***
— Добрый день, это центр психологии, я вас слушаю, — как на автомате говорит девушка на нашем недоресепшене. Она у нас милая длинноволосая блондинка, сказочно похожая на принцессу Рапунцель из знаменитого мультфильма. Все дети без ума от неё и так и называют Рапунцель, пусть её настоящее имя Ребекка. — Да, конечно. У нас есть место на три часа, вас это устраивает? Я тихо подошла к ней. Она, всё ещё слушая человека по телефону, поворачивает наш журнал, где я должна поставить время и подпись своего прибытия на работу. Быстро достаю с сумки ручку и ставлю свою большую «Э» с красивой завитушкой, похожей на букву «р», в знак моего имени и фамилии. — Благодарю за звонок, мы вас ждём, — мило сказала она и, дождавшись ответного прощания, выключила телефон. — И каждый день так звонят? — спросила я, смотря на три разных телефона и пять журналов. Не каждый день у меня есть возможность увидеть её улыбку просто из-за общения с очередным родителем. — Обязательно пять человек в день, — ответила Ребекка и посмотрела на часы у себя на руке, — Ты сегодня чуть опоздала, на пять минут. Чего вдруг? Обычно время в время приходишь. — Один недоумок чуть меня с лужи не окатил, — призналась я, — То пока проклён говорила, за временем перестала следить. — Страшная ты женщина, Эльза, — со смешком сказала Тэтчер, — Боязно тебе дорогу переходить. — Так не переходи, — тем же смешным тоном произнесла я, — подожди меня, вместе пойдём.***
Ближе к обеду со мной ничего не произошло. Я успела прочитать шестьдесят страниц детектива и соскучиться за приключениями. За это время у меня было два ребёнка, что очень уменьшало надежду на накопившиеся зарплату за этот день. Я прошла на обед в нашу столовку. В ней можно как покупать, так и приносить свою более аппетитную и съедобную еду, которую ел Иккинг. Я не знаю, как угораздило меня сесть за один стол с ним. Наверное, просто долгое отсутствие общения или попытка съесть его аппетитные домашние котлетки хотя бы глазами. Скорее всего второе, особенно когда передо мной стояла тарелка столовой каши. — Как ты? Как работа? — начала я и он улыбнулся. — Чего лыбишься? — Бери, — сказал он, пододвигая средний лоток с котлетами и хлебом. — Я всё равно всё не съем. — Ты шутишь? — неуверенно спросила я, но он ещё больше пододвинул аппетитное лакомство. — Нет. — А… Как ты узнал? — спросила я и со смущением достала один «бутербродик» с контейнера. — По твоему, я зря психологом-физиогномистом работаю? — спросил он улыбнулся ещё шире. Наверное, это был тот раз, когда я поверила в великую силу физиогномиста. Хотя, я не знаю полную его расшифровку, но оно означает человека, умеющего читать эмоцию и ответ по движению человека, лица и глаз. После приятного обеда я отправилась в свой кабинет, не забыв сто раз поблагодарить Хэддока за очень вкусный обед. Я также передала привет его матери, не забыв и ей сказать спасибо за такие вкусные котлеты.***
Перед тем как зайти в свой кабинет, я направилась к Тэтчер за одним делом, пытаясь никого не увидишь и не подцепить. — Эй, Рапи, — тихо сказала я, взирая по сторонам, — Нужно поговорить. — О чём? — спросила она и я посмотрела на неё. Ей богу, она сама как будто ребёнок, хотя ей уже 23. По крайней мере, смотрела она на меня с тем самым детским любопытством, как и сами чады, когда я достаю тайную коробочку. — Мне нужна помощь. Сможешь помочь? — Ну, что смогу, то и сделаю. — Мне нужно больше клиентов. — кратко ответила я, опять смотря по сторонам и прислушиваясь не идёт ли кто. Она лишь непонимающе посмотрела на меня. — И как я тебе помогу с этим? У нас сейчас мало кто при… — Мне нужно, что бы ты записывала больше ко мне, чем к Туоф. — Но это же не честно, — возразила она, но я всё равно не отступилась. — Туоф не умеет помогать людям, Ребекка, — на её лице немного дрогнула левая бровь когда я назвала её по имени. Этого никто не делает, поэтому приблизительно мне была понятна её реакция, — Очень часто люди решают не приходить ещё раз, потому что им не оказали нормальную помощь в первый. Я же помочь хочу, у меня даже постоянные клиенты есть. А у неё? — Ладно, я… Подумаю, — сказала Рапунцель, отрываясь от моего лица на журнал посетителей. Было видно, что она борится внутри себя, взвешивает все «за» и «против», ещё раз произносит — Подумаю…