мутная печаль моя

Смутную печаль мою, мутную печаль Мелкий снег сегодня снова чуть припорошит.

Чуя шел по длинному, и, казалось, бесконечному коридору плотно закрытых дверей, вдыхая до тошноты приевшийся запах перегара, запах одиночества, чем веяло от каждого косяка.

Смутная печаль моя, мутная печаль — Ветер вновь над ней сегодня тихо ворожит.

На улице было холодно. Шел мелкий противный снег, который чуть припорашивал заледеневшую каменную землю, потихоньку окрашивая все вокруг в белый. Небо над головой было туманно-серым. Ни солнца, ни даже его бледного призрака нигде не было видно.

Смутная печаль моя, мутная печаль, Словно шкура чернобурки, хорошая на вид.

Чуя полной грудью вдохнул режущий горло морозный воздух, который почему-то вгонял в еще большее уныние. Он запахнул свое черное пальто, такое же черное, как и пейзаж вокруг, если бы не был припорошен пока еще девственно чистым снегом.

Смутная печаль моя, мутная печаль Снежной ночью замерзает, на ветру дрожит.

Выйдя на свежий воздух, Чуя наконец почувствовал, как же сильно от него несло таким же спертым перегаром, как и в помещении. Такими темпами он превратится в спившегося неудачника, как и твердили ему все вокруг. Но тем не менее каждый вечер, каждый вечер каждого ненавистного дня он открывал по бутылке дорогого вина. Эта жидкость, напоминающая ароматную тягучую кровь, составляла мужчине единственную компанию вот уже несколько месяцев. С тех пор, как ушел Дазай…

Смутная печаль моя, мутная печаль Ничего не бережет, ничем не дорожит.

Осаму Дазай имел множество приятелей и несколько близких друзей в кругу мафии. Как не стало Одасаку, тот пробыл в мафии от силы неделю, пока не сбежал куда-то восвояси как последний предатель. Неужели этот проклятый суицидник никогда не считал ЕГО своим другом? Тем, ради кого стоит остаться?..

Смутная печаль моя, мутная печаль Только смертью одержима, радостей бежит.

В тот день Чуя всю ночь просидел на подоконнике у окна, прислонившись к его холодной поверхности разгоряченным лбом. «Это не может быть правдой», — думал он. Наивный идиот. Он больше никогда не вернется.

Смутная печаль, мутная печаль!

За окном была непроглядная тьма. Такая липкая и густая, что, казалось, открой окно и она затечет в залитую тусклым светом серую комнату, засасывая в свой черный водоворот самого Чую.

Страх меня не покидает, душу бредит.

Никогда еще не было такого навязчивого желания сдохнуть. Если кто-то скажет, что алкоголь- это не выход, — не верьте. Это выход ровно на два-три дня, пока не протрезвеешь и не захочется сдохнуть в два раза сильнее, чем было до этого.

Смутную печаль, мутную печаль, Киноварью на закате солнце озарит.

Чуя стоял неподвижно, медленно вдыхая будто бы мертвый, холодный, как труп, колючий воздух. Он смотрел потухшими глазами куда-то за горизонт и думал, сможет ли и вправду когда-нибудь убить Дазая.