la mer

Она подхватывает простуду, как раз в тот момент, когда Фредди, сходя с ума от скуки, устраивает в их квартире званый ужин для своих друзей из Нью-Йорка, Кэти знает только Питера Стрэйкера, они даже болтают некоторое время, пока приглашённые официанты подают первые блюда. В помещении стоит гул из сплетающихся голосов, звона серебра и бокалов. Проигрыватель шуршит в углу томным голосом Ареты Франклин. Некоторые танцуют, Кэти ведёт от плывущих образов – она старательно выдаёт себя за заинтересованного слушателя, Питер что-то болтал о выставке, на которой ему посчастливилось присутствовать, он говорил: «это огромный прорыв в современном поп-арте, точно вам говорю, Фредди, скажи?» - Не знаю дорогуша, по-моему, современное искусство дерьмо полнейшее! – смеялся он, машинально перегибаясь через стол, желая быть ближе к собеседнику, рукой сжимая её острую коленку под столом, слегка опираясь. * Когда вечер в самом разгаре, Кэти чувствует, как горят её щёки, в комнате приторно от запахов восточных приправ. Она говорит: «мне не хорошо» - и Фредди весь подбирается. Вина и тревога накрывает её с головой, она чувствует себя глупо, и думает: «злится, он злится, я всё испортила» - Потерпи чуть-чуть, сейчас я выставлю всех нахер – Беспокойный блеск его глаз, заставляет её болезненную тревогу уйти. * Слегка притворяя за собой дверь в спальню, Кэти слышит: «дорогуши, моя женщина простыла, так что выметайтесь» - смеётся он – «Джо, оформи всем десерты на вынос» * Некоторое время спустя, он уже в спальне, сидит напротив, обнимая её озябшие стопы: - Холодные – целует щиколотки Кэти, пока она цедит свой чай с лимоном и вересковым мёдом, - И как ты умудрилась простыть, дурила.