Отцы и дети

      Ресторан премиум класса "Турандот" славился своей европейской кухней и стилем итальянского Возрождения. Он погружает гостей в мир изысканной праздничной культуры XVIII века. Широкие колонны, позолоченная лепнина на стенах, живописные картины. Антону нравился этот ресторан тихой живой музыкой, уютной атмосферой и отличной кухней. Арсений водил его сюда довольно часто, наверное, именно поэтому он выбрал этот ресторан для празднования дня рождения Кирилла.       Сегодня утром работники убирали столы и стулья, так как было решено сделать шведский стол, чтобы было много места для танцев. Скоро должны были приехать украшать зал белыми и фиолетовыми шариками, настоящими цветами, также должны быть большие цифры шестнадцать. На кухне уже вовсю готовили нужные блюда, шеф-повар отдавал приказания. В ресторане кипела жизнь, пока именинник мирно спал в своей постели.       Кирилл долго не мог уснуть. Все переживал по поводу праздника. Его волновало, что это будут смотрины. До недавнего времени сильного внимания со стороны альф не было. Просто в школе учатся одни омеги, учителя либо беты, либо омеги, прислуга же в доме все беты. Вот и получается, что альфы, с которыми он контактировал, были брат и отец. Когда он гулял по парку или был в театре, то ловил на себе заинтересованные взгляды альф, а потом на этих альф смотрел его отец, чуть ли не рыча на них, охраняя его. И их как ветром сдувало. И вот теперь на его день рождения приглашены полсотни гостей, половина из которых будут альфы, что заинтересованы в нем, как в будущем муже. Кирилл не знал, как себя вести. Он будет впервые в такой ситуации, хорошо, рядом будут родители и Элион.       Омега не знал, что большая часть альф нуждались в этом браке только для того, чтобы вступить в торговые отношения с Поповым. Вернее, с его компанией. Кто-то хотел заключить контракт на льготных условиях, кто-то хотел выбить скидку, а кто-то, как Добровольский, хотел объединить компании.       Кирилл боялся неизвестности, поэтому не мог уснуть полночи. Он проснулся от нежного поглаживания по темным волосам. Открыв глаза, омега увидел папу, что сидел на краешке кровати. – С днем рождения, Кирюш, – улыбается Антон, не убирая руки от его волос, – пора вставать. – А может, не пора? – тянется омега и обнимает краешек одеяло, опять закрывая глаза. – Нет, уже пора, – говорит Антон, оставляет поцелуй на его виске, – завтрак уже подали. – Угу, – отвечает Кирилл.       Старший омега, покачав головой, встает с кровати и выходит из комнаты. В теплой постели, Кирилл опять начинает проваливаться в царство Морфея, но тут на него кто-то падает. – Ты что, спишь? – прямо на ухо говорит Элион.       Кирилл от неожиданности вздрагивает, открыв глаза, поворачивается назад и видит недовольное лицо друга. Он и забыл, что вчера вечером Эл пришел к нему, остался ночевать в гостевой комнате. – Так, – Элион берет его лицо в свои ладони, – поздравляю тебя с шестнадцатилетием, желаю, чтобы ты не знал, что такое черные точки и морщины, ещё желаю мужа, чтобы был богатый, красивый и на руках тебя носил, – тут омега засмеялся и поцеловал его в нос, – с др, короче! – Эл отпустил его лицо. – Спасибо, – буркнул Кирилл и вытер нос тыльной стороной ладони.

***

      Умывшись под комментарии Элиона, Кирилл вместе с ним спустился в столовую, где уже была вся семья. Стояло только появиться, как из-за стола выскочил отец. – Цветочек мой, с днем рождения, – Арсений заключил сына в крепкие объятия, поцеловал в макушку, – даже не верится, что тебе уже шестнадцать, казалось вот… – Мы с отцом хотим подарить тебе подарок, – перебивает его Антон, зная, что мужа сейчас может занести. Арсений выпускает его из плена своих рук. – Да, точно, – говорит Попов и берет небольшой пакет, что лежит на столе, а потом протягивает Кириллу.       Омега достал оттуда небольшую бархатную коробочку. Элион выглядывал из-за плеча, а родители стояли в ожидании. Выдохнув, он, наконец, открыл её. Золотые сережки в виде маленьких сердечек, на уголках которых красовались бриллианты, аккуратно лежали внутри. За спиной послышался восхищенный и даже завидный вздох. – Спасибо, – улыбается Кирилл и обнимает их по очереди.

***

– Бать, а мой день рождения мы также будем справлять? – спросил Виктор, когда подошел к отцу. – Восемнадцатилетние сынок, – посмотрел на него Арсений и увидел бокал в его руке, – ты же не шампанское пьешь? – Яблочный сок, – улыбнулся младший альфа, – хочешь? – Нет, – машет головой Арсений, потом стал смотреть в толпу, выискивая Кирилла. – А почему не на шестнадцатилетние? – опять спросил Виктор, отпив из бокала, из которого обычно подавали шампанское. – Потому что для омег это важная дата, а для альф нет, – ответил Арсений, опять посмотрев в его глаза, – вон, сэр Матвиенко приехал с семьей, сделай так, чтобы Слава не скучал. – Хорошо, – кивнул Виктор и пошел к раздаточному столу за ещё одним бокалом с соком, теперь уже для омеги.       Арсений, наконец, находит Кирилла, что стоял и разговаривал с каким-то альфой. Он напрягается и пытается вспомнить кто это. – Это Звягинцев, – сказал Сережа, что встал рядом и смотрел в ту же сторону, – его брат нефтяной магнат, а у него своя компания, помнишь, мы хотели заключить с ним договор, но ты почему-то свернул сделку. – Точно, – выдохнул Попов, – как ты все помнишь? – Сам в шоке, – пожимает плечами Матвиенко, а потом протягивает руку, – кстати, с праздником. – Спасибо, – пожимает ему руку Арсений, перед этим переложив свою трость в другую.

***

– Самое главное в бизнесе… – Кирилл смотрел на альфу перед собой и совершенно его не слушал. Неужели не понятно, что ему неинтересно и что с омегами надо разговорить на другие темы. Сейчас он пропускал все мимо ушей, на уроках алгебры интересней, и разглядывал его. Альфе было около тридцати лет, он был среднего телосложения с карими глазами и темными волосами. Обычный. Больше и нечего сказать. Кирилл поворачивает голову вправо и видит, как отец разговаривает с Сергеем, а это значит, что ему нужно подойти и поздороваться с другом отца. – Прошу меня извинить, – прерывает на полуслове альфу, имя которого даже не запомнил, – но мне нужно отойти, – улыбнувшись, Кирилл уходит, покачивая бедрами, идет прямо к родителю, около которого стояли Сережа и Дима, друзья семьи. – Ой, Кирюша, – заулыбался омега, – с днем рождения, – Дима поцеловал его в щеку, – подарок я положил к остальным. – Спасибо большое, – улыбнулся Кирилл, – а где же Славик? – Да вон, они с Виктором о чем-то смеются, – говорит Сергей, качнув головой в их сторону, куда и посмотрел омега. – Ну, ладно, – кивает головой Кирилл и, повернувшись, увидел отца, что резко стал серьёзным. – Добровольский, – кивнул Арсений и обошел сына, встав перед своим первым конкурентом. – Приветствую Вас, Арсений Сергеевич, – улыбнулся Павел, пожимая ему руку, – поздравляю Вас, мистер Антон, с рождением сына, – посмотрел за спину Попову, где стоял бывший Шастун. – Спасибо, – ответил Антон, когда альфа поцеловал его кисть. Арсений удивленно обернулся, ведь его мужа поблизости не было. – Хороший ресторанчик, – спрятал свои руки в карманы брюк Добровольский.       Тем временем, Роберт подошел к Кириллу, что стоял неподалёку от родителей. – Здравствуйте, сэр Роберт, – сказал омега, натянув улыбку. – Здравствуй, – кивнул альфа, – с днем рождения, это тебе, – он протянул яркую коробку, видно, подарок. – Спасибо, – ответил Кирилл и рукой подозвал официанта, чтобы тот забрал подарок, – положите к остальным. – Принести тебе шампанское? – спросил Роберт, когда бета забрал подарок из его рук и удалился. – Если это вас не затруднит, – улыбнулся Кирилл.       Как только альфа развернулся и двинулся к раздаточному столу, Кирилл побежал в противоположную сторону, чтобы Роберт его подольше искал. Слишком отталкивал его запах этого альфы. Ну, не любил он эстрагон. Когда младший Добровольский пробирался за шампанским, ему в нос резко ударил сладкий запах клубники. Роберт стал искать источник его любимой ягоды, жадно вдыхая воздух. Он как ищейка шел по запаху и нашел. У колонн стоял омега, блондин в белоснежном костюме, и что-то делал в телефоне. Все, волк внутри него признал, что это его омега. – Привет, – Роберт подошел к нему и широко улыбнулся. Омега поднял голову и удивленно на него посмотрел. – Привет, – тихо сказал он, – то есть… здравствуйте, сэр. – Я Роберт, – не переставал улыбаться альфа, – и, давай на ты? – Хорошо, – кивнул омега, – Я Элион, можно просто Эл. – Элион, – повторил Роберт, будто пробуя его имя на вкус. – Сынок, можно тебя? – на его плечо резко легла тяжелая рука отца. – Прости, – тихо выдохнул альфа и подчинился старшему альфе, что увел его за плечо подальше от омеги. – Роб, у тебя сегодня нет времени на всяких шлюшек, – говорит Добровольский, сжимая плечо сына, – твоя цель - Кирилл, и напоминаю тебе, что все, что ты имеешь - благодаря мне, теперь твоя очередь помогать отцу. – Да, отец, – склонил голову Роберт.

***

      Кирилл удалялся все дальше и дальше. Не переставая идти, он оглянулся, пытаясь найти Роберта, но тут в кого-то врезался. Омега резко остановился и уставился на этого кого-то. Высокий, метра два точно, широкие плечи и рыжая копна волос. – Ой, простите, сэр, – говорит Кирилл. – Это ты меня прости, – улыбается альфа, – не ушибся? – в ответ омега машет головой, – ты, видимо, именинник, я Глеб.       «Старший сын мэра» - пронеслось в голове у омеги. – Я Кирилл, – улыбнулся он, заправляя локон волос за ухо. – Тот самый, – тихо произнёс альфа, нахмурившись, а потом сказал громче, – ты, наверное, слышал о моем брате, о нем все слышали, вот если он будет много приставать или доставать тебя, а он будет, я его знаю, свистни мне, и я с ним разберусь, хорошо? – Договорились, – кивнул Кирилл, – а его что, пригласили? – Даже если нет, его это не остановит, – отвечает Глеб, омеге сказанное не понравилось, – не грусти, Кир, у тебя же день рождения, веселись, а о нем не думай, это не твои проблемы, – альфа улыбнулся, Кирилл кивнул. – Твое шампанское, – протянул ему бокал Роберт, что появился из неоткуда, Глеб сразу же удалился. – Спасибо, – улыбнулся Кирилл, пригубив напиток.

***

      Арсений взял с подноса, с которым по залу ходил официант, бокал с красным вином. Антон ходил, раздавал распоряжения и все контролировал. Сам альфа следил за Кириллом, что сейчас разговаривал с Робертом, поедая какую-то закуску. Он подносит к губам бокал и собирается сделать небольшой глоток. – Привет, Сюш, – раздается за его спиной, от неожиданности Попов закашлялся. Он поворачивается и не верит своим глазам и ушам. Перед ним стоит его бывший муж Мишель, – я тоже рад тебя видеть, – улыбнулся омега. "Постарел", - заметил Арсений. – Что ты здесь делаешь? – спросил стальным голосом альфа. – Видишь ли, мне позвонил твой муженек и пригласил на сие мероприятие, – Мишель сделал пару глотков из своего бокала, – кстати, не думал, что ты так скатишься и возьмешь себе в мужья это чучело, хорошо, что дети пошли в тебя. Хотя, наверное, у тебя уже не встаёт, но это не удивительно. – Все сказал? – спросил Арсений, скалясь, – так что ты тут делаешь? И зачем ты врешь про Антона, вы же не знакомы? – Я не вру, Сюш, – помахал головой омега, а Попов от того обращения скривился, – он позвонил и пригласил меня и моего сына. – А кто твой сын? – нахмурился Арсений. – А ты что же, не догадался? – улыбается Мишель, – Элион - мой сын, и, как видишь, я не замужем, – омега показал руку, где нет обручального кольца. – Кто же отец? – спросил альфа. – Не знаю, – пожал плечами омега, – меня в ту течку пятеро ебали, ты же меня продал в бордель, а потом твой юрист развел нас заочно, – Мишель опять отпил шампанское, – потом меня купил один альфа, дал мне свободу и даже помогал с ребенком, пусть земля будет ему пухом. – Увлекательная у тебя жизнь, – кивнул Арсений, – сыночка тоже к такому готовишь, уже нашел, кому продать его девственность, можно за дорого продать, а деньги ты любишь. – Я люблю своего сына, в отличие от тебя, – ответил омега, – и продавать его не собираюсь. – С чего ты взял? – возразил Попов, он начинал злиться. – Ну, не я же устроил эти смотрины, чтобы за дорого продать, – развел руками Мишель, но увидев ярость в голубых глазах, перестал улыбаться, – Но, знаешь, так в высшем обществе было принято всегда, помню, мне тоже было шестнадцать, и была подобная вечеринка, да и ты по таким ходил, когда был молод и холост. – Это другое, – ответил Арсений, – я не принуждаю, Кирилл выбирает сам. – Возможно, – кивнул Мишель, – ты не поверишь, – он стал говорить тише, – но я скучал по тебе, – Арсений удивленно поднял брови, – да, правда, я до сих пор ношу твою метку, – омега положил руку на свой загривок, – я не сводил ее, как знак того, что я все ещё твой, Сюш. – Ты перестал быть моим, когда стал путешествовать по койкам других альф, – ответил Арсений, – и не называй меня так, ненавижу это обращение. – А раньше любил, – улыбнулся омега. – Я раньше и тебя любил, – говорит Попов, – а сейчас от пятиминутного разговора меня тошнит. – Не врите хотя бы себе, сэр Арсений, – ответил Мишель и тут же ушел. – Все хорошо? – ладонь его мужа легла на плечо, – мне показалось, что ты расстроен. – Все отлично, Антош, – улыбается Арсений, по всему залу стала раздаваться медленная мелодия, – потанцуем? – супруг кивнул, и Арсений, оставив свой бокал, вывел его в центр, закружив в танце.

***

      Кирилл устал. Устал от внимания скучных альф. Устал от вечного преследования запаха эстрагона. Нет, может, кому-то нравится это приправа, но не ему. Сейчас омега остался один. Роберт куда-то ушел, и он спрятался за одной из колонн. Кирилл надеялся провести время с Элионом, но все как сговорились. Пытались обратить его внимание на себя, да и Эл куда-то затерялся. Вот сейчас, спрятавшись ото всех, он надеялся побыть один. – Привет, Кирюш, – из-за колонны выпрыгнул Алекс и встал прям перед ним, – с днем рождения тебя, – улыбнулся он.       Омега осмотрел его с ног до головы. Белые кроссовки, видимо, летние, синие джинсы, что порваны в трех местах, на пояс была повязана красная рубашка в клетку и надета белая футболка. Все гости были в вечерних нарядах, почти все в официальных костюмах, некоторые омеги были в платьях. А этот рыжий альфа как будто за хлебом вышел. – Классно выглядишь, – заметил Алекс, – розовой костюмчик тебе очень к лицу. – Как ты меня нашел? – хмурится Кирилл, он-то думал, что его не найти. – По запаху, малыш, – улыбается альфа, – запах твоих фиалок просто божественный, только его здесь и чувствую, – омега опустил взгляд, это был первый комплимент, что касался его омежьего запаха, – почему ты не пришел гулять? Я, между прочим, прождал тебя у фонтана почти три часа, а если бы я заболел и умер? – Одним больше, одним меньше, – тихо сказал Кирилл. – Тебе совсем меня не жалко? – спрашивает Алекс, пряча руку в карманах джинс. – Неа, – машет головой омега, – совсем.       Альфа повернул голову и посмотрел куда-то в строну. Кирилл смотрит на открытый участок шеи, вдыхает полной грудью. Мята, зубная мятная паста вместе с темным шоколадом. Странный запах. Может, десерты стали выносить, омега смотрит на раздаточные столы, нет, ещё рано. Он чуть наклоняется вперед и понимает, так пахнет альфа. Куда лучше эстрагона. – Почему от тебя пахнет зубной пастой и темным шоколадом? – спрашивает Кирилл. – Что? – смотрит на него в упор Алекс, – раньше омеги говорили, что я пахну мятой. – Я слышал, что для каждой омеги альфа пахнет по-разному, – пожимает плечами Кирилл. – Ну, тебе же не противен мой запах? – спрашивает альфа, облизывая нижнюю губу. – Он забавный, – хмыкнул омега. – А ты знаешь, что если пингвин находит свою пару, то будет любить только его всю жизнь? – тут же спросил Алекс. – Почему ты спрашиваешь? – удивляется Кирилл. – Ну, ты знал или нет? – настаивает на своем Алекс. – Ну, да, – кивнул голубоглазый. – Будешь моим пингвином? – всерьез спрашивает рыжеволосый, на что омега расхохотался в голос. – Серьёзно? – смеясь, спрашивает Кирилл, – ко скольким ты так подкатывал? – Ты первый, – тихо ответил альфа. – Ой, – вытирает слезинку рукой, что образовалась на уголках глаз от смеха, – я тебе не верю. – Можешь не верить, – отвечает Алекс, – ладно, поехали, – взял его за локоть и потянул за собой. – Что? Куда? – вытащил свою руку, остановившись, Кирилл. – Я вручу тебе подарок, а потом покатаю на машине, – ответил альфа, улыбнувшись. – А у меня спросить не нужно? – хмурится омега, не нравится ему эта настойчивость и неуважение его мнения, – а если я не хочу? – Тебе самому уже тут надоело, – развел руки Алекс, – эти фальшивые улыбки, лицезрение со стороны этих альф, что хотели бы взять тебя в мужья, лишь бы подмазаться к твоему отцу, чтобы на родственной основе, так сказать, подписать какой-нибудь контрактник, – он взял Кирилла за плечи, – поехали, я покажу тебе ночную Москву, ты, наверное, после девяти из дома и не выходил. Решайся, Кирюш, когда-то же надо начинать жить.       Омега смотрит в его глаза, что горели огнем от желания увезти его. Хотелось бы верить, что это другая заинтересованность в нем, не фальшивая. Кирилл смотрит в зал и видит, как папа с отцом танцуют. Он сейчас готов наплевать на все и уехать с этим альфой, и будь что будет. Но он обещал папе, что отец не будет нервничать. А если он уедет сейчас, то отец точно ляжет в гроб. – Нет, – отвечает он, делает шаг назад, сбрасывая его руки со своих плеч, – я никуда не поеду с тобой. – Я тебя и пальцем не трону, клянусь, – говорит Алекс, – только поехали, пожалуйста. – Я же уже сказал, нет, – говорит омега, как можно жёстче, – и вообще, отстань от меня, найди себе другую омегу для развлечений.       Сказав это, Кирилл тут же развернулся и ушел, не давая и шанса ответить альфе. Алекс уже не знает, что он делает не так. Ещё ни для одной омеги он не делал столько. Ни о каких подарках вообще речи не идет, раньше они сами прыгали к нему в постель. Более строптивые же могли получить от него цветок, поездки на машине и переписки. Неделя, и новая омега в его кровати. Никогда не бегал ни за кем, потому что раньше никто не убегал. Никто, кроме Кирилла Попова. – Что ты пристал к этому мальчику? – спросил брат, что подошел к нему. – Тебе какое дело? – ответил Алекс, посмотрев на него. – Да оставь ты его в покое, тебе, что, трахаться не с кем? – приподымает рыжие брови Глеб, – вон, сколько у тебя шлюх. – А с чего ты взял, что я хочу его трахнуть? – злится младший альфа, – может, я влюбился? – Ты? – переспросил его брат, – у тебя нет сердца, нечем тебе любить. – Слушай, я в твою личную жизнь не лезу, нравится тебе, когда тебя альфа трахает, пожалуйста! – фыркнул Алекс, – я по поводу твоей ориентации ничего не говорю, и ты ко мне не лезь. За кем хочу, за тем и таскаюсь, – альфа смотрит в зал и видит как Кирилл танцует медленный танец с Добровольским младшим, разворачивается и стремительным шагом уходит из ресторана.