Nika_Nikapelka & Kalyzhnyy

      Уже середина осени, октябрь. Очень долго и напряжённо проходят съёмки в Киностудии «Амедиа». Снимается всеми любимый сериал «Улица». POV Ника И снова новый, рабочий день в Амедиа. Нам всем уже раздали по своему тексту. Сегодня мы будем снимать момент на крыше, где, как я поняла Энн и Макс помирятся и будут рассказывать всем через прямой эфир в инстаграмме, что они запускают новый челлендж и то, что Энн теперь будет с Максом вместе создавать музыку. Вот мы стоим на крыше и сейчас будем репетировать сцену. Я всё никак не могла запомнить слова. Это странно, обычно я всегда с лёгкостью выучиваю все тексты, которые мне дают. И вот мы ещё раз пробуем и снова я путаю слова. И тут режиссёр говорит: — Стоп. Ника, да что сегодня с тобой? Давай соберись. Нам ещё много снимать. Давай 5 минут перерыв и ещё раз попробуем. — Хорошо.-отвечаю я. Я почувствовала усталость в ногах, хотя мы только начали.Тут на крыше был вентилятор или, что это такое, не знаю. И я отошла и села на него. Ко мне подошёл Глеб. — Ник, у тебя всё в порядке? — Да, всё хорошо. Я просто наверно не выспалась. -ответила я ему, зевая. — Во сколько ты легла спать? — Наверно в одиннадцать, а заснула где-то в пол первого. — В телефоне наверно сидишь, да? — спросил он меня с ухмылкой. — Ну чуть-чуть прям. Малюсенькую капельку.- и в этот момент я руками ему показывала, знак «на донышке» — Эх, Ника, Ника.-сказал Глеб, тяжело вздохнув. Он сел рядом со мной и обнял меня. По мне прошлись мурашки. Это было так мило. От него шло такое тепло. Мне так нравилось, как мы сидим, что я решила запечатлеть этот момент и снять сторис в Инстаграмм. Я достала телефон и включила камеру. В это же время, говоря Глебу: — Так Глеб, сейчас мы будем снимать сторис, готов? — С тобой, хоть на край света.-усмехнувшись, сказал он. Я посмеялась над тем, что он сказал. Блин, почему он такой милый? — Так три, четыре, поехали. Я нажала на кнопку «старт» и пошла съёмка. Он положил мне свою руку на плечо, но ему не стоило этого делать. Потому что мне захотелось её укусить, но не так, чтобы прям больно, а слегка. Я кусаю его. — Кусака,-проговорил он, улыбнувшись. — Тебе должно было быть больно,-говорю я, поднимая свои глаза на него. — Чего? -спрашивает он меня, не понимая о чём я говорю. И он начинает смеяться и я тоже. — Сука,-говорю я, смеясь и сразу выключаю камеру. Мы с ним продолжаем смеяться. И он переспрашивает меня сквозь смех, что я сказала ему. — Я сказала, что тебе должно было быть больно,- говорю я ему, продолжая ещё громче смеяться. — Ааааа, я понял. Типа ты меня укусила и я должен был сделать вид, что мне больно? — Да, а тебе, что не больно было? — Нет.-смеётся он Я отстранилась и посмотрела на него. Его улыбка прям до ушей. Он ещё милее, когда улыбается. Думаю его девушке Вале с ним повезло. Он такой добрый, красивый, умный, потрясающий, замечательный. Я бы ещё много перечисляла, но все мои раздумья перебил режиссёр, сказав, что перерыв окончен и мы продолжаем снимать. И как мы начали снимать, я в первый раз после многочисленных дублей смогла всё правильно сказать. Наконец-то! Сейчас будем снимать следующую сцену. Ко мне снова подошёл Глеб. — Всё-таки перерыв тебе не помешал. — Ты же меня развеселил и поэтому у меня всё получилось. — У нас всё получилось. — Да, у нас всё получилось. — Ладно, погнали повторим текст перед следующей сценой. — Погнали-сказала я уже более бодрым голосом. У меня уже лучше получалось и я не забывала слова. Мы сняли все сцены практически с одного дубля. Хотя, я один раз потеряла свой текст. Я всегда их теряю и все это уже знают, что мне уже начали делать по два экземпляра. Но потом я первый свой текст нашла. Он как-то оказался в «Ксюшиной комнате», на полке, где лежат игрушки. Я всегда их забываю в странных местах, что потом сама не помню, как их туда положила.