Останемся лишь мы

      Я часто думаю о том, что мог бы поступить иначе, мог бы прямо сейчас находиться с близкими мне людьми, любить и ценить их; я мог бы вернуться обратно, ещё раз взглянуть на родных и друзей, но я не смог принять выбор: я опоздал. Внутри чувствуется та пустота, которая была мне неизвестна ранее; я почувствовал, будто время замерло, мир для меня остановился и плавно переставал существовать: нет будущего, нет прошлого, нет настоящего. Я потерялся во времени и сейчас ощущаю это. Ничего.       Билл смотрел на меня с такой болью и сожалением в глазах, что мне отчасти самому хотелось пожалеть его, но я бесчувственно смотрел на вид из окна старого автомобиля: тлеющий Гравити Фоллс в лесной глуши, падающий малиновый свет солнца на сосны и ели, и ни души на когда-то существовавших там улицах, ни моих близких. Я бы хотел сказать Биллу, что я чувствую, но я уверен, что он понимает меня без лишних слов: он всегда понимал меня. По моему телу до сих пор бегут мурашки и тоскливый холод: я в ужасе. Мне страшно жить, страшно двигаться, страшно падать и бороться за что-то, страшно чувствовать. Недавно всей дружной семьей мы ехали на весёлые каникулы в Гравити Фоллс — сейчас наша машина лежит глубоко в лесу и ржавеет в полном одиночестве. Я вновь пытался выдавить из себя слёзы, но не мог, потому что мои силы уже иссякли; я ничего не чувствую. Ничего, кроме тепла Билла: он до сих пор пытается ободрить меня и прижимает к себе, говорит, что останется со мной, не бросит. Из его уст это звучит намного лучше: его слова действительно пропитаны любовью, и я это тоже чувствую. Он единственный, кто остался и до сих пор остается рядом. Я лишь молча обнимал Билла в ответ, пытался прижать его к себе так же сильно, как это делал он. Мои руки теперь не такие теплые, и тело дрожит, но именно сейчас я рад, что он здесь, я ценю это и хочу сохранить навсегда. Однако, время мне не подвластно, как и никому в этом мире. Со мной случалось много чудес, но сейчас для меня чудо то, что Билл рядом. Я думал о том, почему именно я остался жив, но понял, что это намного лучше, чем если бы кто-то из моих близких сейчас страдал так, как я.       Билл вернулся в машину и оставил небольшие пакеты с едой в ее задней части. Я все еще смотрел в окно с неизлечимой тоской, я будто бы видел Гравити Фоллс за километр отсюда, видел, как он страдает и тоже тоскует по ушедшим. Билл захлопнул заднюю дверцу. - Давай навсегда уйдем отсюда, чтобы больше не возвращаться в этот мир. Снова и никогда.       Он с болью смотрел на меня: я не видел этого, но отчётливо чувствовал. Билл наклонил мою голову к себе и нежно перебирал волосы, пытаясь утешить меня. Затем он перебрался на переднее сиденье, включил зажигание и вновь устремил на меня свой взгляд. - Конечно.