Искра во тьме

Сакура стояла у зеркала и очень придирчиво осматривала свои волосы. Она их несколько раз прочесала пальцами, внимательно разглядывая каждую прядку. — Я даже не знаю, что меня больше всего веселит в этой ситуации, — протянула Сакура. — То, что я теперь шатенка или то, что Учиха Итачи справляется с краской для волос не хуже, чем с кунаем, — она хихикнула и развернулась, посмотрев на юношу, который сидел на диване. — Тебе идёт, — флегматично ответил он, не комментируя похвалу девушки. — Но я всё же считаю, что это не было обязательным. Тебя бы и с розовыми волосами не уличили в том, что ты повзрослевшая Харуно Сакура из будущего. — Но мои волосы привлекают лишнее внимание, — она потеребила в руках кончики коротких волос. — А оно мне не нужно. Учитывая, что я буду пропадать на миссиях с командой по несколько дней, полагаться исключительно на Хенге невозможно. Итачи внимательно посмотрел на Сакуру. — Насчёт твоей работы… Ты уверена, что это хорошая идея? — Сандайме-сама считает, что я нужна в АНБУ. Как шиноби Конохи, я не могу ослушаться Хокаге. Тем более, — она присела рядом с Итачи, что обозначилось скрипом пружин в диване. — Он выделил для меня эту квартиру на то время, пока я здесь. — Я о том, с кем ты будешь работать, Сакура. Ты сможешь? Девушка вздохнула. Она опустила взгляд вниз, на свои руки, и вспомнила разговор в кабинете Хокаге, который произошёл два дня назад. — Ты можешь мне очень сильно помочь в одном деле, — третий Хокаге задумчиво вертел в руках свою трубку. — Есть один очень талантливый шиноби, но он через слишком многое прошёл, — мужчина вздохнул и отложил прибор для курения. — Сейчас он командует отрядом АНБУ, но я бы хотел дать ему команду учеников. Он мог бы быть великолепным учителем, если бы только не был таким одиноким. Я не могу доверить ему детей, пока он в таком состоянии, — Сарутоби Хирузен покачал головой. Сердце Сакуры бешено застучало. Она догадывалась, о ком говорил третий Хокаге, но молилась, чтобы это был кто-то другой. — Более того, в Академии сейчас учатся те дети, для которых он, возможно, станет идеальным сенсеем, — мужчина внимательно смотрел на девушку. — Видимо, ты прекрасно знаешь, о ком идёт речь. — Да, работать с Хатаке Какаши будет тяжело, — ответила Сакура Итачи. — Но у меня нет выбора. Тем более, ты будешь рядом большую часть времени, — она улыбнулась ему. — Я знаю, что ты меня прикроешь, если что-то произойдёт. Повисло молчание. Она чувствовала, что Итачи что-то хотел сказать, но сдерживался. — Ты ведь уже давно всё прекрасно понял, — девушка улыбнулась и посмотрела в глаза юноше. — Да, я была в команде с Саске и Наруто. И да, нашим сенсеем был именно Хатаке Какаши. И если Хокаге считает, что он ещё не готов стать учителем, то я сделаю всё возможное, чтобы через пять лет третий принял окончательное решение сделать нас подопечными Хатаке Какаши. — Это было ясно ещё в кабинете Хокаге, — кивнул Итачи. — Но меня беспокоит другое. Меня беспокоит, что твои чувства к Какаши-сану помешают тебе мыслить чётко. Сакура застыла. — Что ты имеешь в виду? — Я видел твоё лицо, когда ты увидела его в лесу, возвращающимся с миссии. Я видел твою реакцию, когда Третий дал тебе это задание. В конце концов, Сакура, — он поджал губы. — Я видел твои воспоминания о той ночи. Ты призналась ему в любви. — Ты не имел права, — прошептала девушка, отодвинувшись от него. — Я и не собирался, — в голосе юноши действительно можно было услышать сожаление. — Но мы пытались восстановить события той ночи, и, как только я понял, что это не то, что нам нужно… — Дело не в том, что ты видел моё признание, — возразила Сакура, переведя дыхание и успокоившись. — Это конечно, не очень приятно, но куда важнее то, что ты видел его… — В мантии Хокаге. Сакура рукой зачесала волосы назад и вздохнула. Внезапно к ней пришло осознание того, что Итачи со своим шаринганом может в любой момент считать все её воспоминания. Но самое удивительное, что это девушку ни капли не пугало. Она могла доверить ему знание будущего и всё равно знать, что он не совершит ничего, что могло бы изменить будущее в лучшую для него сторону. Он слишком самоотвержен для подобного. — Ты прав. Я не знаю, как я буду с ним работать, — признала она. — Но, знаешь, я два года работала бок о бок с твоим братом, в которого была влюблена, — Сакура усмехнулась. — Вытерпела тогда, вытерплю и сейчас! Однако, — она посерьёзнела. — Если я сделаю что-то глупое, останови меня. Хорошо? Сакура протянула мизинец Учихе. Он вопросительно вскинул брови, не веря, что она действительно хочет закрепить обещание, от которого зависит их будущее, на мизинцах. Словно прочитав этот вопрос в ониксовых глазах юноши, Сакура уверенно кивнула, а затем схватила руку Итачи и поднесла к своей руке, поторапливая брюнета. Ей не терпелось закрепить обещание. — Что за детские игры, — он усмехнулся и покачал головой непосредственности девушки, а затем сжал мизинец Сакуры своим. *** Его голос был ещё не таким глубоким и взрослым. Осанка была прямее. Он не казался простаком, как в день его знакомства с командой номер семь. Вовсе нет: здесь он был опасным шиноби, который мог хладнокровно убить кого угодно ради миссии. Его подчинённые чувствовали его силу, уважали его и даже боялись, не решаясь возражать сыну Белого Клыка, Копирующему ниндзя Какаши Хатаке. — Всем всё ясно? — завершил он объяснять суть миссии, на которую они должны были отправиться ночью. Сакура была раньше знакома со всеми членами отряда АНБУ, в который её назначили. Помимо неё самой, Какаши и Итачи, в их отряде была мастер кендзютсу, Югао Узуки, внешним данным которой Сакура завидовала ещё будучи подростком; Абураме Йоджи, верхняя часть лица которого была скрыта плотной маской так, что кроме рта юноши больше ничего не было видно. Пятым же членом отряда был никто иной, как капитан Ямато, с которым Сакура работала бок о бок несколько месяцев, когда была чуунином. Отряд ничего не ответил на вопрос их командира. Трое АНБУ, что были на собрании, помимо Какаши, Сакуры и Итачи, поглядывали на зеленоглазую шатенку, но молчали. Заметив их поведение, Хатаке вздохнул. — Да, в нашем отряде пополнение, — скучающе заметил он, словно лишний человек в команде для него дело пустяковое. — Это Сакура. — Сакура? — переспросила девушка с длинными сиреневыми волосами, Югао Узуки. — Из какого клана? — Просто Сакура, — подала голос Харуно, не давая Какаши возможности ответить. — Я в АНБУ новенькая, — она сделала шаг вперёд, встав рядом с их командиром и обведя взглядом своих будущих коллег. — Специализируюсь на тайдзютсу и медицинских техниках. Буду рада с вами работать! — она улыбнулась и чуть поклонилась, желая произвести как можно более положительное впечатление на элитных шиноби, что стояли перед ней. — То есть, если тебе кто-то не понравится, ты можешь сначала сильно покалечить, но потом залечить? — Югао улыбнулась и склонила голову набок. Сакура лишь подмигнула ей в ответ. Кажется, с женской частью коллектива проблем не предвидится. Харуно не заметила, как так вышло, но уже через пару минут она по-дружески общалась с Югао и Ямато. Юноша из клана Абураме тоже стоял с ними, лишь изредка что-то добавляя. Обращаться к ним по именам было тяжело, поэтому девушка внимательно следила за своей речью. Привычный ей “Капитан Ямато”, например, сейчас был известен под именем Тэнзо. Итачи, в свою очередь, стоял поодаль: он внимательно наблюдал за происходящим, но предпочитал не вмешиваться. Какаши же сидел за столом, что стоял в углу комнаты у окна, и перебирал бумаги, всем своим видом показывая, что не хочет, чтобы его беспокоили. Он казался раздражённым, и Сакура, которая краем глаза наблюдала за сенсеем, не могла избавиться от чувства, что именно она ему чем-то не угодила. — Ну что, Какаши-семпай, вы пойдёте с нами поесть барбекю? — громко спросил Тэнзо так, чтобы мужчина оторвался от своей работы. — Я бы очень хотел, но надо дописать отчёт по прошлой миссии, — ответил тот, хотя по голосу было слышно, что он ни капли не хотел с ними никуда идти. — В следующий раз обязательно. — Каждый раз говорите вы так, — загадочно протянул Йоджи. Сакуру чуть не передёрнуло от того, насколько они одинаково разговаривают с Шино. Такое впечатление, словно всех в клане Абураме с самого рождения учат двум вещам: искусству управлять жуками и искусству морочить всем голову непонятной манерой речи. — Но ни разу не выполнили вы слово своё. А всё потому, что… — А ты, Итачи, пойдёшь? — перебила Югао бормотание Йоджи. — Миссия обещает быть долгой, и неизвестно, когда мы ещё сможем насладиться вкусным жареным мясом! — Я не… — Да, Итачи, пойдём с нами, — Сакура подошла к брюнету. — Мне, как новенькой, очень хотелось бы поближе со всеми познакомиться, чтобы нам легче работалось, — она лучезарно улыбнулась. По взгляду Итачи было понятно, что мысленно он закатил глаза на все триста шестьдесят градусов, сделав полный круг и вернув их на место, при этом обозвав девушку не самыми приятными эпитетами. Но вслух он ничего не сказал, а лишь кивнул и прошёл в сторону двери. Югао, Тэнзо и Йоджи направились за ним, а Сакура, что шла в хвосте, остановилась в проходе. — Какаши-сан, — не говорить “сенсей” было тяжело, а новое обращение совершенно неприятно легло на язык Сакуры, словно абсолютно инородное слово. — Вы уверены, что не хотите с нами? Я угощаю, — скромно добавила она, надеясь, что привычка сенсея поесть за чужой счёт выработалась уже сейчас. Он вдруг оторвался от бумаг и повернулся к ней. Он прищурился одним лишь глазом, который не был прикрыт повязкой Конохи, и от этого взгляда девушке стало не по себе. — Я не хочу, — отчеканил он. — До вечера, Сакура-сан. — Можно просто Сакура, — удивлённо пробубнила девушка. С чего это такое уважительное обращение? — Послушай, — он поднялся и подошёл к ней. Сакура сделала шаг назад. Какаши был на голову выше неё, и смотреть на него снизу вверх было жутко из-за далеко не дружелюбного взгляда сенсея. — Сандайме-сама назначил тебя именно ко мне в команду лишь по той причине, что у нас нет медика. У нас много людей, и мы работаем слаженно, поэтому не мешай и занимайся лечением, когда это потребуется. Таким как ты не место в АНБУ. — Каким таким? — девушка положила руки на бока, переходя в наступление. — Таким дружелюбным, — он подозрительно посмотрел на неё. — Не знаю, почему Учиха Итачи согласился пойти, когда ты попросила, но я на это не куплюсь. Ты что-то скрываешь, просто Сакура, — выделил он её имя, указывая на тот факт, что девушка не раскрывает свою фамилию, — и я узнаю, что. И да, мы с тобой не друзья, поэтому я буду называть тебя так, как посчитаю нужным, и от тебя я так же требую соблюдения субординации. Сакура вскинула брови. Да уж, Хокаге был прав. Молодой Хатаке Какаши действительно далеко не подарок. Но ничего, раз откровенную ненависть Саске она испытала на себе во времена генинства, лёгкое раздражение Какаши-сенсея её не пугает. — Не переживай, Какаши, — медленно произнесла она, смакуя каждый слог и выделяя фамильярное обращение. — Будь уверен, в этой команде я не буду лишняя. И очень скоро ты сам в этом убедишься, — мужчина сузил глаза; или точнее глаз. Сакура явно его разозлила. — До вечера, — она хитро улыбнулась и посмотрела ему прямо в глаз. — Какаши. *** — И чего ты за мной увязалась? — Итачи засунул руки в карманы и своей раздражённой интонацией очень напомнил Саске. Сакура весело мурлыкала себе под нос незамысловатую мелодию и продолжила есть клубничное мороженное, которое казалось особенно вкусным после барбекю. — Какая-то ты слишком весёлая, учитывая то, что… — Что меня откинуло на тринадцать лет назад? — нарочито небрежно закончила за него Сакура. — Ну да, неприятно, конечно, но лучше отнестись к этому, как к заданию ранга S. Более того, я знаю людей, миссии которых были похуже этой. Она, конечно, не стала говорить, что имеет в виду Итачи и его миссию по сбору информации об Акацуки. Каждый раз, когда она смотрела на него, она не могла не думать о том, что совсем скоро жизнь этого юноши перевернётся. И за те несколько дней, что она с ним знакома, девушка чувствовала с ним особую связь. Она бы никогда и не подумала, что сможет называть Учиху Итачи другом. Но это, конечно же, про себя. Она не скажет ему, что считает его за друга: во всяком случае, не сейчас. Ей казалось, что юноша к таким откровениям совершенно не готов. — Так зачем ты идёшь со мной в сторону квартала Учих, не ответишь? — он помахал рукой перед глазами девушки. — Это глупо, — Сакура смутилась. — Но мне бы хотелось взглянуть на него. На Саске, до того, как, — она запнулась. Сказать “до того, как ты убьёшь всю его семью” было бы, мягко говоря, бестактно. — До того, как он вырастет в занудного подростка, — как ни в чём не бывало улыбнулась она. Итачи явно на это не купился, но лишь пожал плечами, показывая, что не возражает. — Кстати, — она поспешила перевести тему, — команда у вас действительно замечательная. Ты давно в ней? — Недавно, всего месяц, — он пнул носком сандалий камень, что валялся на дороге. — Я заметил, что твоя миссия не слишком успешно началась. — Ты о чём? — Сакура заинтересованно смотрела по сторонам, словно впитывая в себя каждую деталь Конохи из прошлого. — О вашем с Какаши-саном разговоре, когда мы вышли, — девушка подавилась мороженным и начала усиленно кашлять. — Всё-то ты заметишь, — едко отметила она. — Ничего, Сандайме-сама предупреждал, что общий язык с сенсеем найти тяжело. Меня угрожающим взглядом и парой грубых фраз не испугать, — она хмыкнула и бросила обёртку от законченного мороженного в мусорку, мимо которой они проходили. — Пришли! Сакура юркнула за стену дома, у которого они стояли, и тихонько выглянула. — Ты чего? — Итачи вопросительно поднял бровь, наблюдая за странным поведением девушки. — Ты иди, я тут постою, — тихо ответила она. Из места, где она стояла, был виден вход в поместье главы клана Учих. Прямо на лестнице сидел семилетний Саске, завязывая сандали. Итачи тоже посмотрел на младшего брата. Сакура заметила на лице юноши улыбку, прежде чем он кивнул ей на прощание и пошёл в сторону своего дома. Девушка наблюдала, как мальчик обрадовался, увидев Итачи. Он принялся что-то рассказывать о своём дне в академии. Сакура не могла не улыбаться, смотря на этих двоих. Их связь была видна невооружённым глазом. Харуно никогда в своей жизни не видела Саске таким счастливым, как сейчас, и было до боли несправедливо, что им не суждено… — Ты что, шпионишь за Саске? — прозвучал звонкий голос, вырывая девушку из раздумий. Она оторвалась от созерцания братьев Учиха и посмотрела вниз. Рядом с ней стоял мальчик. Яркие блондинистые волосы под солнцем казались золотыми, а огромные, голубые как небо глаза внимательно смотрели на Сакуру. Маленький Узумаки Наруто был бы похож на ангелочка, если бы его одежда и лицо не были измазаны в грязи. — Всем девочкам нравится этот Учиха, — он надул щёки. — Но ты же для него старуха! — Старуха? — да уж, этот мальчик далёк от ангела. Наруто Узумаки никогда не отличался тактом. Однако вместо того, чтобы обидеться, Сакура прыснула от смеха. Она не знала, почему именно: возможно, разговаривать с детской версией своего лучшего друга возымело на неё немного истерический эффект. — А ты чего такой грязный? — она наклонилась и упёрлась руками в колени, чтобы было удобнее разговаривать с мальчиком. — Где ты был? — А тебе-то что? — он топнул ногой. — Где хотел, там и был! — он показал язык. — Но раз уж тебе так интересно, — он приосанился, — я тренировался, и теперь пришёл сюда, чтобы вызвать этого придурка Учиху на повторный бой! — Ого, — протянула Сакура. — Ты такой молодец. Уверена, однажды у тебя получится победить, — она не удержалась и потрепала мальчика по взъерошенным волосам. — Я в тебя верю, Наруто. Она поднялась и, улыбнувшись ему напоследок, прыгнула на крышу дома, у которого они стояли, чтобы перепрыгнуть на стену, что ограждала территорию Учих от деревни. — Эй, ты, откуда ты знаешь, кто я?! — услышала она крик мальчика, но не стала оглядываться. Девушка лишь спрыгнула со стены и поспешила в сторону своей квартиры, задорно смеясь.