Соня

      Свежевыпавший снег тихо хрустел от тяжёлых шагов поношенных кроссовок. Но для Него, идущего в одиночестве поздним вечером по засыпающему городу, этот звук был громче взрывов. Внезапно Он остановился, поднял голову к бездонно чёрному небу и сделал несколько глотков из бутылки Гаража, которую нёс в руке, швырнул её в ближайший сугроб и закурил. — Сука… Почему ж всё закончилось так паршиво, блять… — прошептал парень, выдыхая тяжело поплывший в воздухе дым. — Это просто, блять, смешно, — хрипло закашлявшись от слишком глубокой затяжки, обратился Он в пустоту и с болью усмехнулся, закусив губу, чтобы сдержать слёзы.       Тлеющий окурок полетел вслед за бутылкой. С трудом достав телефон из кармана джинс закоченевшими пальцами, парень зашёл в мессенджер и начал набирать сообщение единственному человеку, который всегда ответил бы ему. Привет… Можно я у тебя сегодня переночую? Доставлено, 21:19 Ответ пришёл практически мгновенно. Конечно. Тебя встретить? Входящее, 21:20 Нет. Буду где-то через полчаса. Спасибо. Доставлено, 21:20       Следом пришло уведомление, но парень уже убрал телефон обратно. Снежная корка тротуаров, дворов и тропинок лениво потрескивала под подошвами.

***

      Мелодично постукиваясь друг о друга, три бутылки бордово-алой жидкости медленно ползли по кассовой ленте. — Паспорт есть? — недовольно скривив лицо, спросила полная женщина с седым ёжиком волос в вырвиглазной жёлто-зелёной форме далеко не первой свежести. — На замене. — сухо бросил парень и достал карту из внутреннего кармана толстовки. — Без паспорта не продам. — гнусаво ответила кассир, словно за каждое слово ей урезали зарплату, и начала убирать алкоголь с ленты. — Алло, где я тебе его возьму? Он на замене, сказал же. Двадцать мне исполнилось. — злость начинала закипать, такое случалось уже не в первый раз. — Много вас тут, алкашей малолетних. — выплюнула кассир. — Будет паспорт, тогда и придёшь. Иди отсюда, пока ментов не вызвала! — Да и пошла ты нахуй, блять… — психанул Он и вышел из магазина. Он никогда не любил покупать что-либо именно здесь, но по закону подлости, это был ближайший магазин из всех.       Телефон в кармане завибрировал. Хорошо Входящее, 21:20 Ты идёшь? Я взяла тебе кое-что Входящее 21:48 Да, подхожу уже. Что? Доставлено, 21:49 Увидишь Входящее, 21:49       Он достал наушники и включил первую попавшуюся песню, которая идеально подошла под Его настроение. Музыка едко-кислотными волнами басов заполняла сознание, по-немногу притупляя раздражение. Незапланированный по прогнозу ветер издевательски поднял с земли пригоршню снега и бросил в лицо, заставляя поморщиться и вытереть мелкие ледяные капли ладонью.       Сумеречную тишину разорвал отвратительный звук, слышимый даже через наушники — визгливый хохот девушки и хриплый гогот нескольких парней. Он вытащил наушники и увеличил шаг — чаю Ему в этой компании точно не предложат. Смех внезапно замолк.       Услышав быстрый приближающийся топот и скрип снега, Он резко развернулся — один парень из этой компании уже тянул к Нему руку, чтобы схватить за плечо. Он бегло оценил незнакомца взглядом: лицо до глаз закрывал не то шарф, не то маска, выше Него почти на голову, но судя по комплекции — ещё подросток, хотя куртка до колен прибавляла габаритов на пару-тройку килограмм. — Эй, пацан, сижка есть? — приторно дружелюбным тоном спросил подросток, а ноги его сделали изящный кульбит. Парень был в стельку пьян. И, чтобы удержаться на очень неровной для его положения земле, будущей грозе колонии для несовершеннолетних пришлось схватиться за Его плечо.       Что Ему, естественно, не понравилось. Перед глазами мелькнула секундной вспышкой ситуация из детства — пьяный до летающих белок перед глазами отчим опирается на Его плечо и требует купить сигарет, а потом вдруг резко сгибается пополам и вонючая теплая масса льётся Ему на лицо.       Резкая вспышка гнева — и вот уже подрастающий подражатель «бритых голов» сидит на земле, пытаясь осознать произошедшее, и потирает саднящую скулу сквозь ткань маски. — Не курю, — цедит Он сквозь зубы и сплёвывает на землю. — И тебе не советую.       Парень ещё пару секунд сидит на земле, и Он уже собирается уходить, но всем ясно, что так просто это не закончится. — Ты охуел?! — грубый бас, в котором немного слышны высокие нотки, не содержит ни капли прежней притворной доброты. — Слышь, пацаны, этот гандон меня ударил!       Смех и разговоры поодаль стоящей компании мгновенно стихли. Девушка, до этого слащаво обжимавшаяся с одним из парней, медленно развернулась лицом к Нему, поправила лифчик через олимпийку и застегнула пуховик; парни набычились и медленно стали надвигаться на Него. Это было больше смешно и жалко, чем угрожающе, и Он не сумел сдержать усмешки. — Вы похожи на стадо. Тупое быдло-стадо малолеток, — Он скривился и сплюнул. — Че ты сказал? — с удивительной для степени его опьянения подскочил парень в маске и уже замахивался на удар, но порыв его был остановлен смотрящим ему ровно между глаз дулом пистолета. — Вы — тупое стадо, — повторил Он, снимая пистолет с предохранителя. — Ещё вопросы есть? — Бля, пацан, мы не хотели… — округлил глаза подросток, поднял руки и начал медленно пятиться назад. Если и не протрезвел, то испугался он неслабо. — Нахуй пошли отсюда. — махнул Он рукой и опустил пистолет. — Да это зажигалка! — засмеялся один из гопников, стоящих позади, однако, подходить не стал. — Ты ещё раз сигу попроси, он тебе и прикурить даст.       Компания разразилась хохотом, а парень, стоявший ближе к Нему, вновь обрёл уверенность, остановился и опустил руки. — Хотите, блять, проверить? — Он все больше терял контроль над собой, хотя и понимал, что бухие малолетки того не стоят. — Гаси его нахуй! — крикнул второй из стоящих дальше, и вся компания стала приближаться.       Громкий хлопок разорвал полузастывший вечерний воздух. Подростки замерли в тупом оцепенении, таращась на него. — Если не съебётесь — выстрелю не в воздух. — Он опустил руку и вновь нацелил оружие на подростков. — Блять!!! Он настоящий! Пацаны, бежим нахуй!       Парни разбежались в разные стороны, позабыв про девушку, которая, открыв рот, продолжала пялиться на Него. — Ну, а ты чего встала? Иди, догоняй ёбырей. Или начни мозгом пользоваться, прежде, чем парня выбирать себе. — Он убрал пистолет в глубокий карман толстовки и продолжил путь. В единственное место, где его ждали.       Алкоголь выветривался, забирая с собой тепло. Его место занимал по-зимнему пробирающий ноябрьский холод, заставляя Его тело, согреваемое лишь тканью толстовки, мелко подрагивать. Ленивый снегопад прекратился, ветер тоже утих, последние машины разъехались по гаражам. Казалось, что само пространство и время остановилось, замерзло. Он достал телефон и посмотрел на время — без пяти минут полночь. Вот-вот должен закончится день, в который наконец всё решилось. И одновременно, только началось. Вдруг телефон завибрировал, мигая светоиндикатором. Ты где? Входящее, 23:55 Уже в твоём дворе Доставлено, 23:55 Хорошо, я спускаюсь Входящее, 23:56       Он подошёл к нужной двери и стал ждать — домофону давно пришёл пиздец, вызовы не работали, и жильцам приходилось спускаться и открывать самим. Ждал Он недолго. С противным риском дверь открылась, на пороге стояла она в белой пижаме с мехом на концах рукавов и штанин. Соня. — Господи, ты как не замёрз-то насмерть? — её голос был настолько мягким и тёплым, полным искреннего волнения и сочувствия, что Ему показалось, будто одно его звучание уже способно согреть. — Да, были проблемы… — отмахнулся Он, заходя внутрь. — Не представляешь, как я рад тебя сейчас видеть… — Тихо. — оборвала его Соня, поднимаясь по ступеням. — Расскажешь, когда зайдем домой. Любопытных вся пятиэтажка.