Скелеты психов

Есть что-то страшнее собственного безумия? Не понимание этого…

Рука Джона прошлась по моему телу, останавливаясь на шее, чуть сжимая её. Мне было страшно и хотелось отбросить эти холодные руки от себя, но я боялась разозлить его и сделать ещё хуже. Я прикрыла глаза, прерывисто выдохнув. Джон издал смешок и приблизился к моему лицу ближе, из-за чего я ощущала его дыхание. — детка, я не хочу злиться на тебя. Я хочу трахнуть тебя, — на последней фразе его голос стал твёрдым, но томным. Уж лучше бы ты злился на меня… Я в ужасе открыла глаза, устремляя их на лицо впереди меня. Из-за темноты я не могла нормально разглядеть мимику Джона, но абсолютно точно знала, что она не предвещала ничего хорошего. Я не успела опомниться, как оказалась на крепком плече, висящей вниз головой. В панике я несколько раз ударила по широкой спине, выкрикивая: — отпусти меня, идиот! Но это лишь раззадорило Джона. Он нёс меня непонятно куда и от этого становилось очень страшно. Через несколько секунд ходьбы, Джон резко снял меня со своего плеча и усадил на что-то высокое и относительно мягкое. В темноте я ничего не понимала даже наощупь. — включи свет, — подавляя весь свой страх, как можно строже произнесла я. Где-то вдали послышалось рычание и видимо этому «кому-то» не понравился мой приказной тон. Я услышала шаги, а потом меня резко схватили за волосы, оттягивая назад, тем самым задирая мою голову. Я зашипела от боли, схватившись за края кушетки, как я поняла. Джон прислонился к моей шее, проведя по ней кончиком своего влажного и шершавого языка, при этом издавая что-то на подобие рычания. Вторая его рука лежала на моём бедре и сжимала его. — сладкая… кровь у тебя тоже сладкая, — хрипло говорил Джон, будто сам себе. Я закусила нижнюю губу, зажмурив глаза. Его обжигающее дыхание исчезло и я облегчённо выдохнула, но… рано.. Слишком рано. Что-то холодное и острое коснулось нежной кожи и я звучно застонала. Это было похоже на нож, который глубже всадился в мою шею и я уже громко закричала. Я чувствовала, как кровь струёй бежала вниз, а сама я ощущала ужасную боль и шоковое состояние. Из глаз брызнули слёзы и всё перемешивалось. Язык Джона снова коснулся моей шеи и начал слизывать капли крови. Мне хотелось вырваться, но боль просто парализовала моё тело, да и его руки держали меня на месте. Джон отстранился и демонстративно облизнулся. — сладкая, как мёд, — приторно протянул Джон, отпуская мои волосы. Мои ногти вцепились в обшивку, оставляя там глубокие порезы, а тело дрожало и стало деревянным. Я открыла глаза, не ощущая ничего, кроме боли в шее, к которой медленно поднесла руку, трепетно касаясь, пока Джон что-то делал с моими ногами. Пальцами я почувствовала жидкость, а в нос ударил противный запах крови. Слёзы текли, а голос будто осип от протяжного крика. В один момент я почувствовала холод и провела кровавой рукой по ногам, не чувствую на ней одежды. Джон схватил моё тело и удобно уложил. Я не могла ничего сделать, потому что всё ещё прибывала в шоке и оцепенении. Джон наклонился надо мной, облизывая и целуя шею. Казалось, что это было нежно, но это не так. Я почувствовала резкую боль внизу живота и поняла, что Джон решил исполнить свои мысли… Я набрала больше воздуха в лёгкие, схватившись за крепкие плечи без одежды, всадив в них свои ногти. Джон начал двигаться быстрее и я выгнулась, не понимая свои чувства. Порез на шее ныл, но сейчас я чувствовала лишь толчки в себе, которые были всё яростнее с каждым разом. Из груди вырывались крики, а губы были истерзаны до крови зубами Джона, который тоже звучно дышал мне в рот. Я не понимала, что происходит и просто решила поддаться эмоциям. Крики становились громче, слезы на щеках высохли, кровь из пореза всё текла, а толчки были грубее и жёстче. В голове заиграла какая-то колыбельная и я расширила глаза, открыв шире рот. Моё тело задрожала. Я слышала каждый удар своего сердца и отрывистые стоны Джона сквозь призму. Внизу живота потянуло и по телу пробежалась дрожь, а сердце отбило два удара. Больше его не было слышно. Я умерла. Морально… Хриплый стон прозвучал над моим ухом и Джон сделал несколько толчков, входя в меня до основания, а потом остановился, лёжа на мне. Я почти не дышала, безжизненно упав на кушетку. Джон вышел из меня и я почувствовала облегчение. Дышать становилось труднее, а глаза сами закатывались, но я пыталась держаться. Послышалось шуршание, а после шаги. Немного полежав, я с трудом встала и лишь натянул на себя футболку и трусы, подбирая оставшуюся одежду. На ватных ногах, чуть не падая, я со стонами поднималась наверх, держась за всё подряд. Сил не было, голова была в тумане, а тело ужасно ныло. Еле дойдя до двери, я открыла её и полетела вниз, падая на холодный пол. Болезненно промычала и попыталась встать, но чувствовала лишь тяжесть и чувство, которое тянет меня куда-то в тёмную глубь. Глаза закрывались и я повторно упала на пол, полностью выходя из этого мира. — Адриана! — последнее, что я услышала — это ужасно взволнованный и испуганный голос Елены. *** Проснулась я от чего-то холодного, которое касалось моей шеи. В страхе, что это опять Джон, я раскрыла газа и дёрнулась. — тише, милая, тише, — послышался убаюкивающий голос и я чуть расслабилась, видя перед собой Елену. Она слабо улыбалась, но было видно, что она делает это через силу. Елена что-то мазала на месте пореза, который щипал. — больно, — прохрипел я, испугавшись своего голоса. Видимо, сильно я кричала вчера или… а сколько я сплю? — всё, — тихо произнесла Елена, убирая свои руки. Её лицо было немного измученным. Морщинки стали глубже, тёмные волосы на корнях взлохмачены, но глаза с такой же любовью и искренностью смотрели на меня. — ты спишь второй день, — начала она. Я непонимающе взглянула на неё. Она вздохнула. — ты потеряла сознание на два дня. Сначала я не могла остановить кровь, пока не вызвала врача. Он сделал тебе укол и после него ты не просыпалась. Я уже начала переживать, но полчаса назад я услышала кряхтение. Я пришла сюда и увидела, как из порезах вновь пошла кровь. Сейчас уже всё хорошо, — я поджала губу, с благодарностью и испугом смотря на Елену. — спасибо, — только и произнесла я. — сколько времени? — четыре часа утра, — немного подумав, ответила она. Я раскрыла рот от удивления. — я не могла спокойно спать эти два дня, — обречённо прошептала Елена, опуская глаза. — ты вне сознания, а мистера Смита и вовсе нет в доме, — я прикрыла глаза, понимая, что не увижу это чудовище пока что. Но долго ли это будет продолжаться? — со мной всё хорошо. Идите спать, — через силу улыбнулась, чувствуя боль в порезе. Наверное, он только начал полноценно заживать. Женщина не стала перечить, лишь поправила мою подушку и вышла. Так прошли ещё пять дней. Моё самочувствие становилось лучше, хотя иногда было кровотечение и частая боль в шее. Поначалу я не могла задирать голову наверх и глотать — это отдавалось неприятной болью. Елена мне помогала во всём, вплоть до «пережёванной пищи в рот». Слава богу, в этом нам помогли блендеры, а не зубы. Потихоньку я приходила в себя и выздоравливала. Пару раз меня навещал частный врач, который прописывал мази для заживления и разные таблетки-витамины. Что касается Джона, то я его не видела. Елена говорила, что он пропадает на работе. К слову, у него корпорация «Surgical instruments*». Впрочем, я не удивлена, что тематика сей корпорации такая. Я была рада, что Джона нет дома. Я не только не хочу его видеть и ненавижу, но и если бы встретила, то точно взяла бы пистолет и убила его. Или же отвела в его любимую «лабораторию» и убила его там, как убивал он сам. А вообще, Джон всё же приходил в свой дом и сидел в кабинете. Я, к сожалению, в это время либо спала, либо просто сидела в своей комнате и читала. Я не могла убежать. Да, было две попытки, но все они не увенчались успехом. Казалось, что охраны вокруг дома стало больше. Они стояли под каждым окном и возле каждой щели. Один раз я решила убежать ночью и тогда узнала, что охрана увеличилась. Моему разочарованию не было предела. Они невозмутимо отвели меня обратно в дом, будто ожидая этого. Второй раз произошёл уже в обеденное время. Под предлогом «я прогуляюсь. Мне разрешили», знаю, глупо, я решила выйти за высокий забор. Помимо окружения и грубого захвата, мне ещё устроили допрос. Именно поэтому я больше не пытаюсь рыпаться. Знаете, я бы так и жила, думая, что так и не увижу Джона и он уже где-то умер, пока не вышла из комнаты. Я шла по лестнице, думая, как бы проскочить мимо Елены и не услышать ее недовольства, ведь до ужина ещё чуть-чуть, но мне очень хотелось перекусить. Я почти дошла, но что-то меня потянуло назад. Я пыталась справиться с этим чувством, но не смогла. Дабы успокоить свои чувства, я повернулась назад и устремила свой взгляд на под лестничное пространство. Я пожалела об этом миллион раз. Мой язык сам укатился в горло, тело окаменело, ноги будто вросли в пол, а по телу прошлась дрожь. Под лестницей стоял Джон, который смотрел прямо на меня, не выражая никаких эмоций, кроме холода и серьёзности, его одежда и перчатки были снова забрызганы чей-то кровью. Surgical instruments* (от англ.) — хирургические инструменты.