Из круглых окон виден двор

      - С каких пор ты носишь чокер? Крош невозмутимо поправил украшение:       - С каких пор это стало запрещено? Нюша скептически изогнула бровь:       - Просто на тебе это смотрится странно. Вот и все.       - Елки-иголки, то есть Пашка в моей толстовке - это не странно?       - А никто не просил тебя в ногах путаться, гопник криворукий... - угрюмо заметил Бараш. Он был на две головы выше, так что даже мешковатый шмот Кроша на нем смотрелся как на вешалке. Это и правда смотрелось бы странно, если бы не предыстория в столовке, где Кроша сбила с ног Панди. В результате элегантная рубашка поэта окрасилась разводами чая. И бутербродом.       - Поосторожней со словами, кудрявый. Я извинился между прочим. И кофту отжалел, чтобы ты тут мослами не щеголял.       - Мальчики, не начинайте, - Нюша привычно вклинилась в их перепалку, - Крош, ты где Ежа потерял?       - Он на допе. Зарабатывает себе пятерку в четверти. - Крош с напускным равнодушием обозрел коридор. По идее, Ёж должен был уже вернуться.       - Но руссичка уже распустила класс, - Нюша тоже выглянула в коридор.       - Пойду-ка проверю... Сумку закинете в раздевалку?       - Без проблем. Пойдём, Паш! Крош сначала шёл. Но как только друзья скрылись за поворотом, перешёл на бег. Он влетел в класс... И замер в дверях.       - Че, расхныкался, ботаник? Удар. Разбитые очки валяются у доски. Сумка с оторванными лямками в мусорке. На полу - фантики. Фантики!       - Эй, Борзой, ты ничего не попутал, тварь?! Ёж вскинул голову. Заплаканный. С разбитой губой, кровь с которой стекает на рубашку. А в глазах страх.       - Крош...       - Руки убрал от него. Борзой был головной болью учителей. Типичной проблемой любой школы. Крош не раз сталкивался с ним на стрелках, но до такого отбитый двоечник ещё не доходил. Поднять руку на кого-то из компании Серёги Крошева считалось верхом глупости. Кажется, пора ему напомнить почему.       - Крышуешь ботаников, Серёга? Халявные звезды рвешь?! - он схватил Ежа за волосы и дёрнул вверх, заставляя встать на колени.       - Я сказал руки убрал!! Парта отлетела в сторону. А сам Борзой дернулся от меткого удара в челюсть. Ёж всхлипнул и поспешно отполз в сторону от драки. Крош это заметил краем глаза и со злостью снова вмазал противнику по лицу:       - Ты на кого замахнуться посмел, шестерка вшивая?! Удар.       - Ты мне за это кровью расписываться будешь! Удар.       - Ещё. - пинок в живот, - Раз, - удар по лицу, - Посмеешь!! - пинок в ребра. - Я ТЕБЯ В ПОДВОРОТНЕ ЗАРЕЖУ, КАК ШАВКУ!! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ, ТВАРЬ?!! Борзой уже сам валяется на полу. Подвывая на одной ноте, всхлипывая при ударах от боли, закрывая окровавленное лицо ладонями. Крош прижимает его к полу коленом. Задирает голову за волосы вверх. Удовлетворённо осматривает разбитую физиономию парня в разводах кровавых соплей.       - Никто. Слышишь меня, собака?! Никто не смеет задевать моих корешей. Пшел вон, и что бы я тебя не видел больше. - он пинает его последний раз, наблюдает как тот поднимается и ползет к двери. - И знаешь что, Борзый. Я думаю, Кулич не обрадуется, когда узнает об этом. Парень стремительно бросается прочь, на ходу размазывая рукавами кровь. Крош оборачивается. Ёж все это время вжимается в стеллаж.       - Покажи лицо, - Крош садится перед ним на колени. Осторожно обхватывает щеки парня холодными от напряжения ладонями. - Посмотри на меня, Ёжик. Он тебе ничего не сломал? Сильно болит? Ёж вдруг бросается вперёд, судорожно обхватывая его руками. И плачет. Навзрыд.       - Ну, чего ты... - Крош обнимает его в ответ, - Я ему хорошо врезал. Он больше не прицепится! Я обещаю! Ёж дрожит.       - Он... Списать просил... Я не дал... А потом он альбом порвал...       - Тварь он. - Крош осторожно гладит спутанные фиолетовые волосы. - Сейчас все соберем. Все хорошо будет, слышишь?       - Хорошо, что ты пришёл... Я боялся, что не придёшь... - он уже меньше дрожит. Только схлипывает, уткнувшись другу в шею.

***

Часть фантиков они спасли. В альбоме появились несколько склеенных листков. Очки склеить не вышло. Но не это самое важное. Ёж отделался разбитой губой и синяками. Он сидел на диване, прижимая к себе подушку, и наблюдал, как Крош методично поливает зеленкой разбитые кулаки. На столе рядом, дожидаясь своей участи, лежали бинты. Неожиданно в дверь позвонили.        - Твой снова на дежурстве? Еж кивнул. Крош подобрал с тумбочки нож и пошёл открывать. Посмотрев в глазок он чертыхнулся, но искать футболку было уже поздно. На пороге стояла Нюша.        - Крош, я тебе кофту занесла... Что у тебя с руками?!       - Форс мажор. Иди давай.       - Все в порядке?       - Кроме того, что я голышом морожусь? Нюша перевела взгляд на его плечи. Затем на пресс. И залилась краской.       - Завтра увидимся! Крош удовлетворённо запер дверь и вернулся в комнату. Ёж залипал в пустоту.       - Ёж! Ты чего? Тот вздрогнул и перевёл взгляд на парня.       - Все хорошо. Тебе помочь? С бинтами?       - Че я в первый раз что ли... Сам справлюсь... Он молчал. Ёж тоже. Крош замотал руки и сел рядом с ним на диван. Парень смущённо придвинулся ближе и устроил голову на его плече.       - Ты так и не снял ошейник.       - Тебе же нравится? Вместо ответа Ёж легонько провёл пальцами вдоль его скулы.       - Ты правда думал, что я не приду? Еж боязливо взглянул на лицо Кроша. Он закрыл глаза, откинув голову на спинку дивана. И не догадаешься ведь, что этот человек недавно избил кого-то.       - Я боялся... Крош неожиданно посмотрел на него и опрокинул на спину, зависнув сверху. Он посмотрел на разбитый уголок рта. Наклонился к покрасневшему Ежу и осторожно поцеловал, проведя языком по свежей ранке, заставив парня судорожно вцепиться пальцами в плед.       - Не смей больше никогда думать о таком. Понял? - голубые глаза смотрят пристально, с едва заметной нежностью. - Верь мне, Ёжик. Верь мне.