Соблазнить Короля за 7 дней.

Если вдруг ты разозлил Короля — уползай в сторону, если ты довёл Короля до бешенства — задним ходом, короткими перебежками испаряешься с горизонта, если Король стал дышать огнём от ярости — убегай как можно дальше, а если Его Королевское Величество улыбнулось и сказало: «больно не будет» , то ты не успел уйти в отступление, проворонил момент и теперь будешь гореть в аду. Самый худший вариант произошёл с Хичиго. Ну кто мог предположить, что нельзя будить человека в 4 утра? Никто не мог, а Пустой должен был всё предусмотреть. Хотя может быть всё дело в методе, которым Ичиго был разбужен? * * * Итак, на часах стрелки показывали 3:59, и у Хичиго была ровно одна минута до того момента, как он появится в спальне Короля и поздравит того с Днём Рождения. Почему же в 4 утра? Пустой долго выбирал время и в конце концов пришёл к выводу, что он первый должен выдать подарок Куросаки. И чем раньше, тем лучше. 4:00. - Ичиго! А спящий шинигами пробурчал что-то невнятное и повернулся на другой бок. В самом деле: кто будет вскакивать от какого-то крика, когда можно наслаждаться мягкой постелью и приятными снами? - Зря ты так, - весело сообщил Хичиго и скинул Короля с кровати. - С днём Рождения! * * * - У меня всё-таки сегодня праздник, поэтому я исполню одно твоё желание, но только одно, договорились? - хищно смотря на испуганного Пустого, произнёс Ичиго. - Не убивай меня! Я больше так не буду! Обещаю! - Не будешь? - улыбался Куросаки. Слёзки в молящих глазах, лицо, выражающее грусть и печаль, согнутая спина — Хичиго искренне сожалел о своём крайне необдуманном поступке. Точнее он всё обдумал, но лучше Королю об этом не знать, иначе точно не простит. - Эх, - вздохнул Куросаки. - Не буду тебя убивать, так что можешь идти. Пустой смиренно развернулся и поплёлся куда-то вперёд. Его помиловали, но радости совершенно не было. Он столько времени потратил на соблазнение Короля, но у него абсолютно ничего не получилось. - Может бросить эту затею с соблазнением? - спросил Хичиго. Облачка мирно плыли по небу, как бы игнорируя вопрос Пустого. А солнце светило ярко-ярко, словно изначально считало дикую идею неосуществимой.