Злодейский Маникюр

      Маринетт буквально хотелось рычать от несправедливости и жалости к себе. Ну как так получилось, что довела до такого состояния её лучшая подруга? Алья Сезер собственной персоной! Это была даже не Хлоя, которая всегда находила способ насолить, по её словам «мерзкой девчонке», хотя, если бы этот ужас заметила новоиспеченая супергероиня, то Маринетт не смогла бы найти способ дать ей отпор, даже наоборот, устыдилась бы ещё больше!       Началось всё с того, что Алья решила похвастаться своим новым и первым в жизни маникюром, который был выполнен в рыжих, белых и черных цветах. Как она выразилась, то ей безумно нравится Рена Руж, и именно этой супергероине подруга решила посвятить это чудо.        Маринетт, конечно, порадовалась за подругу и вроде бы спокойно это восприняла, но та ей тонко намекнула, что и самой брюнетке стоит начать следить за своими ногтями, якобы парни на это обращают внимание, и им неприятны девушки, у которых вместо ногтей какие-то огрызки, да и вообще, все девочки в их классе с красивым маникюром, кроме самой дочки пекарей.       Конечно, Дюпен-Чен могла бы проигнорировать эти слова, в принципе именно так она и планировала сделать. Но, как назло, Маринетт весь учебный день обращала внимание на маникюр своих одноклассниц, девушек из параллельного класса, да даже парней, у которых оказались достаточно аккуратные ногти, слегка подпиленные и накрашенные прозрачным лаком, в таких случаях можно подумать, что это юноши не стандартной ориентации, но, как брюнетка узнала позже, то даже самые нормальные юноши следят за своими ногтями!       Даже у Кота Нуара были идеальные когти.       Мари стало стыдно чуть ли не перед всем коллежом, поэтому, с еле заметным розоватым румянцем и руками, сжатыми в кулаки, чтобы никто не заметил её ужасные ногти, она ходила до конца уроков. А сама Алья, увидев, что её подруга достаточно смущена из-за всего этого, решила дать номер той девушки, что и сделала ей красивые ноготочки. Брюнетка было обрадовалась участливости подруги, которая решила помочь с этой, казалось бы, нелепой проблемой, но, услышав цену этой красоты, Маринетт выпучила глаза и мысленно решила, что может и сама попробовать сделать что-то подобное, да и вообще намного лучше, но, чтобы не обидеть юную журналистику, взяла номер.       Вот и сейчас, до сих пор с сжатыми кулаками, Дюпен-Чен решила, что сделает нежно-розовый маникюр, а там еще потыкает как-нибудь белым лаком, чтобы получились маленькие горошинки. Она даже нашла нужные цвета лака, пилочку и еще какие-то приспособления, которые, если верить интернету, понадобятся для того, чтобы сделать «ногтевой шедевр».        Маринетт правда старалась следовать видео-уроку, но на первом, вроде как простом, этапе, где требовалось просто подпилить ногти, она слилась. Сначала всё было хорошо, легкими движениями она делала всё, как и требовалось, Тикки поддерживала хозяйку, но тихо, чтобы её не отвлекать, а сама супергероиня, которая ежедневно спасает Париж, поняла, что в какой-то момент она, конкретно так, накосячила. Юная «маникюрщица» переусердствовала и теперь её ноготь представляет собой достаточно кривое и косое нечто. Девушка пыталась исправить всю ситуацию, но, сделав ещё хуже, она зарычала от отчаяния и приложилась головой об стол, который вздрогнул от такого неожиданного «счастья», и лак, который брюнетка зачем-то решила открыть до того, как начать пилить ногти, упал и покатился к краю стола, разливая по пути нежно-розовую жидкость. Маринетт еще громче взвыла и была готова заплакать, но в люке появилась голова мамы, которая была обеспокоена состоянием дочери.        — Мари, дорогая, что с тобой? — Сабин спросила вполне логичный вопрос, но, учуяв в воздухе запах лака, поняла в чем дело.        — Солнце ты моё неуклюжее, ты ж чего не подошла ко мне и не сказала, что хочешь накрасить ногти? Я бы тебе помогла или записала бы к одной хорошей женщине, которая смогла бы сделать тебе идеальный маникюр, да и сейчас могу это сделать.        — Мам, но это же так дорого, — всхлипнула девушка. — Тем более я уже решила для себя, что попробую сделать все сама.        Женщина азиатской внешности лишь покачала головой, она знала об упрямой стороне своей дочери и понимала, что девчонка уж точно никогда не отступится от своего решения. Поэтому, взглянув на свою дочь в последний раз, она вздохнула и закрыла за собой люк, снова возвращаясь к своим делам.        — Мари, а может стоило согласиться и записаться к мастеру, который сможет тебе сделать замечательный маникюр и набудущее даст совет? — взволнованно выглянула Тикки.        Маринетт лишь пожала плечами, конечно, она могла и сейчас попросить маму записать её к той женщине, но… черт возьми, где тот самый Бражник, который мог бы акуманизировать кого-то, кто может сделать неплохой маникюр? Она даже чудесное исцеление не призовет! Героине настолько понравилась эта идея, что еле уговорив Тикки, она трансформировалась в Ледибаг и с помощью своего волшебного йо-йо добралась до Эйфелевой Башни, где уже хотела на весь город отчаянно закричать «Бражник! Явись предо мною как-нибудь, сердечно прошу!», но поняла, что жители города и сам злодей, могли бы подумать, что героиня в красном либо сошла с ума, либо напилась, несмотря на то, что сейчас полдень. Раздраженно фыркнув, она поняла, что есть еще один способ связаться со страхом всея Парижа. Она быстро достала йо-йо и раскрыла его, как телефон-раскладушку, что нынче были не в моде, и, вбив в контактах «Бражник», ей действительно выдало, что она может до него дозвониться. Она удивилась, но все-таки нажала на зеленую трубочку.       Гудок…       Ещё гудок…       Черт возьми, она серьезно звонит своему заклятому врагу, чтобы тот помог ей с маникюром. Может он не возьмет трубку, а?       Гудок…        — Мадемуазель Ледибаг? — деловым, но все-таки удивленным тоном поинтересовался злодей. Если посмотреть на экран, то можно увидеть весьма шокированное выражение, ну конечно, не каждый день звонит та, с кем ты сражаешься уже больше года.        — Месье Бражник?! — Видимо, Ледибаг совсем не ожидала, что сможет дозвониться до врага.        — Кгхм, конечно я, а кого вы ещё ожидали увидеть?        — Так, ладно. Месье, у меня есть к вам просьба. Ну как бы… Не могли ли акуманизировать какую-нибудь девушку, которая прекрасно делает маникюр? Мне правда надо, — последние два предложения девушка протараторила очень быстро, но злодей видимо понял, что она сказала и смотрел на неё огромными глазами.        — Э-э-э, но я ведь не могу акуманизировать кого-то, если он не испытывает отрицательных эмоций?        — Между прочим, моя квами рассказывала мне, что вы можете посылать и белых бабочек, а не акум! — грозно топнула ножкой Ледибаг.        — Возможно, что это так и есть, но честно скажу, что я не пытался сделать что-то подобное, да и желания особо нет. И вообще, зачем мне помогать вам?        — Да ладно вам! Иногда и врагу надо помогать, — надулась девушка.        — А может без этих белых бабочек или акум? Я просто могу отправить к вам девушку, которая выполнит любой ваш каприз…        — Вы, конечно, простите, месье Бражник, но я не ищу легких путей, поэтому, отправляйте чертову бабочку сейчас же! — Маринетт было очень стыдно, перед злодеем, ведь нельзя так грубо обращаться к старшим, но зато, тот что-то пробурчал про подростков и их гормоны, проделал какие-то махинации и сообщил девушке, что к ней вот-вот прибудет недоакума и выполнит все, что героиня попросит.        — Добрый день, мадемуазель, чем могу помочь? — прозвучал мягкий голосок позади героини, обернувшись, она увидела девушку с небрежным пучком в красивом платье с фартучком.        — Э-э, не могли бы вы сделать маникюр?        — Какого цвета и с каким узором юная леди хочет маникюр?        — Нежно-розовый с белыми горошинками.        Недоакума щелкнула пальцами, и Маринетт почувствовала, как кончики пальцев слегка щекочет. Она надеялась, что девушка правильно её поняла и та сделала все, как и хотелось героине, но, к сожалению, брюнетка никак не могла проверить свой маникюр под костюмом.        — Месье Бражник, благодарю вас за помощь. Надеюсь, что вы не пошутили и у меня самый лучший злодейский нежно-розовый маникюр в горох. Ах, также надеюсь, что вы не станете искать мою гражданскую личность по ноготочкам. Всего доброго, месье!