Я превращу твою жизнь в ад (original)

      — Вот, собственно и всё. — Я закончила свой рассказ.       Ясоу потрясённо смотрел на меня во все глаза. Мы сидели за столиком ресторана, в котором я работала. Моя дневная смена давно закончилась, и я даже успела переодеться, когда пришёл Ясоу. Я позвонила ему утром. Мне очень хотелось кому-нибудь выговориться, и почему-то я подумала именно о нём. Молодой человек с радостью согласился на встречу. Я решила рассказать ему всё. Всё с самого начала, потому что просто не могла больше держать это в себе. События последних месяцев разрывали мне голову и сердце.       Внимательно дослушав мой рассказ, Ясоу сделал глоток кофе и тяжело вздохнул.       — Если бы это мне рассказала другая девушка, а не ты, я бы поднял её на смех, потому что это настолько невероятно… Я не могу поверить, чтобы Сэтоши подставил тебя перед твоими сокурсниками, сделал изгоем, спокойно наблюдал за тем, как тебя избивают, подложил фарфоровую статуэтку, чтобы склонить к сексуальной связи…       — Но он это сделал…       Молодой человек скомкал салфетку и кинул её на середину стола.       — Чёрт возьми, я думал, что хорошо его знаю… а тут такое… Мы с Такуми — его лучшие друзья, и мы бы поклялись, что Сэтоши не способен на такое… Видимо, правильно говорят, что чужая душа — потёмки и мы до конца не знаем даже самых близких людей… — Ясоу немного помолчал, глядя прямо перед собой в пространство. — И что же дальше? Что ты намерена делать, зайка?       — Я не знаю, Ясоу… — пожала плечами я. — Вчера он прислал огромный букет пионов мне домой… Мы с ним не виделись ещё, ведь Сэтоши не пришёл в колледж, а сегодня я здесь, потому что госпожа Тэно слёзно умоляла выйти в дневную смену… Всё так запутано…       Зелёные глаза цвета травы потрясённо расширились.       — Погоди-ка минутку… запутано? Ты хочешь сказать, что, несмотря на весь этот ад, ты испытываешь симпатию к Сэтоши?       Мои щёки стали пунцовыми.       — Зайка, да это же какой-то мазохизм. Стокгольмский синдром?       — Я не знаю, что это. У меня есть парень, которого я люблю… Но стоит Сэтоши коснуться меня, как я теряю голову… Может, это похоть и вожделение, а может, я просто легкомысленная и недалёкая…       Ясоу хитро улыбнулся.       — Так может, тебе просто проверить это опытным путём, так сказать?       — Я боюсь, Ясоу. Я боюсь, что если отпущу себя, то потом пожалею об этом… Сэтоши Ко способен разбить моё сердце, а потом, получив своё, даже не оглянуться…       — Да уж, он это умеет…       — Вот поэтому я просто не знаю, что делать… Я оказалась меж двух огней: хороший, надёжный, заботливый парень и жестокий, непостоянный, плохой парень. Со стороны может показаться, что выбор очевиден, но на самом деле это не так просто…       — Тогда у тебя один выход: ждать. Время расставляет всё на свои места. Сейчас слишком рано для принятия решений. Я думаю, скоро наступит такая ситуация, когда твой выбор будет очевиден. Единственное, меня беспокоит одна вещь…       — Какая, Ясоу?       Молодой человек задумчиво потёр подбородок.       — Как бы Сэтоши не учудил чего-нибудь, что осложнит ситуацию…       — Куда уже сложнее…       — Если посмотреть на цепочку произошедших с тобой событий, до этого момента всё только усложнялось…       — Не пугай меня… я и так места себе не нахожу.       — Я тебя не пугаю, зайка, а лишь предлагаю трезво взглянуть на вещи. И хоть Сэтоши — мой друг, я бы не хотел, чтобы ты пострадала…       Мы поболтали ещё полчаса, а потом разошлись. Ясоу предложил довести меня до дома, но я отказалась. Мне очень был нужен воздух. После разговора с молодым человеком мне стало намного легче. Он помог мне расставить всё по полочкам в моей голове. Да, я буду ждать… это единственный выход. Без толку терзаться, если я не могу принять решение. Сейчас я не могла выбрать Минори и не могла оттолкнуть Сэтоши Ко… Сэтоши Ко… ты ничего мне не обещал, ты издевался надо мной почти весь семестр, но когда в твоём номере я прижалась к тебе и ощутила вкус нежного поцелуя, мне вдруг захотелось раствориться в твоих объятиях. В этот момент я чувствовала лишь твоё тепло и сердцебиение… Что это? Влюблённость? Вожделение? Ты самый гнусный урод и мудак, которого я когда-либо встречала в своей жизни… Но почему мне так отчаянно хотелось держать тебя за руку? Правда ли, что любовь — это патология? Насмешка над нашей уверенностью в завтрашнем дне…       — Эй, цыпа! Что-то ты долго. Мы тебя уже заждались! — послышался грубый голос слева.       Я повернула голову. Ко мне медленно приближались два рослых парня, которых я моментально узнала. Это были братья-близнецы Катсура и Машида Фукуда, члены банды «Чёрные Волки».       — Что вам нужно? — Я задрожала, в панике оглядываясь по сторонам.       Парк, через который я шла, был уже безлюдным.       — У нас к тебе дело, цыпа. Если будешь умницей, с тобой ничего плохого не случится, — ухмыльнулся Катсура, а может, и Машида.       Они были похожи как две капли воды. Высокий рост, развитая мускулатура, жидкие светлые короткие волосы, маленькие глазки, которые смотрели хищно и с вызовом.       — Да, отойдём-ка с нами.       Сердце сжалось от страха.       — Я никуда не пойду, если хотите что-нибудь сказать, говорите здесь!       — Да кто тебя вообще спрашивать будет, цыпа!       Верзила резко ударил меня под дых. Боль адской вспышкой скрутилась узлом, лишив меня возможности дышать. Я повалилась на землю. В ту же секунду сильные руки подхватили меня словно пушинку и куда-то потащили. Я пыталась кричать, но мне заткнули рот какой-то тряпкой, а руки скрутили железной хваткой.       Через какое-то время, придя немного в себя, я заметила, что мы пришли в какое-то заброшенное здание, которое находилось на пустыре за парком. Кровь прилила к голове. Я пропала! Сюда никто не придёт и не услышит моих криков. Братья занесли меня внутрь и кинули на пол, как обычный мешок.       — А теперь, подруга, слушай сюда. Я сейчас вытащу кляп, и ты кричать не будешь. Если крикнешь, я изобью тебя до полусмерти. Кивни, если поняла.       Я кивнула.       — Отлично.       Громила вытащил грязную тряпку из моего рта. Я сплюнула на пол.       — Чего вы хотите?       — Мы хотим снять кино. С тобой в главной роли.       — Кино?       — Да. Небольшое видео. И ты должна сыграть так, чтобы Оскар прослезился за углом.       — Я не понимаю…       — Я сейчас достану свой член, а ты должна будешь взять его своими маленькими ручками, посмотреть на меня и игриво сказать, что твои услуги стоят пятьдесят долларов.       — Что?! Я не буду этого делать!       Один из братьев влепил мне пощёчину. Удар был таким сильным, что я подумала, будто голова оторвалась от тела.       — Заткнись! Хоть наш заказчик и предупредил, чтобы мы были с тобой бережны и не оставляли никаких следов, мы ведь можем схитрить, превратив твои внутренние органы в фарш, но не оставив следов на коже…       Сердце сжалось, а по позвоночнику стали подниматься неприятные мурашки, поднимая волну настоящей паники.       — Зачем вы это делаете? Зачем вам это нужно? Что я вам сделала?       Громила самодовольно улыбнулся, если этот оскал можно было назвать улыбкой.       — Цыпа, мы против тебя ничего не имеем. Мы выполняем заказ, только и всего. Нам заплатили деньги за это видео с тобой. Это всё, что нужно. Мы не склонны к ненужной жестокости, и обещаю, как только мы его снимем, ты сможешь пойти домой целая и невредимая. Но если будешь упрямиться или плохо играть свою роль, пеняй на себя!       — Кто вам заплатил за это видео?       — Прости, цыпа, имена клиентов мы держим в тайне.       — Если дело в деньгах, я найду больше…       — Вряд ли у тебя есть такие деньги, официанточка. Тем более «Чёрных Волков» невозможно перекупить. Если заказ поступает и оплачивается, мы его выполняем. А теперь будь добра, не усложняй себе жизнь и не трать наше время. Нам бы не хотелось бить такую красотку.       Я сделала, как они велели, однако этот эпизод стёрся из моей памяти. Всё было как во сне. Я помнила лишь свет от фонарика на телефоне. Когда мы закончили, братья пересмотрели видео и, видимо удовлетворившись результатом, ушли, оставив меня сидящей в оцепенении. Время остановилось. Я не знала, сколько просидела на грязном полу заброшенного дома, я даже плохо помнила, как дошла домой… Единственная вспышка осознания пришла ко мне, когда я рвала на части подаренные Сэтоши Ко пионы, а в голове прокручивалась картинка сидящих на лавочке известного певца и главаря банды «Чёрные Волки».       — …и сроки? каков срок?       — Спешки нет. Я хочу, чтобы всё было сделано тщательно.       — Хорошо. Фото есть?       — Да, вот.       — А она миленькая…       — Да. Конфиденциальность вы гарантируете? Я всё-таки известная личность, и шумиха мне ни к чему.       — Естественно. Никто не узнает.       — Отлично. Вот деньги. Остальное после того, как всё будет сделано.       — Хорошо. Как и договаривались.       Слёзы текли по моим щекам и капали на истерзанные, нежные лепестки цветов. Когда ты достигаешь дна преисподней, надеешься, что падать дальше уже невозможно и вся боль этого мира ушла навсегда и больше не вернётся. Как же я тогда ошиблась…