Даже невозможное иногда возможно

      Когда мы спустились обратно в холл, там было полно народа. Стоял легкий шум: всем не терпелось узнать, что нас ждет. Оглядываясь вокруг невозможно было определить кто из нас ангел, а кто демон, – все пребывали в своей земной форме.       В мучительном ожидании я все чаще смотрела по сторонам, пытаясь угадать кто есть кто. Парень слева, совсем недалеко от меня, с бордовыми волосами и бледной кожей казался демоном; девушка рядом с ним точно была ангелом, что я определила по сияющим глазам цвета летней зелени; еще одна девушка с длинными волосами цвета угля и рослый смуглый парень рядом с ней были ангелами… Я продолжала свои попытки угадать, пока не поймала на себе заинтересованный взгляд. На приличном расстоянии от меня облокотившись о колонну стоял парень. По неизвестной причине мне было тяжело определить кто он. То ли глаза цвета плавленого золота, то ли его вид абсолютной непричастности к происходящему сбивали с толку. Он бесстыдно смотрел мне прямо в глаза. Поимел бы совесть, сколько можно пялиться? – промелькнуло у меня в мыслях. Хотя, сама же я занималась тем же самым…       – А наша Раф опять витает в облаках, – послышался голос Майкла прямо возле моего уха. Кажется, он спросил меня о чем-то, но я, естественно, не услышала.       – Я ангел, имею право на полеты в облаках, – с улыбкой фыркнула я ему в ответ. Майкл приобнял меня и слегка взъерошил волосы.       Я повернулась обратно, чтоб еще раз взглянуть на того паренька. Снова поймав мой взгляд, он лишь закатил глаза и отвернулся, и больше не поворачивался в мою сторону. Интересно, кто же он такой?       – Прошу тишины! – провозгласил громкий мужской голос и в ту же минуту все замолчали. – Благодарю.       – Благодарю, коллега, – послышался достаточно властный женский голос. – Сегодня мы рады приветствовать вас в нашей школе. Профессор Аркан и я, профессор Темптель, являемся директорами данного заведения. Поэтому теперь вы находитесь под полной нашей опекой.       Через толпу мне удалось увидеть ангела пожилого возраста, по-видимому профессора Аркана, и демонессу рядом с ним – Темптель. Они пребывали в своей бессмертной форме, наверное, для того, чтоб мы сразу могли определить и запомнить, к кому обращаться.       – Прежде всего хочу сказать, что всем вам выпала огромная честь учиться именно здесь, потому что…       – Давайте обойдемся без этого, профессор, – бесстыдно прервала его демон.       – И не стыдно вам перед всей школой показывать свою невоспитанность? – возмутился профессор.       – Чего вы ожидали от дьявола, дорогуша? – с ноткой цинизма отмахнулась профессор дьяволов и, как ни в чем не бывало, продолжила: – Существует ряд правил, которым вы обязаны следовать. За каждое нарушение вы можете отхватить себе наказание вплоть до исключения из Школы. Профессор?       – А сейчас внимательно выслушайте правила «Кодекса Бессмертных». Нельзя касаться смертных, и ни в коем случае нельзя испытывать к ним какие-либо чувства, будь то любовь или ненависть. Никакими способами вы не должны влиять на чужих подопечных. Нельзя так же менять подопечных без соглашения Сфер. И вы должны помнить, что смертные для вас превыше всего.       – Касательно своих противников так же существуют правила: – вновь перебила его Темптель, – сражаться со своими противниками вне комнаты состязаний запрещено. В процессе обучения вашей основной целью является сосуществование, любые конфликты не приветствуются, но подлежат немедленному решению. И, наконец, последнее и самое важное – любовь и любые отношения между ангелом и демоном наказуема.       Сказать, что правила были сверх строгими или невыполнимыми я не могла. Но что-то подсказывало мне, что и с этим могли возникнуть проблемы…       – Более подробно вы ознакомитесь с правилами и их историей в процессе обучения, – подвел итог Аркан.       В наступившей паузе вновь начал подниматься гул. «Правила созданы для того, чтоб их нарушать», – послышалось где-то рядом, явно из уст демона. Я посмотрела на своего брата, интересуясь его реакцией. Он лишь пожал плечами на мой молчаливый вопрос. Не то, чтоб я боялась, но в ангельской школе у него иногда возникали проблемы с дисциплиной.       А кто сказал, что ангелы безукоризненно подчиняются правилам, вплоть до последней сноски? Даже у нас случались своеобразные проколы и провалы. Хоть мы и являлись примерами порядочности и приличия, всякое иногда случалось.       – Закройте свои рты, мелкие новобранцы! – со злостью в голосе прокричала Темптель, призывая к порядку. Не удивительно, что все моментально притихли. – Вы наверняка задаетесь вопросом, почему мы собрали вас в земной форме. – по залу пронеслись подтверждающие возгласы.       – Дело в том, что в своей смертной форме вы не можете понять кто соратник, а кто противник. На данном принципе строится наше обучение. Большинство занятий будет проходить совместно и на них вы должны присутствовать в земной форме, дабы избежать конфликтных ситуаций и соблюсти главное правило нашей школы. На практических занятиях вы будете в привычном для вас виде изучать возможности своих крыльев и талисманов, индивидуально либо со своим противником, – объяснил ангел.       – Хоть вы и узнаете своих противников в скором времени, большинство студентов вы знать не будете. Таким образом ваше обучение будет проходить на одинаковом уровне. Вы научитесь уважать друг друга и терпимо относиться друг к другу. И, что не маловажно, вы сможете изучать своих противников. А значит обе стороны будут оставаться в выгодном положении, более или менее. Этот принцип и делает нашу школу отличной от других школ для бессмертных. Мы представляем иную грань существования бессмертных существ. Мы соперники, но не враги. Помните об этом, – пояснила дьяволица.       Теперь я начинала понимать, почему эта школа была такой престижной.       – На этом мы закончим наше собрание, – подвел итог профессор ангелов. – Завтра в 9:00 начнутся ваши общие занятия. Полное расписание вы сможете найти у себя в комнате. Сейчас можете быть свободны. На первом этаже в вашем крыле расположена столовая, где вас ждет ужин.       Профессора улетели, все еще споря друг с другом и размахивая руками время от времени. Ну а все ученики начали постепенно разбредаться. Основная масса двинулась в столовую. И совсем неудивительно: насыщенный на события день забирал все силы. Майкл тянул меня в ту же сторону, что было совсем типично для него.       – Раф, постой! – окликнул меня уже знакомы голос темнокожей девушки. Я одернула брата и повернулась на звуки голоса. В движущейся толпе я увидела Ури. – Я хочу познакомить вас с моей хорошей подругой, – продолжала она, – Это Микки, – указала она на высокую девушку достаточно спортивного телосложения. Коротко стриженые волосы обрамляли лицо девушки, подчеркивая ее большие синие глаза.       – Приятно познакомиться, я Майкл, – протянул ей руку мой брат, – а это моя сестра, Раф.       Опомнившись, я натянуто улыбнулась и протянула ей руку.       – Давайте уже пойдем, пока все места не заняли, – предложила Микки.       – Да, Раф, ты чего застыла? – подергал меня за руку брат.       – Я не проголодалась, идите без меня, – как можно более спокойно и дружелюбно сказала я. Не хочу, чтоб меня в первый же день начали считать грубиянкой.       – Ну, ты чего, сестренка. У нас был тяжелый день, тебе нужно подкрепиться, – продолжал убеждать меня Майкл. Но, заглянув мне в глаза, он понял, что зря старается. – Ладно, карамелька. Иди отдыхать. Дамы, прошу.       Микки и Ури подхватили его под руки с двух сторон и радостно направились в столовую. Еще несколько мгновений я смотрела им вслед. Все постепенно разбрелись, и я уже собиралась вернуться в свою комнату, когда снова почувствовала на себе чей-то взгляд. Снова тот парень. Он все с тем же интересом смотрел на меня. Золото его глаз, казалось, гипнотизировало. Теперь я могла его хорошо рассмотреть: иссиня-черные волосы торчали в разные стороны, резко контрастируя с его бледным лицом. Он был одет в обыкновенные темные джинсы и футболку, которая открывала приличные мышцы рук. Кто же ты такой? Я продолжала задаваться этим вопросом, не в силах найти ответ. Но что-то подсказывало, что мне стоило держаться от него как можно дальше.       Взяв себя в руки, я гордо подняла голову и пошла в сторону лестница. Но я затылком чувствовала его взгляд. ***       Той ночью мне еще долго не удавалось уснуть. Привыкнуть к новому месту всегда было тяжело для меня. Крылья ныли из-за через чур мягкого матраца. Так и знала, что нужно было спать в облике смертной. К трем часам ночи я потеряла последнюю надежду на сон. Я решила немного прогуляться по замку, может после этого получится хоть немного поспать.       Риса обратила меня в смертную, облачив в легкий летний комбинезон. Прощебетав про то, что не стоит бродить ночью одной, она летела рядом со мной. Темный коридор, освященный лишь несколькими светодиодными лампочками у пола, казался бесконечным. Почти в конце него я нашла комнату Майкла, но не стала заглядывать к нему, как делала это дома. Там меня часто мучила бессонница и брат каждый раз страдал от того, что я его будила. Вместо этого я шла на лестницу, которой оканчивался коридор. Поднявшись по ней, я наткнулась на приоткрытую дверь, которая вела на крышу.       Как только я поднялась, моему взору открылось бескрайнее звездное небо, которое завораживало и так влекло к себе. Город казался тихим и безмятежным в слабом свечении луны. Лишь изредка по улице проезжали машины. Я присела у края крыши, желая окунуться в атмосферу ночи и просто посмотреть на звезды. Мне открывались неизвестные созвездия, которые я пообещала себе выучить. Небо в Ангельском Граде было совсем непохоже на это. Да, у нас были звезды и созвездия, но теперь они казались тусклыми и никчемными. Земля начинала нравиться мне все больше и больше.       – Что, тоже не спится? – низкий мужской голос за спиной немного испугал меня.       – Не спится, – эхом откликнулась я и повернулась навстречу голосу.       Передо мной стоял тот же паренек с глазами цвета плавленого золота. Едва заметная улыбка играла в уголках его губ, а глаза так и горели в слабом свете луны. Его наряд ничем не изменился со времени собрания.       – А я думал, что один столкнулся с такой проблемой, – задумчиво ответил он, подходя ближе. Я повернулась обратно к краю крыши, когда он присел недалеко от меня.       – Всегда тяжело привыкнуть к новому месту, каким бы прекрасным оно ни было, – почти прошептала я. В голове все еще крутился вопрос: «Кто же ты?», – но я так и не осмелилась спросить. Риса, взволнованная чем-то, снова обратилась браслетом на моей руке. Странно…       – Звездное небо не может не привлекать, – все с той же задумчивостью произнес парень, – как думаешь, где оно заканчивается?       – Оно бесконечно, – с улыбкой ответила я, – как и все существующее. А мы лишь песчинки в этой бесконечности.       Мы – лишь песчинки в этой бесконечности… И как же нам знать, что мы попадаем на свое место? Как знать, что делаем правильный выбор, что живем так, как нужно? Столько вопросов возникало, столько ответов предстояло найти…       Он лишь вздохнул. Казалось, что он задавался этим вопросом миллион раз, но каждый раз надеялся получить иной ответ.       Сидя под звездами, мы больше не проронили ни слова, боясь нарушить хрупкую тишину проходящей ночи.