Echoes of darkness

Тяжелый насыщенный день сменился на не менее трудную ночь. С момента изгнания Тора и разговора Анастасии и Локи во дворце была какая-то накаленная обстановка. Тишина в коридорах лишь еще больше угнетала. Девушка сидела на кровати в своей комнате вот уже который час и никуда не выходила. Она обдумывала все, что произошло сегодня. Мысли роились и жужжали, словно дикие пчелы, больно ударяя по вискам. Она знала, что справится с этим, спрячет все эмоции в темный угол вновь и не даст им выхода, до определенного времени, конечно. Именно ради этого «определенного момента» ей и хотелось научиться контролировать силы.       — Я тебя не отвлек, — в комнату ворвался темноволосый принц, он был чем-то взволнован, — Идем со мной!       — Куда? — спросила блондинка, но так и не получила ответа. Одинсон вышел из комнаты и направился к лестнице быстрым шагом, — Подожди! Анастасия выбежала вслед за юношей и вскоре догнала его. Не понимая, куда они направляются, девушка старалась не отставать, дабы не заблудиться. Спрашивать что-то она не решалась. Раздражение наследника читалось во всем: глаза блестели, словно от ярости, руки были сжаты в кулаки, а походка была размашистой, но не менее грациозной. Наблюдая за вьющимися коридорами, землянка не заметила, как они зашли в какой-то подвал…? Нет, слишком аккуратный для подвала, скорее хранилище для реликвий Асгардцев.       — Иди тихо. Ни к чему не прикасайся и не шуми, — произнес Локи приглушенным голосом, не оборачиваясь на мидгардку. Она медленно шла, параллельно рассматривая то, что находилось в помещении. В это время, темноволосый подошел к небольшому ларцу, что стоял посередине коридора в самом его конце. Он аккуратно, будто бы боясь коснуться реликвии, оторвал ларец от поверхности, на которой тот стоял, и медленно приподнял его на несколько сантиметров. Анастасия внимательно смотрела на происходящее, стоя в паре шагов за спиной у юноши. Какого было ее удивление, когда кожа на руках юноши начала приобретать голубой оттенок. Плечи асгардца едва заметно задрожали. Зеленоглазая протянула руку и его хотела коснуться.       — Ло… — девушка не успела договорить, как ее прервал более громкий голос, принадлежавший все-отцу. Локи поставил ларец на место и обернулся на звук. Его глаза были красного цвета, а кожа, как уже говорилось ранее, приобрела светло-синий оттенок.       — Кто я такой?! — громким голосом спросил наследник.       — Ты мой сын, Локи.       — Нет! Я чудовище, которым пугают родители своих детей перед сном! — он сделал шаг вперед, будто бы готовясь к нападению. Его кожа вновь приобрела привычный светлый оттенок, но с каждым мгновением становилась бледнее, — Зачем ты забрал меня?       — Локи, ты был ребенком. Я не мог тебя там оставить умирать. Я пожалел тебя! — говорил Один, продолжая стоять на прежнем месте. Он также был настроен серьезно, — Я твой отец.       — Зачем?! — закричал темноволосый принц, — Ты ничего не делаешь без причины! Ты не мой отец! Ты не можешь быть отцом такого чудовища, как я! Голос Одинсона эхом отразился от каменных стен и вернулся в троекратном размере, отчего становилось не по себе. В мгновение ноги все-отца подкосились, и он без сознания упал на ступени. Локи подбежал к правителю, склонился над ним и стал звать на помощь. Анастасия стояла на прежнем месте не решаясь сдвинуться с места. Происходящая на ее глазах драма затронула внутри нее что-то живое, что, казалось, переболело уже давно. Как только охрана забрала обессилевшего царя, девушка и принц остались одни. Локи стоял неподвижно на лестнице, его ладони сжались в кулаки, а плечи опустились. Блондинка осторожно подошла к темноволосому со спины.       — Локи, все в порядке? — полушепотом спросила она.       — Не трогай меня! — крикнул в ответ юноша и вышел из хранилища. Фрост поспешила за ним, не желая оставаться одна. Девушка едва ли успевала за принцем. Он удалялся слишком быстро и вскоре вовсе исчез из виду. Анастасия завернула за угол и принялась искать наследника взглядом. Поиски не увенчались успехом. Но как только зеленоглазая собралась уходить, она услышала тяжелые вздохи и всхлипы. Не думая долго, она направилась в сторону звука и застала Одинсона сидящем на широком подоконнике перед большим окном.       — Все-таки нашла. Зачем пошла за мной? — отвернувшись к свету спросил Локи.       — Не могла оставить тебя так… — он повернул голову в сторону девушки и удивленно посмотрел на нее, — … одной тоже оставаться не хочется, — он вновь отвернулся к окну.       — Не против, я присяду рядом? — спросила Фрост и, не дожидаясь ответа, села на подоконник.       — Зачем спрашивать, если ты уже это сделала? — спросил он, но гостья Асгарда ответила вопросом на вопрос.       — Переживаешь из-за отца?       — Он мне не отец! И это не твое дело! — Одинсон рявкнул на Анастасию и приблизился к ней, — Какое тебе дело? Ты никогда ничего подобного не переживала… Тебе не понять.       — Мне… Ты ничего не знаешь о моей жизни! Не знаешь, что было и чего не было! — мидгардка упрямо смотрела в глаза, что смотрели на нее с любопытством. Ей не хотелось вспоминать о старых ранах, но, видимо, иначе сегодня не получится.       — Рассказывай, — он отпрянул и довольно ухмыльнулся, ожидая услышать историю. «Ты уже знаешь, что я сбегала из дома и замораживала свою мать. Но то лишь начало истории… У нее есть и продолжение. После того происшествия с матерью, я около месяца моталась по улице, ночевала где придется, чем придется питалась. В принципе, меня устраивала такая жизнь, но один раз я нарвалась на полицейских… эм… что-то типа ваших стражей. Они разузнали мой адрес и отвели меня домой. Логично предположить, что мать и сестра не были особо рады моему возвращению. Началась все та же тирания: нет ни права слова, нет места для моих желаний и потребностей, лишь неполноценная жизнь, что тянет вниз и превращает в грязь. Они со мной не церемонились особо: постоянные оскорбления, речи о том, что я ничтожество и вовсе недостойна жить на свете, что я ничего не добьюсь. Прошло около двух лет терпения ко всем унижениям, избиениям и прочей гадости. Не знаю, что стало началом всех моих бед, быть может просто скопление негативных эмоций. В один из вечеров мать была дома, ее сократили на работе, и она топило свое горе в красном вине, а мне, на свою голову, пришлось задержаться в школе. Придя домой меня ждала пьяная матушка и сестра, что пыталась сбежать на вечеринку. Стоило закрыть входную дверь, как на меня посыпались оскорбления. Вроде бы все как обычно, но в этот раз из ее уст вырвалось то, что подкосило всю жизнь: «Ты не моя дочь! Ты приемыш!» Она повторяла и повторяла эти слова, а я стояла у той же двери и просто плакала. Не могла сдвинуться с места. В какой-то момент она замахнулась на меня… Тут и произошло то, о чем я не жалею, но предпочитаю не вспоминать. Я оттолкнула ее, оставив сильный ожог на руке, которую эта женщина подняла на меня. Она что-то визжала и грозилась позвонить в полицию, но жажда мести затмила здоровый разум. Я приморозила ее к стене в прихожей, а после, свернула шею…»       — Если тут кто и чудовище, так это я, — произнесла Фрост и отвернулась к окну.       — Что было дальше? — спросил асгардец, поправляя выбившуюся прядь волос.       — Ничего особенного… «Я убежала. Сестре пригрозила той же участью, если вдруг она расскажет что-то обо мне. И просто сбежала. Я нашла работу, стала сама себя обеспечивать. Потом попала в организацию, которая собственно и позаботилась о моем пребывании тут сейчас.»       — Уф… Однако, я не ожидал такого от тебя, — произнес Локи и принялся разглядывать свои начищенные сапоги, — Скажи, чего ты хочешь сейчас? Она повернулась в сторону юноши и негромко ответила, при этом хитро улыбнувшись сквозь слезы:       — Мести. Мести сестре. Он подвинулся ближе к землянке и взял ее за руки. Она не знала, что делать, куда бежать и куда смотреть. Еще месяц назад она бы убежала от этой ситуации и забыла ее, но здесь все было иначе — хотелось жить, хотелось быть собой. Девушка склонила голову и посмотрела на переплетение холодных рук, впервые за много лет она чувствовала тепло внутри. Подняв голову, блондинка ощутила теплое дыхание. Принц находился слишком близко к ней.       — Не волнуйся, мы всем им отомстим, Анастасия, — прошептал Локи и впился в губы девушки, на что та охотно ответила.