Чтобы ты умер

Самое тёплое, самое светлое. В урну. Капилляры рвались, как шёлк. Я тогда очень хотел, чтобы ты умер. И чтобы на твои похороны никто не пришёл…

Парень бежит за светловолосым парнишкой, шутит над ним, кружится рядом и сыплет с ног до головы обидными словами, а потом просто смеётся и хлопает его по плечу. У Тэхёна лёгкий сердечный приступ. Потому что страшно. Они вроде друзья, а вроде враги. Сначала общаются как друзья, потом кричат всевозможные оскорбления, вперемешку с размахиванием кулаками. В школе полно слухов по поводу этой пары. Кто-то говорит, что они встречаются. Кто-то, что они просто ненавидят друг друга, ни больше. Но что конкретно происходит между ними не знают даже они сами. В последнее время было слишком много ссор, в живую, в сети и даже на уровне родителей. Руки чесались сильно по смазливым лицам друг друга. Просто жить они не могли без этого. Один. Вспыльчивый кролик переросток. Любитель всеобщего внимания и громких тусовок до утра. Второй. Слишком подозрительно латентный пидр. Может постоять за себя, но предпочитает молча сидеть сложа руки за последней партой у окна. Так они и учатся до выпускного класса. Ссорятся. Вроде мирятся. Вновь ссорятся. Среднего не дано. Но в последнее время, ссоры были слишком… Просто слишком? Чонгук желал ему смерти. Красочной смерти, подогревая всё это дерьмо яркими, обидными выражениями в сторону загнанного в угол, во всех смыслах, бедного парня. Тэхён чаще приходил домой побитый. Чаще приходил в школу с синяками под глазами, тёмными и, казалось, бездонными. Он слишком быстро худел, бледнел и всё больше походил на труп. Чонгук же тогда нарадоваться не мог, ведь это плюс одна победа в его копилку. До тех пора пока не случилось это. ***

…Осенние пожары под ногами и слякоть. Холодные руки и много кофе у причала. В трубку телефона я очень долго плакал. И мне жаль, что эти слёзы тебе посвящались…

Дождь неприятно моросит на улице. Руки трясутся от холода и дикой истерики. Кто мог подумать, что его просто не станет? Новость о том, что в заброшенном здании бывшего общежития был найден изувеченный до неузнаваемости труп подростка. Тогда Тэхён пропал. Был, а потом резко исчез. По некоторым сохранившимся приметам мать Тэхёна определила своего сына. Тот, холодный кусок бледного и гнилого мяса. Внутри Чонгука всё сразу поменялось. Будто выбили из-под ног землю. Вырвали сердце. Заживо освежевали. Откачали весь кислород из лёгких. Казалось, тогда умер не Ким, а Чон. Слёзы сами беспрерывно лились из глаз на протяжении двух недель. Он был болен, но понял это слишком поздно. Его болезнь носила всем известное название «Любовь». Вот почему его тянуло к этому непонятному, интересному, странному парню. Вода в ванной давно остыла. По холодным рукам, что держали крепко голову за волосы, текли слёзы. Он плакал долго и горько. Если бы он знал, что видит его последний раз, что слышит его басистый, но при этом безумно приятный голос, он бы ни за что не отпустил его никуда. Держал рядом. На день, когда непривычно холодного и бледного Тэхёна хоронили, шёл дождь. Проливной. Казалось, небо плачет. Горюет по ангелу. Только Миссис Ким, мрачная и бледная, как её сын, пришла на похороны. Теперь никто не улыбнётся квадратно. Никто не назовёт Чона миленько «Гуки», а потом сильно ударит по лицу. Чонгук больше не сможет обнять. Поцеловать мягкие, он уверен, сладкие губы. Не сосчитает созвездия родинок на спине. Теперь единственным другом мёртвого тела будут черви.

«Слышишь? Расскажи кому-то другому про дружбу басни. Я понял. Ты ведь совсем не знаешь меня. По плечу один раз. Рукопожатие один раз.»

Последняя ссора ярко отпечаталась в сознании. Тогда его слова сильно задели Чона. Но если бы он знал… Он бы просто не обратил внимания на все их ссоры и невзгоды, запомнил бы все мелкие черты осунувшегося лица. Те длинные, мелко дрожащие ресницы. Мелкую родинку на носу. Орехового цвета глаза, наполненные всемирной усталостью.

«Блять, просыпайся. Тебе же пора что-то менять. Правда?»

Чонгук пытался. Он пытался попасть к нему в лучший мир. Смотрел на всех загнанной ланью. Долго по ночам не мог уснуть. Кошмары. Бредовые мысли. Тогда мать Кима долго проклинала его, обещала посадить за решетку, обвинила во всех смертных грехах, в смерти сына. Миссис Чон пыталась вернуть сына в норму. Она знала всё. Понимала. Хотела помочь. Но всё бесполезно.

«В письменной форме. И в устной. Поведай тысяче своих фанатов, как тебе плохо. Они поверят. Они посочувствуют. Только мне уже. Слишком больно. И слишком похуй.»

Чонгук искал его везде. В воспоминаниях. В привычных местах. В голове. Молил всех богов, чтобы они вернули его. Дали шанс. Но всё было бесполезно. Мёртвого не вернуть. Как-то Чон даже пытался отрыть гроб Тэхёна и проверить, что он жив и всё в порядке, но его на пол пути поймали, за шкирку, как могли, оттащили и вкололи в бедного парня дозу успокоительного. Потом проблемы с полицией. Алкоголь. Шлюхи. Немного наркотиков. Мать Чона совсем сошла с ума. Ходила с сыном по всем врачам. Пока не нашла того, кто смог вернуть в Чонгука хоть каплю жизни.

Знаешь, Это капилляры внутри рвались, как шёлк. Самое тёплое, самое светлое. В урну. На твои похороны никто не пришёл. Потому что ты умер. Просто внутри меня. Ты умер.

Антидепрессанты. Розы каждый день на могилу. Подготовка к экзаменам. Чонгук вернулся к жизни. Приходил каждый день на могилу. Приносил розу. Красную. Рассказывал немного из жизни. Любовно осматривал фотографию и трепетно ухаживал за могилой. Потому что мать Тэ состарилась слишком быстро и не могла поддерживать участок в приличном состоянии, хватало сил только на громкие всхлипывания рядом с надгробием. Она простила Чонгука, попросила прощения и по-доброму называла его сыном, рассказывая какие-то истории из детства Тэ. Руки у Чонгука теперь всегда холодные. Так же как и сердце. Нет, он конечно пытался завести отношения, но как-то не складывалось. Он просто не мог забыть. Даже с закрытыми глазами сознание Чона посещал Тэхён. Глюк. Ведь у парня теперь всё плохо с психикой. Время утекало сквозь пальцы. Чонгук сдал экзамены. Поступил в университет на другом конце города, а это значило что? Правильно, то, что он не сможет так часто приходить на могилу, приносить розы. Это было тяжёлым шагом. Несмотря на пройденное время, Чонгук всё так же, по ночам, плакал навзрыд. Он не мог отпустить. Не мог простить себя. Кошмары так же не думали отступать. *** Это последний день перед отъездом. Чонгук волновался жутко. Пришёл к Тэхёну прощаться. Много слёз. Руки и ноги дрожали. Взрослый парень просто не смог сдержаться. Надо было отпустить прошлое, но это было так сложно и так больно. — Как такое может быть? Тебя забыть я не могу…— на кладбище холоднее чем за его территорией. Вокруг ни души. Несколько воронов, что с надеждой ждут того, что Чон оставит после себя что-нибудь поесть, а он принёс. Любимые конфеты Тэхёна были аккуратно разложены на слегка покосившемся столике. Вороны резко встрепенулись в ожидании того, что парень скоро уйдёт. — И как теперь убить любовь свою? — Чон грустно улыбается, поднимается с места, прощается и выходит за решётку маленького участка. Он всё такой же красивый, неприступный, но сломленный. Растоптанный, как игрушка, как нежная роза, чей букет он принёс в последний раз. Как бы он хотел принести живому Тэхёну такой. Закушенная губа, напряжённо сжатые кулаки и он пытается свободно вздохнуть. Недавно сообщили о том, что убийцу нашли, посадили. Ох, как же он хотел врезать этому уроду. Выбить всю дурь. Растоптать, как он сделал это с ним и с Тэхёном. *** На улице давно светило яркое солнце и радовало людей. Всех, кроме Чонгука. Весна, пора цветов и любви. Везде снуют сладкие парочки. Дети играют на площадках. Даже у животных своя романтика. Отовсюду пахнет цветами. С того момента, когда Чонгук уехал из родных мест, прошло два с половиной года. Парень гордо носит звание отличника, красавчика, третьекурсника и холодного принца, потому что сердце его давно занято и погребено под толщей земли. Оказывается, он однолюб. Весна больно давит на виски тяжёлыми воспоминаниями, заставляя окунуться в воспоминания школьной давности. Чонгук кусает губы и держится из последних сил, но его добивает сладкий запах роз из цветочного магазина неподалеку от университета. Ноги сами несут парня в магазин. Он прикрывает глаза, втягивает приятный аромат и шагает внутрь, слыша звон маленького дверного колокольчика. Чон открывает глаза и видит спину продавца-консультанта, что смутно напоминает ему кого-то. Он оглядывается назад и по ногам определяет молодого человека. — Добрый день. Вам букет для девушки? — задаёт сладкий бас, заставляя Чона слегка вздрогнуть. Он не совсем уверено отвечает «да, алые розы, пожалуйста», и пытается взглянуть в лицо работника магазина, всех богов моля о том, чтобы это был просто очередной красочный глюк. Продавец поворачивается как в слоу мо на Чонгука, и в растерянности роняет маленький букетик из полевых цветов на пол. Сердце Чонгука пропускает пару ударов и, кажется, останавливается вовсе, только через минуту быстро разгоняясь до предела. Глаза Чона цепляются за бейджик, где все его опасения подтверждаются. Он поднимает глаза на лицо парня, предположительно на чью могилу он ходил все эти продолжительные годы и детально рассматривает его точёные черты. Пышные, длинные ресницы. Большие ореховые глаза. Родинка на кончике носа. Сладкие приоткрытые губы. В меру пухлые, румяные щеки. — Тэхён, — пробует на слух Чонгук и наблюдает за тем, как в больших, родных глазах собираются крупные градины слёз. — Г-гуки? — слегка хрипло спрашивают у него, получая тихое «да», он втыкается в широкую грудь напротив и тихо плачет, цепляясь тонкими, длинными пальцами за чёрную рубашку парня, оставляя на ней тёмные, солёные пятна. Чонгук прижимает крепко хрупкое тело к себе и про себя, как мантру, повторяет: «не отпущу». Плачет и старается не всхлипывать и шмыгать носом, потому что он вырос, он сильный, он должен. Слёзы, впервые за долгое время, счастья скатываются вниз по щекам и падают на Тэхёна. На живого, тёплого, родного Тэхёна. Он бормочет что-то о «скучал» и «боялся», а Чонгуку охота поднять его на руки и унести к себе в квартиру, посвятить ему все свои стихи, рисунки, всего себя. Когда они наконец-то наплакавшись, нехотя, отстраняются друг от друга, присаживаются на мягкий диван, Чонгук отвечает на все его вопросы — как немые, так и озвученные. Рассказывает всё о случившемся, о трупе, о горе, о депрессии и продолжает медленно придвигаться к Тэ, приобнимая его за талию. Показывает, даже можно сказать, демонстрирует свою правую руку, забитую от и до витиеватыми розами, а в середине этого безумия красуется узорное «Ким Тэхён». Может, это безумие, но это безумие настолько сладкое и тянучее, что попав туда один раз, не выберешься никогда. В свою же очередь, Тэхён рассказывает о том, что копил тогда деньги, а когда собрал нужную сумму, уехал, никого не предупредив. И тут на руку труп подростка. Тэхён просто хотел свободы. Начать жизнь с чистого листа, жить и наслаждаться жизнью, а не выживать изо дня в день. Он тогда выкинул симку, зарёкся не заходить на старые странички в соц. сетях, жить с начала, забыв о всех. Он рассказал о том, как болело сердце по матери, как долго он не мог устроиться на работу, как попадал в неприятности, как нашёл этот цветочный магазин и как жил до этого времени. Руки цепко держались за руку Чона, не отпускали ни на секунду, а он и не был против, приобнимая Тэхёна. Тогда Чонгук запомнил всё в мельчайших подробностях. Сладкий, нежный поцелуй, заставляющий сердце больно сжиматься. Помнил шелковистые светлые волосы, тонкие пальцы рук, что гуляли по груди и цеплялись как кошка когтями. Букет тогда Чонгук впервые подарил Тэхёну. Купил на все деньги алых роз и вручил Тэхёну. Долго не хотел отпускать, выпросил его номер и проводил до дома, до этого просидев с ним в магазине до конца рабочего дня. Дома Чонгука рвало на части от радости. Хотелось кричать в окно как полоумный. Скакать по кровати, как ребёнок. Пойти совершить какую-нибудь глупость, так, чтобы потом было стыдно, но хорошо. Тогда-то Чонгук впервые написал что-то не пропитанное от и до болью и грустью.

Это не просто совпадение. Даже если я лишусь дара речи, Я смогу сказать, что ты единственный. Каждый стук сердца, каждая клетка моего тела — Принадлежит одному тебе. Это ты. Это всегда был лишь ты. С первого взгляда, Я почувствовал, будто знаю тебя целую вечность. В прошлых жизнях, в далеком будущем, До зарождения жизни, после самой смерти — Мы всегда были вместе. Я утопаю в тебе, Я парю рядом с тобой, Словно ты — центр моей вселенной. Ты и есть моя вселенная. Ты. Мой мир — это ты. Моя путеводная звезда, моя опора. Даже закрыв глаза, я вижу тебя. Даже не имея карты, мои ноги сами приведут меня к тебе. Может, это проделки природы. Может, это судьба. Ты — солнце, а я цвету под твоими нежными лучами. Трепещу в ожидании того, Что когда-нибудь ты заметишь, Что здесь, на земле Кто-то рождён для встречи с тобой Кто-то живёт ради встречи с тобой Так будь же со мной Я понимаю тебя, Я тоже напуган тем, что все предопределено, Но это не ошибка — Боги и ангелы лишь направили нас. Это кажется невозможным, но мы нашли друг друга. Бок о бок, как и прежде, Но я уверен, что что-то изменилось. И когда все покровы сорваны, Я всегда знал, что это ты Всё встало на свои места. Но этот момент Без сомнений. Словно приведение Я люблю тебя. Я люблю тебя

Потом, утром он вручил Тэхёну еще один букет роз на заныканные деньги, и белоснежный конверт со стихотворением. Наконец-то они обрели любовь. Своё счастье. После стольких лет.