Метки прошлого

Буквально ещё немного, и начнётся кровавая бойня, ведь дверь отворили. Она минуту была просто приоткрыта и никто не собирался продолжать свои действия, пока она сама по себе не начала открываться. (Насчёт три мы разделяемся и забегаем оба в дом. Пистолет у тебя, я голыми руками повалю. Понятно?)  — Да — сказал шёпотом Россия. (Один… два…)  — А может… (Три!) — они резко разделились и вбежали в дом. Там уже с пистолетами, направлеными на выход, стояли СССР и Америка. Все молча смотрели друг на друга не открывая огонь.  — Две пары врагов стоят друг напротив друга, вас не смущает это, Отец.  — Почему ты за Рейха, сынок? — ответил тот. Россия лишь вздохнул.  — Россия, не делай этого, пожалуйста! — умолял Америка.  — Ты сделал неправильный и поспешный выбор.  — Что ты сказал ему, Рейх?! Почему он против меня? — Рейх слегка улыбнулся и медленно взял из своего кармана нож.  — Остановись! Я готов умереть и сдаться Рейху, но будь на стороне отца своего. Почему ты против?  — Сынок, почему?..  — …Ты предал Рейха, папа… — последнее Россия проговорил сквозь зубы.  — Стоп, что? Нет. Неееет… Нет, нет, нет, нет! — СССР выронил пистолет из рук. Рейх воспользовался этим моментом и, толкнув Америку на пол, схватил сзади СССР.  — Рейх, отпусти, дай я расскажу ему и тебе правду! Россия, на самом деле… — Ему заткнули рот рукой.  — Стреляй! Сейчас он будет только лгать! Не рыпайся, тварь!  — Отпусти, пусть скажет. — Россия направил пистолет на Рейха.  — Воу, воу, полегче! Ладно. — Рейх бросил на пол СССР. Тот сказал дрожащим голосом:  — Р-Рейх, я-я люблю тебя… — Рейх встал в ступор, но потом подставил нож к его горлу.  — Ч-что ты врёшь?! Самому не стыдно? Или ты думаешь, что я тебя так пожалею?  — Успокойся, пусть договорит. — нож был убран.  — Ты забыл мою любовь, Рейх. Всё было не так, как ты помнишь. Тогда мы любили друг друга и мило жили в романтическом безумии, но я не хотел, чтобы мой отцу узнал о нас. Заставил тебя забыть, а сам страдал. Но всё пошло не так, и ты мало того, что забыл, так ещё и возненавидел. Всё перевернулось с ног на голову и ты обезумевши напал. А я помню всё. Сухое молоко, моё семейное место и как мы скрепили замочек любви. Молчание было долгим, и никто не решался прервать его. Все, опустив оружие, встали друг напротив друга. Все эти ссоры были из-за недопонимания. Тишину прервал Америка:  — Эм, так значит и мы тоже можем вселятся в страны и контролировать их тела? — спросил он, взглянув на СССР.  — Верно, достаточно лишь задеть рану страны. Они и у нас есть на руках и у вас тоже. Вот, взгляни.- Рейх и СССР обнажили свои руки. Ради забавы, Россия ткнул пальцем в рану Рейха, а Америка, на кое-что надеясь, ткнул пальцем в рану СССР.  — Ух ты! Я теперь Рейх! А ну-ка я на тебя нападу, СССР!  — Даже и не мечтай об этом! (Вы, придурки, выйдете из наших тел! Это не смешно!) — кричали вместе в головах стран СССР и Рейх. Америка, чёрт, это такой удачно смешной момент, чтобы признаться ему. Я и СССР одинаково полюбили своих врагов, которые таковыми не являются, но только разница в том, что один любовь забыл, а другой и не подозревал о ней.  — …Слушай, Россия, а я тебя люблю.  — Нет, нет, нет, ты перепутал. Я же Рейх. — Нет, ты не Рейх, так же как и я не СССР. — Тогда зачем ты мне это сказал? — Ты не веришь в мои чувства, но они же искренние… — расстроенно сказал Америка.  — Слушай, ты так не шути надо мной. Т-ты плачешь? — у Америки невольно покатилась слеза по щеке. Он быстро вытер её рукой.  — Н-Нет, с чего это мне плакать, когда моих чувств не понимают. Когда никак не отвечают. Когда я готов доказывать это, но смысла нет… — Ну всё. Америка заплакал не сдержавшись. Он некогда не плакал перед кем-либо. (Ну, ну, Америка не плачь! Да, мой сын быдло, а ты просто забудь. Но, но, но… Не надо так уж плакать.) (Россия, ну ты вообще капец. Он в чувствах тебе признался, а ты так с ним грубо. Хотя это говорит страна, который тоже не поверил сразу в чувства. Тебе же он нравится, я же был в твоём разуме. Чего ты ждёшь? Что ты творишь!!! Нет, нет, нет! Не так успокаивают! Не бери его за щеку! Ну ты.) А Россия тем временем приблизил к своему лицу лицо Америки и нежно поцеловал. Губы начали жадно покусывать друг друга, но нежно, плавно и очень медленно. …