Сердцу не прикажешь

— Скажи, ты сегодня ночью вообще спала? — прищурившись, Айрис изучал её осунувшуюся морду больше, чем протягиваемую слегка дрожащим копытом книгу. — Конечно! — широко улыбнулась Граунд, но единорог прищурился ещё сильнее. Потом он вздохнул и мягко забрал у неё ношу. Снова посмотрел на вымученно улыбающуюся кобылку. У неё самой мысли витали далеко не безоблачные. Весь вечер и полночи она представляла, как придёт, отдаст ему книгу… и дальше случится что-нибудь приятное. Нечто, благодаря чему их знакомство продолжится. Однако сейчас не могла придумать ни одной фразы и с холодком в хребте ожидала, как после томительного молчания они оба попрощаются… и ей больше не достанет смелости подойти к нему снова. Мимо них через школьные ворота проходили ученики, и некоторые косились в сторону парочки; Граунд спиной, крупом и затылком чувствовала их любопытство. — Послушай, — заговорил Айрис. — Если ты доживёшь до конца уроков, то предлагаю снова встретиться в парке. — Хорошо! — сердце Граунд дрогнуло, спихивая с себя камень. — А чем займемся? — Да чем угодно, — передёрнул плечами единорог. — Погуляем, поговорим о чём-нибудь… зря, что ль, ты за мной с самой зимы следишь? Граунд застыла соляным столбом, Айрис же неожиданно озорно ухмыльнулся, показал язык и как ни в чём не бывало пошёл к зданию школы. — Чего? — выдохнула она несколько секунд спустя, продолжая таращиться перед собой. — Чего-о-о? — Э, подруга, хорошенько ж он вчера тебя заездил, — хлопнули крылья, и Игнис приземлилась прямо перед ней. Несмотря на сочувствующий тон, губы у неё сложились в паскудной ухмылочке. — Чего-о-о-о?! — на разъярённый визг обернулись все во дворе и повыглядывали из окон, пока гогочущая пегаска улепётывала от пышущей праведным гневном земной пони. Как Граунд ни старалась, она так и не смогла цапнуть крылатую паршивку за хвост, и потом до самого обеда дулась на неё и не разговаривала. И обижалась бы дольше, но трудно обижаться на подругу, которая поставила перед тобой на стол пару кексиков и молитвенно сложила передние копытца. — И всё равно я на тебя сержусь, — заявила Граунд, разом запихнув оба угощения себе за щёки. О чём сразу пожалела. — Ради Богини, сердись, — Игнис быстро посмотрела по сторонам, затем понизила голос и вкрадчиво спросила: - Так что у вас было? Возмущённо запыхтев, Граунд тщетно пыталась прожевать кексы, а пользующаяся этим пегаска продолжала: — О чём говорили? Вы целовались? Или не только целовались? Ты к нему напросилась, или он к тебе? На каждый вопрос Граунд всё яростнее мотала головой, затем прижала копыто ко рту и с усилием проглотила. — Да уймись ты! — зло прошептала она, обдав крошками опешившую Игнис. — Мы просто вместе посидели в парке и всё! — А чего тогда такая невыспавшаяся? — невинно спросила пегаска, и отчаявшаяся Граунд со стоном спрятала морду в копытах. И ощутила ласковое прикосновение к гриве. — Ну-ну, больше не буду, — присев ближе, Игнис по-дружески пихнула её крылом. — Я рада, что ты набралась смелости. — Да само как-то получилось, — вздохнув, Граунд устроила мордочку поудобнее. — Он меня сегодня пригласил ещё раз в парке прогуляться… а я не знаю, о чём говорить! — она сама услышала в своём голосе истеричные нотки. — А ещё он сказал… сказал… в общем, он знает, что я на него смотрела! Ох, если мамочка узнает! — О чём ты? — Игнис слегка озадаченно склонила голову набок, но Граунд отмахнулась. — Слушай, — робко сказала она. — Неужели было так заметно, что я слежу за ним? — Ага, — прямодушно ответила пегаска. — И не только мне. Дью-Дью даже ставки принимал поначалу, правда потом дело заглохло, когда выяснилось, что ты отчаянная трусиха. — А теперь? — сердце Граунд упало куда-то в сторону хвоста. — А теперь я двадцать битсов выиграла, — с довольной мордой заявила Игнис, распушив шерсть на груди. Несколько секунд Граунд тупо смотрела на неё, разевая рот, затем надулась и резко отвернулась. — С тебя ещё два кекса, — буркнула, пока пегаска позади неё беззвучно покатывалась со смеху.

* * *

Пускай сегодня припекало не хуже вчерашнего, но промозглый ветер заставлял Граунд ёжиться и прятаться за раскидистым деревом. Отсюда она одинаково хорошо видела и школьный двор, и вход в парк, где с минуты на минуту должен был появиться Айрис. И он появился. — Привет, ты… — дальнейшие слова единорога заглушил пронзительный взвизг; подпрыгнув и крутанувшись с перепугу, Граунд рухнула на спину, ударившись головой о выступающий корень. В глазах вспыхнуло, от боли она заскулила и обхватила голову, позабыв обо всём на свете. Сквозь звон в ушах она услышала возглас над собой, потом копыта подхватили её под передние ноги и помогли подняться. — Ох… ты как? Не сильно ушиблась? Прости, не хотел напугать, — те же самые копыта принялись аккуратно отряхивать её от приставшего сора. Сморгнув слёзы, Граунд увидела беспокойно перетаптывающегося рядом Айриса и почти без перехода смутилась до потеплевших ушей. — Всё в порядке, — она попыталась улыбнуться и отстраниться, на что единорог только покачал головой, а после встал бок о бок с ней и повел к ближайшей скамейке. По иронии, той же самой, на которой они сидели вчера. — Мама говорит мне, что я сногшибательный жеребец — как я погляжу, буквально, — сказал он, наклонившись над ней; Граунд ощутила, как шевельнулись шерстинки на ухе от его тёплого дыхания. — Вроде бы заметных ушибов не вижу. — Ну правда же, всё в порядке. — Раз ты так говоришь, — он помедлил, прежде чем отстраниться. — Хочешь перекусить? Конечно, я твой вчерашний подвиг не повторю, — тут Граунд пристально уставилась на камни дорожки, — просто прихватил больше, чем могу съесть один. Щёлкнула застёжка сумки, и на скамью между пони опустилась пара свёртков. — Выбирай, какой хочешь, — Айрис подвинул их ближе к Граунд, и она, почти не глядя, взяла первый попавшийся. Но разворачивать не стала. — Спасибо, — пробормотала еле слышно. — Так… ты книгу сдал? — Ага. — Всё нормально? — Конечно, что такого может быть? — Ну хорошо тогда. Повисло молчание. Со двора неподалёку доносились голоса расходившихся с уроков жеребят, шумел ветер в листве, единорог шуршал своим свёртком, так и сяк переворачивая его в ауре. А Граунд никак не могла придумать, о чём говорить дальше. — Так, — отважилась наконец-то она. — Насчёт того, что ты сказал утром. — М, о чём ты? — пробормотал Айрис, пытаясь справиться с неподатливой обёрткой. — Ну о том… что я… ну… с зимы за тобой… ну… — А, об этом, — хохотнул Айрис, и она вжала голову в плечи, пряча мордочку за гривой. — Заметил я, точно. Ты ж в это время как раз к нам перевелась? — Вроде того. — Было дело. Наверное, я в первый же день тебя и увидел. Мне ещё стало интересно, откуда новенькая взялась. А дальше понял, что куда бы ни пошёл, повсюду твои копыта цок-цок за мной. — Извини, — пролепетала Граунд, завернув и прижав подрагивающий хвост к ноге. — Я не знала, что могу быть такой… назойливой. — Ой, брось ты! Да, сначала я твой взгляд аж крупом чувствовал… потом ничего, привык. Даже приятно стало, — с жеребячьей непосредственностью Айрис задрал заднюю ногу и поскрёб себя за ухом. — Ну… ты не назойливая, вот. Мне даже любопытно стало, подойдёшь или нет. — Я… мне было неловко, — она словно пыталась спрятать голос за ветром. — Потом страшно. — Мне тоже. Прекратив выискивать несуществующие соринки в хвосте, Граунд повернулась и уставилась в бирюзовые глаза, чей хозяин спустя мгновение смущённо отвел взгляд. — Вернее, — поправился он. — Мне было просто неудобно. Не мог же я просто подойти и сказать вроде: «Хватит за мной следить, давай встречаться». «Дубина! — мысленно прорычала Граунд. — Я бы тебе сто раз «да» сказала!» Потом до неё окончательно дошло. — А ты… хотел со мной… встречаться? — она наклонилась, пытаясь снова поймать его взгляд. — Ага. Ты… симпатичная…

* * *

Первые дни в новой школе стали для Граунд настоящим испытанием. Множество новых пони, запахов, звуков — вообще всё разительно отличалось от того места, где она училась раньше. Настоящей спасительницей для неё стала рыжая пегаска, которая самостоятельно напросилась ей в друзья — но именно сейчас она больше казалась помехой. — Скажи наконец, что ты ищешь? — в который раз спросила Игнис, уже пофыркивая от нетерпения. — Может я подскажу, в самом деле. — Подожди, — стоя в ведущем к спортзалу коридорчике, Граунд вытягивала шею и растерянно осматривалась. Ей показалось, что белый силуэт промелькнул как раз возле того поворота, где они стояли сейчас. Сзади пегаска всхрапнула, но Граунд шагнула вперёд и навострила уши. Ей мерещился слабый, едва различимый дробный звук. Внезапно он на долю секунды стал громче, следом что-то стукнуло, и зацокали копыта. Из-за угла вышел тёмно-синий земной пони — и почти нос к носу столкнулся с не успевшей отойти кобылкой; на миг замер под её пристальным взглядом и, мотнув ещё влажной гривой, прошёл мимо. Сама Граунд отмерла секундой позже и медленно повернулась, чувствуя, как наливается жаром мордочка. И увидела во весь рот улыбающуюся Игнис. — Так-так, — довольно протянула она. — Да ты просто молодец: в школу едва пришла, а уже хочешь жеребчиком обзавестись! Аж в душевую к ним полезла! — Н-нет! — осев на задние ноги, Граунд в отчаянии замахала передними. — Я просто ошиблась! — Так ты кого-то другого себе присмотрела? Ответа пегаска не дождалась: в эту секунду Граунд краем глаза заметила, как совсем с другой стороны коридора вышел тот самый белый единорог, которого она приметила ещё у школьных ворот. Тут же в её голове завертелся самый настоящий вихрь, а тело превратилось в кусок желе, по недоразумению ещё сохраняющий форму пони. «Он! Точно он!» — появилась ликующая мысль. — Эй, — все волосы на загривке Граунд встали дыбом, когда перед ней внезапно появилась мордочка Игнис. — Признавайся давай, кого себе присмотрела. Чудом она сумела не подать вида — и ещё большим чудом отвернуться от единорога. — Никого, — нарочито буркнула она. — Не присмотрелась толком. — Давай, не робей, — игриво подпихнула её крылом пегаска. — Ты у нас симпатичная кобылка.

* * *

«Он назвал меня симпатичной. Он правда так думает». Ветер растрепал гриву Граунд, но она не обратила внимания, продолжая смотреть на отвернувшегося и опустившего голову единорога. Она задрожала, но уже не от прохлады, а еле сдерживаемого восторга. «Он правда так думает!» Айрис не шелохнулся, пока Граунд сама аккуратно придвинулась к нему. В этот миг она позавидовала пегасам — как ей хотелось сейчас обнять единорога крыльями, как у них. А так лишь протянула и положила копыто ему на плечо; тут-то он дёрнулся и слегка изумлённо уставился на неё. — Я… — она открыла и закрыла рот. Как же давно Граунд хотела услышать это: с тех самых пор, как впервые увидела его, и весь мир для неё перевернулся вверх тормашками. Сама она не понимала, что с ней происходит; новеллы говорили про любовь с первого взгляда, Ингис — что её подруга попросту течёт по нему. А мама… мама была слишком далеко, чтобы спросить у неё совета. Граунд должна была решить самостоятельно, сделать шаг вперёд, отступить или остаться топтаться на месте. — Я… ты тоже… красивый, — ветер едва не заглушил её слова, но Айрис услышал их и прикусил губу, его хвост беспокойно заметался по скамейке. А сидевшая близко-близко кобылка положила уже оба копыта ему на плечи и, приподнявшись, потянулась мордочкой навстречу. На вкус его губы оказались как ромашка. «И когда он успел откусить бутерброд?» — пронеслась непрошенная мысль, пока Граунд лёгонько прижималась ртом к его рту и тёрлась о его морду. Томительные мгновения Айрис не шевелился; несмотря на обуревавшие её чувства, сердце Граунд успело болезненно сжаться… чтобы расслабиться и застучать в следующий миг, когда он наклонил голову и ласково прижал губами её губы. Их поцелуй продлился совсем немного, но когда они отодвинулись, то дышали как после долгой пробежки и таращились друг на друга. — Ого… ух… — он облизнулся и вздрогнул. — Это… уфф… так разве можно… на второй встрече? — У нас полгода предыстории, — Граунд с силой стиснула передние ноги задними, чтобы не наброситься и не задушить единорога невзначай. — Наверное, можно. Потом она соскочила со скамьи, не в силах дальше оставаться на одном месте. — Мы же хотели погулять? — Ага, пройтись не помешает, — торопливо согласился Айрис. — Знаешь, нам точно надо поговорить. И они действительно поговорили. Пока неспешно гуляли по паутине дорожек, пока сидели на берегу пруда. Все страхи Граунд исчезли. Оказалось, беседовать легко и просто — друг о друге, о своих друзьях, увлечениях; смеяться над шутками и делиться чем-то сокровенным, уютно прижавшись боками. А когда говорить не хочется, то можно снова поцеловаться. И они целовались, уже капельку по-взрослому, потираясь языками и прижимаясь грудью к груди. Отстраняясь же, они глупо посмеивались; Граунд подозревала, что у неё самой такая же одуревшая от счастья морда, как у Айриса. Ещё она мельком подумала, что сегодня точно загуляется.

***

— Далеко же ты живёшь. Сегодня Айрис всё-таки настоял проводить её и сейчас шёл, с любопытством посматривая на пригородные домики. Хотя его взгляд постоянно возвращался на шедшую рядом Граунд. — Зато здесь хорошо, — улыбнулась она, словно бы невзначай потираясь о него боком, а хвостом задевая его ноги. — Тихо и спокойно. — Ты не кажешься уставшей от городского шума, — сказал он. — Или ты жила раньше в шумном месте? — Не то чтобы в шумном. Просто у нас дома редко когда молчат… а иногда хочется именно покоя. — Странная у тебя семья. — Зато любящая, — вздохнула Граунд, внезапно ощутив, что не прочь снова увидеть родные морды. — Мама отправила меня сюда, чтобы я поправила здоровье и отдохнула, набралась сил. — Ты больна? — в голосе единорога послышалась тревога, и Граунд потёрлась щекой о его шею, успокаивая. — Нет, ничуточки. Просто устаю быстро и… мне впрямь нужно больше покоя. Вот так я и очутилась здесь, у тетушки. — И когда же ты вернёшься домой? — Айрис старался говорить обычным голосом, но она почти сразу поняла, к чему он клонит. — Наверное, летом. Может, сразу после школы… или немного позже, я не знаю, — тут она смущённо улыбнулась. — Во всяком случае, у меня появилась причина… задержаться. — Неужели? — единорог приосанился. — Ага, столько читать задали по литературе на лето… — Эй! Единорог надулся одновременно с тем, как Граунд захихикала в копыто. А после тихонько взвизгнула, когда он внезапно куснул её за ухо. — Мы можем почитать вместе, — поспешно внесла предложение, пряча глаза за свесившейся гривой. — М-м, надо подумать, — носом Айрис отодвинул ей гриву и снова поцеловал. И Граунд не удержалась, чтобы не вернуть поцелуй. Она уже сбилась со счёта, сколько их сегодня было; но в любом случае — ровно настолько же больше, чем за всю предыдущую жизнь. Если не считать тренировки на яблоках; тогда она слопала, наверное, целую телегу, прежде чем научилась не кусаться. Сейчас же она, не прекращая увлекательного занятия, быстро глянула по сторонам. Вроде бы ни одного прохожего, и из окон приютившего её дома никто не выглядывает. Вот и хорошо, можно продолжать. — Пора, — с сожалением сказала Граунд минутой позже. — Ага, — в тон ей отозвался Айрис. — Завтра мы… тоже? — С радостью. Граунд чувствовала, что виляет не только хвостом, но и всем крупом, и ничего не могла с собой поделать. Напоследок Айрис чмокнул её в щёку и потрусил обратно — путь до ближайшей остановки был неблизкий. Стараясь не смотреть ему вслед, Граунд отвернулась и пошла к своему дому; уже поднимаясь на крыльцо, она поняла, что не идёт, а летит.