Необычная Особь

Я с этими ублюдками дралась, как могла, одного выпилила, осталось еще три. Отступать некуда больше, и силы на исходе, ну ничего, прорвусь! Тут в правом боку резкая боль, как будто меня проткнули насквозь, смотрю на Нортренда, его ударил Квей, и как он узнал?! Они все остановились и смотрят, а я только выплюнула кровь изо рта и клинки выпали из дрожащих рук. Перед глазами двоилось и я чувствую, что падаю, мне стало холодно. Хотела выставить ногу, чтобы не упасть, но не получилось. Упала все-таки на колени и, опустив голову, шепнула: «Квей, ты спинушник!» И отключилась. Я получил после своего рева от Квея по морде и смотрю, а Дашша так и застыла на коленях. Пытаюсь прислушаться, услышать её сердцебиение, но нет. — Ты убил её, ублюдок! — Нет, брат, просто обезвредил! Она мне нужна именно в таком состоянии, состоянии между жизнью и смертью. — На бой её вызвать один на один не судьба? Или ты только и можешь приказы раздавать? — Не твое собачье дело! Она проиграла и точка! — Усмехнулся Квей. Тут один из изгоев повернулся и говорит: — Квей, она тебя спинушником назвала! Это, правда нечестно было! — Заткнись мелочь или хочешь лечь, как и все, кого, она по решила? — Нет, Вождь, прошу прощения! — Понимаю, тебя недавно изгнали, и ты не привык еще. Ну ничего, скоро начнется мое восхождение как Бога, а пока развлечемся немного! Тут Дашша пришла в себя, тихо вытащила нож и швырнула в Квея, но он увернулся и нож попал в дерево возле моей кисти. Я, недолго думая, выдернул его и спрятал за спиной. В это время Квей подошел к Дашше, а она, стоя на коленях, вытащила еще нож, но не успела его метнуть, как Квей повалил её на спину и начал давить ногой на её нагрудный доспех. Дашша не растерялась, воткнула ему нож в ногу, но поздно. Её нагрудный доспех треснул и впал вовнутрь. Она, еле дыша, повторяла: «Не позволю! Не сдамся! Уничтожу!». Квей оторвал её ремень с ножами и отбросил в сторону. И говорит ей: — Отдай силу по-хорошему, и останешься жива! — Опустился на колени он к ней. Она повернула на него голову. — Ещё ближе, я не слышу! — Кашляя, ответила она. Квей придвинул к ней морду вплотную, и только успел повторить, как она непонятно чем пробила ему мандибулу и отпихнула его ногой от себя, но встать не смогла. Я, тем временем, как можно тише резал нить, которая меня сдерживала. Квей в ярости поднялся, взял Дашшу за грудки и швырнул в мою сторону. Тут рядом был камень, и Дашша ударилась спиной об него. Что-то хрустнуло. Она упала передо мной, перевернулась на спину и еле слышно сказала: — Прости, я правда старалась! — Держись, только не умирай, держись! — Рычу я ей и стараюсь порезать нить быстрее. Тут к ней подходит Квей, морда в крови, мандибула разорвана в клочья, глаз течет, морда обожженная. И говорит ей: — Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, сука уманская! — А ты, Нортренд, смотри! Есть два способа забрать силу: первый-носитель отдает её добровольно! Второй-девственник лишается девственности с носителем, и сила переходит к нему! — Нет, не смей! Квей, даже не думай! Квей расстегнул паховую броню и положил её рядом с собой, затем содрал штаны с Дашши, устроился между её ног и вошел в нее со всей дури. Дашша истошно закричала. Мне стало так больно в сердце, что красная пелена закрыла мои глаза! Я рвался, как бешеный зверь, из сетки, но никак мне её было не порвать. *** Я очнулась. Перед глазами все плыло, видела только Нортренда и Квея. Дотянулась до ножа и метнула его куда-то вперед. Тут уже на мне нога Квея, которая сейчас раздавит мой нагрудник. Вытягиваю нож и бью ему в ногу, и тут хруст и доспеха и моих костей. Я обмякла, мне холодно, больно, дышать стало в разы сложнее, в глазах все плывёт, и тут слышу: — Отдай силу по-хорошему, и останешься жива! Я нащупала рукой какой-то острый камень или стекло, не знаю, что это было, зажала в руке и сказала ему на вдохе: — Ещё ближе, я не слышу! И он подался вперед. Я увидела его один красный глаз, и в этот момент дернула рукой и ударила его по морде этим острым предметом. Он отпрянул от меня, и я видела только расплывчатые небеса темные небеса. Ночь на дворе- и ни одной звезды. «Жалко умирать не под звездным небом, «-подумалось мне. Меня схватил Квей и отшвырнул, я ударилась спиной и ещё что-то хрустнуло. У меня онемели руки, но шевелились. Я повернулась на спину и расплывчато увидела лицо Нортренда. Я сказала ему: — Прости, я правда старалась! Его ответа я не услышала, как и того, что сказал нависший надо мной Квей. Я чувствовала, как неизбежная, но такая сладкая смерть приближается. И тут почувствовала такую боль, будто меня разрывают на части живьем. Я так закричала, что наверное все слышали. Я понимала, что делает Квей со мной. Было так больно. Тело будто рвали на части, и я уже почти не могла дышать. Я просто смотрела на лица, исчезающие куда-то во тьму и вечность и подумала: «Неужели это и чувствует человек перед смертью? “ Я не знаю, сколько времени прошло, пока меня рвали на части. Я дотянулась рукой до чего-то холодного и повернула голову в сторону. Я расплывчато увидела линию, голубую такую, и камнем, что был у меня в руке я ударила или резанула по этой линии, не знаю, зачем, просто так было надо, кому- я не знаю. И снова тьмы и холод, мне нечем больше дышать! *** Я все-таки порвал нить, и в руках у меня был Дашшин нож. Я метнул его в одного из изгоев. Схватил Квея за плазменные пушки и отшвырнул его в сторону. Я громко зарычал, и пелена спала с моих глаз. Я встал на колени перед Дашшей и поднял её на руки, она уже не дышала и сердце не билось. По моим рукам стекала её кровь, много крови. Я тряс ее! Пытался говорить с ней. В ответ только доносился смех Квея. Я уткнулся ей в шею мордой и не мог отпустить её. Нет, не мог. Поднял голову и зарычал так, что сам оглох от своего крика. Смотрю вокруг, а Изгоев окружили и скрутили, и Квея тоже. Отец пришел вместе с Граансу и ещё с двумя молодыми охотниками. Отец только хотел убить Квея мечом, как я рыкнул: «Он мой!”Отец остановился и отстранился. Я положил Дашшу на землю. Поднялся и пошел к Квею, готовый рвать голыми руками. Отошел я от Дашши недалеко, как вдруг услышал позади себя звуки. Я обернулся. Вокруг Дашши стояли все 7 духов и говорили одновременно или одним голосом: — Забирай! Забирай! Приходи! — Прилетай! На века отдана, дева юная! Из Дашши что-то вылезло, что -то большое, полыхающее и синие. Оно было похоже на льва, то ли на тигра. Из передних лап существа торчало что-то типо рогов, а на шее висели часы. Существо стояло над Дашшей. Я повернулся на Квея, он аж затрясся. И сказал: — Ксерон! Я снова повернулся на этого льва, все наши застыли, да и изгои тоже. Лев открыл свои голубые глаза и сказал: — Ты не прав, Бесстрашная тень. Квей — предатель мой! Отойди в сторону! Я подчинился и отошел. Граансу отпустил Квея, толкнув его на встречу к этому льву. Лев зашагал. Под его лапами растекалась голубая энергия, похожая на воду, текущую вверх. Квей трясся и молил о пощаде этого Ксерона (как он его называл). «Жалкое зрелище”- подумалось мне. — Квей, ты убил мою подругу, воина феникса! Все в один голос повторили за ним: ” ВИНОВЕН!» — Ты хотел стать Богом! -ВИНОВЕН! -Ты лицемер и ничтожество! — ВИНОВЕН! — Ты еще смеешь просить пощады? Сражайся, Квей, в последний раз умри хотя бы достойно! — Великий Ксерон, прошу. Я не хочу умирать! — Взмолился Квей. — БОЙ! БОЙ! БОЙ! Орали все. И духи, и наши, и изгои, и даже я. — Видишь, Квей, твои братья хотят, чтобы ты умер с честью! Квей, рыкнув, бросился на льва с копьем. Лев делает рывок и открывает пасть, раскусывая Квея напополам. Квей еще жив. Лев подходит к его голове и говорит: — От меня ты чести не дождешься и умрешь как Безбожник и предатель! — И с этими словами лев выпустил когти и сжал голову Квея с такой силой, что она просто лопнула, и мозги его и все остальное разлетелось по округе, но остановилось в воздухе, вернулось к Квею и упало возле него. Лев вернулся к Дашши, сел напротив её тела и позвал меня. Я подошел к нему, и от него исходило не тепло, а невыносимый холод: — Бесстрашная тень, последнее, что я могу для вас сделать, это вернуть её! — Но как? И почему последнее? — Потому, что я верну её и уйду к своему брату Кетану. Это был последний мой жизненный цикл! И да, если интересно: это не я питал её, а наоборот это она меня подпитывала. И её силы- это только её, не мои. Она последний ребенок и посланник самого феникса. Поэтому её зовут воином феникса, и не только поэтому. Она хранитель закона и справедливости в этом мире. — Верни её, умоляю, о Великий! — Я не Великий, а вот она другое дело! Прошу, положи её под этот кристалл. Я взял еще теплое тело Дашши, положил его под кристалл, отошел и стал позади льва. Наши придвинулись и образовали полукруг. Лев запрыгнул на кристалл. Все духи тоже выстроились полукругом. У меня руки затряслись, и я зажал их в кулаки. — Братья и сестры! Сегодня я отдаю своё время воину феникса Дарье и ухожу к Брату навеки! Теперь она хранитель Законов этой планеты! Закон, Справедливость, Братство, Доблесть. С этими словами он опустил морду. С его глаза слеза упала на Дашшу вместе с часами с его шеи, и он издал рев такой силы, что затрещала земля. Он исчез, и вместе с ним исчезли все духи. Я хотел было подойти к Дашши, но увидел, что она сама поднялась на ноги, не открывая глаз, а у неё за спиной вспышкой распустились два огненных желто-красных крыла, как у птицы, только больше по три метра каждое и от них исходи такой жар, что даже поплохело. Она открыла глаза. И да, это была Дашша. Она посмотрела на нас, и вокруг нее снова появились все из гоп-компании. Крылья сложились и исчезли. Дашша, закрыв глаза, начала падать, но я снова успел её поймать. Лежит у меня на руках, такая горячая, такая живая, такая моя! Больше не отпущу! И никому не отдам! Меня отвлек Отец: — Возьми мой плащ, укутай Дашшу, она же совсем без ничего! И правда, она была совсем нагая. Я взял плащ и укутал её, не выпуская из рук. Она так сладко спала. Я встал, развернулся к своим, и все поклонились не мне, а ей, и я это знаю. Я сказал, что пойду на корабль. По пути осматривая, что она с изгоями сделала, и удивлялся еще больше. Зайдя к себе на корабль, я зашел в свои покои и положил её на шкуры, сам вышел. И двинулся на улицу. Я встретил Раансу и он говорит: — Мы вытащим её трофеи отовсюду! Удивительно, такая хрупкая- и порвала 4 изгоев! Мое ей вечное уважение и почтение. — А еще она спасла мою шкуру! — Сказал отец — И мою! — Вздохнул я. — И нас всех спасла! — Хором сказали духи позади нас. Норра вышла вперед и сказала: — Вы меня простите, уважаемые Яутжа, но Дашу нужно вернуть на базу. Так как после того как она упала, она впала в кому снова. И её ни вам, ни нам не разбудить, к сожалению. Пусть она проснется дома со своими. — Прошу, нет, просим! — И все духи нам поклонились. — Я её не отпущу, не могу так! -Зажмурился я. — Сын, надо! Они правы, тем более, ты к ней скоро вернешься. — Я тебя понял, отец. Я её сам отнесу, хорошо? — Да, сын, мы будем ждать тебя здесь. Все мы! — Посмотрел он на духов. Я пошел на корабль с болью в сердце от того, что нам нужно расстаться на 4 года. И я обязательно вернусь к ней. Я зашел в свой отсек, а она как лежала, так и лежит. Я присел к ней, потом прилег к ней, обнял её и прижал к себе. Я за тобой обязательно вернусь, любовь моя! С этими словами я уперся ей в шею головой. Полежав немного с ней так, я встал и пошел, надев свои запасные доспехи и маску, свою первую маску. Взял её на руки и вышел из корабля. У трапа собрались все. Отец подвел Дашиного коня, уже осёдланного, с её вещами на седле. Я попросил отца, чтобы он подержал Дашшу, пока я залезу в седло, и он взял её у меня. Я залез в седло, и он протянул её мне. Я взял её и посадил её возле себя, облокотив, её голову себе на грудь и обнял, одной рукой. Только хотел тронуться, как Граансу протянул мне два её клинка и сказал: — Воин без оружия не воин! — Спасибо. Я ей их передам. Взял я её два клинка и закрепил за спиной на магнитную пластину. И мы тронулись. Конь шел медленно, как бы давая нам шанс насладиться, обществом друг друга. А все наши провожали её поклоном. Мы ехали, и вблизи уже виднелась конюшня. Я не стал включать маскировку и слезать с коня. Нас встретил тот пожилой мужчина. Мы остановились. Я попросил мужчину мне помочь, передал ему Дашшу и слез с коня. — Ну, снова здравствуй, охотник.- Сказал он мне. — Я…Я… мне надо идти! — Боль рвала меня на части. — Все-таки она тебя спасла, да, Бесстрашная тень! — Сказал он мне. Я обернулся и спросил: — Откуда вы меня знаете? И да спасла, и я… я… её люблю и поэтому должен уйти. — Да знаю я, что должен! Я стар, но не глуп, юный Яутжа. Скажем так, я далекий родственник Кха\ме. И знаю про вас всё! И унесу ваш секрет с собой в могилу, не волнуйся! — Улыбнулся он. И добавил: — Тебе, Даша, мы придумаем легенду, чтобы о них никто не узнал, да. — Береги мою Невесту, я скоро вернусь! С этими словами я включил маскировку и ушёл обратно. И думая вернусь, вернусь, моя любовь! Старик Ахмед стоял с девушкой на руках и смотрел в небо, когда в нем мелькнули два корабля и быстро устремились в небо, исчезая в нем.