Быть омегой

Никогда бы не подумал, что начинать жизнь заново может быть так трудно. Когда-то я мог только мечтать об этом, хоть и смутно представлял, какой она будет. Я думал, что буду работать не покладая рук, находиться в постоянном одиночестве в попытках начать значить для себя и общества хоть немного, а после… Если так подумать, я даже не знал, что будет после. Правда, и сейчас моё будущее было крайне смутным. Как я буду существовать в обществе? Будем ли мы с Алексом вместе всю жизнь или это всего лишь временный, но значимый для нас роман? А школа? По идее, для того, чтобы у меня было хоть какое-то будущее, надо получить какое-никакое образование. Что с этим делать? Этот вопрос, как и многие, многие другие занимали мою голову постоянно. Каждый день. Каждый час и каждую минуту. Но даже с ними справиться было проще, чем с мыслями об отце… Пропал без вести. Как удобно. Никакой ответственности за свои действия, никакого наказания и, я уверен, никакого раскаяния. Ненавижу. За все эти годы мучений, за все мои проблемы со здоровьем, проблемы с головой, отсутствие друзей, за мать, за вечные пьянки, наркотики, крики, побои, за насилие, за всю мою жизнь. Вот только, он всё же мой отец… Иногда я думал, а что если бы он умер? Спился или передознулся… Понял бы он свои ошибки? Понял бы, каким мудаком был? Смогли бы мы когда-нибудь сесть и поговорить как семья? Смогли бы общаться, как в детстве? Смогли бы быть… семьёй? Ответа не было. Как и чёткого отношения к нему. За то время, что мы не виделись, я и правда начинал скучать. Я потерял семью. У меня не осталось больше ни одного родного человека. Бабушки не стало давно, дядю я не знал, от отца сбежал, а про мать и говорить нечего. На её могиле я не был ни разу. Существует ли она вообще? Тяжело. Очень тяжело думать об этом. — Ян, — из омута мыслей меня выдернула хлопнувшая дверь в прихожей, — я дома! Смотри, что принёс тебе! — И-иду. Каждый раз, когда Алекс приносил что-то домой, меня одолевал неподдельный интерес. То необычные фрукты, то разная еда, совершенно удивительная на вкус, то какая-нибудь обновка моего гардероба. В этот раз было комбо. — Так много! — от удивления я застыл перед пакетами, не представляя с чего начать их разбор. — И всё тебе, — Алекс нежно положил руку мне на плечо и наклонился к щеке, — Можно? Просто душка. Этот альфа ещё ни разу не поцеловал меня без разрешения. Даже в щёку. Мило, хоть и весьма напряжно. — Знаешь, ты можешь не спрашивать моего разрешения. Я ведь живу у тебя… — У нас, — перебил на середине фразы, — Это и твой дом тоже. Ты полноправный хозяин этой квартиры, не забывай, ладно? А разрешение, — на секунду он смутился, — Мне до сих пор неловко целовать тебя просто так, как будто бы мы… ну, ты понимаешь… как пара? Нет, с этим альфой явно что-то не так! Где вся дерзость и нахальность их пола??? Алекс краснел аж до самых ушей, прятал синие глаза под копной кудрявых волос, перебирал пальцами и бормотал себе под нос. Ей, богу, словно девственник… Секунду, а девственник ли он? Если так подумать, то его первый поцелуй забрал я, хотя одно другому не мешает правда? Вот уж вопрос-вопрос. — И-извини, — бархатный голос и рука, упавшая с моего плеча, вернули меня в реальность, — Я задел тебя? Мы никогда это не обсуждали, хотя конечно, надо было бы, и уже давно. Нет, ты не подумай, я не хочу на тебя давить, все дела. Но мы ведь спим вместе и целуемся, пару раз, конечно, ну всё же. Мне было интересно, вернее, я хотел узнать, чувствуешь ли ты что-то ко мне и кто мы друг для друга? О-опять же я ни к чему не обязываю и не хочу ставить в неловкое положение, просто ты и я, и… Не дав ему договорить, я потянулся к его губам и слегла коснулся своими. По телу пробежала мелкая дрожь, на губах и кончиках пальцев запрыгали маленькие иголочки, а кровь прилила к щекам, разукрасив их в ярко-розовый цвет. Мне было приятно целовать его. После Хариса мне казалось, что я уже никогда не почувствую влюблённости не только в альфу, да и вообще в кого-либо. Но Алекс — невероятный. Мягкий, нежный, заботливый, немного неловкий, где-то дурашливый, постоянно улыбающийся и любящий меня человек. Не скажу, что я любил его. Но дать шанс, хотелось очень и очень сильно. — Я думаю, мы всё-таки пара, — почти неслышно пробубнил я, — по крайней мере, давай попробуем ей быть? — Шутишь? — Да вроде нет… — Я люблю тебя! — У-угу — И никогда не разлюблю! — радости Алекса не было предела, он чуть ли не прыгал от счастья. Его буквально распирало изнутри от моих слов, — Идём на свидание! — С-сейчас? — ДА!

***

Кажется, за эти несколько месяцев я и забыл, что такое свежий воздух, что такое колющий кожу мороз, мягкий снег и яркое солнце, играющее своими лучами в заснеженных деревьях. Красиво, и уже не холодно, как раньше. Алекс обо мне позаботился. После моего побега он обновил мне практически весь гардероб, но, как говорил он сам, для красивого омеги этого недостаточно, поэтому ещё некоторые вещи он выбирал вместе со мной в формате онлайн, в том числе и зимнюю куртку, которая и была частью сегодняшних покупок. Она понравилась мне с первого взгляда. Объёмная, тёплая, ярко-красного цвета с огромным меховым капюшоном и множеством карманов. И вот я в ней. Тепло. Светло. А на душе спокойно. Первая спокойная прогулка впервые за многое время. Да и был я не один. Рядом с мной человек, кто любит меня и готов делать всё для нашего общего счастья. — Как тебе район? — спросил Алекс спустя десять минут нашей прогулки, — Мне кажется, лучше и быть не может? — Да, правда хороший, — диалог клеился плохо, иногда нам всё ещё было тяжело находить общие темы или поддерживать общение. Хоть мы и стали «парой», до полноценных отношений нам было ещё далеко. — Знаешь, — Алекс остановился и посмотрел на меня, — я ведь не очень знаю этот город и район. Пока ты бы дома, я ходил в пару мест, но недалеко. Максимум в пятнадцати минутах, — альфа выпусти изо рта облачко пара и спрятал замёрзшие руки в карманы чёрного шерстяного пальто, — Я хотел кое-куда зайти, но подумал, что с тобой будет лучше. — Зайти? — Да, — его уши у щёки горели румянцем, а губы потрескались от мороза. Он был чертовки красив. Чем-то похож на героя турецкого сериала: весь в тёмном, на белоснежном фоне города. Казалось, сейчас набегут фотографы в попытках уловить тот самый кадр для обложки модного журнала, — Мы ведь хотели узнать друг друга лучше, разве нет? С этими словами альфа улыбнулся своей обворожительной улыбкой и, предложив мне взять его под локоть, повёл меня к загадочному месту. Идти было всего минут десять, но Алекс предложил сделать небольшой круг и пройтись по парку, часть которого была видна из окон нашего жилья. К слову, территория оказалась просто огромной. Только пройдя по его окраине мы с Алексом насчитали три озера, около пяти спортивных площадок, среди которых теннисный корт и волейбольное поле, а ещё фонтан (!) на одной из площадей. Хотелось бы мне побывать здесь весной или летом, когда всё утопает в зелени, в озёрах плавают уточки, люди играют на площадках и везде горят гирлянды, точно в детстве, пока мы с родителями были счастливы. Пока мы были семьёй. Остаток дороги, которая, кстати, выдалась весьма долгой, мы прошли молча. Каждый был в своих мыслях, не готовый открыться и выложить всё то, что терзало изнутри. Но самое главное — мы были рядом друг с другом. Я не отпускал его руки, а Алекс не одёргивал своей. — Музыкальный магазин? — мы вошли в небольшое помещение с приглушённым внутри светом, — Ты на чём-то играешь? — Немного, — Алекс улыбнулся уголком губ и воодушевлённый направился в сторону прилавка. Магазинчик был и правда небольшой, но в нём оказалось достаточно места, чтобы уместить инструменты на любой вкус и цвет: скрипки, трубы, фортепиано, барабаны, на стенах висели гитары, плакаты с музыкальными группами, фотографии звёзд и куча, куча разных пластинок. Эти ребят умудрились размесить в маленьком пространстве ВСЁ, даже огромный орган. Разглядывая причуды маленького магазинчика и прислушиваясь к ненавязчивой джазовой музыке на фоне, я подошёл к Алексу, который уже забирал свой заказ. — Итого у нас выходит 65 тысяч, — одетый как хипстер продавец запечатал коробку, — Карта или наличные? Стоп. Мне не послышалось? 65 тысяч? Да мне пришлось бы почти два, нет, почти три месяца, а может и все пять работать нон-стоп, чтобы оплатить такую покупку. А он так спокойно приложил карту и оплатил? Моему шоку и возмущению не было предела. Да кто он такой, что у него такие бабки??? Если подумать, то и квартира, с нехилым таким ремонтом, располагалась в весьма приличном доме. А постоянные подарки и полные пакеты с едой… Да кто ты такой, Алекс Джей Фралан??!! — Ты так просто отдал 65 тысяч? — спросил я как только мы переступили порог магазина, — Неужели это для тебя не деньги? — Как тебе сказать… — альфа помрачнел и задумался, — Это мой подарок от матери. На день рождения. — У тебя сегодня день рождения?! — вот чего-чего, а такого ответа я точно не ожидал услышать. — Ну, вообще-то мой день рождения уже прошёл, — видя мой шок Алекс еле сдерживал смех. — Когда? — Недели две назад. А если точнее, то две недели и три дня назад, девятнадцатого января. — Серьёзно? — в груди кольнуло, так неловко получилось, — Я не поздравил тебя… Правда, я и не знал, но… — Всё в порядке, — придерживая одной рукой огромную коробку Алекс нежно приобнял меня, — Мне было важнее, чтобы ты остался жив и был здоров. Если хочешь, можем пойти отметить? — Хочу, это ведь твой день рождения. Место пришлось искать недолго, буквально за углом расположилась кофейня, очень похожая на ту, куда ходили мы с мамой. Внутри ещё не успели убрать новогоднюю ёлку, горели жёлтые лампочки-гирлянды и электронные свечи, тихо играла музыка, небольшие столики отделялись друг от друга резными ширмами и живыми изгородями, а запах кофе и свежей выпечки наполняли зал домашним теплом и уютом. Немного пройдя внутрь,мы расположились за столиком у окна. Уже темнело, потихоньку зажигались уличные фонари и начинался снегопад. Крупные снежинки светились в свете огней, кружась в своём лёгком вальсе. — Пожалуйста, — к нам подошла молоденькая официантка и вручила меню, — Закажете сразу или подумаете? Кстати, рекомендуем пирог с яблоками, сегодня он невероятный! — Мы подумаем, спасибо, — Алекс вежливо улыбнулся и раскрыл меню, — Что бы ты хотел, Ян? — Д-даже не знаю, — было неловко, я уже и не помнил, когда был в приличном месте, от того совершенно не понимал, как правильно себя вести, — Всё такое… разное... На самом деле, я и правда был в растерянности. Столько названий, которые я видел в первые. Чай, не чай, матча, куча названий для кофе и кофейных напитков, миллион десертов и разнообразных блюд. Как понять, что из этого что? Да и цены. Не слишком ли? Не сочтёт ли Алекс дурным тоном, если я наберу кучу всего или мне не понравится то, что выбрал? Хотя мы на свидании, отмечаем его день рождения, он ведь сам предложил, верно? Как же сложно делать выбор! — Ты голодный? — Алекс перелистывал страницы, не поднимая на меня глаз, — Я бы точно не отказался от кофе и чего-то горячего, а ты? — Если честно, — от неловкости в горле застрял тяжёлый ком, — Я не понимаю, что есть что… — Помочь? — Угу… — Хорошо, — альфа пересел ко мне на диванчик и положил подбородок на моё плечо, — Что ты любишь? Сладкое, солёное, что-то полечге, с мясом или рыбой? Спустя семь минут мы сделали заказ. Алекс остановил свой выбор на бифштексе с картофелем и большим американо, а мне заказал лосося с овощами и небольшой банановый латте. Я до последнего отказывался от рыбы. Не то, чтобы не любил её, просто цена действительно кусалась, но Алекс настоял, чтобы я брал именно то, что хочу и даже не смотрел на ценник. Неловко. А вот кофе попробовать хотелось. Первый опыт был печальным, так что мой спутник предложил дать напитку ещё один шанс, сделав его послаще за счёт сиропа и добавив молока. Заказ мы ждали сидя рядом друг с другом. Алекс откинулся на спинку, моя голова лежала у него на плече, вместе мы наслаждались атмосферой этого вечера, слушали лёгкую мелодию и любовались снегопадом. Я слышал его ровное дыхание над моим ухом, громкое биение его сердца, чувствовал тепло его тела и понимал, что с ним я в безопасности и по-настоящему счастлив. — Алекс, можно задать вопрос? — наконец спросил я, повернувшись так, чтобы было видно его лицо, — Какой была твоя жизнь раньше? — Раньше? — его голос дрогнул, будто бы я задел ту самую больную струну, — Сложно так рассказать… — У нас ведь много времени, разве нет? Мне по-настоящему хотелось знать, как этот человек жил раньше. Какой была его семья, почему он учился именно в нашей задрипанной школе, если у него столько денег на такое жильё и дорогие покупки. Что он не смог мне рассказать в нашем убежище. А история шрамов на его руках? У меня было так много вопросов, но совершенно не было на них ответов. — Ну, — Алекс потёр висок, смотря куда-то глубоко внутрь себя, — даже не знаю, с чего начать... — Давай с семьи. Какой она была? Ты ведь не от хорошей жизни сбежал? — Семья, да? — альфа помрачнел в лице, на секунду мне показалось, будто он прокрутил в голове всю свою жизнь, и, готов поспорить, хорошего там было мало, — Не то, чтобы мы были семьёй. У нас были деньги. Очень много денег. И ничего кроме них. Отец и мать терпеть друг друга не могли, а я был разочарованием… На этой фразе Алекс прервался и провёл пальцами по запястьям, исполосованными шрамами и поэтому прятавшимися под плотной тканью серого свитера. Уверен, история его семьи оставила свои следы не только на руках, но и глубоко-глубоко в его душе. — Приятного аппетита! — официантка прервала наш разговор горячими блюдами и ароматным кофе, — Пирог я вам тоже принесла, как комплимент от заведения! С этими словами она мило улыбнулась нам двоим и убежала работать дальше, подпевая мотиву заигравшей в кофейне песни. — Давай начнём с кофе? — лицо Алекса в миг поменяло выражение, хотя в голосе ещё была слышна дрожь, — Мне интересна твоя реакция! Я неуверенно потянулся за высоким бокалом и, осторожно прикоснувшись губами к пенке, сделал первый глоток. — Это вкусно! — моему счастью не было предела, — Это и правда вкусно!

***

Дома мы были довольно поздно. Несмотря на лёгкую усталость и не очень-то лёгкую коробку, нам захотелось ещё немного пройтись. За это время мы успели многое обсудить. Наши взгляды на жизнь, какие-никакие интересы и даже мечты. Никогда бы не подумал, что человек может настолько сильно понимать меня, думать как я и мечтать о будущем, где у нас будет счастливая семья, полная любви, гармонии и взаимопонимания. Моё сердце трепетало от восторга, мне хотелось жить, хотелось кричать о том, насколько же мне хорошо и спокойно, но больше всего мне хотелось только одного. Сделать для Алекса какой-нибудь подарок. Что бы я мог подарить человеку, у которого есть возможность купить всё, что только душе угодно. Подарок своими руками? Не уверен, что смогу сделать хоть что-то стоящее, тем более, нет ни времени, ни материалов. Подарок должен быть сегодня. А что если?.. Нет, это слишком! Или же нет? Насколько я помню, Алекс никогда ничего не говорил о сексе. Да мы и не обсуждали эту тему, особенно после моей внезапной течки. Её мы, кстати, тоже не обсуждали. Сделали вид, будто ничего не было, и я не просил альфу выебать меня как в последний раз. Если подумать, в тот день он был в неподдельном шоке, был растерян и смущён, словно не знал, что ему делать. Может он и правда был девственником? В таком случае это был бы весьма неплохой подарок. А почему нет? Любой бы альфа хотел быстрее лишиться девственности с омегой. Решено! Это и будет моим подарком для него! Погружённый в свои мысли я и не заметил, как мы зашли в квартиру и оказались в кухне-гостиной. Алекс зажёг на окне гирлянду и устроился на диване с большой коробкой на коленях. — Ян, солнце моё, иди сюда, — снова назвал милым прозвищем и взглядом пригласил сесть рядом с ним, — Сегодня ты спросил, умею ли я играть. Есть два инструмента, на которых я играю. Это фортепиано и гитара. С этими словами он наконец-то раскрыл содержимое коробки. В мягкой подушке из тëмно-серого поролона красовалась новенькая, блестящая гитара нежно-кремового цвета с чёрной окантовкой по всему корпусу. — Вау! — от такой красоты было тяжело оторвать взгляд. — Мне тоже очень нравится, — Алекс осторожно извлёк инструмент из упаковки и, разместив её на колене, провёл пальцами по струнам, — Надо только настроить. Подождёшь? Хочу сыграть для тебя. Спустя пару минут настройки, гитара была готова. Алекс ещё несколько раз перебрал струны, подбирая песню под атмосферу и настроение. — Какую песню тебе сыграть? — его глаза горели от восторга и предвкушения первой игры. — Даже не знаю. Я не знаток музыки. — Тогда пусть будет эта, — прошептал он спустя пару мгновений и сыграл первый аккорд. «Мы уйдём из комнат, пока все спят И в коридорах нет никого Кто бы узнал и заметил Мы на крыше, и нас не пойдут искать С синим морем над головой С морем огней в головах Навсегда, знай Навсегда, и просто лежать Навсегда Мимо нас плывут стаи белых рыб Еле видимых, но живых Я бы их спас, только как Мимо нас летят на восток орлы Только ты орлов не зови Им хорошо в облаках, облаках Навсегда, знай Навсегда, и просто лежать Навсегда, навсегда Запомни лиловый рассвет Запомни горький дождь И нас, мы останемся навсегда Запомни лиловый рассвет Запомни горький дождь И нас Навсегда, знай Навсегда, и просто лежать Навсегда Навсегда Навсегда» Последние строки Алекс пропел со слезами на глазах, наверное, эта песня многое для него значила, а может, была о нас. Я не мог понять этого до конца, но точно знал одно: с каждой минутой я влюблялся в него всё больше и больше. В эту глубокую и раненую душу, с множеством секретов и терзаний, но такую большую и светлую, такую же, как его синие-синие, словно драгоценные камни глаза. — Навсегда, Ян, — прошептал он, глядя мне в глаза, — Я люблю тебя, и это навсегда. Как бы ни было тяжело, чтобы не случилось, кем бы ты ни был, я буду тебя любить, и никогда, слышишь меня, никогда не оставлю! Эти слова закрепили во мне уверенность о подарке для него. Сейчас был именно тот самый момент, то самое место и время, чтобы подарить ему его первый секс. Не думая ни секунды, я наклонился к нему и нежно поцеловал в губы. За первым нежным поцелуем последовал второй, и третий, и четвёртый, и вот мы уже целовали друг друга как в последний раз. Горячо, с наслаждением, с разрывающим тело желанием стать частью друг друга. — Погоди, — задыхаясь от возбуждения и краснея до кончиков волос, альфа отстранился, — Я… Ты… Ох, это так всё… — Не хочешь? — кольнуло где-то в груди. — Хочу! Конечно хочу! — чуть не выронив гитару из рук, взмутился он, — Просто, здесь… Ну, может, в спальне будет лучше? — Мне не принципиально, — в голосе предательски прозвучали нотки растерянности, — Если тебе так будет комфортнее. Мерез минуту инструмент оказался брошенным на диване, а я сидел на бёдрах альфы, запуская пальцы в чёрные волосы и прикусывая горячие губы. Я кожей чувствовал его желание, чувствовал его набухший твёрдый член, выпирающий сквозь плотную ткань чёрных джинс. Ему было больно, он хотел меня, но никак не мог дать волю своим чувствам и инстинктам. Поэтому мне пришлось брать инициативу в свои руки, а если быть точнее, то в свой рот. С трудом оторвавшись от сладких губ, я постепенно спускался ниже, целуя крепкую шею альфы. Сквозь ткань свитера провёл руками по его груди, животу и, наконец, оказался на уровне ширинки. Ловкие пальцы быстро справились с ремнём и молнией, оголили нежную кожу и твёрдый, горячий, истекающий собственной смазкой член. Стоило мне дотронуться до плоти кончиками пальцев, как Алекс издал глубокий полувздох-полустон, сразу закрыв рот рукой от смущения. Это было забавно. Я впервые видел, чтобы мужчина так реагировал только на прикосновения к его достоинству. Но это было лишь началом. Не заставляя его и себя ждать, я медленно провёл языком по всей длине члена и, запустив горячую ладонь под свитер, вобрал в рот головку. Мне очень сильно хотелось доставить Алексу удовольствие, поэтому, вспомнив всё, что когда-либо умел, я стал сосать ему, будто в последний раз. Языком по всей длине, потереться щекой, взять в рот на половину, выпустить почти до конца и протолкнуть вглубь почти до самой глотки. Провести пальцами по яичкам, пососать и поцеловать головку, провести вокруг языком и снова как можно глубже. Слюны и смазки было много, волосы периодически мешались, лезли в рот и глаза, но останавливаться не хотелось. — Я-ян, — Алекс задыхался от возбуждения, метался по кровати, хватал руками простыни и кусал губы, сильно зажмуривая глаза и сдвигая к переносице густые брови, — П-погоди! Сейчас кончу! Воспользовавшись секундной заминкой он сел в кровати и притянул меня к себе, усаживая на свои бёдра. — Слишком хорошо, чтобы быть правдой, — еле выговаривая слова, альфа уткнулся носом мне в шею, вдыхая запах моего тела, — Мне кажется, я скоро умру от удовольствия. — Это только начало, — мне не хотелось останавливаться, хотелось флиртовать с ним, хотелось довести дело до победного, — Поцелуй меня! Наши губы вновь слились в горячем и страстно поцелуе. Его руки гуляли по моему телу, ныряя под одежду, постепенно освобождая тело от совершенно не нужной сейчас ткани. Через пару минут мы были полностью раздетыми, разгорячёнными до предела и желающими наконец-то стать единым целым. — Расслабься, ладно? — я повалил Алекса на подушки и устроился сверху, готовый впустить в себя его член, — Я всё сделаю сам. Вот только самому это было не так просто, как казалось. То ли тело отвыкло от мужчины, то ли поза была не та, но как не старался, я не мог вставить в себя его член. Он соскальзывал, давил на узкую дырочку и совершенно отказывался проникать внутрь. На грани разочарования и страха неудачи я со всей силы надавил им на горячий вход и вскрикнул от жгучей боли внутри. Он вошёл, но как-то слишком тяжело и грубо. Больно. Больно. Больно. Останавливаться нельзя. Даже сквозь слёзы, через боль я должен доставить ему удовольствие! Я обязан! Я… — Стой-стой-стой! — приподняв меня одной рукой, Алекс вышел из меня, сняв болезненные ощущения, — Не надо так! Тебе же больно. — Вовсе нет! — страх колотил тело изнутри, — Всё в порядке! Я сделаю! Позволь мне, и тебе будет хорошо! Очень и очень хорошо! Пожалуйста, дай мне шанс! На глазах выступили слёзы. Неужели всё закончится? Я не сумел доставить альфе удовольствие. Что со мной не так? Что теперь будет? Ударит? Возьмёт силой? Страшно. Так страшно. — Эй, не плачь, — Алекс нежно погладил меня по щеке и поцеловал в висок, — Давай лучше я. Дав мне успокоиться, альфа поменялся со мной местами. Уложил меня на подушки, а сам сел между моих ног. Он посмотрел мне в глаза, почти невесомо провёл рукой по ключицам и животу, очертил пальцами шрам и дальше по бёдрам к моему стоящему члену и нежной дырочке. Ненадолго задержав на моём теле взгляд Алекс дотянулся до прикроватной тумбочки с его стороны и извлëк из неё флакон со смазкой и пачку презервативов. — Нам ведь рано иметь детей, правда? — заметив моё недоумение отшутился он. Что происходило дальше было для меня за гранью реальности. Алекс покрывал моё тело нежными поцелуями, параллельно поглаживая мой член и растягивая меня пальцами со смазкой. Сначала один, потом два, и вот уже три пальца легко скользили внутри. Тело горело, внутри всё сжималось. Чёрт возьми! Я так сильно хочу его. Всего полностью. Здесь и сейчас. — Алекс, — еле сдерживая очередной стон позвал я, — хочу тебя! Очень сильно хочу! — Хорошо, — нежно и сладко поцеловал в губы, — Я тоже… Трясущимися руками альфа распаковал и попытался надеть презерватив. Как и ожидалось от девственника, с первого раза ничего не получилось. Резинка раскрутилась, сползла, а после и вовсе порвалась после попытки её расправить. Пришлось открывать вторую. Алекс нервничал, но всё же смог справиться с этой нелёгкой задачей. — Я, — он замялся и тяжело взглотнул, переводя взгляд то на меня, то на свой член, — я вхожу… Уперевшись одной рукой в кровать, Алекс приставил свой член к моей дырочке и, слегка надавив, легко вошёл почти на половину. От неожиданности у меня перехватило дыхание и, издав громкий вздох, я сжался внутри и свёл колени, захватывая Алекса между ними. — Тише-тише, родной, — альфа медленно опустился на локти и прикоснулся своим лбом к моему, — Я подожду, пока ты привыкнешь. С ума сойти! Это первый раз за ВСЮ мою жизнь, когда мужчина даёт возможность прийти в себя, позволяет привыкнуть к чужой плоти внутри своего тела. От такой заботы и нежности щемило в груди, но возбуждение и желание было в разы сильнее, чем лёгкая, почти не ощутимая боль там, внутри. — Всё в порядке, — практически одними губами прошептал я, — можешь двигаться. — У-угу… А дальше было что-то невероятное. Я чувствовал внутри каждое его движение, каждый толчок, каждую пульсацию его вен. Он трахал меня нежно, осторожно, но с таким сильным желанием и любовью. Ловил каждый мой стон, каждый вздох, каждое движение моего тела. Алекс целовал мои губы, щёки, шею, руки и обнимал, обнимал, и любил. Да, именно любил, а не бездушно ебал, ради удовлетворения своих блядских потребностей. Под конец альфа крепко сжал меня в своих объятиях и, уткнувшись носом в моё плечо, кончил с тихим стоном, и я вместе с ним. Пока он кончал внутри, я обнимал его также сильно, как он меня. Вдыхал запах его тела, запах альфы, а на душе было так… паршиво. — И-извини, — едва придя в себя он сел у меня в ногах и сразу вышел, аккуратно придерживая презерватив, чтобы тот не остался внутри, — Надо было вытащить, но было так хорошо и я… Ты плачешь? В ответ тишина. Сам не знаю почему, но по щекам катились слёзы. Что-то разрывало мою душу на части. Было так больно, и обидно, и странно. Всё не так. Всё не такое. Этот секс. Такой нежный, страстный, желанный. Совсем не такой, к какому я привык. — Больно, — еле сдерживая рыдания и спрятав лицо под локтями произнёс я, — так больно… — П-прости, — растерянный и взволнованный Алекс лёг рядом со мной, — Где болит? Я перестарался? — Нет, — говорить было всё труднее, — Просто ты… Ты… ты был первым человеком, с которым секс был... Приятным… — Ян, ты, — его голос дрогнул, — Мой родной, не плачь слышишь? Я люблю тебя. Я не смог ничего ответить. Просто лежал в его объятиях,разрываемый от рыданий и ненависти ко всем, кто насиловал меня, ко всем, кто внушал мне, что секс — это ад. Что секс - всего лишь способ удовлетворить желание мужчины, способ удовлетворить альфу и подчинить себе омегу. Сегодня мы с Алексом занимались не сексом. Мы занимались любовью. И я знал, дальше нас будет ждать нечто большее, чем просто бездушный секс альфы и омеги.