Ботан, который не ботан

Чонгук опускал взгляды, краснел, мял в пальцах край своей безразмерной кофты, в общем, делал всё, чем обычно занимаются мальчики, у которых любовь происходит впервые. Чимин выставил ладонь, самодовольно усмехнувшись. В лапку упал завёрнутый в бумажный пакетик бутерброд, который ему готовили от всего сердца. Чон ещё ни для кого так воодушевлённо не пилил колбасу. — Куда пойдём? — улыбнулся Чимин, но улыбка вдруг с лица пропала, когда в ответ на простой вопрос он встретил потерянный взгляд. — Куда? — Куда? Чонгук пожал плечами. Чего от него хотят — неизвестно. — На свидание… ты… меня… куда проведёшь? — разъяснил Чимин. — Мы встречаемся и должны ходить на свидания. — Мы встречаемся? — приподнял брови Чон. — Твою мать! — Я шучу, — широко улыбнулся Чонгук, прикрывшись ладонями. Чимин, если честно, просто безумно таял от этой его улыбки, она одним махом заставляла забыть обо всём. Большие зубки были выставлены напоказ и напоминали не то кролика, не то пиранью, не то кролика-пиранью… Но выглядело это ничуть не смешно, а очень даже привлекательно. Чонгуку шли его зубы, не хотелось бы их выбивать, нужно поменьше на него беситься. Чон мог предложить для свидания любое место, но поступил, как истинный мужчина и назвал самое безобидное: — А куда хочешь ты? *** Чимин довольно оглядывался по сторонам. Дом его нового парня выглядел чудесно, он был достаточно большой и хорошо обставлен, это стало неожиданностью, но ботаник-то оказался с деньгами, не то чтобы Пак ему сейчас позавидовал, но семья Чимина жила достаточно скромно, не каждый день приходилось бывать в подобных местах. С порога встретила женщина. Светловолосый поклонился, посчитав хорошо одетую госпожу мамой, и не прогадал. — Сынок, ты привёл в дом друга? — восхитилась она. — Хорошенький… надо же. — Здравствуйте, мама, — смутился Чимин, — мама… Чонгука. — Какой вежливый, — прикрыла рот женщина. Каким бы ни был Пак с Чоном и остальными, всё же, со старшими парень был вежлив, здесь банальный этикет отрицать было нельзя. — Проходите в комнату Чонгука, если что, могу для вас чаю заварить, — широко улыбнулась мама, поманив детей за собой. Чонгук взял парня за руку и повёл вглубь дома. Чимин растерянно оглядел их ладони и смутился ещё сильнее. У Чона такая крепкая хватка… Комната Гука была обычной, как и сам парень, в принципе. На фоне окружающего его мира только он сам и его комната выглядели так просто. Пак задумчиво сел на край широкой кровати, сложив ладони на коленках. Чон прикрыл дверь. На стене висели грамоты и медали, Чонгук, оказывается, ещё спортсмен… тхэквондо? Не удивительно тогда, что он такой сильный. — Интересно… — цокнул языком светловолосый. — За твоей стрёмной толстовкой скрываются крутые кубики, я должен был догадаться, что так у тебя со всем. Может ещё и зрение у тебя хорошее, а очки ты так, для вида носишь? Чонгук в удивлении приоткрыл рот: — А как ты узнал? — Блин, да ты прикалываешься! — ошарашенно уставился на парня Пак. — Ты ведь ботан, я всегда думал, что так оно и есть, зачем ты рушишь мою идеальную вселенную? Да все мои сексуальные фантазии были на этом построены! Чонгук подбежал к парню и судорожно прикрыл рот того ладошкой, болезненно заломав брови. Взгляд забегал, а уши покраснели. — Не кричи о таком, — шепнул он, умоляюще уставившись на Чимина. Пак убрал чужую руку. — О каком? — О фантазиях… шепшуальных, — зажевал опасное слово Гук. — Каких-каких? — прищурился светловолосый. — Шепшуагрыф… Что за дурак? Что не так с этим словом? Бедный мальчик, его будто в монастыре растили, Чимин вдруг осознал, что сорвал не своего поля ягоду, теперь ему эту ягоду сто лет добиваться. — Хорошо, — обречённо вздохнул Пак, — начнём с простого… Снимай штаны. — Это зачем это?! — возмущённо набрал воздуха в грудь Чон. — Это затем это. Хватит кокетничать, снимай штаны. — Не хочу… — Да брось, — лыбился Чимин, под протестующий вой хватаясь за чужую задницу. Гуку лучше сдаться, Пак настырный, он просто так теперь не отстанет.