Спасибо за чувства

- Катерина! - Элайджа? – Удивленно спрашиваю я, увидев перед собой древнего вампира. Кого-кого, но его я не ожидала увидеть. Похоже, мне достался очень сильный противник и боюсь, что он окажется мне не по зубам, хотя сдаваться раньше времени я не намерена. Быстро убираю растерянность со своего лица и стараюсь скрыть потрясение незатейливым замечанием. - Ты опоздал. - Ты покрасила волосы? – Вампир проводит ладоней по моей щеке. Я все же не смогла скрыть недоуменный взгляд, следя за движениями его руки. Ох, ну почему же после отключения чувств не стало проще контролировать свои спонтанные эмоции? – Мне нравится. Я судорожно вздыхаю, скрывая растерянность за мимолетной улыбкой, и напряженно слежу за каждым движением и изменением выражения лица Элайджи. Я потрясена тем, как он смотрит на меня – тепло и нежно. - Спасибо, я… Но Древний не дает мне договорить и накрывает мой рот поцелуем, легким и чувственным. Я мгновенно цепенею и даже пугаюсь, но потом закрываю глаза и позволяю себе почувствовать вкус его губ, нежность прикосновений… О Боже, и мне это нравится! Мое сердце делает резкий скачок, а легкие болезненно сжимаются, требуя новой порции воздуха. Но вот Элайджа последний раз невесомо касается моих губ и я, чувствуя некое разочарование, судорожно делаю вдох и открываю глаза. - Оно сейчас у тебя? – Голос Элайджи возвращает мои мысли на грешную землю. Конечно, я понимаю, о чем он спрашивает, но мне нужно потянуть время, чтобы как-то выкрутиться из ситуации и я задаю встречный вопрос: - О чем конкретно идет речь? - О лекарстве. - Оно спрятано, - говорю я после некоторой паузы. Наверное, мне не удалось скрыть свое замешательство – еще бы, я чувствовала себя, как на пороховой бочке! – поскольку во взгляде Первородного мелькнула тень подозрения. – Я, пожалуй, пойду и принесу его. Надо сматываться! Я отключила чувства, но прекрасно помнила, что галантность и обходительность Элайджи может моментально смениться на решительность и хладнокровность, как только он обнаружит мой обман… Вот черт, а как раз этого вампира мне хотелось обманывать меньше всего. Даже сейчас я ценила те доверительные отношения, что сложились между нами. - Прекрасно, я пойду с тобой. Я скучал по тебе, Катерина. – Эл ловит меня за руку и проницательно смотрит мне в глаза. Я слегка наклоняю голову набок и пытаюсь прочитать в его взгляде, догадался ли он о моем блефе. - Я тоже скучала, - говорю я и порываюсь поцеловать его снова. Ведь так, по моему мнению, должна поступить любящая девушка после таких слов. Но когда до губ Первородного осталось буквально пол выдоха, я замираю в нерешительности и пару мгновений ощущаю его дыхание на моем лице. Но потом я набираюсь смелости, быстро чмокаю его в губы и разворачиваюсь на своих высоченных каблуках, намереваясь отправиться … Куда? Ну, наверное, в свой гостиничный номер. А на чем? На машине Деймона!!? Но Элайджа сам решает эту проблему и предлагает поехать на его машине. Я, конечно, с облегчением соглашаюсь. По дороге я панически обдумываю, что делать дальше. Ну, окажемся мы в номере, а что потом? Как я буду выкручиваться? К моему ужасу, я замечаю, что мы оказались у входа в отель. Черт, черт, черт! Почему же в маленьких городишках такие короткие расстояния, здесь просто невозможно потеряться или заблудиться! Вот мы заходим в мой номер, и я по-хозяйски делаю взмах рукой, типа «проходи, располагайся, чувствуй себя как дома», а сама судорожно вспоминаю, где же здесь кухня, чтобы поставить чай. Но вдруг Элайджа прижимает меня к стене и голодным взглядом пробегает по моему лицу и телу. Внешне он пока остался спокойным, но я слышу, как ускорилось его сердцебиения и участилось дыхание. - Как же я все-таки скучал по тебе, Кет, котенок. «Котенок?» - изумляюсь я, стараясь рассмешить саму себя, чтобы не заразиться возбуждением Древнего, но у мене получается из рук вон плохо: я переступаю с ноги на ногу и заламываю пальцы, прикусывая нижнюю губу. Между нами возникает какое-то электрическое поле повышенного напряжения, еще чуть-чуть – и произойдет короткое замыкание, что грозит перейти в самый настоящий пожар. Я поспешно отвожу взгляд, но Элайджа, легко касаясь моего подбородка, поворачивает мое лицо к себе и неистово целует. О, это был не тот нежный поцелуй, как во время нашей встречи; он был наполненный страстью и желанием, которые быстро передавались от клеточки к клеточке и разжигали огонь внизу живота. Древний прокладывает дорожку поцелуев на моей шее, одновременно снимая с меня куртку. Что же со мной происходит? Страсть переполняет меня…Да, я сейчас ничего не чувствую к братьям, но это же не объясняет, почему меня так влечет к Элайдже! Но вскоре мои же стоны начисто выметают из головы все мысли и я погружаюсь в море наслаждения, когда вампир опускает мое платье и касается ртом моих уже твердых сосков. Я раскидываю руки в стороны и вожу ладонями по стене, время от времени сжимая кулаки, словно пытаясь выбраться из опасного омута. Но вдруг Первородный издает тихое гортанное рычание, от которого по моей коже пробегают мурашки, и на руках несет меня в спальню и укладывает на кровать. О, Боже, он же думает, что я Кетрин… Он не знает… Я - Ааах! – Протяжно стону я, когда его рука проскальзывает мне под платье и крушит остатки моего здравого рассудка. Элайджа целует мою шею, грудь, слегка покусывает мочку уха, в то время как его рука играет с моими трусиками, но не проникает под них. Я чувствую, что я уже вся влажная от желания. Как же я хочу его! Мне кажется, что я потеряю сознание, если он продлит эту сладостную пытку еще немного, или я умру, если он вдруг отвергнет меня. Элайджа, словно прочитав мои мысли, вдруг останавливается и внимательно смотрит на меня, а я, протестуя, хватаю его за плечи и притягиваю к себе. Он сдержанно целует меня, когда я царапаю ногтями его спину. - Как ты предпочитаешь, Елена, сверху или снизу? Я оторопело смотрю на него. Он знает, что я не Кетрин! Чувствую невероятный стыд и облегчение одновременно. Я чувствую!? Ого! Неужели чувства вернулись!? Но анализировать происходящее я сейчас не могу. Мне невероятно стыдно и неловко, но я продолжаю сгорать от желания. - Я…- хрипло пытаюсь ответить что-то вразумительное, но не могу, полностью сконцентрировавшись на том, что творят его пальцы у меня под трусиками: играют с клитором и поглаживают мое влажное лоно. Мне ужасно хочется поддаться вперед и почувствовать, наконец, его у себя внутри. - Я могу остановиться, - краешками губ улыбается Элайджа. - Нет! – Вырывается у меня. Я ведь умру, если он остановится. - Что «нет», Елена? - Не останавливайся. - Что же мне тогда делать? О, Боже, он что хочет, чтобы я произнесла это вслух? - Войди в меня, пожалуйста, - я чувствую себя шлюхой, но мне плевать на всех. Но я… - Я хочу тебя. Он вводит в меня два пальца и заглушает мой стон поцелуем. Но мне этого мало, я начинаю двигаться ему навстречу. - Тебе мало этого, Елена? - Да. Я хочу тебя. - Но я уже с тобой. Чего же ты хочешь еще? Чувствую себя распутной, но не могу остановиться. - Я хочу тебя, Элайджа. Мне недостаточно твоих пальцев. Я хочу почувствовать твои движения внутри меня, хочу ощутить всю силу твоего желания, как ты входишь в меня, как начинаешь двигаться сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Элайджа потемневшими глазами смотрит на меня, и я вижу, что он тоже этого хочет. Я расстегаю пуговицу его брюк и чуть шире раздвигаю свои ноги. И Элайджа не заставляет больше меня ждать: одним резким движением он входит в меня, а я прогибаюсь ему навстречу. В это мгновение я получаю несравнимое удовольствие и ощущаю полноту бытия и даже счастье. Первородный двигается так, как я и сказала: сначала неспешно, но потом все больше набирая темп. Я уже не могу сдерживаться. Я чувствую, как волна наслаждения поднимается снизу живота и распространяется по всему телу, взрываясь мощным оргазмом. - Элайджа! – Кричу я и прижимаюсь к нему всем телом. Я не вижу ничего вокруг себя, но это неважно: весь мир сосредоточился сейчас в этом вампире. - Елена, - вздыхает Элайджа и делает последний толчок, а потом опускается на меня и гладит рукой мои волосы. Мы лежим так еще некоторое время, приводя в порядок дыхание и мысли. Мне уже не стыдно. Мне страшно, но не от того, что Эл может навредить мне, а от того, что он теперь будет призирать меня. Зазвонил телефон и Древний взял трубку. Я не вслушивалась во весь разговор, но услышала последнюю фразу Элайджи: «Если вы что-то сделаете ей, я отыграюсь на Елене». Мне вдруг стало смешно: - Как же все вы, мужчины, наивны. Кетрин использует тебя. - Как и ты. - Теперь я твоя пленница или заложница? - Нет, ты можешь идти. Хотя это же твой номер, так что, пожалуй, уйду я. - А как же Кетрин? - Даже если они вздумают причинить вред Кетрин, я все равно не смогу сделать с тобой ничего плохого, я не хочу причинять тебе боль, Елена. И не буду. Но это совсем необязательно знать братьям. Я пораженно смотрю на него, чувствуя, как по моему телу от его слов разливается волна спокойствия, тепла и умиротворения. Элайджа целует меня в лоб и уходит, оставляя один на один с моей вновь обретенной человечностью. Когда Древний был рядом, то все остальные чувства оставались на заднем плане, но теперь разом накатили на меня. Всепоглощающее чувство вины, боли и сожаления вдруг нахлынули на меня и закружили в невыносимом водовороте. Что же я наделала? Как я могла? Ох, бедный Джереми… И Кер с Бонни меня наверняка не простят…А сколько жизней я погубила!? Теперь я отчетливо видела лица всех тех, чьи жизни оборвались по моей вине. Я монстр! Ужасный монстр! И теперь я осталась совсем одна. Навеки… Я скользнула на пол и безудержно зарыдала, закрыв лицо руками. Звонили братья Сальваторе, но я не хотела брать трубку. Поэтому я оставила телефон в номере и отправилась бродить по ночным улицам города, пытаясь хоть как-нибудь развеяться и справиться со всеми нахлынувшими чувствами.