Lost in the Fire

И целый мир возненавидел, Чтобы тебя любить сильней.

      Чонгук ведь и правда тянул время до последнего. Боясь вытаскивать Тэхёна из его мира, что и так был слишком шаткий, всё это время.       Когда Тэхёну стукнуло шестнадцать, то отец Чонгука настаивал, чтобы Намджун забрал брата и, наконец, договор был завершён. Чонгук знал, что так и должно было быть и всегда следовал традициям, но ему не хотелось обременять себя браком с человеком, которого он не знал.       Он помнил его ещё ребенком. В первый раз они познакомились не задолго до несчастных событий, что ещё больше обвязали их красной нитью судьбы. Это был день хэлоуина. И их родители, которые уже тогда подумывали о сделке, решили представить детей друг другу. В тот вечер Чонгук был одет в костюм самого известного ганстера Тони Монтана. Он помнит, как родители с улыбкой на лице смотрели на него, а Чимин одетый в костюм его приспешника, весело тянул за руку. Ведь они опаздывали к знакомым его родителей. Как только они оказались в доме, Чонгук сразу заметил его. Ведь рыжего лисёнка невозможно было не заметить. Тэхён кружил вокруг своего брата, который ходил чернее тучи, как потом стало ясно альфа не смог надеть свой костюм из-за того, что мелкий решил его порезать.       Тэхён тоже заинтересовался новым знакомым и украдкой от всех наблюдал за ним. Ведь Чонгук пытался соответствовать образу и держал маску гордости на лице, при этом игнорируя других детей и стоя в стороне, но когда он заметил, что маленького лисенка обижал какой-то старший альфа в костюме приведения, а поблизости никого не оказалось, то поспешил сразу же на помощь. Им тогда с Тэхёном влетело по полной. Ведь тот альфа не был намерен отступать и Чонгук ввязался в драку, отстаивая свою и чужую честь. Только вот когда Тэхён заметил, что Чонгуку приходится не сладко, то тоже бросился на обидчика, кусая его.       После того, как они с трудом, но всё же расправились с альфой им пришлось сбежать в комнату Тэхёна. Где они сидели в темноте и пытались перевести дыхание, в надежде, что их не найдут. Ведь альфа пошёл звать старших.       Но дело совсем не в этом. Чонгук не знал, какой Тэхён сейчас. Ведь он не видел его и как бы себе не хотел признавать, но он боялся, что детские воспоминания рисуют перед ним совсем другого человека.       Поэтому он уговорил отца не возвращать Тэхёна пока в клан, обосновывая тем, что у им сейчас и без этого забот хватало. При этом давая время себе и омеге. А сам в это же время поручил Хосоку выяснить, где находился Ким Тэхён. Ведь кроме отца и Намжуна никто не знал.       Через пару дней на столе лежало подробное досье на омегу. Чонгук со страхом, тогда, открыл первую страницу, вчитываясь в каждую строчку с жадностью. После этого он начал ездить к Тэхёну, когда было свободное время. И каждый раз с замиранием сердце следил за ним. Он хотел подойти ближе, услышать его голос и наконец почувствовать запах, ведь в детстве они были ещё слишком юны. Так и прошло ещё пару лет. А после откладывать уже невозможно было. Кто-то разнюхал про Тэхёна и Чонгук сразу же сказал об этом Намджуну, которому предстояло забрать брата.       После этого прошло пара мучительных дней и альфа сдерживал себя, чтобы не поехать к Тэхёну. Он часто представлял их первую встречу, но когда увидел его в тот день на кладбище не поверил глазам.       Он заметил его ещё издалека, кажется, что Тэхён всегда был белым бельмом в его глазу. И не спеша, Чонгук двинулся к неизбежному. Легкий ветерок принёс запах омеги, заставляя его прикрыть глаза, внюхиваясь. Ему нравилось, как пахнет Тэхён, но вся иллюзия спала, когда он услышал тихий всхлип. Сердце сжалось и единственное, что хотелось, так это подойти и утешить, но Чонгук только слегка прокашлялся, привлекая к себе внимание.       Чонгук радовался и хотел накричать на Тэхёна, который беспечно сел в его машину, разрешая вести его куда угодно. И альфе ничего не оставалось, как набрать сообщение Намджуну, говоря, где находится его брат. Тэхёна не хотелось оставлять на той остановке, но омега должен был знать, какие бывают последствия. Поэтому альфа отъехал недалеко, продолжая наблюдать за ним и только, когда машина Намджуна забрала омегу, он тронулся с места. На губах играла легкая улыбка, ведь Тэхён до сих пор кусал всех.       А сейчас Чонгук только смотрит, как вместо него кто-то помогает ЕГО омеге.       Разъяренный Юнги бурей ворвался в дом, кажется готовый убивать всех за Тэхёна и только верность Намджуну, заставила держать его себя в руках. Он сразу же направился в комнату Чонгука, в которую перешли Тэхён с Джином. Чонгук только мгновение видит его. Тэхён тоже пересекся с его взглядом. А альфа только неведомым силам благодарит, что не срывается с места в то мгновение. Там за дверью буря, ураган и шторм боли, который он готов разделить с Тэхёном, только чтобы ему стало легче. – Хён, – переводя взгляд на Юнги, говорит Тэхён, а альфа замирает не веря своим глаза.       Глаза Тэхёна полны слезы. И он не знает радоваться ему или нет. Ведь Тэхён не плакал. Ни разу. – Выпей, – говорит он, протягивая стакан и лекарства.       Тэхён послушно пьет и только через минут десять начинает успокаиваться. Слезы сходят на нет, хотя в груди всё также болит. И он опускается на чужую кровать, зарываясь носом в ворот одеяла. Всё слишком чистое и Чонгуком совсем не пахнет, хотя Тэхён уверен, что это его комната. – О чём вы мне ещё не сказали? – спрашивает Джин, как только парни оставляют Тэхёна одного, ведь он успел заснуть пару минут назад. – Почему он плакал? – вместе с омегой, спрашивает Юнги.       Он испытывает двоякие ощущения и не знает хорошо или плохо, что Тэхён плакал. – Мы не знаем, – говорит Намджун, – прости, я не подумал, что надо было за это говорить, – оправдывается альфа, на что Джин только тяжело вздыхает. – Вы уверены, что он ничего не помнит? – вдруг, спрашивает Чонгук, привлекая всеобщее внимание. – Уверен. Врач сказал, что он вряд ли что-то вспомнит. Ведь это было очень сильной психологической травмой. И даже если он и вспомнил бы, то я думаю это было бы заметно, а что? Ты что-то заметил? – спрашивает Намджун.       Чонгук только отрицательно машет головой и они все спускаются на первый этаж, чтобы выпить чего-то крепкого.