Толстой подсказал

И вдруг на плечо легла рука. Кирилл Хованский вздрогнул всем телом и резко обернулся. С чудовищами нужно встречаться с открытым забралом, чтобы знать в лицо противника. А противником оказалась… Катька Семёнова! «Вот уж не думал, что собственная девушка так может напугать! — подумал Кирилл. — И когда научилась? Вроде не приходило такое в голову! Или Лавря с Жучкой так повлияли, или насмотрелась хорроров». — Катрин? — выдохнул удивленно Кирилл. — Да, это я, — кивнула та. Хованский почувствовал, как начинает закипать. Надо же было додуматься, так напугать! У него чуть инфаркт не случился от такого количества ужаса. А он не железный, между прочим! В следующий раз в обморок упадет, как впечатлительная барышня. Постойте, а разве следующий раз будет? — Кать, тебе делать нечего? Зачем так вселять ужас? — не сдержался Кирилл. — Я просто хотела тебя напугать. Вижу, что вышло. Катька очаровательно улыбнулась. И улыбка, удивительное дело, заставила гнев немного остыть, а мысли — немного сменить направление на кое-что более приятное. — Извини. Просто обстановка… мистическая, — добавила она беззаботно. Не поспоришь. Темно, хоть глаз выколи, даже школу еле видно — просто площадка для фильмов ужасов. Офигеть, как круто повезло! — А ты сильно испугался? — спросила Катрин. Она обняла Кирилла и положила голову на его грудь. Своего рода извинения за свою выходку. Кирилл усмехнулся, но решил не говорить о степени своих страхов. Зачем ей знать, что Хованщина может испугаться до гула в ушах и сильного стука в груди? Что может растеряться, а в голову начнут лезть разные глупости, вроде потревоженного призрака учителя. — Немного, но не так сильно, — с нарочитой беспечностью ответил Кирилл. — Я просто сразу же тебя разгадал. — Это потому что я споткнулась, — предположила Катька. И столько добродушия в голосе! И как после этого злиться и ругаться, скажите на милость? Они постояли еще минуту, так и не отрываясь друг от друга. Объятья согревали душу и давали возможность просто насладиться друг другом. Гнев Кирилла постепенно утихал, подобно пламени на ветру. Наверное, Кирилл бы ещё постоял, чувствуя тепло в груди, но надо было возвращаться на эту грешную землю и к расследованию, большее похожее на чертовщину с наркотиками и закрытой школой. — А ты не одна пришла? Где Лавря с Жучкой? — спросил Кирилл и с трудом сдержал вздох разочарования, когда Катька отстранилась. — Да, они со мной пришли. Лавря вошла в школу, а Оля пошла следить за тем странным сторожем. — Мне тоже он показался странным, — кивнул Кирилл. — Слушай, давай его навестим? — В смысле, осмотрим его комнатку? — уточнила Катрин. — Да. Знаешь, сторож — подозрительный тип. И мне он не нравится. Очень не нравится… *** Даша не верила в выражение «Словом можно убить», но сейчас осознала его значение в полной мере. — Про надежду не спрашивай, потому что я сам не знаю, что тебе ответить, — сказал Квитко, и Даша ощутила укол в самое сердце. Слова ранили и не давали шанса на… взаимность! Петя сам не знает своих чувств, а значит, любовь может быть потеряна. Надежды тоже нет! Даша зажала руками уши, чтобы не слышать жестоких слов, чтобы спрятаться от своих же мыслей. Она не хотела верить, что взаимность в любви стоит под вопросом. Нет, это случится только в кошмаре, и тогда она проснется, закричит, попытается успокоиться… Но минуты текли своим чередом, она не просыпалась. Горло сдавил спазм, как пару минут назад от страха. Но теперь страх был иного толка. Это был страх потерять свою любовь. Даша взглянула на Петю. Он молчал, с хмурым видом глядя в окно. Что сказать? Умолять о прощении? Попросить дать хоть один малейший шанс всё изменить? А если Петя уже и не любит, зачем тогда строить песочные замки? Разве она давала ему шанс? Нет, только радовалась его влюбленности, его подаркам и пылким взглядам. Почему он сейчас должен попытаться с ней построить здоровые отношения? — Я тебя поняла, — прошептала Даша, но Петя её услышал. Он вздрогнул, обернулся, открыл рот в попытке что-то произнести, но промолчал. Вдруг послышался грохот. — Что это? — подскочила Даша. — Это причина, по которой я оказался здесь, — хмыкнул Квитко и, поймав такой же непонимающий взгляд Даши, пустился в объяснения: — Недавно я заметил странности с нашим учителем по немецкому. Он при появлении учеников прятал чашку, тарелку, чемодан, всё время встревоженно оглядывался. — Я тоже это заметила, — кивнула Даша, обрадованная возможности и сменить тему, и удовлетворить собственное любопытство. — Но я списала это на очередную странность. — Я тоже, но вчера подслушал разговор учителей. Они говорили, что видели ночью свет в школе. Я подумал, что это как-то связано с учителем немецкого и с нашим расследованием, то есть нас скоро ожидает рывок в деле! — Петины глаза сверкнули. Ничего не изменилось. Петя также радуется скорому разрешению загадки. Вот бы и его любовь также быстро вернулась… — Но причем здесь Йонас Финнович? Он разве как-то связан с тайником под портретом? — удивилась Даша. — Я поняла его странность, вполне обоснованную и оправданную. Что делать человеку, если он ушел от жены? — Не нам его судить, — пожал плечами Петя. — Но он может быть в курсе, откуда этот тайник с наркотиками. Он, считай, живет круглосуточно, значит, видел хоть что-то полезное для нашего дела. Пойдем и поинтересуемся. — А вовремя? Он, наверное, спит… — Разбудим, — махнул рукой Петя. — В конце концов, это моя давняя мечта с первого класса — разбудить учителя среди ночи… Было темно. Даша с беспокойством оглядывалась. Их с Петей шаги отзывались эхом, и они как будто нарушали всю тишину молчавшей школы. Стучало сердце, а идея навестить Йонаса Финновича среди ночи уже не являлась такой прекрасной, по крайней мере для Даши. Скорее, нелепой. Но вот путь и закончился перед кабинетом немецкого языка. Даша с Петей на минуту замерли, словно на что-то решаясь. — Может, завтра утром поговорим? — шепотом спросила Даша, надеясь, что её голос звучал не так громко, как слышалось. — Зачем вводить в краску учителя? Чтобы завтра мы также краснели, вспоминая, где он живет? — Мы не зря сюда пришли, — пожал плечами Петя и решительно постучался. Даша поморщилась. Стук прошелся по всей школе, как и шаги минуту назад. Дверь открылась, и на пороге стоял Йонас Финнович… в халате и в ночном колпаке. Выглядело комично и походило на съемки «Ералаша». Даша, отвернувшись, закашлялась, скрывая готовый вырваться наружу смех. — Что вам нужно, молодые люди? — спокойно и невозмутимо поинтересовался учитель, как будто они подошли на перемене после урока за каким-то непонятным вопросом. — Поговорить, — коротко ответил Квитко. Вот кто держался хорошо, не смеялся и не улыбался. Или уже успел посмеяться, когда понял, где живет учитель? Навряд ли. На Петю не похоже. Йонас Финнович посторонился, пропуская Дашу с Квитко, и уже в кабинете спросил: — Может, чаю? Даша покраснела. На смену веселью пришло смущение. Как же неприятно, Господи, встретится с учителем в школе, где он проживает после развода! — Вы, я вижу, не удивлены? — сразу же перешел к делу Петя, когда Йонас Финнович поставил кружки на стол. Даша осматривалась. Кабинет немецкого языка почти не изменился, висели портреты известных людей родом из Германии, стояли парты в ряд. Разве что теперь диван преобразился в постель, а на стуле висели вещи. — Я знал, что вы догадаетесь, где я живу, — пожал плечами учитель. — Я слышал о вашем успешном расследовании. Допустим, с учительницей истории. По-моему, вы искали её пропавшую дочь? Не удивительно, что вы пришли ко мне с определенной целью. Чем могу служить? — Мы начали одно расследование, и вы можете нам помочь, — перешел с места в карьер Петя. — К сожалению, я не могу всё вам рассказать — тайна следствия, но ответьте на наши вопросы. Вы в школе видели какие-то странности? Например, кто-то ещё в школе бывал в ночное время суток. — Ночью, кроме сторожа, никто не бывал. — Сторожа? — одновременно спросили Даша с Петей. — Да, сторож и днём, и ночью ходит вокруг школы, оглядывается, словно кого-то ищет. Однажды меня заприметил, так начал креститься, что-то кричал. Вот и все странности. Не знаю, помог ли я вам, но думаю, что просто был пьян, алкоголь творит ужасные вещи с людьми… *** Обычная комнатенка в подвале являлась местом жительства сторожа. Слишком маленькая, с серыми трубами, она внушала жалость. В углу лежал порванный матрас в компании с несколькими пустыми бутылками водки. Хованский задумчиво оттолкнул ногой одну и огляделся. Как и ожидалось, сторожа здесь не было. Значит, Игорь всё-таки побежал за сторожем, а не за человеком, выдаваемого за него. Уже плюс. Вот вопрос, зачем сторожу надо было закрывать Квитко в школе? А если не Квитко, то саму школу? — Кирилл, погляди, — окликнула Хованского Катрин, беспардонно врываясь в раздумья. Хованский подошел к Катрин и увидел на стене висевшие детские фотографии, на которых улыбался мальчик лет пяти. Оказывается, даже у такого алкоголика, как сторож, есть душа. — Значит, он не потерянный человек, — сказал Хованский. — Чую мизинцем своего пальца, что это его сын. — Наверное, ты прав, — согласилась Катрин. — Но как это связано с наркотиками? Мне кажется, что никак. Мы только зря теряем время. — Не зря, — возразил Хованский. — Фотографии немного потрепанные. Думаю, что его сын на данный момент наш ровесник. Может, он устроил тайник под портретом? — А кто такой тогда подросток на скрытой камере? Сын? — Сын, — согласился Хованский. — Они вдвоем пользуются тайником. Отец-сторож помогает. — Нет, не подходит. — Почему же? — Как-то странно и тянет на сказочку. Зачем сыну делать тайник в школе и подключать этого горе-отца? Не легче сделать тайник дома или в парке в дупле? Да и как сторож ему поможет? Найдет нужное место или клиентов? Так что твоя версия не очень верна, не реалистична, — возразила Катька. Хованский хотел было ответить не менее достойно на такую тираду, но вдруг дверь открылась, и в подвал вошли Жучка, Репнин, Игорь, Юра и сторож. Последнего парни тащили на своих плечах. — Что это значит? — оставалось только спросить Кириллу. — Сторож наклюкался благодаря Смирнову и Репнину, — пояснила Жукова. — Кое-кто решил вмешаться в наше расследование, вот еще и помогли алкоголику на склоне лет. — Это была наша помощь. Как ещё разговорить алкоголика? — немедленно бросился в атаку Репнин. — А в расследовании мы помогли. Знайте, что хозяина тайника зовут Михаилом Верёвкиным. Он сын сторожа и имеет сейф в кабинете литературы. — Помог, называется, — не без иронии отметила Жукова. Так Кирилл, слушая их перепалку, стал понимать, что произошло. Игорь Крузенштерн проследил за сторожем до скамейки и спрятался за ближайшую машину. К нему подошла Оля Жукова, решившая также проследить за сторожем. Сторож уселся, и к нему подошел Юра Смирнов! Недоумение возросло, когда сторож снял телогрейку и оказался… Борисом Репниным! Игорь немедленно встал и подошел к одноклассникам с намерением узнать, что же произошло. Оказывается, Борис и Юра хотели подшутить. Они ещё по дороге встретили Петю, Кирилла и Игоря и тогда придумали — напугать парней и за одно поучаствовать в расследовании. Что приход Петьки в школу связан с расследованием, они не сомневались. В школе ходили слухи о подростках-детективах с Петей и Дашей в главных ролях. Осталось узнать, что за расследование. Подслушали, узнали про ключи, и тогда Борис схватил телогрейку, прихваченную заранее, и запер Квитко, чтобы не мешал действовать, а также не возмущался новым людям в деле, а Юра поспешил расспросить сторожа. Может, он прояснит картину? Сторож прояснил после того, как ему дали бутылку водки и несколько денежных ассигнаций на будущее веселье. У него был сын Миша, который учился в этой школе в седьмом классе. Отца не любил и не скрывал этого, даже стыдился. А тот пытался наладить контакт, но не выходило. И он очень обрадовался, когда Миша подошел спросить, если ли место спрятать одну важную вещь. Отец вспомнил про сейф под портретом Толстого, который давно стоит без дела, и о нем не догадывается никто. Миша обнял отца на радостях. Дальше сторож рыдал, что называется, пьяными слезами. Юра уже и не слушал — то, что нужно, он узнал, хотя по-прежнему не понимал, какое расследование ведет Квитко с компанией. Опомнился и поспешил на заранее оговоренную встречу с Борисом. Там на лавочке и встретился с обозленным Игорем и Олей. Но не успел Крузенштерн высказать все свое накопившееся возмущение, как вдруг сзади закричал сторож: — Миша! Не прячься от меня! Почему именно Игоря сторож принял за сына, оставалось загадкой, на которой есть лишь одна версия. Наверное, алкоголь ударил в голову и затуманил разум. Игорю пришлось изобразить восторг, Борис протянул еще одну бутылку водки, стараясь успокоить горе-алкоголика, сторож выпил… — И вот он заснул, — докончил Игорь, нахмурившись. — Перепил, называется, — хмыкнул Хованский. — Зато мы уже знаем фамилию и имя сейфа. Еще один выигрышный ход в деле! — Может, и нам расскажите? — поинтересовался Юра. — Мы с Борей не против подключиться в расследовании, тем более мы вам помогли. мы имеем право знать правду!