Записи Изабеллы Свон

Пролог. В этот день девушка заканчивала свою последнюю запись. На этой записи она будет выглядеть намного лучше, чем на остальных. Сегодня ее день рождения, и она может позволить себе такую маленькую роскошь. Последняя запись особенная. Хотя, каждая запись особенная по-своему. «… Пока. И, честно, спасибо большое» - последние слова. Глава 1. Это был воскресный солнечный день. По всему дому раздавались прекрасные аккорды мелодии игры на пианино. Эдвард часто играл на пианино, отдаваясь этому делу всем сердцем и душой, пытаясь залечить свои раны. Вся семья слышала, как он играл, и каждый мог ощутить его горе. Закончив все тихими нотами, Эдвард закрыл крышку и повернулся к семье. - Это было красиво, - восхищенно, но с грустной улыбкой сказала Эсми. Ей было необязательно говорить это вслух, но она хотела этого. Она хотела, чтобы он ответил ей. - Да. Наверное. – и он ответил, отводя взгляд. Он мог смотреть на что угодно, но только не им в глаза. Элис и Джаспер, сидя на диване и также внимательно слушая его, переглянулись. Им не нужно было слов, чтобы вновь удостоверить друг друга насколько Эдварду сейчас тяжело. И это тоже не скрылось от него. Эдвард все же повернулся к семье и натянуто улыбнулся. Прошло несколько секунд молчания, и Элис сказала: - Сейчас придет почтальон, - ей было свойственно знать это. Карлайл спустился вниз, как раз к звонку в дверь. Некоторые заинтересовались, что же мог им принести почтальон. Обычно, они не пользуются услугами почты. Незачем, вот и все. Карлайл открыл дверь, и перед ним стояла девушка-подросток. - Мистер Каллен? – робко спросила она, держа в руках коробку, в которой легко могли уместиться несколько книг. - Да. – он улыбнулся девушке, чтобы та чувствовала себя более уверенно. - Для вас посылка, - сказала она и протянула ему коробку. Сунув ему в руки планшет с ручкой, она попросила его расписаться, что он и сделал. Вернувшись в гостиную, он зачитал адрес на коробке. - Мистеру Карлайлу Каллену от Изабеллы Свон, - тихо прошептал он. - Что? – тут же удивились все. Эдвард в испуге смотрел на эту коробку. В гостиную спустились остальные, Эммет и Розали тоже заинтересовались этой посылкой. - Что это может значить? – спросила Эсми, смотря на Эдварда и Элис, переводя взгляд с одного на другую. Элис пожала плечами, а Эдвард сказал: - Откройте ее. Какие только мысли не пронеслись в голове у каждого. Начиная с маленькой шутки смертного заканчивая ужасающей записью смерти. Они надеялись увидеть письмо, в котором все и объяснялось. Странно, но прошло всего несколько минут, но за это время у каждого появилось уйма вопросов. Но в коробке были лишь диск и книга. Элис в ту же минута взяла диск и поставила его в проигрыватель, подключив к телевизору. - Начнем? – спросила она, легко улыбаясь. – Да ладно. Что страшного тут может быть? Мы не можем лишить себя этого. Но никто и не возражал. Даже Эдвард, заинтересовавшись, подсел ближе и нажал на кнопку воспроизведения. «Телевизор замерцал, и на экране появилась Белла, сидевшая на белой кровати на фоне светлых стен. На тумбочке стоял стакан с водой и какие-то препараты. Девушка находилась в палате больницы. Девушка глубоко вздохнула и начала говорить, явно делая это не по своей воле. - Прошло три недели и меня, наконец, выписывают из этого ужасного депрессивного места, - за камерой кто-то кашлянул, - Извините, я хотела сказать, меня выписывают из больницы. Голос у нее был немного радостный, насколько это было тогда возможно. Кажется, она действительно радовалась своей выписке. - По совету своего любимого доктора и матери, которые боятся, что я могу уйти в себя и замкнуться, держа все эмоции в себе, я начала снимать видео, в которых я смогу выговориться. За камерой зашаркала обувь, после было слышно, как тихо прикрылась дверь. - Доктор ушел, и я могу, наконец, говорить спокойно. Девушка нахмурилась, и вновь посмотрела в камеру. - По мне, так это глупо. Как они могут быть уверены, что я не перестану держать все в себе, если и говорю сейчас, вроде как сама с собой? Глупо говорить с камерой, но я попробую. Запись закончилась, но через секунду на экране снова появилась Белла, одетая в куртку и выходящая из больницы. - Так получилось, что после той записи, я пролежала в больнице еще три дня, - девушка грустно улыбнулась в камеру, - и моим единственным развлечением была книга, которую я успела прочитать уже пару раз, за три недели и эти три дня, проведенные в больнице. Белла остановилась, прямо посреди парковки и серьезно посмотрела в объектив камеры. - Теперь, я просто обязана жить по-другому. Немного по-другому. Без мифических существ. И я забуду Калленов. – кажется, девушка пыталась просто уговорить себя. – Не так уж это и сложно, правда? Не зря же я пролежала три недели в реабилитационном центре. Запись вновь остановилась. Следующая запись снималась в комнате Беллы. Девушка лежала на кровати, держа камеру в руках перед собой. Волосы красиво рассыпались по ее плечам. - Раз уж доктор сказал, что мне необходимо выговориться хотя бы в камеру, я это и сделаю. Девушка глубоко вздохнула и закрыла глаза, не силясь посмотреть в камеру. - Это было несправедливо, бросать меня вот так, когда я нуждалась в нем. Когда я верила в него, как ни во что другое. Но он в этом не виноват. Совсем. – голос у девушки задрожал, и она не открывала глаза, чтобы не заплакать. – Только мучают одни и те же вопросы. Зачем надо было говорить те слова? Зачем было лгать? Зачем обещать, если не в силах сдержать обещание? Девушка села и открыла глаза. Она смогла сдержать слезы. - Урок на сегодня: Белла, никогда не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, и на Земле будет меньше страдающих от потерянной любви людей. На этом запись закончилась» Каллены молча уставились в черных экран, вникая в слова девушки. Книга в коробке оказалась той самой книгой, которой Белла развлекалась в больнице.