Сосновое Деревце

» — Счастье никогда не длится вечно, ничего не длится вечно… — сказал Диппер своей вечно позитивной, но только не сегодня сестрёнке, после того, как эта скотина Сэм не просто бросил Мэйбл, но ещё и облил помоями перед всей школой, обозвав шлюхой: — Хорошие вещи происходят постоянно, каждую минуту, даже сейчас, но прелесть этих маленьких чудес и хороших моментов именно в том, что когда-то они заканчиваются и мы можем вспоминать о них с улыбкой. Не плачь, сестрёнка, нам всего лишь пятнадцать, таких моментов будет ещё множество. — Но Диппер, как я смогу с улыбкой вспоминать то, что эта сволочь высказала мне сегодня?! — Именно для этого я и бегал в магазин, сестрёнка! — с улыбкой отозвался подросток, вручая сестре пакет. — Баллончик с краской и крем для удаления волос? — в глазах читалось искреннее детское недоумение: — Зачем это всё нам? — Почему бы нам с тобой не наведаться сегодня ночью к машинке важного папочки Сэма, а заодно и к его не менее важным бровям, м?» Счастье не длится вечно… Но почему и в сторону Диппера, в жизни которого не было моментов лучше, вернулся этот бумеранг?! Он же не сделал никому ничего плохого, не считая той проделки трёхгодовой давности, но ведь эта детская шалость не стоит чьей-то смерти! Его смерти! Оно того не стоит! Сейчас он понимал смысл этой фразы как никогда раньше, сидя на земле и роняя горькие слёзы, сжимая тетрадь в пальцах так сильно, что рвутся страницы. А в душе ледяная и острая пустота, которую больше никогда и никто не сможет заполнить… И крик в душе, громкий, раздирающий глотку, но так и не сумевший выйти наружу, ведь голоса уже не было…

***

— С днём рождения! — кричали близнецам все собравшиеся на празднество их восемнадцатилетия в Хижине Тайн. Это было сюрпризом для подростков, при том колоссальным. Подростки, поздравив друг друга ещё когда проснулись, решили попросить дядей не устраивать чего-то масштабного, каждому из ребят на своё совершеннолетие хотелось побыть в давольно узких кругах. Но, как говорится сделанного не воротишь, не выгонять же всех людей, захотевших лично поздравить близнецов, спасших весь город, когда они ещё были детьми. А людей к слову в Хижине накопилось не мало, как минимум сотня и это только примерно Дяди-деды обнаружились тут же, у каждого в руках было по довольно вместительным коробкам, аккуратно упакованным в красивую крафтовую бумагу. — Дети, с днём рождения! — хором повторили они, вызвав растроганную улыбку на лицах подростков, которые так и застыли посреди лестницы: — Давайте! Присоединяйтесь! Это Ваш праздник! — Дядя Стэн, деда Форд, но зачем так-то? — Мэйбл попыталась незаметно смахнуть слезинки и продолжала удивлять брата — обычно она была сторонником зажигательной и огромной тусы, но видимо люди и в правду меняются: — Мы хотели провести этот праздник в… Ммм… Более узких кругах. Последняя фраза сопровождалась довольно сильным тычком локтя. Диппер понял, это не просто каприз его не до конца повзрослевший сестрёнки, это была попытка спасти его самого и он тут же ответил в тон сестре: — Да, мы планировали как-то иначе наш восемнадцатый день рождения, если быть честным. — Оу… — такой ответ привёл стариков в такое замешательство, что они даже одновременно затылки почесали, вызвав одинаковостью своих действий смешок девушки и улыбку парня. — Если хотите, то можно устроить после этой вечеринки, закрытую, для тех самых узких кругов? — предложил Зус, вывалившийся откуда-то из толпы и кинув близнецам два свёртка со словами: — С днём рождения к слову, мелочь пузатая. Так и порешили. Вечеринка, которая была запланирована до вечера, была разбита на две, и часам к четырём, люди не из «узких кругов» стали расходиться. Зал заметно поредел, освободив импровизированную сцену и танцпол, прямо как в ночь знакомства Мэй с Кэнди и Грендой. Дяди, побывшие с племянниками какое-то время, вскоре удалились в подвал Форда, колдовать над лодкой, а ребята начали по настоящему зажигать. К слову, если бы не подъехавшая к началу «закрытой» вечеринке Венди, этого наверное бы не случилось, ведь она притащила с собой остальных из компашки, в которой ещё будучи двенадцати летками зажигали Пайнсы. Вечеринка набрала обороты и в ход пошёл алкоголь и обычные для таких тусовок игры, например всем известная бутылочка. Диппер категорически отказался играть, несмотря на уверения сестры, что она никому не расскажет и уже хотел было свалить из Хижины на улицу, подышать свежим воздухом и отыскать один демонообразный субъект, который между прочим пообещал поздравить с днём рождения, но тут его остановил знакомый голос: — Да будет тебе, Сосенка, отожги, я не обижусь. После услышанных слов, Дипп в шоке уставился на высокого блондина, в жёлтой толстовке и опущенной на глаз чёлкой, двигающегося к устроившейся на полу группе ребят. Его, чёрт бы их побрал офигительные губы, были искривлены, как бы странно это не звучало, в беззлобной усмешке. Первой заговорила лукаво подмигнувшая брату девушка: — Билли! Как же я рада, что ты всё-таки пришёл! Я уж думала, что моя эсэмэска была нагло проигнорирована, но видимо тот фактор, что день рождение в равной степени и Диппера. — зырк в сторону младшего: — повлиял на твоё решение, я правильно понимаю? — Ну уж, Звёздочка, зачем так-то? — «Билли» мастерски изобразил обиду: — У меня просто были кое-какие дела, и прийти я смог только сейчас. А тебя я ценю почти так же как мою Сосенку, поэтому — с днём рождения! Мэйбл, встав, и подойдя к демону, приняла у него из рук свёрток. Следующее её действие было неожиданно как для Диппера, так похоже и для Билла — шатенка, с визгом восторга кинулась к демона и крепко обняла его за шею, заставив сдавленно охнуть. Где-то в глубине души заскреблась противная и банальная до одури ревность, и похоже треугольник почувствовал её: — Тише, тише, Звёздочка! Ты меня задушишь, да и Сосенка по-моему ревнует… — голос его был таким сладким и тягучим, что Дипп медленно начал краснеть от осознания собственной глупости и томного голоса возлюбленного. — Можешь не волноваться, бро-бро, я не собираюсь уводить твоего персонального дьявола, у меня малость другие интересы. И девушка так непринуждённо, будто ничего не случилось, ускакала на своё место между Пасификой и Венди. — Что ж, — Сайфер втиснулся между Диппером и Тэмбри и сложив ноги по турецки, продолжил: — Я — Билли, можно просто Билл, если угодно, получил приглашение, как вы уже наверное поняли, от Мэй. Все ребята, а именно — Венди, Томпсон, Ли, Нейт, Тэмбри, Робби, Кэнди, Гренда и Пасифика поздоровались с гостем и поочерёдно представились. Младший Пайнс даже рта не раскрыл. Венди, глянув на краснющего парня, ухмыльнулась и обратилась к Шифру: — Билл, я так понимаю, что ты с Диппером в… Ммм… Очень тесных отношениях, да? Диппер, услышав это, так резко поднял голову, что на секунду зрение даже расфокусировалось, но как только всё пришло в норму, он то-ли от страха, то-ли от удивления, округлил глаза. Помощи явно было неоткуда ждать, все в ожидании ответов пялились то на блондина, то на него и очень двусмысленно улыбались. — С Сосенкой-то? — переспросил дьявол, будто не расслышал вопроса, и тут же ответил, попутно заваливая Пайнса к себе на колени: — Конечно, я — его парень. Казалось, что краснеть дальше уже некуда, но у неугомонного охотника за проблемами на собственную задницу получилось и это. Щёки, скулы, шея, уши! Всё было окрашено в ярко красный и скрыть этого не смогло бы уже наверное ничего! — Знаешь Диппер, — улыбнулась Нортвест, оглядывая смущённого парня и уверенного в себе Билла: — А тебя явно подфартило! Не то что мне… Последние слова хоть и были произнесены шёпотом, все и так услышали их, и девушка тут же была награждена болезненным тычком в бок от своей, укутанной в свитер подруги. Хм… Кажется, что-то становится проясняться… — Ну так что, начнём? — спросил Робби, откладывая в сторону гитару и кладя в центр круга винную бутылку. Все начали шумно соглашаться с брюнетом, пододвигаясь поближе и формируя ровный круг. Диппер, как и прежде не произнёс не слова, но явно осмелел, так как почти окрасился в нормальный цвет и удобно разместил своё кудрявую головушку на коленях у Сайфера, и прикрыв глаза почти не обращал внимание на всё происходящее вокруг. — Что ж… — Мэйбл улыбнулась, явив миру свою идеально-белоснежную улыбку и махнула рукой демону, давая право на владение бутылкой, как новому участнику. На секунду обладателю зачётной кепочки показалось, что от его домашнего дьявола исходит какое-то странное тепло, но ничего не обычного за этим не последовало, поэтому открывать глаз он даже не подумал. Что-то начал подозревать Диппер, когда абсолютную тишину прервал восторженный хрюк (по другому этот звук охарактеризовать было невозможно) сестры и фраза бывшего соперника: — - Новичкам везёт. Привстав с колен любимого и сдув отросшие кудри со лба, юноша увидел, что бутылка, которую крутил Билл, указывала на него. — Сосенка? — ехидно улыбаясь заметил ведущий, «пожирая» взглядом своё лохматое чудо. Они целовались часто, и дальше поцелуев тоже не раз заходило, но одно дело в безлюдном лесу или на берегу не кем не виденного озера, а другое — в кругу друзей, даже не подозревающих о том, что «Билли» на самом деле тот самый злобный одноглазый треугольник, несколько лет назад державший в страхе всех и каждого. По сравнению с предыдущими их поцелуями, этот был короток и не такой чувствительный, но Пайнсу понравилось, и он, совсем перестав смущаться, ответил, цепляясь за ворот тёплого свитера. Подозрения откуда он взялся у его парня, юноша уже имел, и думал поговорить об этом с сестрой, но не сейчас… — Км, ребят? Вы там сильно не увлекайтесь, мы на раздевание пока не играем. — немного смущённо заметила Тэмбри, убирая мобильник в сумочку, лежащую рядом с Робби. Дипп, опомнился, и снова слегка покраснев, принял сидячую позу тела, выпуская Сайфера из объятий. Игру продолжили. Длилась она где-то на протяжении двух-трёх часов, но ничего «из ряда вон» не происходило. Разве только то, что Мэйбл с Пассификой целовались так, что не у кого не оставалось сомнений, что делают они это не впервой и девушки признались, что уже месяц встречаются. Все были удивлены, но рады, только Билл не разделил общего изумления, напряженно смотря в пол и явно что-то обдумывая. Диппер, заметив, как сильно напряжён равнобедренный, хотел было спросить, не случилось ли чего-то, требующего и его вмешательства, но не успел — парень поднялся, тряхнув золотистой чёлкой и сказал: — Простите, ребята, но мне срочно нужно отлучиться по кое-каким делам. Дипп, Мэй, простите пожалуйста, что так рано ухожу. — Ничего страшного, — ответил за сестру близнец, задавая безмолвный вопрос: «Что-то серьёзное? Помощь нужна?» «Всё в порядке, Деревце, я справлюсь, наслаждайся днём рождения, люблю тебя.» Билл улыбнулся и махнув рукой, вышел из Хижины. Он постарался, чтобы никто, а особенно его Сосенка, не заметили паники во взгляде и голосе. Предчувствие было просто отвратным, демоническое подсознание било тревогу. Ему срочно надо проверить свою каменную статую. Лишь бы это было не то, о чём он думал. Вечно Пайнсы ему всю воду мутят.

***

С ухода Сайфера прошёл почти час, а Диппер всё больше нервничал и накручивал себя. Он видел по взгляду, по движениям своего демона: что-то случилось, или случится, что-то нехорошее, очень нехорошее… Весь этот час ребята играли в карты на желание. Продувшая первую же партию Пассифика распустила волосы, выполнив по-детски простое задание от своей девушки, которая теперь сидела позади неё и заплетала маленькие косички. Вторая партия была в самом разгаре, и младший Пайнс, почти не следивший за игрой быстро проиграл, и рассказов «самый страшный секрет из детства», по желанию появившегося из неоткуда Зуса, отпросился на улице, из-за внезапно заболевшей головы. Он видел понимающий взгляд сестры и улыбнувшись, покинул Хижину Тайн, собираясь отправиться в лес, на поиски Билла. В сердце заныло от чего-то такого, что скоро могло произойти, такого, что юноше было ох как не по душе. С крыльца он захватил рюкзак. Он всегда был полон всякой всячиной: тетрадками, ручками, свечами, выдержками из дневников, и ещё кучей необходимого хлама. На улице только начало темнеть, но в лесу уже было хоть глаз выколи. Высокие разлапистые ели и сосны не пропускали ни солнца, ни лунного света. Кроны лишь изредка пропускали мерцающий свет звёзд, но их было недостаточно, хорошо, что среди прочего хлама, в рюкзаке Диппера оказался и фонарик, даже два, и батарейки. Тропки, гномы и кусты. И паника, паника сжимающая в стальные тиски часто-часто бьющееся сердце. Руки тряслись совсем не от холода, заставляя кружок света нервно скакать с куста на куст, а волосы липли к вспотевшему совсем не от жары лбу. — Убирайся! — неожиданный крик из чащи, заставил парня вздрогнуть и выронить фонарик. — Не смей больше являться сюда, я не знаю, чего ты хочешь от нашей семьи, но не смей приближаться к нам, особенно к детям! Пайнс узнал голос Форда, и наплевав на фонарик, побежал на голос. — Да полно тебе, Шестипалый, ничего мне не нужно от вас, я слаб… — слова треугольного были пропитаны сарказмом, а на губах наверняка была извечная усмешка. — Эх, я не смогу захватить мир, какая жалость… — Хватит игр, Сайфер! Я не позволю тебе кого-то одурачить. Голоса слышались уже совсем близко, буквально из-за поворота, оттуда бил яркий, словно электрический свет. — Демон всемогущий, вот сдались вы мне, Пайнсы! Как будто мне кроме вашей жалкой семейки никого не надо больше! Ещё мгновение, и юноша выскочил на поляну, сжимая в руках одну из своих тетрадей. Будто она могла ему чем-то помочь, наивный. Это была та самая поляна, где они встретились после долгой разлуки, здесь ветви расступались над землёй, позволяя большой бледной луне осветить окрестности, но она была здесь лишней. На глазу Билла больше не было треугольной повязки. И Диппер застыл, невольно залюбовавшись видом любимого. Он ещё никогда не видел демона без повязки — широко распахнутый глаз светился, зрачка не было, только ярко-жёлтая радужка. Билл заметил парня первый и нервно дёрнулся, пытаясь без слов сказать: «Прошу, уходи, не надо!» Деда Форд, уловив взглядом движения демона оглянулся, не сводя с него какой-то штуки, напоминающей пушку. — Диппер? — удивление проскользнуло в голосе, но почти сразу исчезло: — Что ты делаешь здесь? Впрочем неважно, — мужчина вновь обратил взгляд на дьявола и, перехватив поудобней пушку, продолжил: — уходи, а я разберусь. — Нет! — оцепенение спало и юноша рванулся наперерез дяде. — Нет, дядя Форд, нет! — Диппер! — Сосна! — синхронно крикнули с двух сторон мужчины. — Дядя Форд, не надо, Билл действительно не сделает нам ничего плохого, он наоборот… — Наоборот?! Раздери тебя единороги, Диппер! Он — демон! Он не может наоборот! — Может! — пелена слёз застилала глаза, а пальцы всё сильнее сжимали тетрадь. «Он может, может исправиться!» — повторял Диппер про себя эти слова как мантру, а в памяти проносились все их совместные моменты, от влажных и стыдливых снов, до нежных поцелуев и прогулок меж деревьями. — Всё! Я думаю, что он просто подчинил твой разум ради собственной безопасности, но я не остановлюсь! Один широкий шаг, сильный толчок в бок и Диппер уже лежит в стороне на мягкой траве. Яркая вспышка ослепила парня.

***

Мэйбл вздрогнула и повернулась к чердачному окну. Девушка почувствовала что-то, будто волну, и заметила в глубине леса голубоватую вспышку. Почти незаметную, если смотреть с земли, и яркую, пугающе-загадочную если смотреть со второго этажа Хижины. В груди заныло, и она, прижав к ней колени, уткнулась в них лицом. В распущенные каштановые кудри скользнули тонкие, с красивым маникюром пальцы и начали поглаживать. Сидевшая рядом Пассифика, узнавшая от Пайнс всё от начала и до конца, пыталась успокоить свою девушку. — Чш… Успокойся, Мэй, всё будет в порядке, Форд не тронет Диппера, он же хочет защитить его и тебя. — Он слишком долго хотел уничтожить Билла, он не остановится не перед чем, его цель важнее чьих-то жизней! — говоря эти слова вслух, Звёздочка пыталась перебить их про себя более весомыми аргументами, не желая верить в то, что возможно сейчас, рядом с человеческим телом треугольного демона, лежит тело её любимого маленького братика. Но нужных аргументов кроме родственной связи не было. — Но ведь тогда, шесть лет назад он пожертвовал формулой, чтобы освободить вас… — Это был план! Их план с дядей Стэном, а сейчас… К тому же… — Мэйбл прервалась и снова глянула на лес сквозь стекло. — Даже если деда Форд не сделает этого, то Билла он всё же убьёт, а Дипперу без него, как… Как без воздуха, я не раз в этом убеждалась, и я боюсь, что если… когда, Диппер останентся жив и узнаёт, то он… он может сам… — слёзы снова хлынули, не давая нормально вздохнуть. У Мэй снова начиналась истерика. — Всё будет хорошо, иди ко мне милая, вот так, всё будет в порядке, я тебе обещаю… — притянув любимую к себе и уложив головой на свои голые коленки, Нортвест продолжала её успокаивать обещая, что всё будет в порядке, что никто не погибнет, а сама, убрав заплетёные косички за ухо, то и дело поглядывала в окно. Большая группа птиц сорвалась с веток в том месте, где двумя минутами ранее грянул энергетический выстрел, и именно в тот момент, когда белокурая красавица наклонилась к своей девушке, даря успокаивающий поцелуй в лоб. В лесу раздался холодящий душу вопль боли.

***

Парень наконец смог проморгаться, и когда белые пятна более или менее прекратили плясать везде, куда бы он не смотрел, он смог приподняться на локтях и оглядеться. Рядом, буквально в нескольких шагах от Пайнса, лежал мужчина, с разметавшимися по бледному лицу жёлтыми прядями. Его глаза были ели приоткрыты. Диппер, на негнущихся ногах рванулся вперёд. Аккуратно приподняв голову демона, он уложил её себе на колени и глянул в глаза. — Сосенка… — еле слышно прошептал Билл и с явно заметным трудом улыбнулся. — Не плачь, всё в порядке, я не брошу тебя, я просто… Всё. Больше ничего. Только тишина, нарушаемая лишь шуршанием листьев на летнем ветру. Улыбка замерла на губах Сайфера, а глаза полностью закрылись. — Нет… — тихо, одними губами, — Нет! Нет! Нет! — а потом громко, навзрыд, сжимая дрожащими пальцами широкие плечи. — Нет! Билл, нет! Птицы покинули деревья, напуганные громкими криками. Всё, это конец. Ничего уже не вернуть!

Или?