Приключения официантки

      16 часов 40 минут. 24 июля 2015 года. Кабинет следователей…       Уткнувшийся в монитор Игорь отсматривал камеры видеонаблюдения, понатыканные на зданиях вокруг места преступления. После звонка Анны Андреевне, он передал Светлане и просьбу майорши о том, что консультант просил прислать ему уголовное дело, и приказ начальницы о том, что нужно обзвонить двух оставшихся фигурантов. Именно этим и занялась старший лейтенант Колесникова, первым делом позвонившая сыну владельца ночного клуба «V-12» – Максиму Зарипову. Молодой человек также подозревался в изнасиловании, а потому с парнем жизненно необходимо стоило побеседовать, пока того не убили.       Конечно, версию мести начальство отмело сразу же, но вот юрист пока не был согласен с выдвинутой теорией о конкурентной борьбе. Так как и в прошлый раз у конкурентов не было возможности устроить покушение. Однако был мотив. И из-за этого майор Кораблина временно отметала все иные версии.       — Добрый день, старший лейтенант юстиции Колесникова, следственный комитет, – сразу же представилась девушка, когда вызываемый Максим взял трубку. – Мы расследуем дело об убийстве гражданина Мустафина, с которым Вы тесно общались, а также подозревались в совершении преступления. Нам необходимо побеседовать с Вами у нас в управлении… Завтра к девяти часам утра приходите… Спасибо за понимание. До свидания! – Светлана положила трубку и тяжело вздохнула.       Игорь поднял взгляд на напарницу и сочувственно кивнул головой. Девушка устало улыбнулась ему в ответ и начала набирать номер второго молодого человека – Алана Вильданова. Только тот не мог ответить на вызов – по мнению Зарипова, Алан был в пейнтбольном клубе в нескольких километрах от города. В трубке телефона раздавались лишь монотонные гудки, так раздражающие девушку и не предвещающие ничего хорошо в данном случае.       — Свет, я предлагаю пока попросить Анну Андреевну пробить идею с постановлением на обыск, – предложил Фролов. Напарник стоял около стола подруги, держа в руках чашку кофе. – А за это время мы с тобой спокойно кофе погоняем?       На том и порешили – капитан, как старший по званию и как мужчина, звонит Кораблиной, а старший лейтенант будет пить кофе. Пустой крепкий ароматный напиток…

* * *

      17 часов 22 минуты. Квартира Вильданова…       Тёмно-синий микроавтобус остановился у подъезда, где следователей ожидал участковый с двумя понятыми. Первым из машины вышел Игорь, держащий в одной руке чемодан, а другую руку подавший Светлане. После небольшого обмена любезностями, пара направилась к подъезду. Им навстречу направился участковый лейтенант – спортивного телосложения мужчина лет двадцати пяти с добрым лицом.       — Капитан Фролов, – представился Игорь, предъявляя своё удостоверение, – старший лейтенант Колесникова, – представил он напарницу и подругу.       — Лейтенант Данилов, – представился в ответ участковый. – Прошу за мной, – добавил он, перехватывая инициативу.       Вся компания – и участковый, и следователи, и понятые – зашли в подъезд и поднялись на нужный этаж, где жил гражданин Вильданов. Игорь попросил свидетелей отойти немного в сторону, а Светлана позвонила в дверь. Ответа не последовало.       Колесникова вновь нажала на кнопку звонка, и опять тот остался без ответа. Девушка вопросительно посмотрела на мужчину, который достал из кармана набор отмычек.       — Лейтенант, будем вскрывать дверь, отметьте это в протоколе, – добавил капитан и подошёл к двери. – Понятые, – тише добавил он, – отойдите подальше. Дверь не заперта, – пояснил он всем присутствующим. – Светлана, остаёшься здесь. Лейтенант со мной, – шепотом добавил мужчина.       Девушка хотела возмутиться, мол, почему это Игорь будет заходить в квартиру не с ней? Но сразу же поняла, что капитан оставил её здесь, потому что беспокоится за свою напарницу. Достав пистолет, Колесникова встала чуть поодаль от двери, держа её на мушке. Светлана наблюдала, как капитан медленно приоткрыл дверь и практически бесшумно вошёл в квартиру. Участковый последовал за мужчиной.       Тишина просторной двухкомнатной квартиры совсем не успокаивала. В ней было что-то ужасное, угнетающее и мрачное. Чувствовалось, что здесь кто-то находится, только пока оставался вопрос – кто? Фролов старался красться как можно тише, чтобы возможный преступник не ожидал нападения.       — Светлана! – меньше чем через минуту услышала Колесникова и зашла в квартиру, зазывая с собой понятых. – Осматривай тело, а я пока вызову труповозку… – кивнул капитан в сторону тела.       Бровь старшего лейтенанта полезла наверх, и девушка поспешила войти в комнату. Чёрт! Зрелище, открывающееся из дверей, вызывало отвращение, неприязнь или… Светлана не могла понять, какие чувства у неё вызывает вид привязанного к стулу руками и ногами парня, которого некто пытал. Сглотнув накативший к горлу ком, следователь прошла в глубь комнаты и поставила на пол чемоданчик.       Женщина сорока с небольшим лет – одна из понятых – ахнула, увидев растерзанное тело молодого человека, и стала медленно оседать вдоль стенки. Вернувшийся в комнату капитан вовремя подхватил женщину, не давая ей рухнуть на пол. Пока Игорь приводил в чувства свидетельницу, участковый оформлял протокол осмотра.       Девушка надела перчатки и внимательно осмотрела тело Алана.       — Пиши, – адресовала участковому Светлана, – смерть наступила от механической асфиксии, примерно пять-шесть часов назад, – заключила девушка после осмотра трупа. – На теле обнаружены следы от пыток, – спокойно диктовала старлей, будто для неё видеть такие картины было обычным делом.       — Я пока вызову отца убитого, чтобы он мог сказать, что пропало из квартиры, – сказал Игорь, уходя из комнаты на кухню. – Алло, гражданин Вильданов? Вас беспокоят из следственного комитета, капитан Фролов. Вы не могли бы как можно скорее подъехать к своему сыну… Он найден нами мёртвым у себя в квартире… Ждём Вас, – добавил мужчина и сбросил вызов.       — Пытали молодого человека окурками сигарет, – старший лейтенант осмотрелась по комнате, но никаких окурков, даже пачки сигарет и зажигалки не обнаружила. – Окурки преступник унёс с собой… Потом парня пытали раскалённым утюгом… Вон он стоит на гладильной доске, – с полнейшим безразличием, даже леденящим от спокойствия голосом констатировала Колесникова. – Товарищ капитан, – позвала она вернувшегося напарника, – а чем ему могли сломать пальцы?       — Молотком, – достав из ящика с инструментами очередное орудие пыток, ответил Игорь и продемонстрировал сам предмет. – Да, – подтвердил мужчина, обнаружив замытые следы крови на орудии преступления. – Понятые, обратите внимание, на молотке обнаружены замытые следы крови. Отпечатков пальцев на нём не обнаружено. Лейтенант записывай, – одобрительно кивнул Фролов застывшему оперативнику…       …По окончании осмотра квартиры, следователи её опечатали и поехали в управление, возложив на участкового оставшиеся формальности. В голове у напарников никак не укладывалось: кто мог за один день убить сразу двух человек, причём хладнокровно? А ведь оставалось ещё и похищение гражданина Хуснулина.       — Ты думаешь это он? – Спросил капитан у задумавшейся подруги.       — В голове не укладывается, как такой человек мог совершить за один день сразу два преступления? – Задалась вопросом девушка. – Я читала характеристику Рустама и не могу сопоставить характер его поведения с действиями убийцы. Не могу!       — Но посуди сама: вчера вечером пропадает Рустам, а уже сегодня утром он начинает убивать обидчиков своей бывшей коллеги. Странно, ты не находишь?       — Но ведь обыск в его квартире проводили мы и не нашли никаких следов готовящегося преступления! Никаких заметок, планов, даже следов хранения оружия нет!       — Согласен, что это странно, – признал Игорь. – Но факты таковы, что это именно Рустам… – Фролов о чём-то задумался, поморщив лоб. – Надо будет попросить компьютерный отдел пробить детализацию звонков всех фигурантов наших дел. Если найдутся пересечения – будем копать!       — Хорошая идея, – тяжело вздыхая, признала Света. – Но я уверена, что общих пересечений не найдётся. Если их искать, то только между самим Хуснулиным, Добровской и кем-то из работников ночного клуба.       — Ты права, – принял эту версию капитан и набрал номер одного из компьютерщиков. – Алло, привет… Можешь пробить пересечения в звонках нескольких наших фигурантов? Записывай… Хуснулин Рустам и Валерия Добровская… – следователь замолчал, ожидая ответа эксперта. – Плохо, – ответил он, плотно сжав от досады губы. – Ладно, бывай…       — Никаких совпадений или пересечений? – Предугадала Колесникова.       — Даже больше, – огорчённо вздохнув, ответил Фролов, – вообще перестали общаться после 21 февраля. Одной версией меньше, – констатировал мужчина и отвёл взгляд в сторону.       — Ничего, сейчас приедем в управление, может быть, во время совещания что-нибудь новое узнаем. Анна Андреевна сказала, что к нам ещё нового майора прикрепят на время расследования, – как бы невзначай сказала Светлана.       — Нового майора, – буркнул себе под нос Фролов.       Весь остаток дороги до конторы напарники провели молча. Каждый из них погрузился в свои мысли.

* * *

      18 часов 25 минут. Кабинет следователей…       — Добрый вечер, коллеги! – Поприветствовала всех Анна Кораблина. – Давайте перейдём сразу к делу, – женщина подняла правую руку в ответ на раздавшееся нечётким хором приветствие. – Итак, что мы имеем по всем нашим делам?       Начальница стояла около прозрачной пластиковой доски, где висели распечатанные фотографии с мест преступлений, фотографии ночного клуба и осмотренного автомобиля преступника. Открывать счёт выпала честь капитану Фролову.       — Допрошенный нами гражданин Башеев не смог сообщить ничего нового. Он лишь указал на то, что у него был давний конфликт с пропавшим гражданином Хуснулиным. Но алиби Юнира подтверждается не только показаниями его девушки и начальницы, но и данными камер видеонаблюдения и перемещений мобильного телефона. Башеева надо отпускать, он к похищению или пропаже Рустама Хуснулина не имеет никакого отношения, – подытожил Игорь, обводя взглядом коллег.       — Значит, будем отпускать, – с максимальным безразличием ответила начальница. – Что по осмотру квартиры гражданина Хуснулина? – Продолжала Анна, желая ознакомиться с результатами работы своих орлов.       — Из квартиры пропала часть одежды самого гражданина Хуснулина, – приняла эстафетную палочку Светлана, – из чего мы сделали вывод о том, что он готовился к побегу. Также во время осмотра было обнаружено женское нижнее бельё, пригодное для выделения ДНК. Оно передано криминалистам и те им сейчас занимаются.       — Занимались, – поправила Анна, доставая из чёрного закрытого планшета заключения криминалистов. – Наши узники пробирочного мира хорошо сегодня поработали с уликами, привезёнными и вами, – указала майор на сладкую парочку своего отдела, – и нами, – кивнула женщина юристу. – ДНК девушки, обладательницы этого кружевного белья, в базах отсутствует, но мне кажется, что это бельё принадлежит Юлии Истоминой. Она является девушкой пропавшего Хуснулина, но никаких данных о том, что могло случиться с её парнем, у неё нет. Что ещё по осмотру квартиры? – Вернула Анна разговор к прежней теме.       — На дверцах и ручках шкафов стёрты все потожировые следы и как нарочно неизвестный протёр всё, к чему прикасался антибактериальными салфетками. В дальних уголках шкафа были обнаружены отпечатки пальцев. Отпечатки и потожировые следы переданы криминалистам, – завершила доклад Колесникова.       — К сожалению, отпечатки пальцев принадлежат пропавшему гражданину Хуснулину, – Кораблина достала из своего планшета очередное заключение и закрепила его на доске. – Больше по Рустаму ничего нет?       Никто из сидящих в кабинете следователей не понял, кому был адресован вопрос и не является ли он риторическим. Анна Андреевна обводила каждого из подчинённых сверлящим взглядом, но ни на ком внимания не заостряла. Взгляд остановился на консультанте, который вежливо уклонился от ответа, уступая эстафету новому сотруднику.       — Товарищ майор, – обратилась к тому начальница, – что у Вас по осмотру автомобиля преступника? Криминалисты не успели обработать улики с места убийства гражданина Мустафина и осмотреть автомобиль.       — В салоне Рено Логана, брошенного преступником в паре кварталов от места убийства, – спокойно докладывал Николай, глядя в одну точку, – обнаружены потожировые следы, несколько коротких светлых волос и пистолет. Все улики были переданы криминалистам или, как Вы, Анна Андреевна, сказали – узникам пробирочного мира, – улыбнулся мужчина. – Я считаю, что в первую очередь необходимо заняться исследованием пистолета, так как он мог уже где-то засветиться или на внутренних частях остались биологические следы преступника. – Борзов высказал предположение и вопросительно посмотрел на Нечая, мол, принимай эстафету.       Передачи эстафетной палочки доклада помешала начальница, как всегда, внёсшая коррективы относительно улик, заключений и экспертиз.       — На данный момент известно лишь то, что пуля была выпущена из того самого пистолета, который обнаружен в автомобиле, – спокойно отметила женщина. – Относительно убитого гражданина Мустафина, – после паузы отметила майор, – перед смертью у него был защищённый секс, а также убитый употреблял наркотики. Исследования волос и ногтей это подтверждают…       После этих слов Николай довольно ухмыльнулся. Анна постаралась не обращать внимания на это – как ни крути, а Борзов проводил в том ночном спецоперацию.       — Алексей Викторович, что можешь сказать о поездке к гражданке Добровской? – вопросительно посмотрела на подчинённого Кораблина, давая зелёный свет для продолжения эстафеты.       — Заявление об изнасиловании Валерия забрала в тот же день, когда получила от гражданина Мустафина-старшего денежную сумму, – начал свой доклад юрист. – На полученные за молчание деньги потерпевшая купила себе однокомнатную квартиру в Дёмском районе и занялась пошивом одежды. На момент похищения Хуснулина и убийство Мустафина-младшего у девушки алиби – её мобильный телефон не перемещался дальше маршрута «квартира – продуктовый магазин – магазин тканей». Все они расположены рядом, а без телефона Добровская никуда не ходит – так как постоянно ей приходится созваниваться с заказчиками и обсуждать все детали.       — Но телефон она могла оставить дома, а вместо неё самой могла отвечать подруга, – возразила начальница. – Всё, – женщина сообразила быстрее, чем успел ответить подчинённый. – С марта месяца её общение со старыми знакомыми резко сошло на нет, а потому и подруг, также хорошо разбирающихся в шитье, у потерпевшей нет.       — Именно, – согласился консультант. – Но, Валерия сообщила об одной странности: в тот день, когда она забирала документы из университета, к ней в гости случайным образом заглянул мужчина, представившийся соседом. После разговора с ним девушке стало гораздо легче, и Добровская передумала совершать самоубийство. Однако через некоторое время, Валерия выяснила, что никакого соседа не было: никто из жильцов дома не вспомнил о мужчине, который жил по соседству с изнасилованной официанткой. – Закончил доклад Алексей.       — Алексей Викторович, Вы предлагаете попробовать найти его? – Резонно заключила Светлана, с хитрым прищуром посмотрев на коллегу.       — Этим займусь я лично, – с максимальным спокойствием ответил юрист, успокаивая коллегу отсутствием дополнительной работы. – Благо, пока установление личности этого загадочного соседа не требует спешки, – добавил мужчина.       — Тогда, Алексей Викторович, – серьёзно начала майор Кораблина, – тебе на завтра приказ: поедешь в Дёму, опросишь соседей Добровской, если кто-то вспомнит что-нибудь о том загадочном соседе – фиксируешь и прочее. Если кто-то сможет составить фоторобот того мужчины – будет вообще замечательно… – на выдохе закончила женщина и видя ошарашенный понимаем свалившейся на голову Лёхе работы взгляд, добавила: – В качестве подкрепления получишь оперативников полиции, так как начальство требует результатов.       — Анна Андреевна, – начал Фролов, задумчиво потирая подбородок, – а что если завтра мы со старшим лейтенантом займёмся опросом соседей убитого гражданина Вильданова? – Предложил капитан.       — Убитого? – В один голос переспросили и Анна, и Алексей, лишь Николай молча посмотрел в сторону Игоря. – А почему я об этом не знаю?! – С претензией продолжила Кораблина.       — Алан Вильданов, по предварительному заключению, был убит сегодня утром в промежутке с десяти до двенадцати часов. Перед смертью молодого человека пытали, – сухо и скупо отчитывалась Колесникова, переводя взгляд с каждого из коллег. – Да, его перед смертью пытали, – девушка ответила на немой вопрос удивлённого юриста. – Сначала прижигали кожу окурками сигарет, самих окурков на месте преступления не обнаружено. После в ход пошёл раскалённый утюг, о чём свидетельствуют ожоги в области груди, а незадолго до смерти, гражданину Вильданову убийца переломал пальцы молотком. По свидетельству отца убитого, из квартиры пропала денежная сумма в размере ста семидесяти тысяч рублей. Больше ничего ценного из квартиры преступник не взял, – закончила свой отчёт старший лейтенант.       — Опечатки пальцев, следы ботинок? Способ убийства? – Спросила Кораблина, предвкушая завтрашний разговор с начальством.       — Убили молодого человека, задушив его полиэтиленовым пакетом, надетым ему на голову. Отпечатки пальцев принадлежат только хозяину квартиры, преступник работал в перчатках. Следов обуви не обнаружено, – добавила Света.       — Фролов и Колесникова, – раздавала указания Анна, – завтра поедете опрашивать соседей убитого, составите фоторобот убийцы, если его видел кто-то из соседей. Нечай, у тебя фронт работы тот же. Я с Борзовым буду допрашивать Зарипова. Завтра утром сначала встречаемся на совещании, а на сегодня всё, – уже спокойно завершила свои слова Кораблина. – Все по домам.