Противостояние гипнозу

— Руди, а как можно противостоять гипнозу? — Ты из-за Анны? Тони, да не парься. — Вампир парил над другом, словно спутник вокруг планеты. — Тебе-то легко говорить, — насупился юноша, — к тебе она так не лезет. — Его уши покраснели, как и щеки. — Я думал, тебе это нравится. — Вампир удивленно посмотрел на приятеля, начиная медленно ликовать. Совсем чуть-чуть. — Нравилось, по-началу. — Томпсон пожал плечами и посмотрел на друга исподлобья. — Но теперь это начинает доставать. И это неловко. Она мне даже не нравится, но когда она только появляется, впадаю в транс и будто всегда ждал только ее! — Вау, дружище, ты перечитал романтических журналов? — Сэквилбек засмеялся, перекатываясь по воздуху. Юноша пихнул его в живот, подловив момент и тот перестал смеяться. — Ладно-ладно. Поможет любовь. — Просто ответил брюнет, пожимая плечами, как друг только что. — Ты серьезно? — Томсон скептически поднял бровь и уставился на друга, как на полного кретина. — А ты как думал? Читал Гарри Поттера? — Нет. — Так почитай. Там неплохо эта тема развивается. — Руди заложил руки за голову и парил по воздуху, накручивая круги вокруг друга, сидевшего на кровати в комнате, которую вампиры специально выделили для Тони. Вообще-то, в ней спал Руди, но когда его друг приезжал в гости, то они с удовольствием делили ее на двоих. — А вообще я серьезно. Откуда ты думаешь пошли все сказки и истории. Они — правда. — А что нужно сделать? — Вампир засмеялся. — Влюбиться, идиот. — Ооо, — важно протянул блондин. А потом вновь ошарашенно посмотрел на вампира. — А в кого? — Тони, тебя Рукери сильно ударил гаечным ключом, что ли? — Усмехнулся друг. — В кого хочешь. Только влюбиться нужно по-настоящему, ну, как у вас смертных говорят — раз и навсегда. — Устав нарезать круги вокруг юноши, брюнет опустился на кровать, кладя голову тому на колени. Для них это было вполне нормально, поэтому Тони запустил руку в темные, мягкие волосы и принялся опять о чем-то размышлять, медленно массируя кожу головы. А Рудольф просто рассматривал его лицо: нормальный цвет кожи, пухловатые розовые губы, голубые, словно воды озера, которое Руди пролетал недавно, глаза, волосы, словно спелая пшеница. Вампир радовался, что наконец Тони захотел избавиться от влияния Анны и это поселило в его мертвом сердце небольшую надежду. — То есть никаких границ нет? — Через некоторое время спросил Тони, уставившись в одну точку, видимо, в прекрасный шкаф. Руди он тоже нравится, особенно залипать на него. — Нет. — Вампир прикрыл глаза и наслаждался тонной тепла, которое исходило от тела друга. Человеческое тело, будто адовы печи для холодного вампира. — Точно? — ему кажется или голос звучит немного ближе, чем было? — Абсолютно, То… — Вампир чувствует теплые губы, те самые, пухлые и розовые, на своих и улыбается в поцелуй. А Томпсон воплотил его, Руди, план, намного быстрей и проще. Поцелуй был легким, лишь касание губ, а когда юркий язычок смертного прошелся по холодным губам, Руди глубоко втянул воздух через нос и приоткрыл рот. Язычок прошелся по его клыкам, медленно и тщательно изучая каждый, вызывая дрожь в теле вампира. Поцелуй разорвался с характерным звуком, а кроваво-красные глаза Руди впервые были темны, как ночь — зрачок заслонял радужку полностью. У Томпсона было так же. — Теперь тебе точно никакой гипноз не грозит. — И вампир еще раз поцеловал своего смертного, ставя в его сознании всевозможные блоки, ведь вампир имеет доступ к сознанию своего человека.       Возможно не только в любви ключ к сопротивлению гипнозу, но именно она помогает отыскать нужную скважину.