Вы того?

      Я здорово его погоняла по всему залу. Стоит отдать ему должное, ловкости ему не занимать, и единственное, чего мне удалось добиться — это попортить ему одежду.       — Ну, чего ж ты бой никак не примешь? — спросила я его, делая очередную попытку достать его справа. Он так и не взялся за рапиру, прыгая вокруг с ножом в руке. Из чего я сделала вывод, что фехтовать он все-таки не умеет. И вот тут я совершила ошибку и, видимо, расслабилась, ощутив свое мнимое превосходство. Финн повернулся, отступил назад, а потом резко сократил дистанцию, пропустив мой клинок мимо. Одновременно он схватил меня за руку и дернул на себя. Я потеряла равновесие, выставила вперед ногу и замерла в позе метателя дисков. В живот мне ткнулось что-то твердое. Я глянула вниз. Рукоять большого, похожего на армейский ножа упиралась мне в солнечное сплетение.       — Лезвие 15 см, — сказал Финн. — Зазубренное. Истечешь кровью за пару минут.       — Читерство, — выдохнула я, выпрямляясь. — Какое же это фехтование?       — Вместо ножа может быть лом, и тогда он раскроит тебе череп, — игнорируя меня, завел Флеймс. — Или осколок стекла, тогда он вонзится тебе в глаз. Или просто прут, тогда он окажется у тебя в ухе и — хе-хе — расшевелит мозги. Ну, а ножом очень удобно перерезать глотку.       — Да при чем здесь все это? Речь о поединке на рапирах.       — Я ведь тебе говорил, а ты как всегда: в одно ухо влетело, из другого тут же вылетело. Убить можно чем угодно.       — А ты, похоже, забыл, что я не собираюсь никого убивать. Все это нужно, чтобы отгонять призраков.       Надув щеки, Финн закатил глаза и шумно выдохнул.       — Да, да, — нетерпеливо перебил он, — неважно.       Джордж тем временем, даром что грузный парень, бесшумно подкрался к нему сзади с рапирой в руке. Может, конечно, взгляд выдал меня, хотя сомневаюсь. В общем, Флеймс быстро повернулся, словно у него были глаза на затылке, и вскинул руку с зажатым в ней ножом. Точный и короткий взмах сбил с курса рапиру, что должна была, видимо, ужалить Финна в спину. Тут я тоже подняла оружие и сделала выпад. Сейчас я ткну его легонько в ребра и мигом спесь собью…       Как бы не так! Он опять увернулся, вцепился в мою руку и два приема меня скрутил. Клинок остался при мне, и я могла сколько угодно им размахивать. Насколько позволял поворот кисти. Мое запястье было прижато к плечу Финна, а сама рука неудобно тянулась почти на уровне плеч, я будто обнимала сама себя. Со второй то же самое, она оказалась ровно под другой. Итак, руки крест-накрест, одна нога повисла в воздухе, а я сама чуть завалилась назад. Финн еще и умудрился развернуть меня на моей же пятке, чтобы закрыться мною от Джорджа. Я не могла податься вперед, меня сковывали собственные руки, оставалось лишь балансировать или падать назад, на Флеймса.       — Тадам, — объявил он, — вы продули.       Джордж посмотрел на свою рапиру, словно это она была во всем виновата, и пожал плечами.       — Ты жулик, — сказал он.       — Колкость глаз не колет, — я догадалась, что Флеймс осклабился. — И кто бы тут о жуликах заикался, вы, бесчестные бандиты. Двое на одного, ишь.       И тут, конечно же, по закону подлости, когда мы с Джорджем хмуро обдумывали, как мы вдвоем уступили почти безоружному Финну, в комнату вошел Локвуд. Он замер на пороге и приподнял брови. Мы уставились на него. Повисло недолгое молчание.Взгляд Локвуда скользнул по Джорджу, потом по мне и Финну. Я вдруг поняла, как двусмысленно смотрится наша позиция со стороны. Я принялась вырываться.       — Пусти меня! — прошипела я Финну.       — Ааа, — понимающе протянул он, — боишься, что кое-кто неправильно поймет?       — Ничего я не боюсь, просто хватит уже ко мне прижиматься!       — Не я прижимаюсь, а ты. Не падай на меня.       Локвуд прошел мимо и пошарил на столе. Похоже, его вообще не интересовало, что происходит. Джордж прислонил рапиру к креслу и вновь опустился в него, потянувшись к пончикам на блюде.       — Я перчатки не могу найти, — говорил Локвуд, перебирая вещи и осматриваясь. — По-моему, я их тут как-то бросил…       Он повернулся и оказался почти лицом к лицу со мной. Я ощутила, как начинают пылать щеки, и открыла рот, чтобы объясниться, но Флеймс сыграл на опережение и хихикнул:       — Может, мне стоит рассказать ему, что случилось тогда?       Локвуд снова слегка приподнял брови. Я попыталась пнуть Финна в колено.       — Когда? — оживился Джордж.       — Прекрати! — почти крикнула я. — Это… не считается! И вообще было под влиянием момента!       Ухмыляясь, он разжал руки. Я вывернулась, ощущая, что у меня предательски горит лицо.       — Однажды Люси сама расскажет, — сказал Финн Джорджу. — Когда перестанет смущаться, словно ее никогда не целовали.       Я задохнулась. Локвуд отвернулся, прикидываясь, что не расслышал. Его вниманием вдруг завладела Эсмеральда, из которой выбилась солома. Джордж уронил пончик. «Упс», — негромко сказал Флеймс и, покосившись на меня, на всякий случай сделал пару шажков в сторону выхода. Джордж открыл рот, закрыл рот, переводя выпученные глаза, казавшиеся из-за очков еще больше, с меня на Финна. Он поднял руку, ткнул пальцем в меня, медленно перевел указующий перст на Флеймса.       — Вы… — начал он и запнулся, видимо, не в силах подобрать слова. — Так вы… того?       — Это ты того! — рявкнула я. — Вы оба!.. О чем ты подумал, Джордж?!       «Эмм», — протянул Джордж и посмотрел на Финна. Тот сунул руки в карманы, засвистел и, повернувшись на каблуках, ретировался. Я устремилась следом, чтобы отвесить ему хорошенького пинка, гонимая плохо скрываемыми ухмылками товарищей.