – прерывает его Чонгук. - А что? Недели, месяцы уже пялишься, не знаю... Иди, поговори с ним, проводи домой, выеби и со спокойной душой выбрось из головы, - напутствует Тэхен. – И получи сотку. Чонгук вздыхает, косясь на Хосока. - Он от меня не отстанет, да? Хосок качает головой и наклоняется, чтобы сочувствующе похлопать друга по спине. - Никогда. - Решайся, - и впрямь не отстает Тэхен, роясь в кармане и являя на свет мятую банкноту. – Сто долларов за то, чтобы перестать сохнуть по смазливому бармену и просто трахнуть его. Чонгук поджимает губу и кивает. Все выпитое этим вечером – единственное логичное объяснение такому решению. - Ладно, ладно, - бормочет он, одним глотком допивая коктейль и вытирая рот ладонью. Алкоголь, определенно алкоголь руководит его действиями. Никакая не тяга к симпатичному бармену, потому что Чонгука к нему так-то и не тянет. Тэхен счастливо смеется и колотит ладонью по столу, заставляя вздрогнуть уже всех в округе. Девушки по соседству переглядываются и собираются на выход. - Ты правда согласен? Чонгук ничего не отвечает. Салютует парням пустым стаканом и поднимается, чтобы начать медленно продвигаться в сторону барной стойки. На самом деле у него нет никакого плана – никогда раньше не приходилось придумывать что-то, чтобы заняться сексом. Люди как-то сами собой оказывались у него в постели. Ему даже не нужно было стараться. Он приближается к стойке, устраивается на высоком барном стуле, на секунду опасно кренясь на бок, и ждет, пока невысокий парень повернется. Едва тот оборачивается, Чонгук расплывается в улыбке. - Привет, красавчик. - Ты пьян, Чонгук, - заключает бармен. – Больше, чем обычно. Чон смеется и пускается в спор. - Вовсе нет. Ты же сам мне наливал, тебе ли не знать, - подмигивает он. – Тебе известно мое имя, да? Тот слегка краснеет, но невозмутимо пожимает плечами. - Ты тут каждый вечер. - Так и есть… Чимин, - добавляет Чонгук под конец, наблюдая за тем, как щеки бармена меняют цвет с нежно-розового на более яркий. Он изгибает бровь и смотрит на него из-под ресниц. - Тебе известно мое имя, да? – смеется Чимин, забирая пустой стакан и снова наполняя его. Чонгук просто смеется вместе с ним. - Всех барменов помнишь поименно? – интересуется Чимин тем же, чуть дразнящим тоном. - Только хорошеньких, - заверяет Чон. Специльно касается пальцев парня, принимая стакан обратно. Отпивает едва ли не половину разом. Чимин закатывает глаза. - Ну конечно, - он открывает рот, чтобы добавить что-то еще, но замечает с противоположной стороны стойки другого посетителя. – Я сейчас, - и отходит. Чонгук выдыхает и делает еще один жадный глоток, пытаясь выровнять сердечный ритм. Не помогает, потому что Чимин успевает вернуться, провести рукой по блестящим блондинистым волосам и… чуть не добить Чонгука. А что, если Тэхен был прав? Этот очаровательный бармен явно заставляет его нервничать. - Извини, работа, - смущенно говорит Чимин, возвращаясь. – Так что тебе налить? Чонгук смеется и качает головой, поднимая стакан к губам. - Ты уже позаботился об этом. - Ох, - хмурится Чимин. – Я, эм… - Какие у тебя планы на вечер? – перебивает его Гук, внезапно неловко икая, и прикрывает рот ладонью под тихие проклятья. - Работаю? – с улыбкой предлагает ответ Чимин. - Ах, работа… Бармен смеется, отходя, чтобы отпустить пиво еще одному посетителю. - Надо же зарабатывать на жизнь. Знаешь ли, не каждому дано родиться с серебряной ложкой во рту. Чонгук рассматривает свои пальцы, потом переводит подозрительный взгляд на парня за стойкой. - Ты ведь не обо мне? - Да нет, - пожимает плечами Чимин, ловко опуская непочатую бутылку белого виски в ведерко со льдом. – Считал когда-нибудь, сколько вы тут спускаете за вечер? Чон сглатывает и бормочет невпопад заплетающимся языком: - Сколько тебе лет? – Корит себя за то, что заикается буквально на каждом слове, потому что ну не настолько уж он и пьян. Это все гребаные нервы и проклятый Тэхен, подославший его позориться перед объектом воздыханий. - Двадцать три. - Хм, - кивает Чонгук, надеясь не выдать волнения. Выглядит Чимин совсем молодо, почти подростком с его невинными глазами, пухлыми губами и ванильными волосами. Но для Чона он оказывается хеном, и это не может не выбить остатки уверенности. Чимин улыбается и упирается локтями в барную стойку, наклоняясь к нелепому клиенту. - Погоди, так ты пытаешься меня подцепить? - Ч-чтоо? - Ты меня клеишь? Чонгук размышляет пару секунд и подается ему навстречу, тоже нависая над стойкой. - Я даже не знаю, - честно отвечает он. Чимин смеется и выхватывает у него недопитый коктейль. Чон шутливо протестует, протягиваясь за рукой бармена, наклоняется еще ближе и неловко взлохмачивает его светлую челку. - Тебе хватит, - бескомпромиссно заявляет блондин. – И я чувствую, как ты держишься за меня. Чонгук медленно кивает. - Возможно, моя неустойчивость как раз от нехватки алкоголя в крови. Видишь ли, мой бармен отбирает мои напитки. - Между прочим, для тебя я их всегда делаю покрепче. Мне нравится, как ты смеешься, когда навеселе, - ляпает Чимин, прежде чем успевает обдумать уместность такого признания. Глаза парня расширяются, и он делает шаг назад, пытаясь отстраниться. Пальцы Чонгука скользят по его запястью, задерживая и не давая уйти. - Кто бы мог подумать, что мой бармен такой романтик, - мягко улыбается Гук. Чимин пытается бороться с зарождающейся на губах улыбкой, но не справляется. Впрочем, щеки его все равно вспыхивают. Кончики пальцев ведут по запястью выше, обводят костяшку и нежно оборачиваются вокруг руки. Чонгук чувствует, как Чимин напрягается и тянет его на себя, так что парень резко выдыхает и прикусывает губку. Он не хочет сопротивляться. Он слегка улыбается и наклоняется еще, пока их носы не соприкасаются. - И кто кого клеит? – хрипло шепчет Чон. Чимин сглатывает, опуская взгляд на его губы, но тут же слышит громкий возглас позади себя. Он снова пытается отстраниться, но Чонгук крепко цепляется за его руку. - Чимин! – Намджун подходит ближе и хлопает коллегу полотенцем по заднице. – Что тут происходит? - Прости, Джун, - бормочет Чимин, выдергивает запястье из хватки Чонгука и все-таки отступает. – Мне очень жаль. Намджун быстро переводит взгляд с одного парня на другого, отмечает взволнованность постоянного посетителя и растерянность друга. - Могу прикрыть тебя, - вздыхает он и криво улыбается, - если вы двое хотите, ну, не знаю, убраться отсюда. Чимин краснеет. - Нет-нет… Ты чего? - Было бы круто! – встревает Чонгук. Чимин кусает нижнюю губу и поднимает на него глаза. - Я должен вернуться к работе, - тихо, но твердо говорит он. - Ладно. Но я могу подождать тебя? - Наверное, - неуверенно бормочет парень, отступая к полкам, заставленным бутылками. Он сыпет проклятьями, спотыкаясь обо что-то на полу, и едва не падает. Благо Намджун ловит незадачливого товарища и удерживает за плечи, заглядывая ему в лицо. - Ты в порядке? Чимин кивает с несчастным видом, потирает пышущие жаром щеки и сбегает на другой конец стойки. Чонгук просто улыбается и наблюдает за парнем, преисполненный восторга и полностью очарованный им. Он упрямо игнорирует взгляд второго бармена, пока не чувствует, что тот отворачивается, теряя к нему интерес. Вибрация телефона в кармане заставляет проверить его и найти сообщение от Тэхена с множеством больших пальцев и эмодзи-поцелуйчиков. Гук закатывает глаза и оборачивается на друга. Надо как-то убить время в ожидании Чимина, но возвращаться за столик точно не стоит. Телефон снова подскакивает и новое послание гласит: Алле, дурачок! Чтобы получить сто баксов, надо трахнуть его! Внимание: трахнуть, не пофлиртовать! Чонгук стонет, выставляя за спину средний палец, и заталкивает телефон в куртку. Плевать на Тэхена и его сто долларов. Меньше всего его заботят деньги. Речь идет о Чимине, а дурацкая ставка – просто пинок под зад, в котором он давно нуждался. Чон понятия не имеет, почему, черт побери, так долго ждал, прежде чем хотя бы заговорить с Чимином. Конечно, это не имеет значения, но на следующее утро он скажет Тэ, что это был самый глупый спор, и ни за что не возьмет его деньги. - Вообще-то он уходит. Чонгук отвлекается от своих мыслей и удивленно смотрит на Намджуна. - Чего? Джун кивает на служебный выход, в дверях которого Чимин задерживается, с кем-то прощаясь. - Он уходит. - Черт-черт, - бормочет Чонгук, сползая со стула. – Спасибо. - Эй, - окликает его парень, заставляя замереть на месте. – Он мой лучший друг, ясно? Предупреждаю: причинишь ему какой-нибудь вред – я тебя прибью. Отравлю все, что ты тут закажешь. Так что осторожней с ним, если не хочешь сдохнуть с пеной на губах за своим любимым столиком. - Звучит убедительно, - слабо улыбается Чон, потому что это действительно звучит убедительно. И бросается к выходу, чтобы нагнать уже исчезнувшего Чимина. - Пытался сбежать? Чимин тихо смеется, качая головой. - Да нет, эм, просто… отвлекся. Извини. - Опасно же настолько погружаться в себя, - поддразнивает Чонгук, подталкивая его в бок. - Ага, куда безопаснее это предоставить кому-то другому, - хихикает Чимин, а его лучистые глаза сияют, когда они останавливаются перед видавшим виды Hyundai. Чонгук прислоняется к машине и распахивает рот в удивлении. - Ты ведь сейчас… Аа, ты прикалываешься? Чимин кивает и подходит к нему, пока носки их кроссовок не сталкиваются. - Оу, извини… Я просто подумал… - бормочет Гук. - Вот стыдоба, - дуется Чимин. – А все говорят, что мои шутки хороши… Чон улыбается, глядя на их обувь и то, как она соприкасается друг с другом. Это приятно. - Чего ты притих? – тихо спрашивает Пак. – Мне нравится слушать твой голос. - Я слишком много болтаю. Чимин кивает. - Точно. И это мне тоже нравится. - Особенно, когда я нервничаю, - признается Чонгук, хотя и не понимает, зачем. Черт, почему он не может вести себя непринужденно? Проклятье. Чимин улыбается, наклоняя голову в сторону и будто изучая его. Чон снова тянет к нему руку, цепляясь за нежную кожу запястья и отслеживая пальцем пульс. - Итак… - начинает Чимин, переминаясь с ноги на ногу и задевая Чонгука. - Что? - Сейчас ты не так уж и болтлив, - комментирует блондин, подступая к нему еще ближе. Чонгук качает головой, отталкиваясь от капота и поднимая глаза на Чимина. - Я не хочу больше разговаривать. - Ладно, - легко соглашается тот. - Ладно, - кивает Чонгук и, наклоняясь, целует Чимина. Классический первый поцелуй – мягкий и нежный, осторожный и без лишнего напора. Чон чувствует, как чужие руки оказываются на его плечах, и заставляет себя на секунду отстраниться, чтобы отдышаться. Чимин задумчиво обводит пальцем свои губы и улыбается. - Это гораздо лучше разговоров, - шепчет он. - Черт, ты прав, - быстро кивает Чонгук и втягивает его в новый поцелуй. Скользит ладонями по груди Чимина, обхватывает шею и тянет еще ближе. Парень почти валится на него, цепляясь за спину. Пальцы сжимают ткань рубашки, задирая ее и касаясь разгоряченной кожи Чонгука. Тот толкается бедрами вперед и пользуется моментом, чтобы поменять их местами и уже Чимина прижать к автомобилю. С губ блондина срывается легкий вздох, и Гук запускает язык между ними. Чимин стонет, когда его вжимают сильнее в машину. Боковое зеркало больно упирается в бок, но это не так уж и важно. Он даже не может пошевелиться, пока его целуют так пылко и увлеченно. Пальцы Чонгука оказываются в его волосах и тянут, но парню хочется большего. Он жмется ближе, насколько это только возможно, и даже уже налившийся член совсем не смущает. Чон вновь ведет бедрами вверх и хватает Чимина за подбородок, сжимая челюсть и не давая отстраниться. Прикусывает его нижнюю губу, пока тот не начинает скулить, и ласково зализывает укус, чуть отпуская. - И почему я так долго ждал, прежде чем поцеловать тебя? Чимин качает головой. Его глаза закрываются, в голове стоит туман, ноги подкашиваются, и он вновь тянется к губам напротив, приоткрывающимся навстречу. - Я не знаю, - бормочет парень. – Просто сделай это снова. Чонгук улыбается, ведя губами вверх и вниз по его шее. Добирается до губ и медленно целует, вылизывая рот, пока не чувствует, как ладони партнера судорожно сжимают его талию. Чимин дрожит. - Поедешь ко мне? - Да, - быстро соглашается Чимин, закрывая глаза, пока Чонгук спускается поцелуями по его шее и оставляет засос прямо над пульсирующей венкой. Парни сталкиваются бедрами, чувствуют явное возбуждение друг друга, и что это, если не сигнал найти местечко куда более уединенное? - Ключи? – шепчет Чонгук, прикусывая чувствительную кожу. Чимин закрывает глаза, пытаясь сосредоточиться и подобрать слова для ответа, но не может. - Чимин? Где ключи? - Черт, - выдыхает парень. – В кармане, в кармане. Гук тихо смеется и с трудом протискивает руку в карман узких джинсов. Чувствует, как Чимин вздрагивает, слышит его отборные чертыхания и только шире улыбается. Голова Чимина падает ему на плечо, а сам парень тяжело дышит. - В другом кармане. Чонгук хмыкает, извлекая руку из чужих штанов, и тут же запускает ее в соседний карман. Ключи действительно там. Он наклоняется к Чимину, прежде чем достать их, и просто любуется его встрепанным видом. А тот, черт бы его подрал, такой отзывчивый, распахивает малиновые губы и просто ждет, пока Чон сделает следующий шаг. - Эй, ты хочешь, чтобы я повел? - Да, - стонет Чимин, лихорадочно кивая, - пожалуйста. - Ла-адно, - с опаской соглашается Чонгук и спешит улыбнуться. Вечер был долгим, но алкоголь еще с топотом бродит по его крови. Какова вероятность, что он их угробит на пустынной полуночной дороге? – Садись скорее. Он все-таки садится за руль, Чимин устраивается рядом с ним и нервно потирает бедра ладонями. Прежде чем завести двигатель, Чонгук выуживает телефон из кармана и наскоро пишет Тэхену: Забудь о пари. * * * Чимин спотыкается о собственные ноги, пока Чонгук тащит его по коридору в свою спальню. Пальцы крепко впиваются в запястье и тянут за собой, да парень и сам не рад внезапной заминке. Гук захлопывает дверь позади них, а у Чимина неистово колотится сердце, когда он оказывается напротив него и соединяет их губы. Чонгук тянется к его джинсам, поглаживает жесткую ткань, прежде чем расстегнуть ширинку и запустить в нее руку. С губ Чимина рвутся ругательства, а Чон улыбается, покусывая его челюсть и медленно лаская его. Бедра блондина дергаются вверх, и Чонгук на секунду прижимается к ним, а затем толкает парня на комод. Чимин шипит от легкой боли, и Гук проглатывает его стон, придерживая за затылок. Чимин хнычет, толкаясь бедрами в подставленную ладонь и бесстыдно потираясь об нее. Сжимает волосы Чонгука в кулаке, беспрестанно дергая за пряди, пока тот выцеловывает его шею, спускаясь к ключицам и помечая бледную кожу. Чимин стонет протяжней, бедра начинают подрагивать, а щеки вспыхивают. - Блять, я… я сейчас… - Тшш, - шепчет Чон, убирая руку с члена и проводя пальцем по распухшим губам Пака. – Мы только начали. Тот мягко улыбается, хватая его за запястье, и облизывает пальцы, пробуя себя на вкус. Парень наблюдает, как глаза Гука расширяются, зацикливаясь на его губах, и стонет, покусывая кончики его пальцев. - Черт… - выдыхает Чонгук, чувствуя, как сердце ускоряется до запредельных скоростей. – Определенно только начали. - Ла-адно, - тянет Чимин с усмешкой, отпуская его руку и притягивая к себе. Чонгук приподнимает Чимина, усаживая его на комод, и целует. Тот выпускает из рук его шею и принимается за джинсы, торопясь дернуть молнию на ширинке. Чон отодвигается ровно настолько, чтобы было возможно расстегнуть на Чимине светлую рубашку и спустить ее с плеч, а затем быстро отбросить ее в сторону. Пак слегка дрожит, руки бессильно сползают по талии Гука, а сам парень глубоко дышит. Чон стягивает с себя свитер, закидывая смятую вещь куда-то за спину, и накрывает губы Чимина своими. Тот практически тает у него на груди, позволяя притянуть себя ближе и чуть не сползая с комода. Гук разворачивает парня, подталкивая к своей кровати. Матрас на ней комковатый и крайне неудобный, но вряд ли это имеет сейчас значение для Чимина. Легкое хихиканье при падении на постель перерастает в полномасштабный смех, пока Чон пытается вытряхнуть его из джинсов. - В следующий раз не надевай такие узкие штаны, - бурчит парень, отдуваясь и наконец избавляясь от злополучной вещи. Чимин только смеется громче, отползая к подушкам и наблюдая, как Гук быстро добавляет к его джинсам на полу и свои. - В следующий раз? Чонгук закатывает глаза, забираясь на него и покачивая бедрами. Чимин зажмуривается, порывисто вздыхая, а Гук только улыбается и наклоняется, чтобы чмокнуть его в нос. - В следующий раз, - подтверждает он, захватывая губы и медленно целуя парня. Спина Чимина выгибается, а бедра легко расползаются в стороны, пропуская Чонгука между ними. Пак чувствует, как у него немеют губы, но поцелуев хочется все больше и больше – он просто не может насытиться Чоном. - Гукки, Гукки, - задыхается Чимин, все же заставляя себя отстраниться, и скулит. – Давай… - Так не терпится? – поддразнивает Гук, проводя рукой по его груди и сжимая сосок. Член Чимина болезненно пульсирует у него на животе, а сам парень издает короткий, полный желания стон, когда Чон катает между пальцами твердую маленькую бусину его соска и наблюдает, как вспыхивают румянцем щеки Пака. Он ухмыляется и наклоняется, облизывая другой сосок и втягивая его в рот. Чимин выгибается на кровати и задыхается, сжимая волосы Чонгука в кулаке. - Еще, Гукки, блять, еще, - шепчет он. Гук тихо смеется и отстраняется, усаживаясь на колени и ведя ладонями по груди Чимина. - В следующий раз, - начинает он, опуская глаза на губы Пака – приоткрытые, распухшие и очень розовые. Парень тянется к ним пальцами, слегка касаясь и обводя нечеткий контур. – Я бы кончил на твое милое личико. Чимин невольно стонет при мысли об этом и быстро облизывает губы, послушно кивая. - Тебе бы это понравилось, да? – хрипло интересуется Чонгук. Его сердце готовится вот-вот проломить грудную клетку от слегка дезориентированного вида Чимина: стеклянных глаз и пылающих щек. Но блондин еще раз осознанно кивает, словно действительно ничего в мире не хочет больше. – Но сейчас я просто тебя хорошенько трахну, согласен? - Пожалуйста, - выдыхает Чимин, снова кивая и рассыпая белесые пряди по подушке. Гук лезет в тумбочку, наощупь находя тюбик смазки, что припрятал там, и щедро распределяя субстанцию по пальцам. Он может поклясться, что слышит нетерпеливый скулеж Чимина, переворачивающегося на живот, и уж точно голову готов дать на отсечение, что никогда в жизни не видел ничего прекраснее, чем его партнер, стоящий на корточках с раздвинутыми ногами – такой распаленный и нетерпеливый. Парень тяжело сглатывает и медленно поглаживает пульсирующую дырочку. - Гукки, - шепчет Чимин с закрытыми глазами и заводит руку назад, чтобы впиться пальцами в предплечье Чонгука. Тот тоже на мгновенье закрывает глаза, упиваясь моментом и прекращая движения, а затем нажимает подушечками, пропуская сразу два пальца внутрь и срывая громкий стон с губ Пака. Хватка на его руке становится судорожной, а сам оцепеневший Чон наблюдает, как Чимин медленно, на пробу, покачивает бедрами. И это будто ломает что-то внутри Чонгука. Он быстрее трахает Чимина пальцами, добавляя третий и даже не замечая момент, когда громкие стоны парня превращаются в жалкие, придушенные всхлипы, лихорадочно горящие щеки и слезы, скользящие с уголков зажмуренных глаз. - Гукки, Гукки, Гукки, - молит парень, слабо вскидывает бедра и выгибается, - давай, хочу уже тебя почувствовать. Гук прикусывает нижнюю губу, наблюдая за пульсирующим членом Чимина. Есть что-то фантастическое в том, как капельки предъэякулята собираются на головке и срываются с нее вниз. Он медленно разводит пальцы и распахивает рот в безмолвном вздохе, видя, как дырочка сокращается вокруг них. Это тоже из разряда фантастики. Чонгук слепо шарит вокруг, снова находя смазку. Почувствовать каждый дюйм Чимина хочется до отчаяния. Парень быстро приподнимается и притирается головкой члена к покрасневшему ободку, размазывая смесь смазки и проступившей влаги. Чимин скулит, нетерпеливо хлопая его по руке. - Чонгук… - Тшш, - успокаивает он и медленно проталкивает головку члена. Недолго колеблется, прислушиваясь к стонам, что беспрестанно издает Пак, и собственным ощущениям, а затем входит полностью, наслаждаясь соприкосновением бедер с задницей Чимина и вздохом, сорвавшимся с губ. Чимин трахался и раньше, довольно много раз, но он совершенно уверен, что никогда его секс не был настолько безудержным и до ошеломления чудесным, никогда он не чувствовал себя настолько… заполненным. Он снова тянется к руке Чонгука и с удивлением отмечает, что тот переплетает их пальцы, начиная трахать его еще сильнее, еще быстрее. Гук слышит слабеющие стоны вперемешку с собственным именем и наклоняется, ловя их губами и крепче сжимая упругие бедра. Сам он матерится, чувствуя, как Чимин сжимается внутри вокруг него. Никто не действовал на него так сильно, никто не доводил до полного разрушения и не дарил подобных ощущений. Чимин откидывает голову назад, вытягиваясь вперед и цепляясь ладонью за стену. Ему просто нужна точка опоры, чтобы выдержать глубокие толчки Чонгука. - Гук-Гукки, блять… - голос Чимина срывается, когда Чон приподнимает бедра, меняя угол вхождения и каждой фрикцией ударяя по простате. Пак и сам подмахивает бедрами, прижимаясь теснее. - Чимин… - выдыхает Гук, отпуская бедро парня в пользу того, чтобы обхватить его член и подогнать рваные движения по нему под собственные толчки. Он заранее чувствует приближение оргазма Чимина, возможно, потому, что это самое яркое впечатление в его жизни. Блондин до боли сжимает его член, выкрикивает что-то нераспознаваемое и едва не взрывается. Чонгук подается вперед, входя до предела, и кончает следом за ним. Сердце отдается гулким набатом где-то в глотке. Чимин выдает череду проклятий, едва держась на коленях и убирая с взмокшего лба волосы. Он мягко улыбается и издает короткий смешок, чувствуя себя просто потрясающе. Чон медленно выходит из него, не упуская из внимания болезненного шипения Чимина, которое тот пытается скрыть. И не может оторвать глаз от того, как тонкая струйка его спермы скользит по внутренней стороне бедра парня. Гук валит Чимина на бок и запускает пальцы в светлые волосы, втягивая его в беспорядочный поцелуй. - Ты такой красивый, - шепчет он в пухлые губы. Чимин хихикает, проталкивая колено между его ног и пытаясь забраться на парня так же, как тот уже забрался в его сердце. - Ты тоже, - неловко бормочет он, пряча вспыхнувшее лицо в шее Чонгука. Гук перебирает его волосы, ведет рукой между лопатками и по всей длине спины. Позволяет ладони скользнуть по заднице Чимина, потирая между половинок, чтобы успокоить натертое местечко. Пак шипит, отталкивая его, но Чон успевает пропустить палец в его дырочку, мягко поглаживая стеночки, и целует парня в макушку. - Это было… - Чимин замолкает, наконец отстраняясь и глядя на Чонгука из-под ресниц. Он вздрагивает под его ладонью – гиперстимуляция постепенно отпускает, и опять хочется большего. Похоже, ему всегда будет хотеться большего, когда Гук рядом. - Ага, - соглашается Чон с мягкой улыбкой и убирает руку, слегка похлопав его по заднице. А затем тянется за одеялом для них. Чимин широко улыбается, перекатываясь на спину и увлекая Чонгука за собой. Тот наблюдает за ним пару секунд – возможно, и минут, Гук не уверен – и гладит костяшками пальцев его щеку. - Мне кажется, я пропал, - тихо признается парень. Чимин снова краснеет от смущения, но кивает, все еще улыбаясь. - Я тоже. * * * Следующим утром Чимин просыпается от громкого топота и беспрестанных хлопков и стонет, натягивая одеяло на глаза. - Прекрати этот грохот, - бурчит он, переворачиваясь на бок и утыкаясь в плечо Чонгука, чтобы спрятаться там от шума, солнечного света и всего окружающего мира. Чонгук притягивает его к себе за талию и целует в лоб сквозь помятую челку. Он приоткрывает один глаз и замечает на пороге Тэхена. - Ты чего приперся? - Думал, ты оплакиваешь свою неудачу в одиночестве, - удивленно распахивает глаза незванный гость. – Ты же написал, забыть о пари. Чимин прекращает ерзать в объятиях Чона. А у того сердце проваливается в пятки. - Тэ… - Что за пари? – тихо переспрашивает Чимин, срывая одеяло с лица и пристально глядя на Чонгука. И от его виноватого вида что-то обрывается в груди: Пак больше не чувствует нежности к этому темноволосому порочному парню, больше не верит этим губам, что жарко нашептывали комплименты его красоте, не растекается лужицей влюбленных соплей под взглядом этих глубоких карих глаз. Чимин готов разорвать все это. Все, что так сильно понравилось, все, что так глубоко заманило в сети сладкой лжи. - Нет-нет, это… - начинает Чонгук и осекается. Что бы он сейчас ни сказал, это прозвучит дерьмово. Тэхен поджимает губы и переминается на месте, предпочитая созерцать не зарождающийся скандал, а идеально подогнанные доски паркета. Чимин буквально чувствует, как все внутри сжимается, когда он наконец в полной мере осознает сказанное утренним пришельцем. - Сколько? – тихо спрашивает он и садится. Тонкое одеяло соскальзывает с плеч и оседает обманутыми надеждами на коленях. - Чимин… - еще раз начинает Чонгук, поднимаясь за ним. Тянет к парню руку, чтобы убрать с его лица непослушную челку, и получает по ней звонкий удар. - Сколько? – повторяет Чимин, не отрывая от него пристального взгляда. Прищуренные глаза горят праведным гневом. - Все не так, - шепчет Гук. – Слушай, это просто глупость. Давай я… Позволь мне все объяснить, - умоляет он, снова протягивая к нему руку. - Нет, - Чимин отталкивает его и вскакивает с кровати, совершенно не заботясь о том, что предстает полностью голым перед двумя едва знакомыми парнями. Он мечется по комнате в поисках своих вещей. - Чимин, пожалуйста… - Чонгук не может видеть, как парень потерянно обходит спальню по периметру, пытаясь разыскать одежду. Сердце рвет и тянет, пока он наблюдает за тем, как стройные загорелые ноги прячутся под тканью узких джинсов. Чон даже с расстояния может заметить загорающиеся синяки и слабые следы от пальцев, собственноручно оставленные им на аппетитных бедрах. Что-то невообразимое творится с ним, когда торопящийся Чимин хватает первую попавшуюся рубашку – определенно принадлежащую самому Чонгуку, а не ему – но не пытается ему помешать. – Чимин! - Сколько? – снова спрашивает Чимин, но на этот раз адресует свой вопрос Тэхену. Тот жмет плечами и пятится назад, пока взвинченный парень не загоняет его в угол. - Сто долларов. Чимин усмехается, натягивая кроссовки и приглаживая пальцами перепутанные волосы. Распихивает по карманам телефон и ключи, бумажник ненадолго задерживается в его руках, и мятая сотня долларов летит на смятую постель. - Что ж, ты заслужил, - бросает парень, а затем протискивается в дверь мимо Тэхена и несется на выход. Чонгук выпутывается из одеяла и бежит за ним, не обращая внимания на возмущенный стон Тэ: «Мои глаза… Ты-то хоть оденься!» Чимина он нагоняет в коридоре и не пускает к двери. - Чимин, пожалуйста, это было глупо… - Да, так и было, - соглашается Чимин, пытаясь пройти мимо него и оставить уже эту проклятую квартиру. - Я не должен был так поступать, знаю, но я был пьян и… - Заткнись. - Я не должен был соглашаться на спор… - Заткнись. - Чимин, прости, я чувствую себя ужасно… - Заткнись! – отрезает Чимин и отталкивает Чонгука с прохода. – Да, и иди-ка ты нахуй! – добавляет он перед тем, как выскочить из квартиры и захлопнуть за собой дверь. Разрыдаться на глазах у этого подонка – последнее, чего ему хочется. Чон несколько секунд тупо таращится на дверь, застыв на месте. - Че-ерт… - вздыхает он, сползая по стене. Он действительно облажался. Пара минут уходит на то, чтобы вернуться в свою комнату и рухнуть на простыни, еще пахнущие цитрусовым шампунем его недавнего гостя. Гук притягивает подушку ближе и утыкается в нее лицом, глубоко вдыхая нежный свежий запах. Сквозь толщу пуха он слышит, как Тэхен тихо закрывает за собой дверь, и поднимает голову, чтобы убедиться в этом наверняка. Убеждается. А еще и в том, что на комоде осталась еще и сотка друга. Внутри все болезненно сжимается. Со стоном Чонгук натягивает одеяло на голову и пытается заснуть, надеясь, что вместе с пробуждением исчезнет и грызущее чувство вины. * * * (Не исчезает). * * * Чимин странным образом тоскует. Несчастный вид и вспышки раздражения по любому поводу прилипают к нему намертво. Он меняется сменами с Джином и находит тысячу и одну причину не появляться на работе вечерами, когда в баре нарисовывается Чонгук. На самом деле, его ухищрения венчаются некоторым успехом – избегать его удается две недели. А потом Намджун вероломно сговаривается с врагом. Одним мерзейшем понедельником Чимин выходит в уже привычную дневную смену и наталкивается на Гука за стойкой. Парень отчаянно обхватывает голову руками, а явно сочувствующий Джун поит его чаем. Чимин хмурится, разворачивается на пятках и торопится на выход. - Чимин, стой! Подожди! – Намджун выбегает из-за стойки с невиданной скоростью, ловя его за руку в дверях. - Я кое-что забыл дома, хен, - быстро врет парень, отводя взгляд. - Просто дай ему минутку, ладно? Он действительно страдает. Чимин ухмыляется. - Да неужели? Знаешь ли, я вот тоже. Джун кивает, не выпуская его руки. - Знаю. Просто… Ты уже несколько недель сам не свой, и это совсем не похоже на твое обычное нытье… - Эй! – возмущается Пак. – Ты должен быть на моей стороне. - Я всегда на твоей стороне, - просто говорит Намджун. – Просто выслушай парня. Его поступок отвратителен. Но что сделано, то сделано. И он пытается все исправить. Думаю, это многое говорит о нем. Если бы это было для него просто развлечением на одну ночь, просто азартным спором, он бы так не убивался, а быстро бы переключился на следующий объект. Но он здесь, чтобы увидеть тебя. И приходил каждый вечер эти две недели, - объясняет он. – Так что просто… выслушай его. Чимин хмурится еще сильнее и неохотно идет за другом. Опускается на барный стул за три места от Чонгука и смотрит прямо перед собой, вытянув руки по стойке. Гук встречает его приближение неверящим взглядом, а потом восторженно оборачивается на спешащего на другой конец бара Намджуна. Тот предпочитает дать парням немного уединения, да и ретироваться до начала возможных военных действий никогда не лишне. Чон пересаживается ближе, наблюдая, как Чимин слегка вздрагивает, и неуверенно тянется к его ладони. Он ждет, что парень отодвинется, отдернет руку, но когда тот этого не делает, Чонгук немного успокаивается, обхватывая пальцами его запястье. - Я мечтал поцеловать тебя с того самого дня, как ты начал здесь работать, - быстро выпаливает он, а затем вздыхает, тушуясь. – Нет, не так… Не знаю, вряд ли это то, с чего мне стоит начать… Слушай, Чимин, я не идеален, а ты казался таким милым… Ты и есть милый. Я не хотел портить тебе жизнь. Так что держался в стороне и просто сох по тебе, потому что не надеялся, что мне что-то с тобой светит. Чимин фыркает и поджимает губы, все еще упрямо глядя вперед и отказываясь встречаться глазами с Чонгуком. - А Тэхен – мелкий засранец, решил, что помогает мне. И, наверное, в душе я понимал, что пари – единственный способ заставить меня подойти к тебе. Ну, ты понимаешь… - добавляет Гук со слабой улыбкой. - Нет, не понимаю. Я бы никогда не поспорил с другом на то, что трахну кого-то, - шепчет Чимин. - Но я отменил спор, Чимин, - настаивает Чонгук. – Я написал Тэхену еще до того, как мы добрались до моей квартиры. Я не… я не хотел вот так. Я просто хотел тебя. И поверил… поверил, что у нас есть шанс? Я не хотел, чтобы это пари висело над нами. - Очень правдоподобно, - усмехается Пак. Чон проводит рукой по волосам, дергая за пряди. - Не знаю, что еще сказать, Чимин. Чувствую себя ужасно. Я не хотел причинить тебе боль. Если бы мне нужно было просто трахнуть тебя и утереть нос Тэхену, я бы выставил тебя за дверь в ту же секунду, как мы кончили. Но и после секса я наслаждался каждой минутой, проведенной с тобой, расспрашивал о твоей любимой музыке, о последней книге, которую ты прочитал, куда бы отправился, владей ты всеми деньгами мира… Чимин, я бы просто не позволил тебе остаться. Чимин отворачивается и чувствует, что сдается. Это лишь вопрос времени, потому что Намджун прав – Чонгук искренне раскаивается и извиняется за свой проеб. И Чимину это все нужно. Он хочет Гука – хочет дать ему шанс. Хочет ночи напролет вместе и разговоры до самого утра. Хочет наблюдать, как парень курит у окна, беспечно болтая о своих любимых книгах и напевая последний трек IU. Хочет просыпаться по утрам с полным ртом волос Чонгука, потому что они уснули на одной подушке, хотя есть еще как минимум четыре свободные. Хочет готовить ему завтрак, даже когда тот дуется и стонет, что ненавидит утро и завтраки. Чимин хочет все это. - Я хочу, чтобы ты остался, - просит Чон, сжимая его запястье и чувствуя, как учащается пульс. – Я хочу быть с тобой. Чимин прикусывает щеку и медленно переворачивает ладонь, переплетая их пальцы. - А я хочу… - его голос срывается, и парень затихает, качая головой. - Что угодно, Чимин, я сделаю для тебя все, - быстро добавляет Гук. – Просто… не игнорируй меня, хорошо? С этим мне не справиться. - Я хочу, - снова начинает Пак и делает паузу. – Хочу, чтобы ты потратил вырученные сто долларов на наше первое свидание. Хочу цветов и дорогой стейк. И хочу, чтобы ты надел ту ужасную рубашку с ананасиками, что я видел у тебя дома. Чонгук широко улыбается, чувствуя, как в груди разливается концентрированное счастье. - Цветы и стейк? Да у тебя целый список требований! Чимин улыбается в ответ и легко пожимает плечами. - Разве я не заслуживаю? - Заслуживаешь, - соглашается Гук. – Будет тебе и букет, и лучший ресторан, - обещает он, поднимаясь на ноги и нависая над парнем. – Я прощен? - А рубашка с ананасиками? Чонгук поспешно кивает, выпуская руку Чимина, чтобы убрать челку с его лица. - И рубашка тоже. В обмен на прощение. Чимин улыбается и подается вперед, коротко целуя его. - По рукам.