Ты моя, Грейнджер

      Драко проснулся с упорным ощущением того, что всё, что происходит — правильно. Он убедился, что можно забить на всё.       На учёбу, Лорда и семью, разве что он был не готов расстаться с Нарциссой. Это, наверное, то, что порой сдерживало его от необдуманных поступков. Парень не мог поверить в то, что происходило вчера вечером. Он обнял Грейнджер, поначалу она пыталась вырваться, потом замерла, затихла и обняла его в ответ.       — Драко, зачем?       — Представь меня Добби, — ответил он ей тогда. «Как наследник рода Малфоев может нести такую чушь? Чувства к грязнокровке — это ещё не самое страшное, как оказалось. Можно ещё и сравнить себя с домовиком. Куда катится этот мир?» — от этих воспоминаний Драко фыркнул и быстрым шагом вышел из комнаты.

***

      Гермиона Грейнджер сидела за завтраком вместе со своими друзьями и старалась не смотреть на слизеринский стол. Малфой же сам сказал, что иметь дело с этими слизеринками — не самое хорошее времяпрепровождение.       — Рон! Тебя выписали! Я так рада! — девушка поцеловала друга в щёку.       — Что были за неотложные дела, которые помешали тебе навестить меня? Ну, по словам Джинни, ты не выходила из гостиной старост, рядом был Малфой. Совсем рядом!       — Рон, спроси у Джинни, у нас был с ней очень серьёзный разговор. А по поводу Малфоя, так он там ошивается постоянно. Даже не представляете, как он мне надоел со своими оскорблениями!       — Пусть ещё только попробует оскорбить тебя и узнает, каково обжиматься со стенкой!       Шатенка злорадно хихикнула.       — Гермиона, что ты там увидела, ты уже в сотый раз смотришь на Слизеринский стол? — спросил Рон с сомнением в голосе и приобнял девушку за талию.        В этот момент Драко поднял глаза. Что за странное ощущение? Ревность? Да ну, ревновать можно к конкурентам. А Уизли он не ставил даже близко к себе.       «А что если сделать так, чтобы Уизли бегал за ней? Ей ведь оно не надо. Ещё несколько дней назад она показала, на что способна её «верность» рыжему». — Драко ухмыльнулся своим мыслям и продолжил рассматривать Гермиону.       Паркинсон нахмурилось и толкнула его в бок.       — Эй, Малфой, что ты себе позволяешь?!       — Панс, я не обязан хранить тебе верность до свадьбы. Можешь даже не мечтать.       — Но она грязнокровка! Я не позволю!       — Как будто бы я буду тебя спрашивать, успокойся. Погуляй лучше с Блейзом.       — Драко, нет. Когда ты со мной погуляешь?       — Не знаю, возможно, в воскресенье? Теперь не мешай мне, пожалуйста, придумывать план по унижению безмозглого Уизли.       Девушка кивнула и положила голову на плечо Драко. Стала что-то нежно бормотать, но блондин не слушал её.       Зато это воркование слизеринцев не ускользнуло от взгляда Гермионы. В один момент она столкнулась взглядом с Драко, тот ухмыльнулся ей так, как будто бы её ждало какое-то «прекрасное» завершение дня, в ответ она состроила милое лицо, но Малфой лишь шире усмехнулся.       В этот момент Гермиона послала Малфою умоляющий взгляд и воздушный поцелуй, а после быстро отвернулась.       Этот немой разговор заметили только три человека, которые с удивлением наблюдали за происходящим.       Блейз осмотрел зал и наткнулся глазами на Дафну, которая просверливала Драко глазами и Поттера, который наверное пробовал свои силы в невербальной магии и пытался сжечь Малфоя прямо за завтраком.

***

      На первом уроке, которым оказались зелья, совместные со Слизерином, Гермиона села вместе с Роном. Сегодня предстояла практическая работа. Класс разбился на пары. Забини с Малфоем расположились прямо за спиной у Грейнджер и Уизли.       Гермиону сильно напрягал взгляд, неотрывно сверлящий ей спину. Спустя пять минут она почувствовала, что её заколку осторожно сняли с волос. Она хотела обернуться и накричать на Малфоя, как услышала шёпот прямо у себя над ухом.       — Не оборачивайся, Уизли заметит — к стенке прижмёт. А мне с ним поиграть хочется, будь хорошей девочкой. Как же Гермиона ненавидела Малфоя в этот момент. Как она хотела высказать ему всё, что о нем думает. Она даже начала составлять пламенную речь, как почуствовала прикосновение к своему плечу. Другое. Не менее властное, но более развязанное и нежное.       Гермиона была уверена, что Драко не мог касаться так. Это было против его природы. Она резко обернулась. Малфой с Забини, ухмыляясь, едва успели убрать руки.       — Почему он меня трогает, Малфой?! Что ты себе позволяешь?! Обернулся Рон:       — Что происходит? Вы, чистокровные ублюдки! Отвалите от неё! Ещё раз, и, клянусь, вы будете валяться в Больничном крыле неделю!       Драко только ухмыльнулся, но одарил Грейнджер таким взглядом, что она вспомнила взгляд Пожирателей и закусила губу. Уизли положил руку на плечи Гермионе и отвернул её. Слизеринцы больше не мешали гриффиндорской парочке, правда Гермиону сильно напрягала рука Рона, лежащая на её плече все уроки.       — Забини, что это было? — спросил Драко, обернувшись к другу.       — А что? Тебе можно, а мне нет?       — Слушай, она дикая какая-то, её приучать и приучать ещё, — скучающе ответил Малфой.       — Я понял, но мне больше интересно, почему она разрешает тебе это делать? И что это были за переглядки за завтраком?       Драко только усмехнулся.       — Начнём готовить зелье, отойдём подальше, расскажу.

***

      В этот день Драко всячески игнорировал Гермиону, что не могло не напрягать девушку. В обед она заметила его, стоящего рядом с Ноттом, и подошла:       — Малфой, верни мне заколку!       — Какую, Грейнджер, ты с ума сходишь? Или, может, хочешь продолжения? У нас еще трансфигурация совместная.       — Нет, Малфой, только не на трансфигурации! — гриффиндорка нахмурилась и быстро зашагала по коридору.

***

      В гостиной старост девушка решила переодется. Туфли стали порядком надоедать ей. И вовсе необязательно ходить в них в не учебное время. Гермиона была готова зауважать даже Паркинсон, ведь, судя по всему, на каблуках она была постоянно на протяжении трёх-четырёх лет.       Грейнджер осмотрела свой шкаф и остановилась на спортивных кроссовках без платформы, футболке чёрного цвета и легинсах тёмно-синего цвета. В таком виде она и вышла в гостиную. Она была совершенно не удивлена, увидев Драко, сидящим на диване. Грейнджер спустилась и села напротив него в кресло.       — Как дела, Малфой? Не хочешь объяснить своё «адекватное» поведение?       — Оно всегда идеально, запомни. А вот ты не была хорошей. Не могу тебя похвалить.       — Зачем ты это делал? Я сидела с Роном, а ты…       — Садись ко мне, — Драко перебил девушку и с ухмылкой посмотрел на свои колени.       — Нет, ни за что! Даже не мечтай! — Грейнджер фыркнула.       — Нет, серьёзно, за что ты обижаешься? — Драко ухмыльнулся.       — Да, обижаюсь. Почему я должна тебя слушаться? Ты хочешь выдрессировать меня под себя. Ведь так? Думаешь, если я стану с тобой общаться, то могу и ради Забинни рисковать своими друзьями? Отвечать за вас двоих мне не позволит совесть!       — Я не собираюсь подстраивать тебя под других, только под себя, — серьёзно заявил Драко.       — Что ты несёшь, Малфой? Ты так говоришь…       — Нет. — достаточно резко оборвал он гриффиндорку. — Ты хочешь повторить вчерашний разговор? Мы… Не должны ругаться. Во всяком случае не сегодня, пожалуйста. Грейнджер ухмыльнулась и отвернулась.       — Друзьям вовсе не обязательно так себя вести, Малфой.       — Это намёк, Грейнджер?       — Нет, Малфой! Не выдавай действительное за желаемое, — гриффиндорка густо покраснела.       — Желаемое? Почему?       — Малфой, ещё одна подобная выходка, и я всё расскажу Панси. Я не шучу.       — Хуже от этого будет только тебе, поэтому не стоит этого делать. Поняла меня? — более ласково закончил свою речь Драко.       Гермиона насупилась, села рядом со слизеринцем, положила голову ему на плечо.       — Хм… Гермиона, — Драко стал теребить волосы Грейнджер, — скажи, тебе нравится Рон Уизли?       Послышалось недовольное ворчание, девушка заворочалась на его плече.       — Я… Я… Не знаю, я не уверена. Он хороший, правда. Но ему точно не нравишься ты.       — Неужели? — в притворном ужасе воскликнул Драко. — А если серьёзно, то какое я имею к вам отношение?       — Я бы хотела, что бы мы могли нормально разговаривать и не делать вид, что мы враги. Я бы могла подходить к тебе и разговаривать с тобой, не дожидаясь того, когда мы окажемся наедине или в компании Джинни. Драко кивнул.       — Я, не уверен, что все делаю правильно. Я несу за собой разрушение, боль и смерти. Ты будешь в большей опасности из-за меня.       — Ты не будешь убивать! Я знаю! Драко тяжело вздохнул:       — Хочу я, или нет. Мне предстоит убить много людей, великих людей, которые не заслужили такой смерти.       Несколько минут длилось молчание, наконец Гермиона приподняла голову и развернула к себе лицо Драко. Она вновь встретилась с его серыми глазами.       — Я не знаю, что происходит. Я уверена, что это неправильно. Но… Я хочу, чтобы ты знал. Несмотря на то, что мы по разные стороны, если мне будет суждено умереть, то только от твоей палочки.       — Ты будешь ненавидеть себя всю ночь, как и я, — Драко убрал руки от волос девушки и слегка отодвинулся.       — Ты тоже это чувствуешь? Ну, что мы стали как будто бы ближе? — шатенка положила руку на плечо парня и крепко сжала.       — Нет, я не могу ничего понять. Мне нужно разобраться. Тем более, если тут действительно что-то не так, то тебе будет только хуже.       — Почему? — Грейнджер вопросительно вскинула брови.       — Я буду продолжать играть с тобой, и ты не посмеешь ослушаться меня? Если я скажу бежать, ты побежишь? Не ходить на дежурство, значит не ходить?       На этот вопрос девушка не ответила, она лишь тихо встала и быстро пошла к себе в комнату. Открыв дверь, она оглянулась на парня.       — Малфой, заколку верни!       Послышался звук закрывающейся двери.