Тупые подкаты.

Бакуго само раздражение, гнев и злоба этой земли. Он выходит из себя чаще обычного и взрывает вокруг себя всё, что попадается под руку, но не того, кто этого действительно заслуживал. — Оу, я только сейчас заметил, — звучит за спиной раздражающий до глубины души голос, но Кацуки старается не реагировать, он, мать его, само спокойствие и гармония, продолжая смотреть в раскрытую папку с делом, — у тебя отличный зад. И звонкий шлепок эхом отражается от стен агентства, а Бакуго чувствует как левая ягодица полыхает огнём. К счастью и здоровью всех, никого нет на месте. Его что, только что шлёпнули по заднице? Его, выдратьвсемглоткикчертям, только что шлёпнули по заднице и сделал это, никто иной, как его непосредственный начальник? Это что, домогательство на рабочем месте или тупой плоский стёб? Бакуго даже не знает как реагировать, находясь в полнейшем замешательстве. Потому что отреагировать — оскорбиться и признать, что его сейчас унизили как девку. А Кацуки не девка. И если помолчать, то спустить ситуацию с рук и возможно, что в следующий раз его облапают за грудь, зажав где-нибудь в лифте. Ну почему, почему из всех агентств он пошёл сюда? Мёдом ему, что ли, тут было намазано? Даже Фумикаге не пошёл в это агентство, а он тут, между прочим, проходил стажировку! — Может ночью погуляем по крышам? — звучит сзади жаркий шёпот, а по спине мурашки. Кацуки подрывает к чертям папку с документами и резко разворачивается. Точнее, пытается это сделать, но его уже скручивают и со спины к нему прижимаются, а крылья облегают спереди, закрывая обзор. — Ну тише, моя строптивая девочка, я только проявляю знаки внимания, — хохочет Ястреб куда-то ему в лопатку. И Бакуго это бесит ещё больше. Почему кто-то, на полголовы ниже его ростом, а может и ещё меньше, Кацуки как-то не приглядывался, может с такой лёгкостью его обездвижить? — Отпусти, — рычит Бакуго. — Чтобы ты попытался свернуть мне шею? Ну уж нет! — усмехается герой и легонько щипает его за правую ягодицу. — Просто хватит ломаться и пошли на свидание. — Ты охренел? — Кацуки багровеет, но не только от злости. От согревающего тепла сзади, от того, что Ястреб приятной наружности и действительно нравится Бакуго. А ещё ему нравится заводиться с пол-оборота. — Ну, ты же хочешь, я то знаю, — Бакуго чувствует прикосновение влажных губ к шее и поражённо замирает. — Несмотря на всю твою экспрессию, по тебе сразу видно, что ты хочешь быть снизу. — Я... — Я не Мидория, я умею видеть между строк, — и невесомый поцелуй сменяется болезненным укусом. — И я умею доставлять удовольствие. Хватит ломаться, принцесса. — Я сверну тебе шею, — обещает Кацуки, раздражаясь и позволяя чувствам завладеть собой. А ещё он в предвкушении. — Можешь попытаться, — Ястреб отпускает его, отступая назад, — после того, как я тебя оттрахаю.