I love you...

Впервые Харт заметил ЭТО неделю назад. Эггси пришел к нему «на ковер» с отчетом о проделанной миссии совсем бледный и на все расспросы о его состоянии отвечал отстраненно, что все нормально. Гарри сделал вид что поверил, а Эггси, что не заметил этого. Через три дня после этой встречи, на собрании, у Гэри пошла кровь из носа. — Возможно, просто переутомился, — быстро сказал Анвин и убежал в туалет. После окончания собрания Артур дошёл до туалета, чтобы поинтересоваться как обстоят дела у мальчишки, но его уже там не было. Сегодня вечером снова должно было быть собрание. За столом уже собрались все агенты, кроме юного Галахада. — Видимо, привычка опаздывать является коронной у всех Галахадов, — возмутился Персиваль, и буквально в эту же секунду в кабинет влетел безумный вихрь. — Простите за опоздание, Артур. Вы еще не успели закончить? — Мы еще не начали. Все ждали нашу звезду, — начал язвить Гавейн, но, получив укоризненный взгляд от Артура, резко подтянулся и замолчал. — Ну что ж, раз все наконец собрались, значит пора начать наше собрание. Сегодня на повестке дня… — Простите! — выкрикнул Эггси. Он соскочил со своего места и снова выбежал из кабинета, зажав рот ладонью. — Да что с ним такое? — Сам не знаю, Гарри… — тихо ответил координатор. — Ясно. Мерлин, оставляю собрание на вас. С этими словами Харт удалился под удивленные взгляды агентов. Первым делом мужчина решил проверить туалет и не прогадал. Подойдя к двери, он услышал надрывный кашель, словно кто-то хотел выблевать свои легкие. — Эггси? Ты как? — Все…все нормально, Гарри… Я видимо что-то не то съел… — Хватит врать. Ты должен сходить на обследование к медикам, вдруг что-то… — Я же сказал, все нормально! Прошу, иди, у тебя же собрание. — У тебя вообще-то тоже. Если ты забыл, ты все еще агент Kingsman. И, может, ты уже откроешь дверь? Не очень удобно так общаться. — А мне нормально. Иди, Гарри. Я приведу себя в порядок и приду, идет? — Как скажешь. У тебя десять минут. Артур удалился со странным чувством внутри, которое никак не давало ему покоя. Как же много он не знал… Эггси сидел на полу кабины, прижимая колени к себе. Его всего трясло и он не знал, что с этим делать.

***

Гэри Анвин, простой парень из лондонских трущоб, никогда не думал, что когда-то сможет влюбиться. Тем более в мужчину. Гарри Харт. 9 букв, 2 слова, но сколько боли. Именно он был тем единственным для мальчишки, его соулмейтом. Как он это понял? Все просто. В тот день, когда они вместе спасли мир, Эггси совершил самую большую ошибку в своей жизни — признался Харту в своих чувствах. И получил он в ответ только сочувствующую полуулыбку и спокойное «Это ошибка, Эггси. Это пройдет». И после он не сказал парню ни слова. Они стали видеться все реже, на все предложения Эггси выпить вместе и просто поговорить Гарри отвечал, что у него слишком много работы. Мама рассказывала ему когда-то, что некоторые люди находят своих так называемых соулмейтов, с которыми всегда очень хорошо, с этим человеком тебе будет спокойно и надёжно. Но была одна загвоздка. Если человек, в которого ты влюблён перестаёт уделять тебе внимание, ты начинаешь чахнуть и достаточно медленно и болезненно умирать, словно распадаешься на части. Это сейчас и происходило с Эггси. Гарри никогда об этом не узнает, так решил сам мальчишка. Не захотел портить жизнь человеку, которого он любит больше всего на свете. Переломный момент для этого решения произошел три недели назад, через неделю после признания. Эггси наконец решился поговорить с Гарри, зашёл в его кабинет и застал картину, которая на долго запала в его влюбленное сердце. Молодой кандидат Харта на место Оуэна сидел в том же кресле, что и сам Эггси год назад, так же смотрел на него влюбленным глазами, а сам Гарри с энтузиазмом рассказывал ему о своих миссиях и связанных с ними газетных вырезках. И что самое страшное, отвечал на жаждущий взгляд наглого юнца своим, пронизывающим до мурашек. Эггси давно не видел его таким…счастливым? Тогда парень выбежал из кабинета Гарри и больше не вернулся в дом своего наставника, где он жил с самого момента его «смерти». Харт даже не стал искать его, не интересовался где он теперь живет. Эггси думал, что сможет справиться, сможет разлюбить и забыть. Но это оказалась просто нереальным. Гарри на столько сильно запал в сердце мальчишки, что выгнать его оттуда просто не было возможности. И вот сейчас он сидел на полу туалета и пытался сдержать слезы отчаяния. Не так он хотел закончить свою жизнь. Точно не от боли от неразделенной любви. Парень взял себя в руки, встал и через положенные десять минут был в кабинете Артура.

***

— Галахад, вы и Артур отправляетесь на задание в Венецию. Немедленно. — Но Мерлин, Артур же не может выполнять полевые задания, разве нет? — Это задание требует его личного вмешательства. Ты должен будешь его прикрывать. — Но… — Никаких но, Анвин. Подробности узнаешь у Гарри, он уже ждет тебя у самолета. — Да, сэр… Эггси совсем не был рад такому раскладу. Зачем делать себе еще хуже? Смотреть в эти родные глаза и видеть…безразличие? Гарри ведь все равно не обратит на него того внимания, которое так нужно парню. «Я справлюсь. Просто терпи, Анвин. Не будь тряпкой и умри достойно. Ну конечно! Можно же просто словить пулю и…» — Эггси? Скорее, ждем только тебя. — Прости, задержался.

***

— Мерлин, мы в дерьме! Это же должна быть политическая миссия, откуда взялись эти придурки и откуда у них такие автоматы?! — Спокойно, Эггси. Держи себя в руках. Возможно, это просто ошибка в расчетах аналитиков. — Но как?! Получается, что кто-то из твоих послушников налажал, а мы должны за них отдуваться? — Я же сказал, возьми себя в руки. Все под относительным контролем. Где Артур? Его очки выключены, я не могу с ним связаться. — Рядом, с ним все хорошо. Но, кажется, его очки накрылись. Передаю ему свои. Легким движением руки Эггси бросил оборудование прямо в руки Гарри. — Мерлин? — Гарри, я выслал за вами вертолет, он заберет вас через 5 минут. Срочно выдвигайтесь в точ… — Гарри, ложись!!! Не успел Артур среагировать, как оказался подмят под тело Эггси, который снес его с ног и закрыл собой от потока пуль. Собравшись с мыслями, Гарри достал из кармана зажигалку и бросил туда, откуда предположительно в них и стреляли. Прогремел взрыв и через пару минут все стихло. — Гарри, ты в порядке? — Да. Ты? — Вроде… — Это хорошо. Артур расцепил руки, которые неосознанно сжал на спине Эггси, и замер. Он почувствовал влагу на них. С потолка не капала вода, если это и кровь, то сам он боли не чувствовал, а это значит, что… — Эггси? Эггси, ответь! Парень все так же лежал на груди своего наставника и ни на что не реагировал. — Мерлин, Галахад ранен, готовьте медиков. — Принято.

***

— Ну как он? — Раны почти зажили. Уже две недели прошло, а он все не очнется. Ты не хочешь мне ничего сказать? — Нет. — А если подумать? — Нет, Мерлин. Мне нечего тебе сказать. — Какой же ты упертый. Ты же понимаешь, что он сейчас из-за тебя на грани смерти? — С чего ты это взял? — Старый ты идиот. Он ведь любит тебя, ищет повода быть рядом, а ты просто игнорируешь его. Видишь к чему это привело? Сейчас бедный мальчик в коме и вот-вот умрет, и все из-за тебя и твоей твердолобости! — Да при чем здесь я? С чего ты вообще взял, что он любит…меня… Перед глазами всплыл тот день, когда Эггси признался ему в своих чувствах. Тогда Гарри подумал, что это шутка и больше не возвращался к этому случаю. Но теперь, когда он начал вспоминать те грустные взгляды, которые мальчишка бросал на него после его отказа, Харт понял, что ничерта это была не шутка. — Понял наконец? Ты можешь его спасти, только ты. Подумай, время уходит. Координатор бросил последний взгляд на Галахада, что лежал на койке весь в проводах, и вышел из палаты. «Мальчик умирает. И все это из-за тебя, Харт» — набатом билось в голове Гарри. Он взял обездвиженную руку Анвина в свою и присел на кровать рядом. — Эггси… Я не думал, что такой как ты сможешь полюбить такого как я. Я был слеп, не видел, как тебе плохо. Я не видел всей правды. Прости меня, мой мальчик, прости за ту боль, что я причинил тебе… Гарри запустил руку в свои волосы и прикрыл глаза. — С того момента, как я тебя встретил, я надеялся, верил, что мой соулмейт все же не ты, что ты никогда не будешь страдать из-за меня, ведь я сам знаю, каким бываю невыносимым болваном. В глубине души я что-то чувствовал к тебе, что-то теплое, прекрасное, но я списывал все это на отцовские чувства. А что теперь? Теперь мне открыли глаза и я вижу, как сильно ошибался. Из-за меня ты здесь. Из-за моей очередной ошибки. Я не замечал очевидного, а страдал из-за этого ты. Но я клянусь, я все исправлю, если ты дашь мне шанс. Только…живи. Только ты, твоя ослепительная улыбка, упорство и твоя безграничная любовь смогут вернуть нас обоих к жизни, ведь теперь я понял, что умру без тебя. Живи ради меня. Ты мой единственный. Прости, что я понял это только сейчас… Понял, что… Что я люблю тебя… — И я люблю тебя, Гарри… Харт распахнул глаза и уставился на кровать. Эггси смотрел на него своими великолепными зелеными глазами и слабо улыбался. — Теперь все будет хорошо, Гарри. — И никак иначе… Гарри потянулся и осторожно поцеловал теперь уже действительно своего мальчика. Сквозь поцелуй он чувствовал, как Эггси все еще улыбается, а по его щекам бежит влага. Мысленно он пообещал себе, что теперь его любимый будет плакать только от счастья. Он сделает его самым счастливым на свете, и никто не сможет ему помешать.