404 rus

— У нас есть перспектива задержаться на пару дней в городе и провести ещё один концерт, — пожёванный фильтр отдавал Артёму уже горечью во рту. Пальцы, между которыми была зажата помятая сигарета, едва ли подергивались, отдалённо напоминая Артёму прошедшую ночь. Выпустив клубок дыма через зубы, он продолжил свой поток размышлений. — По факту, нам нужны деньги. Объективно, Бульвар скорее размышлял вслух, потому что пытливый взгляд и вопросы, которые отпускал Глеб в его сторону, совершенно не выводили курящего из транса. Объективно, Глеб не выглядел лучше вечно молодого и вечно пьяного. Бледный цвет лица и зажатая минералка в руках объясняли всё за себя. Объективно, Максим был таким же помятым. Субъективно, он не предпринимал попыток вмешательств в поток мыслей друга. Распластавшись в кресле, Максим пролистывал фотографии на фотоаппарате, сделанные ночью Вишну. Фотоаппарат был светилом Гоши и его он доверял далеко не всем, а если и доверял, то предварительно устроив гайд длинной в вечность по своему, в неком роде, детищу. Вправо, вправо, вправо, приблизить, вправо. Снимки были интересными, но люди, которые были запечатлены на них - отнюдь. Вправо, вправо, вправо, снимок. Снимок, заставший, на удивление, приятную девчачью улыбку. Лучезарные глаза с толикой печали, тот самый вздернутый тонкий нос, аккуратная ямочка на подбородке и до жути огромные зрачки, под которыми скрывалась светлая радужка. — Это кто? — вопросительный взгляд через плечо на Вишну, который стоял всё это время прислонившийся к спинке кресла. — Юная певичка. На удивление, голос у неё и вправду не плох. По крайней мере, мне так кажется. — Вишну неопределенно пожал плечами, немного прищуривая глаза, будто бы прицениваясь к ней. Максим перевёл взгляд снова на фотографию. Она совершенно не отличалась от образа, который постоянно всплывал перед глазами. Мысль о том, что он был слишком груб с ней не давала покоя. Парень не понимал, почему так прицепился к этой ситуации, ведь и до неё были моменты, когда Максим срывался, до неё были происшествия и ситуации, даже намного грязнее, за которые юноша даже не удостаивался извинений, а сейчас, смотря на живую фотографию совсем незнакомой девушки, сгорал от стыда. Перелистнул фотографию, снова вправо. Он сделал это не из личных побуждений, не было бы это странно, он продолжал бы рассматривать юное лицо девушки, но ему почему-то показалось это занятие слишком непристойным, причём ещё и при друге. — ... в одиннадцать часов наша очередь, — донеслось из уст Депо, который небрежным взглядом охватил поочерёдно парней. — Ладно, пацаны, всё как обычно, только в загородном клубе. По хуйне.

***

— У меня такое ощущение, что я знаком с тобой всю жизнь. Как будто ты была всегда где-то рядом. Может, это шиза в моей голове? Плод моего воображения? Я потерялся в собственном потоке мыслей. Скажи, кто ты? Полуулыбка в ответ, от которой уже становилось не по себе. И очередное молчание, молчание, разрывающее барабанные перепонки. — До новой встречи, старый-новый приятель.