Понять тишину

      Он не такой, каким его привыкли видеть по телевизору. Тошинори, за маской Всемогущего был невероятно спокойным и мягким человеком. Он говорил низким хрипловатым голосом и улыбался немного печальной улыбкой. Да, весь его образ: впалые щеки, глубокие тени под глазами и болезненная худоба совсем не были тем, на что можно было бы любоваться. Но Айзаве почему-то хотелось на него смотреть. Даже угасая, это солнце светило невероятно ярко. Шота смотрел на него украдкой и резко отводил глаза, как только ловил внимательный взгляд Яги, тот только улыбался в ответ и молчал.        Это стало уже своеобразной традицией - идти домой вместе, ведь почему нет, если их дома в одной стороне? Иногда они о чем-то беседовали по-дороге, но чаще всего шли молча, за что Айзава был благодарен Всемогущему. С ним было комфортно молчать. Сегодня Шоте пришлось задержаться и он с лёгкой досадой думал, что ему придётся идти одному в этот раз. Ему не хотелось возвращаться сегодня в пустую и темную квартиру, где ждали только бесконечные работы учеников и тишина, поэтому по пути он свернул к берегу реки, просто посидеть немного и насладиться свежестью весеннего вечера. У берега светлым пятном стояла фигура человека и Шота замер, узнавая в нем Всемогущего. Вот так совпадение. Повернуть назад или подойти? Рукава его белой рубашки были закатаны до локтя, тёплый ветер трепал светлые волосы и весь его образ вызывал в Айзаве необъяснимое чувство, которому он никак не мог дать определения. Он уже собирался повернуть обратно, чтобы не нарушать чужого уединения, как Яги обернулся. Шота никогда не видел такого выражения на лице Всемогущего, да и не должен был, наверное. Такое вообще никто не должен видеть, если хочет остаться с целым сердцем, не разбитым чужими чувствами, чужой болью и всеобъемлющей, невыносимой тоской. Тошинори молча смотрел, как Айзава шагнул в его сторону и приветственно улыбнулся. Как тот, кто буквально мгновение назад выглядел как самый несчастный человек в мире, мог в ту же минуту так тепло улыбаться? Шота не понимал. Он просто встал рядом и уставился вникуда, стараясь подавить чувство неловкости. - я иногда прихожу сюда, тут тихо и спокойно, мне нравится наблюдать за водой. - его голос был тише обычного, чуть ниже и глубже, а губы бледнее. - говорят, что это атавизм - наблюдать за водой и за огнём, что достался нам от предков, - Шота ответил, не думая, - две стихии, которые всегда пленили и завораживали древних людей. Лёгкий порыв ветра запутался в светлых волосах и Шота на автомате сделал более глубокий вдох, когда до него донесся аромат шампуня, смешавшегося со свежестью и прохладной наступающей ночи. Уже совсем стемнело, лишь на горизонте ещё были всполохи фиолетового и красного, а город занимался огнями. Шота не знал, зачем, но, поддавшись внезапному импульсу, слегка прислонился плечом к чужому плечу, совсем немного, но Тошинори прикрыл глаза и улыбнулся, подставляя лицо весеннему ветру. Это был хороший вечер.