Сомнение

Вы когда-нибудь смотрели на что-то и не понимали, хотите ли вы это, или нет? Думаю, что это было у каждого. Сомнения. Надеюсь я правильно понимаю это слово. Его придумали люди, но само чувство придумал отец. Простите, забыл представиться, я Святой Архангел Михаил, Старший Полномочный Посланник Эля. И это было всегда, до определенного момента. Люди называют это переломным моментом. Все вы знаете, что у меня много братьев и один из них — Люцифер. Младший брат, которого не устраивали игрушки отца, все знают эту историю. И надеюсь многие знают о последней битве между мной и братом. Она должна была состояться, но пришли Винчестеры, закинули нас с братом в клетку и многое другое. Но вы не знали одного. Когда ангелы и демоны стремительно начали взламывать печати, то меня одолевало прежде незнакомое мне чувство. Мне казалось, что отец был не в себе, когда говорил, что апокалипсис должен был случиться. И когда мы были на том кладбище, я не знал, стоит ли жизнь брата этого всего? Мы оба были заложниками игры отца. Но когда я был в клетке, я начал пересматривать свои взгляды на все. Люцифер помог мне в этом. Но тогда он был очень зол и поэтому сделал все хуже. Я впал в депрессию на пару лет, обдумывая все. Но ответов так и не нашёл. Я уговорил Ровену выпустить меня и она согласилась. С тех пор я хожу по земле и пытаюсь разобраться. Но вопросов стало лишь больше. А огромное количество выбора заставляло меня психовать. Ну скажите, как вы выбираете мороженое? Я понимаю, оно отличается вкусами, все дела, но… один и тот же вкус, но в разных упаковках. Сомнения на каждом шагу. Люцифер переехал в ЛА и просто не смог оставить меня одного бродить по миру. Но город ангелов еще хуже! Иногда я сомневаюсь, что сомневаюсь. И вот сейчас, я стою в магазине и пытаюсь выбрать это чертово мороженое. Я куплю все. Но хочу ли я все? — Я НЕ ЗНАЮ! — я вышел из магазина и хлопнул дверью. Мой брат вздохнул, и вышел за мной. — Я захотел шоколадное, а раз ты не можешь выбрать, то я взял и тебе, — он протянул холодный десерт. — Спасибо, — слабо сказал я и открыл мороженое. — Думаю, что тебе нужна помощь, — Дьявол медленно ел сладость. Я покачал головой. Да, я лгу ему и себе. Хотел бы я сказать, что это во благо, как говорят люди, но нет. Я делаю только хуже нам обоим. — Но должно же быть что-то, что ты хочешь всегда, — мой младший брат, как всегда, делал то, что хочет. И видимо сейчас он хочет разобраться в, попрошу заметить, моих чувствах. — Сделай как ты, только из сериала, — съязвил я. — Хорошо, — неожиданно легко согласился Люцифер, прижимая меня к стене. — Чего ты желаешь на самом деле? — Люци! — возмущенно сказал я. Мое мороженое упало, но брат не обращал на это внимание. Он смотрел на меня. — Сначала скажи, что ты хочешь. Я хотел сказать, чтобы он отпустил меня, но я начал сомневаться хочу ли я этого. — А если я сделаю так… — архангел словно навалился на меня, а его лицо было в паре сантиметров от моего. — Я-я хочу мороженое, но оно упало, — отмазался я. Люцифер отстранился от меня и протянул свое. Я взял десерт, не смотря на брата. Домой мы шли в тишине. Люцифер думал о своем, а я о том, что произошло. Сомнения не давали мне покоя. Скажу вам честно — это отвратительно. Почему я не могу быть как брат? Он всегда знает, что хочет. *** Вечером я сидел перед телевизором и листал каналы. Обычно Люцифер уходил гулять на всю ночь, но сейчас почему-то сидел на кресле и сверлил меня взглядом. — Неужели это происходит каждый вечер? — Ага, — не отрываясь от экрана сказал я. Я нашёл какую-то программу, но я сомневался, что хочу ее смотреть. — Я помогу тебе разобраться, — он встал, — пойдем. — А вдруг я не хочу? — Ты действительно не хочешь? — он усмехнулся. Не думаю, что мне надо было отвечать. Мой ответ был очевиден. Я медленно встал. — Что ты придумал? Он не ответил. Он крепко схватил меня, не давая выбраться. Было больно. — Отпусти меня, сейчас же! — потребовал я. — А ты этого хочешь? — Да, — без колебаний сказал я, пытаясь пнуть брата. — А может нет? — Да! Люцифер отпустил меня, усмехаясь. — Это урок. Ты захотел, чтобы боль закончилась. У тебя не было сомнений. — Да, но как это относится к моему чувству? — Сомнения приносят тебе боль. Разве не так? — я хотел ответить, но брат меня перебил. — Это был риторический вопрос. — К чему ты? — Ты должен начать слушать себя. Например, что ты хочешь на ужин, спагетти или пиццу. — Я не знаю. — Ты не слушаешь! — Слушаю! — Значит не слышишь! — Сатана мой психотерапевт, замечательно. — Зря я научил тебя сарказму, — отвернулся падший. Тогда сделаем так. Он ушёл на кухню, а вернулся с двумя бутылками. В одной были виски, а в другой вино. — Пей, а потом скажи, что тебе понравилось больше. — Люцифер, я не думаю, что это поможет. — Ты хоть попытайся. Я вздохнул и попробовал виски. Они обжигали горло и я нахмурился. — Что скажешь? — спросил брат. — Мне не понравилось, — уверенно сказал я. — А теперь вино. Я отпил. Отпил еще раз, ведь не мог понять. Попробовал еще раз и отодвинул от себя. — И как? — спросил, наблюдавший все это время Люцифер. — Не знаю. И почему тебе стало это так важно? — Ты мой брат, — отмахнулся архангел. Я встал и ушёл в свою комнату. *** Пару дней Люцифер не трогал меня. Это было не похоже на него. Кажется мой брат психанул. Но я привык к такому. Что поделать, мой брат истеричка. Но что-то в нем изменилось. Вечером я просто лежал на полу с бутылкой вина. Я пытался понять, нравится ли оно мне. Люцифер пришёл пьяным. Он едва стоял на ногах. — Михаииил, — мне пришлось встать и помочь брату дойти до кровати, пока он не уснул на пороге. — В следующий раз оставлю тебя здесь, — я понял, что тоже был пьян. — Ну братиииик, — Люци упал на меня, — я тебя люблю. — Я знаю, — я переместил нас в его комнату и попытался уложить, но в итоге упал на кровать вместе с братом. Он обнял меня. — Не уходи, — попросил брат. — Люцифер, я хочу спать. — Спи со мной. — Я не… Иди к черту. — Предпочитаю тебя. И мы уснули. Сомневался ли я? Еще как. Но все равно сделал так, как хочет мой брат. Я был слишком пьян, чтобы думать об этом. На следующее утро я проснулся с головной болью. Люцифер еще спал. Мне не хотелось его будить, поэтому я решил не вставать. Я даже не думал об этом. На самом деле я не думал ни о чем. Через пару часов блондин проснулся. — Михаил? — И тебе доброе утро, — я зевнул, — хотя не думаю, что три часа дня утро. — Мы переспали? — серьезно спросил Люцифер. Я нахмурился. — Нет, — я встал с кровати, — Мы братья, если ты не забыл. — Не забыл, — он закрыл лицо подушкой. Я пожал плечами и пошёл за таблеткой. *** На следующий день Люцифер ворвался ко мне в комнату очень рано. — Я знаю! — мой брат раздвинул шторы, — У меня есть идея! — Шесть утра. То, что ты Сатана не дает тебе право мешать спать старшему брату, — я кинул в него подушку, а она, в свою очередь, прилетела обратно. — Ты идёшь со мной, — Люци начал забирать мое одеяло. — Я тебя сейчас вырублю. — А ты точно хочешь спать? — падший усмехался. — Да и если ты будешь мне мешать, то я тебя вырублю, — я забрал одеяло у почему-то улыбающегося брата и уснул. Через пару часов я, зевая, спустился завтракать. Дома было тихо. Я подошёл к холодильнику и увидел записку. «Если хочешь видеть своего брата живым, то приезжай по адресу, что на обратной стороне.» — Люцифер… А что мне оставалось еще делать? Естественно я отправился туда. По этому адресу находился заброшенный склад. Я подошёл к двери и там была записка «От твоего выбора зависит жизнь твоего брата». Я открыл дверь и увидел лабиринт. — Люцифер, это твои шутки? Мне не смешно! Но я пошёл туда. Что-то подсказывало мне, что все так просто не будет. И оказался прав. Мне навстречу выбежал адский пес. Злой адский пес. Он набросился на меня, но я не дал ему пройти и метра. Я поднял его в воздух и свернул шею этому существу. Мне пришлось идти дальше. Я практически не задумывался о том, куда иду. Что-то подсказывало мне это. Через пару метров я увидел маленького мальчика. — Рафаэль… Но ты же мертв? Он поднял взгляд. Все сразу стало понятно. — Михаил, забери меня отсюда. — Ты не мой брат, — твердо сказал я. — Но ведь похож, — у оборотня появился клинок, — Умри, или убей брата. — Ты не Рафаэль! — я достал клинок. Ох не стоило меня злить. Оборотень бросился на меня и единственное что оставалось мне — это убить его. — Считай, что убил брата, — прохрипел он перед смертью. Мне захотелось плакать. Оба моих брата мертвы. У меня есть только Люцифер и сейчас мой брат в опасности. Я вытер слезы и отправился дальше. Я дошёл до середины. В самом центре, в кругу из святого масла лежал Люцифер. Я потушил огонь и подбежал к брату. Он почти не дышал. На нем лежала записка. «Лишь поцелуй любви спасет». — Что за глупости? — мои нервы были на пределе, — Люцифер, очнись! — слезы покатились по моим щекам, — Почему ты делаешь это? Я вновь посмотрел на записку. Я наклонился к лицу архангела. Он был прекрасен. Это было сложно не заметить. Я осторожно коснулся губ брата, нежно целуя. Его холодные губы начали отвечать, падший углубил поцелуй. Если бы кто-нибудь спросил какой на вкус Люцифер я бы ответил «неповторимый». Он отстранился и сказал, своей неповторимой улыбкой, смотря на меня своими чертовыми неповторимыми глазами: — Я же говорил, что помогу тебе. И тут ко мне вернулась память, которая куда-то исчезла после поцелуя. — Ты… Люцифер, ты идиот! Зачем это все нужно было? — Знаешь, я тоже часто сомневаюсь. Знаешь как я принимаю решения? Я не думаю. Ты ведь тоже не особо думал, когда решал. — К чему этот поцелуй? Я же мог этого не делать, а ты умереть. — А здесь я уже разрешал свои сомнения. Помнишь, вчера мы проснулись вместе и я спросил спали ли мы? — я кивнул, — Просто… Я люблю тебя, Михаил. Я хотел сказать тебе это гораздо раньше, но ты сомневался во всем. Я хотел, чтобы ты был со мной, но еще я хотел знать, что этого хочешь ты. — Ты такой идиот… — Но теперь я уверен, что ты любишь меня, а я всегда любил тебя, — Люци попытался меня поцеловать, но я отстранился. — Я с тобой не разговариваю. — Но я же пытался помочь… — Помочь? Ты напомнил о Рафаэле, а вместе с ним о семье, я думал, что потерял тебя! — я заплакал, но я не думал об этом. — Мих… — Мне нужно побыть одному, — я улетел. Я прилетел в свою комнату и сел на кровать, обняв ноги. За дверью послышался шелест крыльев. Я понял, что он сел под моей дверью. Он оказался прав. Я действительно стал сомневаться вместе. Я долго думал о семье. Сложно понимать, что братья мертвы, отец и тетя неизвестно где, ангелов почти нет. Тот, кто помогал мне справиться с потерей сейчас сидел за дверью. Я открыл дверь и увидел брата. Он встал и виновато посмотрел на меня. — Прости… Я сделал то, что хотел. Я ударил брата. А потом поцеловал. — Ты прощен, брат. — Я люблю тебя. — Я знаю. Я тоже. А что произошло дальше — это уже совсем другая история.