desperado

Югём медленно наклоняется назад, выгибаясь как можно сильнее и чуть разводя полы пиджака на груди в стороны. Колени разъезжаются ещё шире, и он кидает тёмный взгляд из-под ресниц на Конпимука, сидящего чуть поодаль и внимательно наблюдающего за ним. Югём делает волну вверх и резко хватается за собственное горло, как будто его кто-то душит. Он запрокидывает голову, описывая круг, и разжимает пальцы, скользя раскрытыми ладонями по плечам и вниз по груди к бёдрам, поднимается на коленях, тут же опускаясь обратно и выгибаясь ещё больше, чтобы после резко развернуться и медленно подняться, выпячивая ягодицы в нежно-розовом кружеве. БэмБэм щурится со своего дивана и едва заметно сглатывает, когда Югём распахивает свои оленьи глаза, сейчас аккуратно подведенные чёрным карандашом, и проводит пальцами по точёному подбородку к губам, по-блядски облизываясь и подмигивая. После младший почти падает на пол, будто кто выстрелил ему прямо в сердце, но в последний момент подставляет руки под себя и перекатывается на живот, плавно опускаясь грудью на пол. Его хвост описывает замысловатые круги в воздухе, пока он делает волну на полу, а после оборачивается вокруг бедра, когда Югём вытягивается весь вверх за поднятой рукой. Он замирает так на несколько секунд и опускает ладонь, смотря на БэмБэма с прищуром, как-то сыто и ужасно довольно. Он точно знает, как старший реагирует на это и ждёт его почти смиренно, всё так же на коленях и сложив руки в замок промеж раздвинутых ног. БэмБэм подходит не спеша и почти расслабленно, но младший прекрасно чувствует его внутреннее пламя и щепотку волнения. Он всегда волнуется перед сексом, и Югёму, если честно, не понять этого. Зачем волноваться, если сейчас точно будет классно - а с ним по-другому не бывает - но люди вообще существа странные. Он заинтересованно дёргает хвостом и глядит на него снизу вверх, чуть прикрыв бледные веки. БэмБэм поднимает его голову за подбородок и несколько секунд смотрит ровно в глаза, видимо пытаясь что-то там прочитать, но у Югёма зрачки мутно-чёрные, пустые уже много лет. Человек скользит пальцами вверх по голове, самыми кончиками обводя крепкие рога. Они гладкие на ощупь и как будто деревянные, а кожа у их основания очень нежная и мягкая, и то, что Югём позволяет ему трогать её - есть высшая степень доверия с его стороны. БэмБэм опускается на колени рядом с ним и незамедлительно целует, сминая чужие губы своими и грубо сжимая мягкие прядки на затылке. Югём закрывает глаза и отдается ему полностью, как и всегда, пылко отвечая на поцелуй и скользя ладонями вверх по чужим ногам на живот. Он у людей мягкий и тёплый, в какой бы физической форме они не были, и это одна из тех маленьких причин, почему Югём остался здесь, а не ушёл вместе со всеми. По людским меркам ему двадцать - уже почти тысячу лет как двадцать, и он всё ещё слишком молод, даже для своего мира, чтобы вернуться обратно. Да и не хочется уже. БэмБэм стягивает пиджак с его плеч и кладет руку на спину, а после скользит вниз на ягодицу, крепко сжимая. Югём чуть стонет и шумно дышит ему в плечо, пока БэмБэм аккуратно кусает его шею. Сегодня младший позволяет ему это, потому что чувствует как что-то шевелится внутри него, что-то такое, что он никогда прежде не ощущал, и это только подогревает его интерес. Человек рядом распаляется - Югём слышит, как кровь бежит у него под кожей, как учащается его пульс и как сбивается его дыхание. Самому Югёму и дышать-то не нужно, но уже привычно. Он тянет пальцами за кромку брендовых трусов и довольно щурится, когда БэмБэм пятится назад и падает на кожаный диван, прекрасно поняв его намёк. Югём ползёт за ним на четвереньках, сильно прогнувшись и слегка виляя хвостом, будто кот, но при этом умудряясь выглядеть настолько возбуждающе, что старший облизывает собственные мгновенно пересохшие губы. Югём вкрадчиво ныряет пальцами ему в трусы и вынимает возбуждённый член, а его глаза, кажется, начинают сверкать. Он аккуратно целует головку, после тут же вбирая в рот полностью и обвиваясь тёплым хвостом вокруг чужой ноги. БэмБэм давится воздухом и цепляется руками за собственные бёдра, бессильно сжимая и разжимая ладони. Смотреть на Югёма, сосредоточенно-радостно сосущего его член - сродни пытки, но и не смотреть невозможно. Югём отрывается только в тот момент, когда чувствует, что БэмБэм сейчас кончит, и тут же подтягивается на руках вверх, чтобы сцеловать очередной выдох. Конпимук с закрытыми глазами ведёт ему руками по спине, доходя до кружева и стягивая его чуть вниз, как бы намекая. Югём поднимается над ним и игриво цепляет пальцами кромку белья, наблюдая как человек наполняется вожделением и желанием, тёмными, густыми, как смоль, эмоциями. Он встаёт с дивана полностью и одним плавным стягивает трусы, после одним движением хвоста подцепляя ткань и кидая в угол. БэмБэм обычно не снимает с себя одежду, например ещё и потому, что он делает это медленнее и гораздо менее изящно, чем сам Югём, и наблюдать за этим нисколько не возбуждает. Югём садится к нему на колени и опускается пальцами вниз по животу к члену, пару раз на пробу проводит по стволу и, наконец, насаживается, утягивая БэмБэма в медленный поцелуй. Он начинает двигаться самостоятельно, а человек кладёт руки ему на бёдра, чуть сжимая ладони. Они у него горячие и крепкие, в противовес югёмовым - бледным и хрупким. Демон думает об этом непроизвольно, и это странно, потому что обычно он вообще не о чем не думает во время секса, подпитываясь чужими эмоциями. Поэтому ему так комфортно жить с БэмБэмом - он яркий, молодой, красивый и щедро делится своими чувствами с ним даже просто посреди дня, не в постели и не трахаясь, просто рассказывая очередную историю. Югёма не отпускает ощущение, что сегодня прояснится что-то очень важное, но это чувство сильно притупляется, когда БэмБэм берёт дело в свои руки. Он ставит его на колени - и как же сильно Югём любит эту позу за её развратность и грязность - и вгоняет в него член уже по-настоящему, глубоко и быстро. Внутри всё поджимается, а колени сами собой разъезжаются в стороны, и младший нетерпеливо стонет, желая скорее оказаться на грани. Он прогибается сильнее, прижимаясь грудью к полу, и бэмбэмова ладонь одобрительно скользит по его плечам вниз к талии. Человек уже достаточно умел для того, чтобы тоже доставить Югёму удовольствие - он нажимает пальцами на живот, там, где внутри двигается его член, и греет это место своим теплом, прожимая ладонью так, чтобы самому чувствовать свои толчки. У Югёма всё сводит внутри от этого, и он стонет как-то даже умоляюще, чувствуя, что уже готов кончить, но БэмБэм вздёргивает его наверх. Младший плотно прижимается к нему лопатками, откидывая голову на плечо и цепляясь пальцами за чужие чуть длинноватые волосы. Ему хорошо, нестерпимо хорошо, и БэмБэму, похоже тоже, потому что он глухо стонет в его плечо, после прижимаясь к этому месту губами. Они кончают почти одновременно, и Югём чувствует, как чужая сперма заполняет его, растекаясь по БэмБэму, аккуратно поддерживающему его под подмышками. Он целует его в макушку, после проходясь стайкой поцелуйчиков вдоль рогов, и Югём ёжится с непривычки, щёлкая пальцами очистительным заклинанием. Даже странно, какие они чувствительные, если такие твёрдые на ощупь. БэмБэм, в принципе, с лёгкостью берет его на руки и несёт в спальню, после укладывая, как маленького, даже подоткнув одеяло, правда, только с одной стороны. Югём возмущённо выпутывается оттуда, громко пыхтя, потому что такие человеческие звуки давно уже стали для него привычными и даже необходимыми. - А можно я повешу на них гирлянду?- восторженно шепчет БэмБэм после, поглаживая его рога. Югём выворачивается из его рук и поднимается на локтях: - Ты что, дурак? Какая, блин, гирлянда? - Ну ведь красиво же будет,- надувается человек, и Югём закатывает глаза, падая обратно. БэмБэм улыбается, перебирая его волосы, потому что ответ теперь ясен, осталось только сделать и сфотографировать. - Я люблю тебя,- шепчет он едва слышно, когда Югём кажется ему уснувшим. И вот оно то, что должно было проясниться. Югём поворачивается к нему лицом, внимательно изучая глазами. Сейчас, в человеческой форме они вновь обрели живую глубину, а не ту мертвецкую, темную, мутную и непонятную. - Знаешь,- начинает он и даже отводит взгляд - это так по-человечески, что БэмБэм сейчас, наверное, лопнет, потому что он знает Югёма уже достаточно долго для того, чтобы восхищаться подобными вещами.- Наверное я тоже. Он точно лопнет.