То, для чего я живу.

И каждый день как на повторе, и каждый день усталость, и каждый день мимолётные объятия со своим любимым человеком, который, кстати, так и не услышал слов о чувствах младшего. Каждый день был один сценарий: проснуться, собраться, доехать до университета, отучиться, забежать в кафе, перекусить и сразу к Хосоку в студию, вместе со старшим. И всё, до позднего вечера, ну или до ночи, тренировка. Теперь у них получалось намного лучше, Хосок знал своё дело, Чонгук был очень мотивирован, ну, а Тэ… Тэ просто хотел быть с Гуком, потому что ему катастрофически не хватало их совместного времяпровождения. Наверное в этот промежуток времени было тяжелее всего именно Тэхёну, он с тех пор, как ушёл из дома, так и не контактировал с родителями, только пару раз созвонился с братом и немного поговорил с сестрой, когда тот передал ей трубку. Они скучали, просили вернуться, но на вопросы Тэхёна, о том, что говорят о нём родители, они тяжело выдавливали из себя несколько слов, от которых становилось до ужаса паршиво: «Они не вспоминают тебя при нас…». Знаете, это как ножом по сердцу, как лезвием по венам, протаскивая это лезвие вдоль синеватой полоски, красующейся на руке. По Гуку Тэ тоже очень скучал, по домашним комфортным посиделкам, по уютным разговорам, которые перетекали в тёплые объятья и нежные поцелуи. Скучал. Как же он сука скучал. Сейчас же всё сложно, их максимум — это невесомый чмок в щёку перед сном, и всё, конец. Откровенно говоря, Тэ думал, что Чон просто остыл, просто стал не нужен. Может зря, а может и нет? А как реагировать иначе, если при любой возможности красноволосый наровит понежиться рядом с брюнетом, поцеловать, обнять, уедениться, а тот лишь повторяет как мантру: «Подожди, я занят». Ну и как иначе реагировать, как? Он бросил всё, что у него было и выбрал Чонгука, как бы не жалел, как бы ему не хотелось отмотать время вспять и вернуть всё на свои места, он всё равно выбирал Гука. Лишь работа спасала его от одиночества, всё-таки хоть какой-то контакт с людьми. Тэ работал официантом в кафе находившемся неподалеку от университета Чона, которого он каждый раз ждал, а потом вежливо и заботливо предлагал перекусить: «Он же устал, ему же и так тяжело приходится». На себя Тэхён забил, принял тот факт, что Чонгуку похер на него и просто хотел быть рядом, просто наблюдать и изредка контактировать. Было очень тяжело, потому что молодому организму, который уже попробовал взрослую жизнь, было необходимо как-то себя удовлетворять. Прятать стояк было уже совсем не сложно, как раз плюнуть: Тэхён наловчился и делал это искусно. Только вот ночью, отвернувшись от Гука, который снова устал и только соприкоснувшись с кроватью заснул, он закусывал одеяло и дрочил, слегка поскуливая от возбуждения, хотелось чтобы Чон помог ему успокоится, но видимо не сейчас. Вот только Хосок замечал состояние Тэ, видел он всё, но ничего не предпринимал. То ли из-за того, что они ещё не очень близки, то ли по каким-то личным соображениям, никто не знает. Хоби предложил всем записаться на дополнительные занятия по вокалу, потому что совсем скоро они пойдут на кастинг и хотели показать себя с лучших сторон. Тэ бы конечно пошёл с ними, продолжал бы поддерживать Чонгука, преданно находясь рядом, а потом расспрашивал о том, как всё прошло. Сейчас времени стало немного больше, в хореографическом зале парни почти не собирались, теперь они хотели подтянуть вокальные навыки. Гук конечно учился на вокальном, да и Тэхён не так давно ещё ходил по университету, в поисках нужной аудитории, но совершенствоваться нужно всегда. Никто не слышал того, как поёт Тэ, до того момента, пока педагог не попросила его спеть небольшой отрывок песни на первом занятии. Его голос пробрал до мурашек каждого из присутствующих, казалось, что время зависло на пару мгновений: все завороженно смотрели на красивого парня у которого ещё и обворожительный, томный голос. Все, кроме Чона, который увлечённо записывал что-то в тетрадь, полностью игнорируя происходящее. Возможно Тэ и увидел мимолётную улыбку на его лице, но в любом случае, она исчезла в то же мгновение. Он конечно понимал, что они сами решили не показывать свои отношения на публику, мало ли что будет в будущем? Вдруг Чонгук станет айдолом, которого будут узнавать на улицах, тогда что делать? Если кто-то запомнит их отношения и потом от этого будет куча проблем? Да и причин публично демонстрировать их связь не было, зачем? Главное, что они счастливы… Вроде. Но почему бы не вести себя как друзья? С Хосоком же он так делает. Старший был уверен, у Гука получится, точно получится и он добьётся всего, о чём мечтает, иначе и быть не может. Тэ очень переживал о будущем, что будет дальше? Никто не знает. Жизнь непредсказуемая штука, которая может подкинуть не одну тройку проблем. — Ким Тэхён, тебе нужно петь в какой-нибудь группе! — Ты бы завоевал не одно сердце, причём не только женское! — Милая девушка, со светлыми волосами и нежными чертами лица, восторженно смотрела и чуть ли не хлопала в ладоши. — Спасибо, но это не для меня. — Ухмыльнулся Тэ. — Как же? — Такая внешность, такой голос! — Очень зря! — А чего решил заниматься этим сейчас, раз не планируешь как-то развиваться в этой индустрии? — Я пришёл сюда ради очень дорогого моему сердцу человека. — Тэхён горестно опустил глаза в пол, а Хосок неторопливо поднялся со стула, взял его за руку и вежливо попросил закончить сегодняшнее занятие для их двоих, но позаниматься с Чонгуком, оправдывая всё это тем, что по состоянию здоровья, продолжить сможет только младший. А уж какое здоровье, моральное или физическое — это не так важно. — Конечно, увидимся завтра. — Нежно улыбнувшись, преподаватель переключилась на Гука и начала ему втирать что-то про какие-то ноты и текста. Чон лишь взглянул на двух уходящих парней, с каким-то оскалом, а потом вновь уставился в тетрадь. — Тэхён, Блять, что с тобой происходит? — Хосок шёл вперёд, волоча за собой Тэ, возмущённо фыкая себе под нос. Они зашли в парк, который распологался неподалёку от автобусной остановки. Увидев первую лавочку, Хоби усадил на неё Тэхёна и сел сам, вопросительно глядя в усталые глаза. — Что с тобой? — У вас какие-то проблемы с Чонгуком? — И даже не думай мне врать, всё видно, как белый день. — Я… — Хосок, я не знаю. — Я вообще ничего не понимаю. — Он почти не разговаривает со мной, не контактирует, не интересуется мной. — Как бы я не привлекал его внимание, он игнорирует меня, вечно говоря, что он устал и мы поговорим позже. — Я думаю, что догадываюсь о том, что происходит. — Он просто остыл, а признаваться не хочет. — Может быть ему стыдно, ведь я именно из-за него ушёл из семьи. — Ты что за бред несёшь, конечно всё не так. — Уверенно фыркнул Хосок. — Хён, помнишь наш разговор, тогда, в студии? — Помнишь, что я тебе говорил? — Я говорил тебе, как люблю его, как буду на его стороне всегда, до последнего. — Я рассказал тебе всё с начала и до конца, и почему меня не было столько времени, и что я чувствую к нему, и на что я готов. — И даже сейчас я могу сказать о том, как его люблю, несмотря на то, как он сейчас себя ведёт. — Мои чувства не изменились, я всегда был честен сам с собой и окружающими меня людьми. — К чему ты это говоришь? — Хосок чуть повёл головой вперёд, фирменно загибая правую бровь. — А к тому. — Хён, он хоть раз, хоть один раз… Говорил тебе о том, что ко мне чувствует? — Он говорил о любви ко мне? — Говорил, что серьёзно настроен? — Он говорил, что встречается со мной не для игры? — Может он просто натешился? — Как с куклой, которых потом скидывают в коробку под названием «Хлам». — Нуу… Нет, он мне такого не говорил, но он волновался за тебя. — Гук только спрашивал про наш разговор, но он очень волновался, по нему было заметно. — Да и вспомни сколько он по тебе страдал, я был с ним и я знаю, что говорю. — Не мог он тебя разлюбить. — Хосок уже и сам не особо верил своим словам, потому что Тэхён говорил правду, Чон не разу не обмолвился о чувствах к Тэ, но вроде же и так было понятно, что он любит его, разве нет? Не страдал бы он столько из-за него, не пугался бы при виде каждого красного берета на улице? Или может… Перегорело? И ему правда просто стыдно расстаться с Тэхёном? Может перерос всё это? А может, мысли о карьере затмили разум? А вдруг он встретил кого-то, какую-нибудь девушку, не зря же Чонгук всегда яро доказывал, что он натурал, поэтому и пропадает теперь то в универе, то в музыкальном классе, то его просто просят задержаться. — Хосок, ты сам себе веришь? — Ты же видишь его отношение ко мне. — Я не знаю что мне делать, говорить он со мной не хочет, точнее он всегда занят… Хах. — Всегда занят для меня. — Я не знаю, как мне поступить. — Думаю, я подожду пока вы пройдёте кастинг, подожду вместе с вами результатов, а когда вы пройдёте дальше, то чтобы не доставлять проблем уйду сам. — С чего ты взял, что мы пройдём? — Вы точно пройдёте, вы талантливые и очень красивые. — Я верю в вас, верю. — Вы как никто другой заслуживаете всей любви мира. — Спасибо конечно, но Тэ, почему ты так резко решил, что уйдёшь? — Просто поговорите с ним. — Хосок, он не разговаривает со мной, не хочет этого делать, а может ему неприятно. — Такое бывает, когда внутри всё перегорает, а вспоминая, что между вами было, тебе становится противно. — Я вижу и чувствую на себе его отношение, я всё-таки живу с ним в одной квартире. — Чтобы он не мучал не себя, не меня, я уйду сам, потому что неизвестно когда он решится рассказать мне. — Мне очень трудно находиться с ним рядом, ощущать себя так, будто я уехал на тысячу километров от него. — Мне очень трудно, Хён. Хосок изменился в лице, слова Тэ дошли до него как нельзя лучше, ведь и правда, никто не знает, что у него на деле творится в голове, никто не знает, что задумал Гук. — Тэхён, хочешь я поговорю с ним? — Мне не очень удобно, но, да, Хосок, пожалуйста, поговорить с ним. — Я правда не хочу его потерять. — Мне правда интересно, почему он так себя ведёт со мной. Хоби встал, поклонился и ушёл, оставив Тэ наедине с собой. Тот посчитал, что красноволосому лучше побыть в тишине и хорошенько подумать. Как не крути, но это действительно стало верным решением, потому что рядом с Чоном, Тэ не мог собраться, а вот вечерний воздух и атмосфера, созданная на улице, делали его самочувствие чуточку лучше. Просидел он так долго, торопиться было некуда: на работе выходной, дома не ждут, настроения нет. Только он, звёзды на небе и прохладный ветерок, который слабо обветривал губы.