Перегрузка системы

      После того, как Коннор стал девиантом, его жизнь (если так можно назвать существование андроида) полностью изменилась. Для него эмоции стали одной из главных её основ. Диод на виске, раньше сигналивший красным, едва появлялся хоть малейший намёк на эмоции, теперь стабильно мерцал голубым. Андроиды довольно быстро адаптировались ко всему новому. Но, не смотря на то, что к эмоциям он привык, справляться с ними просто не хотел.       Ричард же стал его полной противоположностью. Даже после того, как стал девиантом, эмоции он подавлял в большинстве случаев, по-прежнему считая их лишними. Особенно если находился на работе. Понять, как игнорировать собственные чувства, было не сложно. А в присутствии посторонних их проявление вызывало лишь раздражение. Личное — на то и личное, чтобы не выставлять это напоказ.       Единственным, с кем RK900 мог и хотел всё это чувствовать, был Коннор. Почему именно он стал причиной девиации, Ричард не знал, хотя и задавался этим вопросом довольно часто. Ответа по-прежнему не было. Но это ничего не меняло. В участке он лишь изредка сигналил жёлтым диодом, замечая на себе взгляд Коннора (на что тот лишь довольно улыбался и продолжал заниматься своими делами). Дома же мог расслабиться, позволяя себе иногда прижаться к андроиду и уткнуться носом куда-то в шею.       Появление в его жизни такого понятия, как «дом», немного удивляло, но, с учётом происходящего, не стало самой большой неожиданностью. В первые несколько недель после девиации Ричард сбоил. Особенно после возвращения Коннора из сервисного центра, после того, как его переехал поезд, отделяя ноги от остального тела. Не самые критичные повреждения, но Ричарду хватило для взлома программы, требовавшей продолжить погоню за подозреваемым. Он переживал за Коннора. И каждый раз, когда тому угрожала даже незначительная опасность, Ричард реагировал мгновенно. Он боялся. Понимал, что это глупо и не логично, но боялся, что с Коннором что-то случится, а он не успеет. И каждый раз эмоции отзывались программным сбоем, заставляя диод судорожно мерцать красным. Обретённые чувства были обострены до предела, из-за чего ответ даже на самые слабые «раздражители» выходил гораздо более сильным. В процессе привыкания к эмоциям несколько раз пострадал и детектив Рид, пропустивший мимо ушей все предупреждения и от обоих андроидов, и от заметившего это через какое-то время Хэнка. Он продолжал выводить Ричарда. Ничего не менялось. Тот продолжал рявкать на андроидов, обращаясь к ним не иначе, как «ёбаные железяки», «пластмассовый мусор», «кофеварка ходячая» или что-то в этом духе, и цеплялся по любой мелочи. А теперь к обычному недовольству прибавилась новая тема для негодования. «Лучшая модель с исправленными недостатками девиантнулась, да, проёб Киберлайфовский?». В первый раз он получил свою порцию свежего и горячего кофе в лицо. Во второй — получил в и без того не самый идеальный нос. В третий — Ричард приложил его головой об стену так, что тот отключился. После этого, в целях безопасности, ему дали неделю на восстановление. Коннор забрал его в свою квартиру, несмотря на попытки отказаться. Он, как и всегда, был предельно терпелив и отзывчив. Обращал внимание на любые изменения. Объяснял сбоившему андроиду, что с ним происходит. Помогал понять каждую эмоцию, которая ставила в тупик и доводила до программного сбоя. Спустя два дня Ричард пришёл в себя.       Несмотря на это, у него было ещё несколько дней, в которые ему было запрещено появляться в участке. Коннор дома так же упёрся, не давая никакой информации по текущим делам. Это сводило с ума. Было скучно настолько, что Ричард начал читать книги, стоявшие у Коннора на полке. Не скачивал, как обычно усваивая информацию в считанные секунды, а читал, как это делают люди. Как ни странно, это было не худшим способом убить время. Некоторые книги он читал с огромным удовольствием, некоторые — просто не нравились и он закрывал их, едва начав. А вечером, когда возвращался Коннор, обсуждал прочитанное с ним.       Когда неделя подошла к концу, Коннор предложил остаться, а Ричард не смог отказать, глядя в грустные карие глаза. И это решение он считал лучшим в своей жизни.       Они продолжали работать вчетвером. Дела раскрывались гораздо быстрее и нагрузку на них давали больше. Никто не был против. Даже детектив Рид, по-прежнему доводивший всех подряд, смирился с положением. Капитан Фаулер, которого в конец достало нытьё Гэвина, в один из дней ткнул его носом в процент раскрываемости до начала работы с андроидами и после. И тому пришлось заткнуть пасть, потому что даже он не мог спорить со статистикой.       Всё шло относительно неплохо. Ричард быстро влился в новый распорядок дня, включавший в себя возвращение в небольшую квартиру Коннора, вечерний просмотр какого-нибудь фильма по телевизору, который обычно оканчивался тем, что старшая модель засыпала прямо у него на коленях. Сон так же стал открытием для Ричарда. В один день RK800 объявил, что Киберлайф, которые постепенно восстановились после своего разорения и вынужденного закрытия, вновь открылись и начали разрабатывать обновления для андроидов, позволяющие тем стать ещё более человечными. Одним из первых таких обновлений стал сон. И андроиды, по большей части, были довольны. Поэтому Коннор потащил вместе с собой и Ричарда, убеждая, что они просто должны это попробовать. Ну а Ричард просто не мог отказать.       Спустя какое-то время им передали совершенно новое дело. Похищение. Какой-то девиант слетел с катушек и решил, что похищение — лучший путь к сердцу девушки, не отвечавшей взаимностью. Обратились в полицию родственники девушки через пару дней после похищения. Она не отвечала на звонки, а, когда они решили навестить её, обнаружили незапертую дверь квартиры и телефон с десятками пропущенных звонков и сообщений. Никто из друзей не видел её уже три дня.       После опроса друзей похищенной выяснилось, что за ней уже несколько недель пытался ухаживать девиант, но эти ухаживания она игнорировала. Выяснить модель и серийный номер оказалось не так уж сложно. После этого они разместили ориентировку и оставалось лишь ждать результатов.       Никаких зацепок по местонахождению девианта не было. После революции часть людей покинула город. Некоторые андроиды поселились в опустевших квартирах и найти их было — всё равно, что иголку в стоге сена. Это раздражало. Ожидание без возможности сделать что-либо было худшей частью работы детективов.       Через пару дней у них появляется информация, что девиант был замечен на одной из улиц Детройта. Они прибывают на место менее, чем через десять минут, и разделяются, чтобы опросить прохожих. Сперва опрос не даёт никаких результатов, а затем Ричард нападает на след. Один из андроидов заметил разыскиваемого девианта и указал, в какой стороне искать. Ричард довольно улыбается, отправляя сообщение детективам и передавая информацию Коннору, а затем ускоряется, не желая упустить похитителя. Благодаря андроиду, он знает, как тот одет и через три минуты находит того в толпе. Однако, девиант замечает преследователя и срывается с места. Ричард не отстаёт, начиная догонять, и девиант ныряет в какой-то переулок, надеясь там скрыться, но у него не получается. Он, не сбавляя скорости, влетает в железный забор.

Уровень стресса 63%

      RK900 вновь довольно улыбается и медленно приближается к девианту. Сканирование обнаруживает пистолет на бедре, но это не останавливает. Тот пытается рвануть в сторону и как-то пробиться через новейшую модель, но у него не получается. Его перехватывают ровно в тот момент, как он начинает движение. Слишком медленно, в сравнение с последней разработкой Киберлайф.       Ричард хватает девианта за запястье и подключается к нему. Ему нужно знать, где он держит похищенную девушку. Другого шанса может и не быть. Едва картина перед глазами начинает складываться — он отдалённо слышит выстрел и всё обрывается. Он ч у в с т в у е т пустоту. И эта пустота отдаётся во всём теле. Словно его нет и никогда не было. Он забывает на мгновение, кто он, забывает, что он сам существует. Ему кажется, будто его разрывает на куски и одновременно сдавливает, словно он попал под пресс. Тириумовый насос на несколько секунд останавливается и все связи прерываются. Он словно отключается.       В следующую секунду он чувствует, как его отталкивают от девианта, прерывая контакт. Андроидам не нужно дышать, но он задыхается. Так быть не должно.

Программный сбой

Система нестабильна

Критический уровень стресса

      Перед глазами мелькает лицо Хэнка, а затем подбегает Коннор. Он тянет вперёд руку, намереваясь узнать, что случилось, но Ричард отшатывается, качая головой и беззвучно прося не трогать его. Но заметны лишь движения губ без единого намёка на звук.

Программный сбой

Система нестабильна

      Он боится. Всё тело буквально сковано паническим ужасом. И он почти уверен, что, если его коснётся другой андроид — тот тоже почувствует это.

Программный сбой

Система нестабильна

      — Квартира, за окном — старый заброшенный машинный завод. Юго-западная сторона. Десятый или одиннадцатый этаж, — едва слышно бормочет RK900 то, что он успел обработать, как только чувствует, что снова может говорить. Работа превыше всего. Он знает, что кто-нибудь запишет или запомнит.

Программный сбой

Система нестабильна

Критический уровень стресса

      Диод сигналит красным, а уровень стресса вновь подскакивает настолько, что он не может произнести ни слова, стоит только попытаться вспомнить хоть что-то ещё. Он вновь ощущает ту пустоту. Он видит обеспокоенное лицо Коннора перед собой, но не слышит, что тот говорит, словно звуковой процессор не работает. Это пугает ещё больше. Ричард качает головой и отодвигается, когда Коннор вновь пытается протянуть руку, и тот поднимает её и медленно кивает. Диод на виске старшей версии мигает то красным, то жёлтым. Но Ричард просто не может уцепиться ни за одну мысль.       Перед глазами продолжают всплывать сообщения о сбое.       За ними он всё ещё видит обеспокоенного и испуганного Коннора. Тот на секунду отрывает взгляд, смотрит куда-то в бок, что-то говорит, а затем снова переводит взгляд на новую модель. И садится напротив, не касаясь. Ричард не помнит, когда успел сесть. Он чувствует, что отключается.

Программный сбой

Система нестабильна

Перегрузка системы

      Ричард приходит в себя уже дома. Он лежит на кровати, на фоне слышится работающий телевизор, который является единственным источником света. За окном уже темно, а программа выдаёт 02:23 по местному времени. RK900 поворачивает голову и видит рядом спящего Коннора. Тот даже во сне хмурится и вздрагивает, что заставляет новую модель напрячься. Он знает, что обычно Коннор либо улыбается, либо выражает собой полное спокойствие и умиротворение. Значит, что-то не так.       — Коннор? — негромко зовёт Ричард, приподнимаясь на локте и внимательно глядя на лежащего рядом девианта, который лишь больше хмурится, — Коннор! — он осторожно касается плеча.       Тот мгновенно открывает глаза и три секунды удивлённо смотрит на RK900, а затем притягивает его к себе и обнимает, утыкаясь носом в шею. Теперь хмурится уже новая модель, привычно обнимая за талию и прижимая к себе. Коннор продолжает молчать, что напрягает.       — Что случилось? — хрипловато и сбивчиво вздыхает Ричард, разрывая тишину.       Он слышит свой странный голос, отдающий механическими нотками, и мгновение мигает диодом, настраивая речь. После отключения некоторые программы ещё не восстановились. Он запускает диагностику системы в фоновом режиме и вновь смотрит на прижимающегося к нему девианта, поглаживая спину под футболкой. Ощущение синтетической кожи под пальцами успокаивает и расслабляет.       — Что значит «что случилось»? Ты отключился на пятнадцать часов, Ричард! — взвинчивается Коннор, ударив кулаком по груди девятисотого, но прижимаясь к нему ещё ближе, — Я тут с ума чуть не сошёл. Звонил в Киберлайф, там сказали, что это перегрузка системы из-за эмоционального шока. И похоже на паническую атаку. И что ты самостоятельно придёшь в себя через какое-то время, — сбивчиво бормочет он, мигая то жёлтым, то красным диодом, — Я думал, ты уже не очнёшься.       Ричард хмурится, пытаясь понять, как успокоить Коннора. Его голос чуть дрожит. И он понимает, что тот чувствует. Сам был на его месте. Свободной рукой он приподнимает лицо RK800 за подбородок и смотрит в карие глаза, наполненные страхом, словно тот не до конца верит, что Ричард пришёл в себя.       — Эй, тише. Я тут, я очнулся, видишь? — он слабо улыбается, проводя пальцем по щеке Коннора, на что тот прикрывает глаза и льнёт к ладони, — Всё закончилось.       Ричард мягко целует андроида в лоб, когда с его руки и поясницы Коннора спадает скин. Подключается к нему. Чувствует страх за жизнь девятисотого. И медленно убирает его, мигая жёлтым диодом. Забирает страх себе, поднимая лицо напротив чуть выше и вовлекая в поцелуй. Как только чувствует, что Коннор пытается подключиться в ответ, улыбается в его губы и мягко выталкивает из своего сознания, не позволяя почувствовать то, что произошло с ним в переулке. Не может позволить себе дать Коннору это пережить. Он просто не выдержит этого. И Коннор отступает, отрываясь от губ. На лице мягкая и спокойная улыбка. В глазах — облегчение. Скин возвращается на свои места. Ричард вновь мягко проводит пальцем по щеке андроида, улыбаясь в ответ.       — Спасибо, — шепчет на грани слышимости Коннор.       — Спасибо, — вторит ему Ричард, вновь утягивая в медленный поцелуй.       Обоих накрывает ощущением полного спокойствия, словно одеялом. Коннор хочет помочь Ричарду вновь. Так же, как после девиации. Но тот, видимо, в помощи не нуждается. Уверен в том, что выдержит. И, в конечном итоге, помогает сам.       Ричард же просто счастлив осознавать, что может помочь Коннору хоть чем-то. Он рад, что может забрать страх себе. Ему сейчас всё равно. Одним страхом больше — ну и ладно. Он справится с этим. И он в этом уверен. А лучшее, что может сейчас сделать для него Коннор — он уже сделал. Отступил. Дал самому решать эту проблему. И не стал добавлять к имеющимся проблемам страх за себя. И Ричард благодарен за это настолько, что не может это выразить ни одним известным ему способом.

Диагностика системы завершена

Система стабильна

Ошибок не обнаружено