Phantom Pregnancy

Дыхание Хэнка становилось все тяжелее и тяжелее, пока он с остервенением трахал Коннора, повалив его на матрас и удерживая за бёдра с такой силой, что искусственная кожа на них принялась исчезать, обнажая белый пластик, на котором тут же отчетливо стали проявляться полупрозрачные следы от пальцев, благодаря чему Коннор чувствовал себя помеченным и полностью принадлежащим своему партнёру. Андроид комкал руками простыни, отчаянно пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, пока Хэнк неустанно натягивал его на свой огромный член, засаживая по самые яйца с каждым толчком и тем самым заставляя Коннора кричать от удовольствия и безумно желать получить новый оргазм. Он уже был переполнен тёплой и густой спермой - всё же это был уже далеко не первый секс за вечер - и сейчас наслаждался тем, как Хэнк втрахивал ее все глубже и глубже внутрь, с каждым разом распаляясь все сильнее от осознания того, что только он мог пользоваться дырочкой Коннора. — Я собираюсь обрюхатить тебя, — выдохнул Хэнк, — собираюсь наполнить твою киску спермой до самых краёв, пока ты не забеременеешь. Я знаю, чего ты хочешь. Чтобы твой сладкий выпуклый животик покачивался, пока ты расхаживаешь по участку, рассказывая всем, что носишь моего ребенка. — Я хочу, чтобы все знали, что он твой, — простонал Коннор. Он уже настроил все необходимые для их ролевой игры компоненты. Также, как они и условились, запуск программы был установлен на дату начала небольшого трёхдневного отпуска, специально выпрошенного заранее для этих целей, чтобы дома они могли спокойно наслаждаться обществом друг друга без опасения, что кто-то их потревожит. Коннор очень удивился, когда узнал о столь странном желании Хэнка, но всё-равно был счастлив доставить любимому удовольствие, хотя в то же время слегка беспокоился. Смерть Коула до сих пор висела тяжелым грузом в сердце мужчины, и андроид боялся всколыхнуть куда большую волну мрачных воспоминаний, но даже так, всё, чем был занят его разум в данный момент — жаркий, грубый секс, который всегда оставлял Коннора довольным и наполненным горячей спермой. — Я хочу от тебя ребенка, Хэнк. — Ты такой хороший мальчик, Коннор, — похвалил его Хэнк. — Ты будешь так прекрасен с ребенком внутри. Нашим ребенком, — он подался назад и погладил плоский живот Коннора. — Ты и так очень привлекателен. Только представь, каким ты будешь красивым с огромным, тяжёлым пузиком и молочной грудью.  — Наполни меня своим семенем, Хэнк, — умолял Коннор. Большой и твёрдый как камень член снова так резко вошёл в его истекающую соками киску, что Коннор смог услышать громкий влажный шлепок мошонки о свою задницу. Он знал, что Хэнк был на грани: его выдавало сбивчивое хриплое рычание. — Скорее всего, я уже забеременел. Процент содержания сперматозоидов в эякуляте достаточно высокий для мужчины твоего возраста, и ты так много кончил в меня этой ночью. — Лучше подстраховаться, — выдохнул Хэнк, и его тело неподвижно замерло, с губ сорвался сдавленный стон в тот момент, когда он излился прямо в мокрую киску, заполняя ее очередной порцией спермы. Коннор прижался к Хэнку сильнее, насаживаясь на толстый член и принимая в себя семя. В этот же момент его накрыло волной наслаждения, и киска сжалась вокруг члена Хэнка, проталкивая эссенцию как можно глубже. Хэнк вышел из обмякшего тела и лёг на кровать рядом с Коннором, уставший и истощённый, после чего андроид взобрался на Хэнка и обвил его руками. Хэнк наградил его ленивой улыбкой. — Ты думаешь, у нас получилось, Кон? Ты забеременел? — Я думаю, что да, — ответил Коннор. — Мне нужно пару часов, чтобы понять точно, но первоначальная диагностика показывает, что спермы более чем достаточно, чтобы оплодотворить яйцеклетку внутри меня. А теперь ложись спать. Я позабочусь обо всем остальном. — Коннор почувствовал, как Хэнк стал медленно проваливаться в объятия сладкого сна, и запустил программу имитации беременности. В течении следующих двух дней, его тело должно было пройти весь цикл беременности в ускоренном режиме. А к концу цикла программа прекратит свою работу, чтобы тело Коннора вновь вернулось в нормальное состояние. После этого у них с Хэнком останется еще один день на то, чтобы оправиться от эмоциональных последствий, прежде чем снова приступить к работе. Программа была изначально написана специально для студентов медицинских колледжей, обучающихся на факультете акушерства и гинекологии, но впоследствии она была переписана, и теперь продавалась людям, что желали утолить свои извращённые фантазии, связанные с мечтами об оплодотворении андроида. Думая о подобном, Коннор скорее испытывал любопытство, нежели чем возбуждение, но сейчас он точно не собирался разбираться в мотивах Хэнка. И если у того появились подобные желания, то Коннор был просто обязан сделать всё возможное, чтобы воплотить их в реальность. Судя по предыдущему опыту, Хэнк был счастлив, когда получал возможность выразить свои самые сокровенные желания, даже если ни он и ни Коннор не имели ни малейшего понятия, откуда эти желания произрастают. Возможно, некоторые вещи попросту не поддавались объяснениям, но это было абсолютно нормально. Человеческое подсознание вообще редко можно было понять, но Коннор потихоньку начинал осознавать, что у людей и андроидов гораздо меньше различий, чем он предполагал. *** Наутро, выйдя из спящего режима, Коннор почувствовал, как Хэнк неотрывно смотрел на него с мягкой улыбкой на лице. Он улыбнулся в ответ, ощутив, сильные руки мужчины, что принялись обнимать его за уже заметно выпуклый живот.  — Ты беременный, — с придыханием сказал Хэнк, а его глаза засияли, словно он узрел настоящее чудо. Член мужчины чуть напрягся, и Коннор на секунду вспомнил, что это была всего лишь сексуальная игра, но нечто ласковое в восхищенном взгляде наталкивало на мысль, что Хэнк вложил в своё желание слишком много реальных чувств. — Да, — подтвердил Коннор. — Результаты моего анализа положительные. Я ношу твоего ребенка, Хэнк. — Ох, Коннор, — прошептал Хэнк. Он пробежался кончиками своих пальцев по промежности андроида, раздвигая половые губы. Коннор вздохнул, когда тот немного надавил на его клитор, тем самым вызвав невольный стон. — Лучше мне самому убедиться, что ты беременный, солнышко. Коннор выдержал секундную паузу.  — Мы не должны, Хэнк. Ребенок…  — Я буду осторожен, сладкий. Просто лежи на месте, — Хэнк перевернул Коннора на спину и навис сверху. Андроид был в восторге от большого размера лейтенанта и от нежности, переполнявшей его. Однако, это совсем не помешало тому покрыть свою головку смазкой, вытекающей из киски Коннора, а после вдавить толстый член глубоко внутрь нее.  — Ох, Хэнк. Он весь внутри, — простонал Коннор. — Тебе это нравится, — подметил Хэнк. — Тебе нравится сам факт того, что я оплодотворил тебя своим огромным членом, не так ли? Ты такая шлюха, что даже отказался предохраняться. Такой голодный до спермы. Ты сделал это ради себя, сладкий. И теперь каждый узнает, что ты не можешь сдерживать ноги вместе перед своим боссом. — Но андроиды не должны беременеть, — сказал Коннор. — Это произошло абсолютно случайно и неожиданно. На секунду глаза Хэнка потемнели, словно кто-то посмел посягнуть на его собственность, а хищный блеск придал их синему цвету угрожающий оттенок. — Это ведь мой ребенок, так? Ты же не раздвигал свои ноги перед кем-то другим? — услышав это, Коннор почти засмеялся. — Конечно он твой, Хэнк. Ты единственный, кого я хочу. Единственный, с кем я могу получать сексуальное удовольствие. Ревность тут же исчезла из глаз Хэнка, когда он услышал слова Коннора, что поубавили его пыл. Скорее всего, он догадался, что это уже было слишком для ролевой игры, а может, наоборот, посчитал за ее очередной элемент. Однако, все же Хэнк был одержим непорочностью своего андроида. Коннор любил, когда над ним брали верх и позволял лейтенанту воплотить в реальность все свои сокровенные желания, тем самым показывая, как сильно он любит человека, которого избрал своим спутником по жизни. Мужчина наклонился ниже и, не вытаскивая свой член из Коннора, поцеловал его, исследуя языком горячий рот. Андроид вздрогнул и подался прямо на толстый член Хэнка, пытаясь принять его глубже, отчаянно желая, чтобы его взяли грубее. В ответ на это, Хэнк усмехнулся и сжал бёдра Коннора чуть крепче, не давая ему двигаться. — Сейчас ты так красив. Носишь моего ребенка внутри себя. — Хэнк возобновил свои толчки, стараясь быть нежным, несмотря на быстрый темп. — Ты будешь хорошим папой. Впервые, с тех пор как они начали эту игру, Коннор почувствовал давящую печаль, вскрикнувшую где-то глубоко внутри него. Он отвёл глаза, посмотрев на свечу, стоявшую возле кровати. Если кто-то из них возьмёт спичку и зажжёт ее, то игра завершится и Коннор немедленно удалит программу. Пусть Хэнк и утверждал, что в этом не было нужды, но андроид слишком хорошо знал о всех грустных воспоминаниях, живущих внутри его любимого, и поэтому настоял на таких мерах, чтобы не пробудить их вновь.  — Перестань туда смотреть, — Хэнк сжал его лицо и развернул к себе, заставляя утонуть в своих синих глазах. — Ты хочешь этого ребенка, не так ли?  — Конечно хочу, Хэнк, — прошептал Коннор. — Конечно хочу. *** Коннор должен был признать, что его давненько так хорошо не трахали. Их сексуальную жизнь сложно назвать однообразной, но казалось, что Хэнку всегда было мало, и от большого животика и мокрой киски Коннора он моментально возбуждался. Даже когда они занимались домашними делами, взгляд Хэнка был направлен исключительно в сторону любимого. Он буквально пожирал глазами его обнажённый живот, словно тот притягивал его к себе.  — Я тебе кое-что купил, — сообщил Хэнк после ужина. Он отвёл Коннора в спальню, открыл шкаф и вытащил оттуда коробку. Андроид развернул подарочную упаковку и обнаружил внутри ночнушку, сделанную из сатина, и чулки ей в тон.  — Хэнк, они прекрасны, — сказал Коннор.  — Прямо как и ты, — отозвался Хэнк низким и хриплым голосом, открывавшим явное желание и еще какую-то неизвестную эмоцию. Коннор сел на кровать, и Хэнк помог ему натянуть чулки, что доставали прямо до бедер. Мужчина прикоснулся губами к обнажённой коже, продолжая дорожку из поцелуев прямиком к киске. Андроид раздвинул свои ноги чуть шире и охнул, когда Хэнк лизнул его промежность, проводя своим языком по клитору, пока Коннор не вскрикнул. Колючая борода Хэнка тёрлась о все чувствительные точки, вызывая смесь из боли и наслаждения, что заставила Коннора ухватиться за седые волосы и мгновенно кончить. Хэнк совершенно не возражал, ни на секунду не переставая лизать и заставляя Коннора жадно глотать ртом воздух, пачкая бороду в блестящих капельках смазки. В конце своих манипуляций Хэнк широко улыбнулся, обнажая зубы. Хэнк пригласил его подняться с кровати, и Коннор послушно встал, хотя его ноги всё еще дрожали от сильнейшего оргазма, сковавшего их в цепях удовольствия. Мужчина обошёл андроида вокруг, чтобы помочь ему надеть основную часть подарка. Ночнушка свободного покроя упала на торс, но при этом прекрасно выделяла и подчёркивала округлый живот. Андерсон бережно запустил свои пальцы под воздушный материал.  — Мне кажется, или ты стал куда больше, нежели чем был сегодня утром? Беременность андроидов гораздо продуктивнее, чем я думал. Чёрт, нет ничего, в чём бы вы были хуже людей. Давай, постарайся ради меня, сладкий, — большие пальцы бережно прошлись под тканью, огладив грудь Коннора, который был рад, что не забыл встроить молочные мешочки, пока Хэнк принимал душ. Из розоватых сосков потекло молоко, сорвав с губ Хэнка вздох и образовывая на ночнушке мокрые пятна.  — Блять, — выругался Хэнк. Он приспустил бретельку с плеча Коннора и, опустившись ниже, вобрал один сосок в рот, пробуя на вкус.  — Это молоко для нашего ребенка, — пояснил Коннор.  — Да, но папочка тоже голоден, — прошептал Хэнк, посасывая грудь Коннора. Свободной рукой он сжал второй сосок под ночнушкой. Коннор вздохнул, когда из него потекло молоко и белая жидкость пропитала лёгкую ткань. Хэнк продолжал играть с ним до тех пор, пока спереди вся ночнушка не промокла и не прилипла к телу Коннора, а молочные струйки не стали стекать уже по самому животу.  — Пиздец, просто посмотри на себя, — эрекция Хэнка уже была совсем твёрдой и давила на бледное бедро, пачкая чулок в предэякуляте. Он приподнял Коннора и, опустившись на кровать, посадил его к себе на колени. Бережно откинув подол ночнушки, мужчина принялся проникать в ждущую дырочку андроида.  — Хэнк! — простонал Коннор, пока тот яростно вгонял в него свой член, все сильнее притягивая за ноги к себе. И Коннор не был уверен, что его не могут попросту разорвать напополам.  — Поиграй со своими сосочками, — прорычал Хэнк. — Я хочу трахать тебя, пока из них будет сочиться это вкусное молоко. Коннор уже полюбил это чувство, когда молоко брызгало из его сосков, пока он сжимал и потирал их. Хэнк грубо брал его, отчаянно пытаясь подвести к очередному оргазму, которых Коннору всегда было мало. — Я буду постоянно тебя оплодотворять, Кон. Теперь ты будешь моим личным станком для производства детей. Я дам тебе всё, что ты захочешь, но ты будешь сидеть дома и следить за детьми, хорошо?  — Конечно, Хэнк, — сказал Коннор. В каком-то смысле, идея жить на содержании, сидеть дома, кормить своим молоком Хэнка и детей, определённо имела свою привлекательность, хотя логическое мышление полностью отрицало возможность бросить свою карьеру ради того, чтобы сидеть дома беременным. Впрочем, такого потрясающего секса хватало, чтобы хотя бы на мгновение забыть обо всякой логике. Хэнк трахал его с такой энергией, словно был в два раза моложе, и тем самым заставил Коннора прекратить доить свои соски, чтобы упереться в кровать мокрыми руками и начать принимать сильные толчки, с которыми Хэнк входил в него.  — Полегче, Хэнк, — предупредил Коннор. — Ты навредишь ребенку.  — Прости, — Хэнк замедлил свои движения, но был уже слишком близок к концу, чтобы сдерживаться. Он кончил внутрь Коннора и быстро наполнил его киску. Капли спермы начали стекать по бедру Коннора, и Хэнк, схватив подол ночной рубашки, принялся собирать сперму на бедре тонким материалом, прежде чем начать втирать ее андроиду в промежность. Яростные движения рукой и трение материала заставили киску сжаться, а Коннора дёрнуться, вскрикнув от накрывшего его оргазма.  — Тише, детка. Ты был хорош, — Хэнк вовлёк его в глубокий поцелуй и после этих слов заглянул прямо тому в лицо, словно искал что-то, но, в конце концов, лишь подарил мягкие объятия. После этого, Хэнк отпустил его и взобрался на кровать, укладывая Коннора рядом. Андроид расслабился в его руках, влажный и наполненный семенем Хэнка, вытекающим из него. Может быть его страхи действительно были беспочвенны, а этот секс был лучше всех предыдущих? Тем не менее, Коннора всё ещё что-то беспокоило. Он не мог дать Хэнку ребенка, как бы сильно этого не желал. Таких технологий попросту не существовало. Эта фантазия никогда бы не воплотилась в реальность. Было много других путей завести ребенка, но ни один из них не позволял Коннору носить его внутри себя. Эта симуляция была единственной возможностью, и он чувствовал импульс сожаления, который пронизывал его тело изнутри. Коннор никогда не будет человеком, и не важно, насколько он похож на него. Но Хэнк ведь знал это, не так ли? Этот красивый и умный мужчина прекрасно знал, что его андроид не сможет стать человеком, но всё-равно избрал его в качестве своего спутника жизни. Это было лишь извращённое желание, и ему стоило отбросить все тёмные мысли или просто зажечь свечу для собственного спокойствия. Коннор посмотрел на мирно дремлющего Хэнка, разглядывая спокойное выражение лица. Из его рта доносилось тихое похрапывание, и Коннор сам удивился, как можно любить кого-то сильнее, чем он любит Хэнка. Он оставил свечку нетронутой. *** Когда Коннор вышел из стазиса, он был просто огромным. Его живот раздулся и обвис, словно он был на девятом месяце беременности. Цикл почти подошел к концу, и, хотя, с одной стороны, ему было только в радость избавиться от всех неприятных симптомов до возвращения на работу, но с другой — было бы грустно видеть, как всё это закончится: похоть, надежда, тепло — всё исчезнет, и жизнь вернётся к привычной рутине.  — Боже, Коннор, ты что, носишь двойню? — Хэнк нежно поцеловал его животик, пока андроид суетливо смотрел на него. — Ты такой огромный. Можно я возьму тебя таким?  — Да, конечно. Срок почти подошел к концу. Я больше не смогу сдерживаться, — среагировав на его последние слова, активизировалось дополнение, о наличии которого Хэнк даже не подозревал. Коннор вовсе не собирался устанавливать что-то, о чём они не договаривались, но он просто стеснялся даже заговорить об этой извращённой фантазии, не говоря уже о том, чтобы обсудить ее. — Хэнк, поможешь мне дойти до туалета? Мне нужно пописать. Хэнк изумленно приподнял бровь. — Правда? — Он пожал плечами и помог Коннору подняться на ноги.  — Хэнк, я не могу больше терпеть, — прохныкал Коннор. — Ребенок такой тяжёлый. — В этот момент он неожиданно начал писать тёплой, чистой водой, что потекла по его ногам вниз, пропитывая чулки и капая на ковёр. Он сразу же приказал своему искусственному мочевому пузырю остановиться и посмотрел на Хэнка, пытаясь выглядеть смущенным за то, что навёл такой беспорядок. — Мне так жаль! Я сейчас же всё уберу! — Не волнуйся об этом, — искра возбуждения промелькнула в глазах Хэнка, когда он сжал Коннора в объятиях и потянул за собой. Опустившись на край кровати, он положил руку на испачканный чулок, обтягивающий мокрое бедро Коннора. — Блять, ты такой влажный. Только посмотри на себя. — Его член стал заметно твердеть, а голубые глаза казались такими манящими, что Коннор попросту не мог отвести от них взгляд.  — Мне так стыдно, — сказал Коннор, выкручивая своё смущение на максимум, пока щёки не стали совсем горячими.  — Ты так прекрасен, Коннор. Ты носишь наших детей. А это всего лишь вода. Повернись-ка, — Коннор сделал так, как было велено, и был удивлён, когда Хэнк приподнял его ночнушку, а после, сжав андроила за бедра, начал опускать на свою массивную эрекцию. Коннор сел сверху на толстый член, скользя вниз, пока его полностью не заполнили. Он застонал, когда Хэнк прикоснулся к его соскам и сжал их, выдавливая молоко и смешивая его с другими жидкостями.  — Ты пиздецки влажный. Беременный и писающийся под себя. Тебя это заводит, не так ли? — Коннор придерживал свой живот, пока Хэнк поднимал и опускал его на своём члене, словно игрушку, вколачиваясь глубоко в его киску.  — Хэнк, ты давишь на мой живот. Я могу описаться вновь.  — Я еще не закончил, — выдохнул Хэнк  — Я вновь промокну.  — Ну так, давай, сладкий, — сказал Хэнк. — Делай, что должен, — казалось, что Хэнк начал брать Коннора еще сильнее, когда вода снова полилась из него. Еще одно грубое движение Хэнка заставило ее резко выплеснуться, окропив все вокруг, и бедра Коннора были полностью залиты теплой жидкостью.  — Коннор! — воскликнул Хэнк. — Ты просто не можешь держать себя в руках, да? — Он надавил чуть сильнее, и Коннор описал его руку. Поток воды остановился лишь тогда, когда Хэнк принялся играть с мокрой киской, и, похоже, только сильнее распаляясь от происходящего, а Коннор отметил про себя, что его маленький риск окупился сполна. Хэнк резко кончил в него, наполняя расхлябанную киску Коннора спермой под завязку, пока Коннор тёр свой клитор, пытаясь достичь очередного оргазма, вскрикивая от возбуждения.  — Хэнк, я чувствую, что ребенок скоро выйдет, — сетовал Коннор, поднимаясь на ноги. Он понимал, каким же грязным он выглядит, стоя напротив Хэнка, в ночнушке, испачканной в семени, синтетической моче и грудном молоке, а Хэнк с нескрываемым интересом смотрел на то, что сам натворил. — Совсем скоро.  — Коннор, я… — в глазах Хэнка блеснуло что-то незнакомое, и Коннору на секунду показалось, что он готов был зажечь свечу. — Всё это скоро закончится, верно?  — Да, мне уже пора рожать, Хэнк, — Коннор слегка наклонился, чтобы убрать прядь волос с лица Хэнка и спрятать ее за ухо. — Жизнь пойдет своим чередом. Мы почти справились. — Он было шагнул к двери, но Хэнк поймал его за запястье и дёрнул к себе. Андерсон улыбнулся, а его член вновь стал твёрдым, заставив Коннора поразиться необычайной выносливости своего любимого. — Куда ты собрался? Оседлай меня, ковбой. Дети не родятся, пока мы их хорошенько не встряхнём. *** Хэнк сильно выдохся после нового оргазма. Коннор слез с него и был счастлив нежно убаюкивать любимого перед тем, как тот погрузился в глубокий сладкий сон. Программа имитации беременности подошла к концу и приступила к процессу деактивации. Коннор чувствовал, как его живот вновь обретает свой привычный размер, а мягкая пластиковая накладка принимает свою первоначальную форму. Коннор аккуратно освободился из рук Хэнка, что крепко обнимал его, а после направился в ванную. Вытащив устройства лактации и мочеиспускания, он вымыл их под краном и положил обратно в коробки. Коннор не был уверен, пригодятся ли они вновь, но безусловно считал, что все испытанное ими было не зря. Взяв в руки душевой шланг, андроид принялся отмывать свою промежность, поражаясь тому, как у пятидесятилетнего мужчины могло быть столько семени, сколько ее было у Хэнка. Им точно не мешало немного отдохнуть после всего этого. Как только они снова приступят к работе, то будут засиживаться в участке допоздна, чтобы наверстать упущенное. Пройдёт ещё несколько недель, прежде, чем они восстановят свои силы и смогут вновь заниматься сексом. Надев чёрные джинсы и полицейскую толстовку Хэнка, в которых ему всегда было так удобно, Коннор побрёл в гостиную. Первые солнечные лучи пробивались через окно, заполняя комнату светом. Снаружи начинался новый день. Это была всего лишь извращённая игра: Коннор вовсе не хотел беременеть по-настоящему, но по какой-то причине после всего он чувствовал себя ещё большим человеком, чем когда-либо. В следующий раз, когда он встретит беременных, то безусловно будет понимать их немного лучше, уже по своему опыту зная, что значит носить жизнь внутри себя на протяжении целых девяти месяцев. Коннор сам не знал, чего ожидал изначально, но, в любом случае, это было весьма познавательно. Может даже слишком. Его все еще поражали те вещи, которые люди ценили настолько, что ради них могли терпеть любую боль. Что до становления отцом, Коннор не был уверен в том, был ли он готов, или должен ли быть когда-нибудь готов вообще. Он полагал, что Хэнк считает точно также. Смерть Коула изменила его, и если они заведут собственного ребенка, то шанс того, что Хэнк продолжал бы чувствовать вину, был крайне велик. В любом случае, они были счастливы. У них обоих была интересная, успешная карьера, которая просто не оставляла времени на маленького ребенка. У них была возможность баловаться разными извращениями без беспокойства о детях в соседней комнате. Они были друг у друга. Этого было более, чем достаточно. Их отношениям больше никто не требовался, но даже сейчас Коннор не мог перестать чувствовать себя не в своей тарелке, из-за того, что их игра уже подошла к концу. Коннор услышал тихое сопение и понял, что он был не один в легком полумраке комнаты. Обернувшись, андроид заметил силуэт Хэнка, который стоял в тёмной кухне, оперевшись о раковину. Коннор медленно подошёл к нему, будучи не до конца уверенным, стоило ли ему тревожить мужчину, но он был серьезно обеспокоен. Хэнк дёрнулся, когда Коннор провёл своей рукой по его талии.  — Господи, Коннор! Я не знал, что ты здесь. Прости. Я проснулся и не смог снова заснуть. Просто лежал и думал обо всякой херне. Я осознавал, что всё это наверняка заставит меня вспомнить о Коуле, но всё равно хотел попробовать.  — Тебе стоило использовать свечу, — подметил Коннор. Он положил свою голову на плечо Хэнка и прикрыл глаза. — Я не хотел причинять тебе боль.  — Ты ни в чем не виноват, — сказал Хэнк. — Мне грустно, но я не в депрессии. Я думаю, что просто подавлен. Думаю о том, что больше не смогу иметь детей. Коул был моим последним шансом передать свои гены, но его больше нет.  — Все необязательно должно быть так, — обратил внимание Коннор. — Мы можем использовать суррогатную мать или взять ребенка из приюта.  — Это то, чего ты хочешь, Коннор? Чтобы у нас был ребенок?  — Не сейчас, — отметил Коннор, — но в будущем — возможно, если ты этого хочешь. Я бы растил ребенка вместе с тобой.  — Я знаю. Я так и говорил. Ты был бы хорошим папой, — Хэнк закрыл свои глаза, но не смог остановить слезу, что потекла вниз и оставила мокрый след на щеке. — А вот я не смогу. Больше никогда. Я был бы самым зацикленным родителем, помешанным на безопасности ребенка. Я бы душил его своей опекой, страшась изо дня в день, что потеряю его, как потерял Коула. Расти в такой атмосфере — не самый лучший расклад для малыша. — Хэнк открыл глаза и уставился в центр раковины. — Более того, я слишком стар для всего этого, Коннор. Даже если мы прямо сейчас заведем ребенка, то мне будет уже шестьдесят, когда он станет подростком. А еще дальше будет только хуже. Думаю, уже прошли времена, когда я мог бы ходить по всему дому, подбирая игрушки.  — Я счастлив, если счастлив ты, — Коннор поцеловал его в щёку. — Мне не нужны дети, чтобы считать нас полноценной семьёй, но это был захватывающий опыт, который многое прояснил для меня.  — И для меня, — сказал Хэнк. — Я не уверен, что смогу сделать это вновь, но я чувствую некую… умиротворённость. Почти. Я чувствую, что потихоньку справляюсь с тем горем, которое затянуло меня после смерти Коула. Я утолял боль в алкоголе, чтобы почувствовать хоть что-то. Словно находился за запертой дверью. И я… я в полном порядке. Я уже привык к мысли, что не смогу продолжить свой род. Поэтому я вношу свой вклад в мир другим способом. Мне всего лишь нужно самого себя в этом окончательно убедить. Коннор сжал плечо Хэнка. — Могу ли я как-то помочь тебе?  — Да. Можешь сводить Сумо на прогулку? И не смотри на меня так. Мне просто нужно пару минут, чтобы погрустить в одиночестве. Чтобы забыть, — он развернулся и улыбнулся Коннору сквозь слёзы. — Когда ты вернешься, мы проведем целый день в постели, хорошо?  — Ладно, — Коннор посадил Сумо на поводок и, дождавшись пока старый пёс выйдет из дома, захлопнул за ними дверь. Рассвет был прекрасен. Весна уже проникла в Детройт. Повсюду начинали распускаться цветы. Андроиды были свободны. Настала хорошая жизнь. Лучше, чем Коннор когда-либо ожидал, особенно когда его только запрограммировали в Киберлайф и отправили на охоту на девиантов. Он знал, что ему не следовало беспокоиться за Хэнка. Все мысли о самоубийстве остались в прошлом, и он уже полностью справился с депрессией и алкоголизмом. Он потихоньку стал приходить в порядок. Они оба. Но это не помешало Коннору поспешить с прогулкой и облегчённо вздохнуть, когда он открыл входную дверь и увидел Хэнка готовящего завтрак на кухне. Сумо пробежал внутрь и улёгся на ковре, а Коннор подошёл к мужчине и забрал кухонную лопаточку у него из рук. Теперь уже он занялся приготовлением завтрака, а Хэнк достал из шкафа тарелку и поставил ее на стол. Коннор положил готовую яичницу и выключил плиту, пока Хэнк садился за стол. Андроид сел напротив и принялся наблюдать за человеком, которого так сильно любил, сканируя его жизненные показатели. Все нормально. Хэнк был абсолютно здоров. Яйца. Символ новой жизни. Коннор оценил иронию, пока молча смотрел, как Хэнк ест. Возможно, пришло время сменить тему и немного поднять настроение им обоим. Коннор откинулся на спинку стула.  — Так, есть ли какие-нибудь другие фантазии, про которые ты мне не говорил? Я заметил, тебе очень приглянулся мой водный модуль. Хэнк ухмыльнулся и издал раздражённый смешок: — Коннор, какой же ты ненасытный. Когда-нибудь ты меня до смерти доведешь.  — Как-будто ты бы хотел умереть иначе, — Коннор улыбнулся и положил руку на стол. Хэнк накрыл его ладонь своей, крепко сжав.  — Ты прав. Ты просто охуенен, Коннор. Я тебя люблю.  — Я тоже люблю тебя, Хэнк, — сказал Коннор и, заглянув в глаза Хэнка, увидел, что из них прошла вся печаль и он готов был встречать новый день рядышком со своим любимым.