Начало перемен
3 февраля 2019 г., 21:48
POV Лили
— С этого дня ты должна распрощаться со своей прошлой жизнью, а также научиться вести себя…как и полагается собственности второго сына Сатаны — Асмодея, — дьявол говорил это с безумным холодом и, возможно, пренебрежением. А я лишь хватала воздух ртом, задыхаясь от адских рыданий. Плачь не плачь, но мы переспали. Не могу сказать, было мне хорошо или плохо, ибо совершенно ничего не помню. Образы мужчин смазались, я смутно могла восстановить картину произошедшего. Всё тело ныло, и то ли это были отголоски первого секса, то ли от пыток мужчин, которые оставили огромное количество засосов на теле. Если быть честной, то по пробуждению я первым делом вспомнила про сестру. Как она, дома или ещё у подруги? Звонила? А, может, она беспокоится. Но лишь потом голову заполнили многочисленные вопросы, связанные с дьяволами и всем происходящим. Я — собственность Асмодея? Того темненького мужчины, который был вместе Люцифером. Во-первых, я не собственность, никогда ей не была и никогда не буду. Если он думает, что сможет распоряжаться моей жизнью так, будто я вещь — он очень сильно ошибается. Во-вторых, почему Асмодея? По закону жанра я бы должна была стать собственностью Люцифера, ведь переспала я именно с ним, разве нет? Или я чего-то не понимаю? Или он просто передал меня из ненадобности? Ну да, я же вещь, которая, видимо, ему не нужна. Ну, этого и требовалось ожидать от человека такого уровня. Поведение, все сказанные слова с явно слышимым пренебрежением и всё, что представляет из себя человек, сидящий передо мной — это предсказуемо. Нет, правда. Было бы глупо ожидать от него ласки или заботы как в сопливых фильмах. Хотелось бы ускакать на белом коне в закат, но хотеть не вредно. От этой мысли я немного усмехнулась и нарушила гробовую тишину в комнате. — Мм? — Дьявол вопросительно на меня уставился, изогнув при этом бровь. Я лишь пожала плечами, а когда полностью успокоилась, улыбнулась. — Ты похожа на своего отца, Лили. Хотя и от матери у тебя есть пара черт, нужно это признать. У тебя её глаза, — Люцифер встал с кресла и направился в мою сторону. Мужчина очень внимательно меня разглядывал, от чего было неуютно. Было ощущение, словно он раздевал меня глазами, хотя одежды и так на мне не было. Но больше меня беспокоило то, что он знал моих родителей. Насколько хорошо? — У меня были плохие отношения с твоим отцом, Лили. В принципе, я почти не знаю тех, у кого с ним были хорошие отношения. Именно поэтому ты очень лакомый кусочек для всякой нечисти, которой твой отец перешёл дорогу, — мужчина приблизился так, что я чувствовала его дыхание, провёл указательным пальцем по щеке и усмехнулся. Что? Отец как-то был связан со всем этим? Это совершенно не укладывается в голове как и то, что его кто-то ненавидел. Отец был замечательным человеком и самым лучшим на свете папой. Забота, любовь и ласка — в этом меня никогда не обделяли, я была в центре внимания даже тогда, когда появилась сестра. Голова разрывалась от нахлынувших вопросов. Отец был демоном? А мама? Она тоже как-то была связана с этим? Почему мне никто ничего не рассказывал, пытались защитить? Кто мои родители такие? Кто я? А смерть, демоны разве не бессмертные? Значит ли это, что они живы? — Не забивай голову ненужными вопросами. Как я и говорил, тебе необходимо распрощаться со своим прошлым. Вся твоя жизнь теперь принадлежит мне. Но это ненадолго, скоро у тебя будет новый хозяин, — с этим словами Люцифер вышел из комнаты, оставив меня в легкой растерянности. И что дальше? Что мне делать? Нужно как-то слинять, ведь у меня дела, черт возьми! Семья, работа, учеба. Я не могу просто так «попрощаться» со своей жизнью. А теперь столько вопросов, свободное существование с которыми просто невозможно. — Можно? — Я еле-еле успею прикрыться, как в комнату входит черноволосый Асмодей. В отличие от Люцифера, он выглядел более дружелюбно. Мой вид его ничуть не смутил, мужчина присел на кровать вместе с одеждой в руках. — Прости, тебе, наверное, неловко. Одежда и таблетка. Выпей это как можно быстрее, эти засосы тебе не к лицу, — мужчина слегка поморщил нос, оставил одежду и отвернулся. Сейчас я бы сказала, что Асмодей мне импонирует. Он заботливый и внимательный, а угольные пряди, спадающие на лоб, делали мужчину похожим на ребёнка. Образ сегодняшний и вчерашний безумно разнятся, поэтому я веду себя очень осторожно. — Я не тот, кого ты должна избегать. Ты можешь доверять мне, Лили. Если тебя что-то беспокоит — скажи об этом, — мужчина взял меня за руку, от чего по всему телу пробежали мурашки. То ли было приятно, то ли сковал страх. — Кем были мои родители, Асмодей? Кто я? — Из всей кучи вопросов с языка слетели именно эти два. Они были самыми главными и волнующими меня на данный момент. И демон, видимо, ожидал этих вопросов, потому что в ответ он тепло улыбнулся и сильнее сжал руку. — Существует мир помимо человеческого — преисподняя, где и обитают демоны. Тот мир почти полностью копирует этот, но в нем, конечно, есть свои особенности и правила. Мой отец — Сатана и именно он управляет преисподней, а мы: я, Мефистофель и Люцифер — три наследных сына. Твоего отца зовут Велизар. Он — демон лжи и один из сильнейших помощников Сатаны, а ты — его дочь, Лили, — Асмодей немного ослабил хватку рук и поднёс ладонь к губам, закрыв глаза при этом, будто глубоко погружаясь куда-то. На имя отца моё сердце отозвалось с трепетом, будто услышало что-то родное. Казалось, что я уже знала это имя и не особо удивилась, хотя по факту всё это я слышала впервые. — А твоя мама… Беатрис была человеком, — имя мамы Асмодей произносил с каким-то удивительным трепетом и теплотой, всё ещё не открывая глаз и не отпуская мою руку. — Я знал твоего отца на протяжении многих сотен лет и могу сказать, что он не был примером для подражания, как и подстать одному из сильнейших демонов преисподней. Не думаю, что знай ты его как я, ты бы любила его, — мужчина замолчал, будто обдумывая что-то, а затем усмехнулся. — Хотя, я не знаю, Беатрис же полюбила. Она затронула такие струны души, которые в корне поменяли отношение Велизара к жизни. Она изменила его. У тебя была замечательная мать, Лили…— и тут он открывает глаза, устремляясь взглядом в мои. Только сейчас я разглядела их цвет — смесь нескольких оттенков красного. Настолько глубокий и пронзительный взгляд, который словно искал совпадения с ранее описанной девушкой. — Ты очень похожа на неё. Такая же хрупкая и нежная, у тебя её глаза цвета ультрамарина с прожилками более темного, глубокого цвета. И улыбка…— демон, не отпуская мою руку, провёл большим пальцем по губе свободной рукой, немного улыбаясь при этом. — У тебя её улыбка. Ох, но я давно не видел её. Единожды, если быть точным. Сколько лет назад это было? Девятнадцать? Да, девятнадцать лет уже прошло. Ты так быстро выросла, буквально у меня на глазах. Ведь Беатрис часто оставалась в нашем фамильном доме, пока Велизар занимался адской падалью в преисподней, — и тут рассказчик меняется в лице и отпускает руку, становясь прежним: снова каменное выражение лица с нотками уверенности и холодные глаза с оттенком грусти. Почему-то во время всего его рассказа я чувствовала безумную боль и тоску. Быть может, Асмодей любил мою мать? Иначе почему он говорит о ней с такой любовь в глазах? — Моя задача — заботиться о тебе как об единственной дочке моего дорогого друга Велизара и будущей жене второго сына Сатаны — моей жене, — не давая вставить слово, Асмодей встаёт, а на последок, закрывая дверь, кидает: — Будь готова через пятнадцать минут. Машина будет ждать тебя внизу. Выходи через задний вход. И тут комната погружается в гробовую тишину. Голова гудит, а мне кажется, что я совершенно не поняла смысл слов дьявола. От такого количества информации я перестала соображать, это всё окончательно выбило меня из колеи. Единственная дочь. Жена. Родители. Папа. Мама. Господи… Я не могла сфокусироваться ни на чем, что сказал дьявол, поэтому решила как можно быстрее одеться и выйти на улицу, чтобы хоть немного прийти в себя. Легкий ветерок обдувал лицо, но даже свежий воздух не помог остыть моей кипящей голове. Понадобилось время, чтобы прийти в себя. Если честно, то всю дорогу я просто смотрела на мелькающие пейзажи и ни о чем не думала. Мне нужен был отдых, иначе можно было сойти с ума. Я не сбегу от этих мужчин, меня никто не отпустит. Хотя так трудно верится во всё происходящее. Буквально недавно я совершенно спокойно жила в любящей полноценной семье. Затем появились сны с Люцифером. А там авария. Чёрная полоса, которая всё никак не заканчивается. Я стараюсь быть оптимисткой, но в такой ситуации ей безумно сложно быть. Живописные виды сменяли друг друга, мы уехали очень далеко от города. На несколько минут даже показалось, что я уснула, но нет, к сожалению. И вот мы приехали. Красивое место посреди леса, огороженное огромным забором. Что за ним не видно, только проехав через ворота, я увидела вдалеке огромный дом, впечатляющий своей красотой. Территория вокруг него была не менее впечатляющей. Сразу видно — владельцы данного участка головокружительно богаты. Но поражало больше не оформление, а сама атмосфера, таившаяся здесь: напряженная, таинственная и неизведанная дымка будто покрывала всё вокруг. Это и пугало и завораживало одновременно. — Красиво, — я невольно ахнула, когда двери дома отворились, показывая пространство дома. Со слов Асмодея, я уже была в этом доме, но, если честно, то ничего не помню. Да и Асмодея как такового нет в моей памяти. — Ли! — Услышав знакомый голос, я резко поворачиваюсь в его сторону и вижу сестру. Она подбегает ко мне с распростертыми объятиями, но я неосознанно отхожу назад, не разделяя её счастья. »…заботиться о тебе как об единственной дочке моего дорогого друга Велизара…» Быть может, что она совершенно ничего не знает. А вдруг…знает? Да, по её резко сменившемуся выражению лица это видно. Она просто берет меня за руку и ведёт в какую-то комнату. По-видимому, в гостиную. Резкая вспышка света, которая меня парализовывает, и перед глазами появляется картинка: Та же богато обставленная комната, в которой парил аромат свежеприготовленного завтрака. Вдали слышался детский заливной смех, сопровождающийся изредкими мужскими вскрикиваниями. На диване, стоящем прямо посередине комнаты, располагалась какая-то симпатичная беловолосая девушка с маленькими чёрными рожками и Мефистофель, который совершенно никак не выделялся на общем фоне, но выглядел довольно счастливым. —Buongiorno, caro! — Томный нежный голос заполнил комнату и голову, а на глаза нахлынули слезы. Мама! Она такая красивая! Шоколадно-ореховые шелковистые волосы немного вились, но очень аккуратно лежали у неё на плечах. Легкая улыбка и огонёк в глазах придавали всему образу ещё больший шарм. —Доброе утро, Беатрис! — Целует в щеку сидящую на диване девушку и присаживается к ней. Тем временем в комнате появляется новое лицо, так же мне знакомое — Люцифер. Но он лишь ,фыркнув, проходит мимо, расстраивая маму тем самым. — Беатрис, тебе не стоит расстраиваться из-за Люци, ты ведь знаешь этого мерзавца! — Мефистофель подаёт маме печенье, от чего на её лице снова появляется тёплая улыбка. — У тебя замечательная дочь, Беатрис! Она уже украла моё сердце. Право, украла! — В комнату залетает Асмодей, держащий маленького ребёнка на руках. Таким счастливым я никогда его не видела, ещё один образ в копилку. В отличие от Асмодея, Люцифер всегда оставался с одной эмоцией на лице — безразличие ко всему. — Хаха, Асмодей, именно по этой причине Велизар хочет приставить к ней кого-нибудь. С её влиянием и происхождением от демонов отбоя не будет, — мама отвечает на заливистый смех черноволосого и забирает меня на руки. — Моя жизнь не вечна, к сожалению. А на Велизара полагаться очень сложно, из-за вечных проблем с адскими подонками, чей бизнес развалился из-за нашего. Я мало кому могу доверить мою дочь. Но именно Керидвен одна из тех, кто сможет позаботиться о ней, — Мама передаёт меня на руки сидящей женщине, которая сразу же расплывается в улыбке, а затем целует в лоб. На этом всё заканчивается, а я возвращаюсь в реальность, где эта комната была пуста. — Я — Керидвен, лучшая подруга твоей матери и обладательница сильнейшей антидемонической магии. Я как никто другой могла и буду тебя защищать. Именно в тот день твой отец взял с меня обещание, что я всегда буду с тобой, любить и защищать любой ценой, — и тут она резко меняется из пятнадцатилетней девочки во взрослую женщину, которую я видела в видении. Дыхание, мягко говоря, прихватило. — Я продолжаю выполнять обещание, данное твоему отцу и матери. Я действительно полюбила тебя как собственную дочь, помогала и опекала, хотя ты совершенно об этом не догадывалась. Но, должна признать, вчера моя защита дала сильную слабину…— девушка резко прижимает меня к себе и начинает дрожать. Я была тронута, правда, и в какой-то мере действительно любила стоящего передо мной человека, но я всё же была обманута. Все свои девятнадцать лет я жила в обмане о своих родителях, о своей сестре и о самой себе. Кто я? Человек, как мать, или же демон? А, может, я содержу в себе и то и другое? Я не знаю, голова кругом. —Ай… Птичку уже в фамильное гнездышко привезли, — из неоткуда появляется Мефистофель. В отличие от того, что мне показывала Керидвен, Мефистофель сейчас являлся воплощением чего-то отвратительного и неприятного. Все слова его были пропитаны какой-то режущей слащавостью и приторностью, а в глазах полыхала ненависть. —Не смей так говорить с моей женой, — в комнате появляется Асмодей, а в комнате сразу накаляется атмосфера. Эти трое чуть бы не набросились друг друга и начали ругаться. Не хотелось слушать это всё, поэтому я просто развернулась и пошла на улицу. Белые розы, везде были белые розы. Роскошный сад, огромное озеро. Но больше всего меня привлек многовековой дуб у озера, поэтому я направилась именно туда. — Дядя, вы не видели мою маму? Я потерялась, — тихий детский голос заполняет голову, но затем он сменяется плачем. Я не знаю, к кому обращены эти слова, но они звучат в голове снова и снова, пока я наконец не дохожу до дерева. — Шшш…— рядом с деревом появляются тени, в которых я узнаю маленькую себя и… Люцифера? Эти слова были обращены к нему? Мужчина берет и резко прижимает малышку к себе, что-то тихо шепча на ухо. Я не слышу что это, но потом уже в реальности действительно ощущаю, что меня кто-то прижимает к себе, но рядом никого нет. — Я тоже…я тоже потерялся, — шёпот Люцифера заполняет голову, затем всё заканчивается. Он будто отпустил меня, а я пришла в себя. Нужно было возвращаться домой, дело было к вечеру. Но на протяжении всего пути меня не покидала безумная тоска и одиночество, оно разрывало сердце на части. Я тоже потерялась! В своей жизни потерялась. Я не знаю, куда мне идти и что мне делать. Что это за мир? Кто мой отец и мать, ведь я совершенно о них ничего не знаю? Кто я? Кто? Дом совершенно опустел. Я не знала куда идти, поэтому осталась в гостиной, да и идти куда-то сил не было, поэтому я просто с грохотом увалилась на диван и закрыла глаза. Впервые меня успокаивала, а не пугала тишина. — Глупая вещь, — тихий бархатный голос снова заполняет голову, а я оказываюсь на чьих-то руках. Люцифер? Да, это точно он. Я бы начала барахтаться, бить его ногами и руками, но сил не было настолько, что я просто смирилась с этим. — Люцифер, почему ты принёс ЭТО сюда? — Писклявый женский голос прорезал слух, но я особо не показала виду, лишь немного сморщила нос. — Иди в соседнюю комнату, — это не было похоже на просьбу, скорее на приказ. Не знаю, кому он это говорит, но мне всё равно. — Но, Люци…— это звучало так приторно и слащаво. Сразу всплыл образ Мефистофеля, но он вряд ли спал вместе с Люцифером. Хотя… — ВОН! Шуршание простыни. Тёплая постель, которая немного похрустывала, будто свежепостеленная. И мужские руки, не отпускающие даже на кровати. Только сейчас я осмелилась открыть глаза и посмотреть на «спасителя». Точно Люцифер… — Глупая-глупая девочка, — снова детский смех на заднем плане, а голос дьявола далекий и приглушённый. — Дядя, почему вы называете меня глупой? — Потому что я не умею по-другому, — чувствую прикосновение губ ко лбу, тихое приглушенное дыхание. Я совершенно не узнавала Люцифера в своих ведениях, да и сейчас тоже. Это всё не складывалось с образом холодного тирана. Но было так тепло, что сопротивляться совершенно не хотелось. В миг я почувствовала такую поддержку, которую, кажется, прежде никогда не чувствовала, стало легче. — Вы потерялись, дядя, и я тоже. Давайте будем потерянными вместе! Так веселее, — и снова этот заливистый смех, который перемешивается с мужским. Впервые слышу как он смеётся…именно под отголоски смеха Люцифера я ухожу в сон. —С какого моменты ты, братец, заботишься о ком-то кроме себя? Что ты собрался сделать? Я не дам тебе ей навредить, — приглушённые крики становятся всё громче и громче до момента пока я, наконец, просыпаюсь. Мужчины ругались, но я не подала виду, притворялась спящей. Было интересно, что они будут говорить друг другу и что ответит Люцифер, я ведь тоже задавалась этим вопросом. — Заткнись, — резко дьявол вспыхивает ярким алым пламенем. Во взгляде бушует ярость, он источает энергию, заставляющую невольно упасть на колени и попросить о смерти, но самым пугающим было то, что он оставался холодным. Будто бы ничего не происходило, всё шло своим чередом и так было задумано с самого начала. Языки пламени медленно извивались, танцевали какой-то замысловатый танец, переливаясь всеми оттенками красного, как и глаза у Асмодея. Пламя медленно перекинулось на окружающую мебель и ковёр, но это совершенно не похоже на обычный огонь — слишком спокойный и размеренный, умный огонь. Спустя секунду вспыхивает Асмодей, но уже ярко-синим пламенем. Братья набрасываются друг друга, устраивая настоящую вакханалию. Пламя начинает распространяться настолько быстро, что в считанные секунды достигает постели. Страх сковывает тело, я не могу сдвинуться с места, а из-за нехватки воздуха начинаю задыхаться. Языки пламени, скрывающие мужчин, стали принимать формы человеческих теней, что испугало меня больше. Пламя буквально приняло человеческую форму. — Бесконечно смотреть можно на три вещи, Лили: как течёт вода, как работают другие люди и…— папа, сидя у камина, положил голову на колени и задумался о чём-то. — А что третье, папа? — Мне стало ужасно интересно, на что же ещё можно смотреть вечно? На то-о-о-ортики! —Как горит огонь, — папа сказал это со всей серьёзностью в голосе. Обычно он так говорил только тогда, когда я в чём-то очень сильно провинилась. Меня очень пугал этот тон! Но тут папа резко открывает камин и берет в руки кусочек огня! Это вообще возможно? Ему не больно? — Папочка! — Я резко кинулась за полотенцем, чтобы начать его тушить. Но папочка остановил меня и тепло улыбнулся. — Посмотри, огонь правда захватывает дух. Он может сжечь тебя, если вдруг почувствует, что ты слабее него. Когда придёт время, ты тоже сможешь сделать вот так, но только этому нужно научиться! — Ловкое движение рук и огонь гаснет, а отец резко прижимает меня к себе, заставляя смеяться. — Не бойся, Лили, — пламя принимает форму мужской руки. Прямо из самой середины разносится томный голос, так напоминающий папин! Я резко забываю про свой страх и делаю рывок вперёд, прямо в огонь, навстречу всем страхах и своему отцу. Огонь слушается меня? Пламя стало спокойнее, нежнее и…заботливее? Словно теплые папины объятия, обволакивает и защищает и не приносит никакой боли. Я чувствую себя защищённой. — Лили! — Всё пламя резко испаряется, оставляя после себя чёрную комнату, двух мужчин и меня без одежды. Ой, неловко. Асмодей резко срывается с места и берет меня на руки, стараясь при этом рассмотреть не навредил ли мне огонь. — Извращенец! Перестаньте пялиться! Оба, — я резко отталкиваю дьявола и падаю на пол. В этот момент врываются запыхавшиеся Мефистофель и Керидвен, оба без одежды. От чего это они запыхались?! — Вы снова ко всем чертям всё спалили? — Мефис прикрывает рукой лицо и томно вздыхает. Так это частенько бывает? — Птенчик, как и ожидалось, совершенно не опалила свои крылышки! Видишь, Кэр, а ты волновалась! На чем мы там с тобой остановились? — Мефистофель резко прижал к себе беловолосую, на что получил резкую пощечину. — Извращенец! Все вы одинаковые, — последнее мы с Керидвен добавили одновременно. При всём при этом, мы всё ещё были обнажены. Одежда на Асмодее и Люцифере никуда не делась. Видимо, это специальная одежда, устойчивая к огню. Мне резко стало стыдно. Захотелось скрыться от всех, и как по щелчку пальцев, меня окутал голубой огонь. Он был чуть тёплым, но огоньки пламени, обвивающие тело, были нежными и ласковыми, словно поглаживали оголенное тело. Он так защищал меня? Я чувствовала это… — Прости, что втянул тебя в это, — пламя становится теплее. Я закрываю глаза и чувствую, что оказываюсь в тёплых объятиях мужчины. Он нежно поглаживает рукой волосы, а затем утыкается в них носом. Я всё ещё обнажена, но почему-то сейчас это не особо меня волновало. Мы были отгорожены от мира его пламенем. — Ты — моя. Знай это и больше не приближайся к Люциферу, — легкое прикосновение его губ к моим, внутри всё вспыхивает, а мы сливаемся в поцелуе, окончательно забывая о внешнем мире. Не хотелось протестовать, не сейчас. Я так и уснула — в объятиях, пока огонь Асмодея закрывал нас от чужих глаз. Ночь пролетела очень быстро, впервые мне не снились сны с участием Люцифера. Не знаю, счастлива я была от это или нет, но это уже какие-то перемены. — Cos'hai visto, tesoro? — Пламя окончательно перестало гореть, а мы очнулись на большой мягкой кровати. Дьявол выглядел безумно мило с упавшими на лоб прядями, но ещё и очень…очень сексуально. Все три брата были воплощением ходячего секса. Мне, конечно, как типаж больше нравятся Люцифер и Ас, нежели Мефистофель, но всё же не стоит отвергать факта, что все они очень горячие. Асмодей всё ещё не выпускал меня из объятий и видимо заметил, что я не сплю. Но я не поняла, что он спросил. — Прости, я не знаю итальянского, — я виновато посмотрела вниз и по уши залезла под одеяло. Стеснение снова подступает. — О, да, прости. Мне казалось, что Беатрис научила тебя ему, но ладно. Спрошу ещё раз: ты куда засмотрелась? — Дьявол отодвинулся от меня и спустился на уровень глаз. Он заметил, что я его разглядываю? Упс… — А…эмм, да никуда? Смотрела на нетронутую комнату и задавалась вопросом: почему огонь ничего не разрушил, — я состроила самую невинную гримасу и отвернулась от него. — Не расстраивай меня! Я уже было подумал, что ты разглядываешь меня, — демон разразился хохотом и прижал к себе. — Я сказал это к тому, что ты всегда можешь на меня положиться. Если тебя что-то беспокоит, то скажи мне об этом, — мужчина ловко переворачивает меня, а я оказываюсь нос к носом нему. — Хочу больше узнать о себе и найти отца, — я немного отстраняюсь и устремляюсь взглядом в его алые. — Я не могу отказать своей будущей жене, Лили. Я помогу тебе всем, чем смогу, — он явно ожидает моей сокрушительной реакции, я вижу это по его самодовольной улыбке. Засранец, ты её получишь! — Я не твоя будущая жена! — В ответ Асмодей заливается звонким смехом и прижимает меня к себе так сильно, что у меня схватывает дыхание. — По-другому я не смогу тебя защитить, дурашка. Поэтому просто доверься мне. Расследование пропажи Велизара уже начато, но никаких сдвигов нет. Есть вариант начать расследование самостоятельно, но для этого тебе необходимо попасть в преисподнюю, кхм…— густо залившись краской, я уставилась на него в надежде. Сделаю всё возможное для поисков отца. — Он часто сидел в ресторанчике, который находится в одном из самых популярных отелей в преисподней. Возможно, там можно будет найти свидетелей или тех, кто в последний раз видел твоего отца, — Асмодей отстранился и слез с кровати. Видимо, он о чём-то серьезно задумался. — Кхм, я могу устроиться официанткой в этот ресторан и попробовать что-нибудь узнать, — эта идея мне показалось очень даже удачной. Да и интересно было посмотреть на место, где отец любил проводить время. — Я бы очень хотел возразить, но ты меня не послушаешь. Ты такая же невыносимая как и твоя мать! Я помогу тебе с этим при условии, что ты будешь носить кое-что, а ещё Кери будет с тобой, — дьявол резко развернулся и сверкнул глазами. Делать было нечего, пришлось соглашаться. — Это обязательно? — Керидвен выглядела очень недовольно, когда мы стояли перед входом в огромное многоэтажное здание. Мы в преисподней? Да, этот мир определенно похож на наш: здесь обычный город, заставленный многоэтажками, толпы нечисти на улице, которая, видимо, совершенно нас не замечала. Почему нечисти? Потому что у большинства были отличающие демонов от людей атрибуты — рога. Разных цветов и формы, но были. Как до этого объяснял Асмодей, в преисподней ночь длится в десятки раз дольше дня. Ведь именно ночь — это воплощение зла, похоти, разврата и удобное время для преступлений. Но когда он это говорил, очень сильно смеялся. Да, похоже он обманывал меня. Окружающие хоть и не выглядят дружелюбно, но и сильного ужаса не внушают. Как же мне помогло знание латыни, ведь именно на ней разговаривают все обитатели этого места. Спасибо, мама! Она будто знала, что это мне понадобится… Ресторанчик этот оказался довольно тёплым и спокойным местом, что совершенно не совпало с ожиданиями. Я думала, что как и на земле меня оденут в откровенный наряд, а здесь будет толпа неуравновешенных извращенцев. Но все, включая персонал и посетителей, были очень вежливы по отношению к окружающим. На работу меня взяли без всяких проблем. Администратор ресторана оказался очень приятным молодым человеком с внушающими чёрными рогами, да и к тому же другом Асмодея. Как сказал мой босс, здесь не впервые работают люди, но всё же это довольно редкое явление. Несмотря на вежливое отношение посетителей к персоналу, демонские желания могли взять верх, а там нападение с последующей попыткой убийства или же изнасилования неизбежна. Он сравнил всех демонов с животными. Да, какое же удачное сравнение. Про девушек ничего сказать не могу, но вот мужчины-демоны точно животные в квадрате! — Не снимай этот кулон, хорошо? — Асмодей вешает на мою шею прозрачный кулон, но затем касается его пальцами, от чего кулон наполняется синим огнём. Тепло… Тепло исходило не только от кулона, сейчас оно исходило от всех меня окружающих. От Асмодея, чей взгляд наполнен счастьем вперемешку с похотью и беспокойством. От Кери, что всё же согласилась быть со мной, пока я буду работать и разузнать что-то об отце. Даже от Люцифера, который старается быть холодным. Быть может, он действительно такой. Жестокий, решительный и серьезный, но, увидев на мгновение другого дьявола, я поверила в то, что и он может быть другим. Меня зовут Лили. В свои девятнадцать, потеряв семью, я повзрослела на тысячи лет и увидела жестокую реальность этого мира. Я — официантка, которая сначала устроилась на эту работу в связи с надобностью денег, но теперь моя работа — это необходимость, мой спасательный круг, единственная возможность самостоятельно что-то узнать о себе и своей жизни. Я — Лили и до этого дня я была совершенно одинока. Думая, что знаю свою семью, я глубоко ошибалась и девятнадцать лет жила во лжи. Усугубляют ситуацию два демона, навязывающие жизнь, которую я не желаю. Но кто знает, что будет дальше. Быть может, именно они в дальнейшем станут составляющей моей жизни, станут инициаторами её перемен. А сейчас, начинаются мои официантские будни. А я пошла навстречу судьбе и на поиски ответов.
