Universe

В бесконечном пугающем космосе человек кажется лишь песчинкой, ничтожной и беспомощной, цепляющей за этот крохотный отрезок под названием жизнь. Чонгук подходит к иллюминатору и вглядывается в простирающуюся на миллиарды километров вокруг темноту, она смотрит на него в ответ и молчит. Пустая и безмолвная, за несколько лет он настолько к ней привык, что расставаться теперь почти больно. Звезды, похожие на алмазные иглы, больше не притягивают. Они короткими вспышками мелькают где-то вдалеке, но Чонгук уже не задерживает на них взгляд. Это там, на Земле, он все пытался вырваться в небо, грезил им, мечтал когда-нибудь приблизиться, сейчас, оказалось, что все, что было ему нужно уже было рядом с ним. Он проглатывает противный комок в горле, чувствует как желудок сжимают спазмы — он не ел уже порядка четырех дней и вздыхает, когда садится на кресло. Внутри давит такая пустота, что всему простирающемуся вокруг космосу с ней не сравниться. Ему понадобилось много времени чтобы смириться, но нехватка провизии на корабле его внутренние метания заметно ускорила. Он делает глубокий вдох, собираясь, и стягивает с головы шлем от скафандра. В нос сразу забивается спертый воздух, и Чонгук слышит, как работают кондиционеры, разрушая тишину мерным жужжанием. Он тянется рукой к панели на стене и нажимает на запись. — Привет Тэхён. Из головы сразу вылетают все мысли, а из груди так и рвется предательский прерывистый вздох. — Я не знаю, что сказать. Возможно, ты даже и не получишь эту запись, но мне нужно, чтобы ты знал, — он делает паузу, смотрит куда-то туда, сквозь мигающую огоньком камеру, представляя где-то там, в миллиардах километров от него, Тэхёна. Его лицо, навсегда отпечатавшееся в памяти, его чувственные мягкие губы, его потрясающе нежные руки, перевитые дорожками вен. Чонгук в последние годы и жил то только воспоминаниями о нем. Его маленькая волшебная вселенная, намного лучше той, что простирается за бортом корабля. — Я люблю тебя. Эти слова выходят так легко оттого, что Чонгук мысленно повторял их уже тысячу раз. Но сейчас они почему-то кажутся единственно значимыми. По крайней мере, Чонгук в это верит. — Прости, что так и не смог сказать это лично. Чонгук проглатывает противный собирающийся в горле комок слез и изо всех сил старается не заплакать. Перед Тэхёном даже в собственной голове хочется выглядеть сильным. — Ты знаешь, — он зажмуривается до темных пятен, собирается и впервые отпускает себя, — ты мне снишься. Каждую чертову ночь. Ты был прав тогда, я действительно эгоист. А ещё полный дурак, раз думал, что смогу забыть тебя. Он откидывается на спинку, грустно улыбаясь. — Потому что ты — единственное, что я помню. Твои мягкие волосы, родинки на спине и носу, твой смех, когда я опять произнесу какую-то глупую шутку. Твой запах. Вишня и корица. Чонгук морщится непроизвольно, борясь с накатывающими воспоминаниями, и смаргивает влагу с ресниц. Он и не думал, что это будет так больно, что душу будет дробить на части, а в сердце разрастаться черная дыра. Совсем скоро от него ничего не останется. Чонгук превратиться в оголенный нерв, движимый лишь воспоминаниями о нем, его голосом, звучащим в собственной голове. — Иногда, мне казалось, что я тебя выдумал. Что я не уходил от тебя там, не бросал одного… Это помогало хоть немного спастись от внутренних демонов, грызущих мне душу. И знаешь, я теперь понимаю, насколько же ты был прав тогда. Что мое счастье, смысл моей жизни всегда был со мной. И им был ты. — Я люблю тебя, Ким Тэхён, и поэтому я тебя отпускаю. Я надеюсь, когда-нибудь ты встретишь, или уже встретил человека, с которым будешь счастлив так же, как и я был с тобой. /flashback/ Тэхён в фартуке стоит на кухне и перемешивает тесто в большой миске. Рядом на столе лежит его телефон, из которого на полной громкости льется его любимая песня. У него волосы растрепаны и руки по локоть в муке, он пританцовывает, изредка топая ногой и пытается подпевать солистке, хотя абсолютно не знает слов. Чонгук крадучись оказывается прямо у него за спиной и, не сдержавшись, хлопает по пятой точке, неожиданно подпрыгнувшего от его действия Тэхёна — Чон Чонгук! Какого черта ты делаешь?! — кричит он скорее от неожиданности, но тут же растворяется в лукавой улыбке напротив. — Что это ты тут готовишь? — Чонгук заглядывает за спину повернувшемуся Тэ и тут же отгребает по потянувшейся туда руке. Тэхён притворно хмурится, когда шлепает его по запястью, пачкая его в муке, и разворачивается обратно, намереваясь продолжить то, от чего его так нагло прервали. — Не скажу теперь, — обижается Тэхён, но Чонгук отчетливо слышит в его голосе смешинки. Он обнимает его со спины, не обращая внимания на тэхёновы возмущения о том, что он тут ему вообще-то мешает, и кладет голову ему на плечо. Мягкие тэхёновы волосы щекочут щеки, а в нос забивается самый родной запах. Чонгук сколько им дышит — не надышится. Потому что Тэхён пахнет домом. Он прикрывает глаза, окунаясь в затапливающее его с головой счастье и надеется, что так будет всегда. /end of flashback/ Чонгук рывком возвращается из воспоминаний и чувствует, как разрастающаяся внутри дыра тянет, душит, поглощая в себя все воспоминания. От этого больно почти физически. Ему будто ломают все кости изнутри без анестезии. Тэхён в его голове самое лучше, что у него когда-либо было. Он улыбается самой нежной улыбкой, смотрит прямо ему в глаза, и Чонгук чувствует, как рассыпается на атомы. — Я скоро усну, погружусь в сон из которого скорее всего больше никогда не выйду. И надеюсь, что там, во сне, я увижу только тебя. Надеюсь что там, ты улыбнешься мне, думаю, мне хватит и этого, чтобы быть счастливым. — Тэхён… Он делает паузу, чувствуя, как по щеке скользнуло что-то мокрое и растворилось в воздухе, подхваченное гравитацией. — Давай встретимся в следующей жизни. Обещаю, я буду все так же любить тебя. Чонгук делает глубокий вдох и трясущимися пальцами нажимает на кнопку выключения. Пора. Где-то там в космосе небольшой корабль прорезает пространство, мерно плывя в абсолютной темноте. А далекие галактики мерцают в равнодушной вселенной в окружении звезд. Чонгук ложится в капсулу и закрывает глаза, где-то на границе сознания ему видятся мягкие тэхёновы волосы и теплые кофейные глаза.