Необычная Особь

Я держалась молодцом. Так долго и так много противников. Теперь я понимаю, что Дама никогда не была другом и товарищем, она всегда была предателем, причем трусливым, что даже сейчас за нее сражаются со мной марионетки в ошейниках. Скорее всего, эти ошейники контролеры, но своей силой, увы, я их снять не в состоянии. Только и получается, что отбиваться энергией огня. Шарами, волнами, но чувствую я, что сила на исходе. Да и боль от полученных ранений не стихает и мешает контролю над ситуацией. В голове только одна мысль, не дать этим тварям добраться до племени, друзей и раненых товарищей. Мысль замуровать проход в эту сторону возникла сама собой, благо он был только один. В момент, когда на Дарью накинулись два ксеноморфа, она не увидела двух ксенов, что рванули в пещеру, пропустила так сказать, но ей было не до этого. Ее меч сломался об хитиновый панцирь одного из существ, но ей удалось этим мечом разорвать один ошейник, от чего ксен просто упал и не двигался. Дальше шли волны огня, и четные попытки уклонится от острых как бритва когтей и наконечников хвостов. Так Дарья получила несколько ранений и уже еле держалась на ногах от потери крови, и ужасной боли. Раны были на животе, плечах и спине, а ксенам не было конца, казалось, они вырастают из-под земли как грибы, а эта красная, огромная хрень стояла и как будто насмехалась над девушкой, что пытается отбиться от ее сородичей. Дарью это злило, и именно эта злость не давала ей упасть, и просто сдаться. Девушка из последних сил сжигала ксенов, но тут повернулась на вход, заметив, что именно туда рывком направилась эта красная. На мгновение Дарья во весь голос закричала: - Не пущу!!! После чего вокруг девушки образовалось ярко-синее пламя, что подняло ее в воздух, и она двумя руками вцепилась в воздух, за невидимые казалось, поручни и эти монстры зависли в воздухе окруженные огнем. У Дарьи в голове была только одна мысль, отбросить их подальше и каким-то чудом замуровать вход и быстро. На удивление атаки от полчища прекратились на момент удержания эти тварей. Девушка подняла руки вверх, чувствуя, что ее мышцы в руках вот-вот порвутся от непосильной нагрузки, но сила ей подчинилась и подняла этих тварей вверх. В этот момент Дарья увидела затуманенным красной пеленой взглядом Таракана и Нортренда. Девушка чудом рассмотрела ужас в глазах Нортренда и беспокойство, Дарья знала, что ей не кажется, что это Нортренд, в глубине души была рада его видеть, хоть и в последний раз. Так же она знала, что он не причинит вред ее новоприобретенной семье и поможет им. С диким криком она откинула этих тварей от входа и попыталась улыбнуться ребятам, но вместо этого по ее щеке прокатилась огненная слеза безысходности. Так как она знала, что не добежит до ребят, а если попытается, то все будут в опасности и скорее всего, погибнут. Выбор был очевиден, пожертвовать собой ради спасения всех. Дарья упала на корточки и вкопалась руками в землю, нагревая ее тем самым. Струя ее энергии через землю дошла до горы и нагрела камень, что был сверху. Тот упал и девушка, своей силой запаяла его таким образом, что бы ни кто не смог сдвинуть его с места, даже эти монстры. После чего Дарья хотела взглянуть на свою работу в последний раз, но почувствовала острую боль на шее. В ее горло по кругу впились маленькие иголочки, и девушка услышала хмык у себя за спиной. Это означало то, что теперь и она в ошейнике. В глазах Дарьи потемнело, сила покинула ее тело, и девушка просто отключилась, не зная смерть это или что-то другое. Через некоторое время меня будто пробудили от сна, мигрени и головной боли не было, не чувствовала ни чего, ни боли от полученных травм ничего в прямом смысле. Такое ощущение, что я умерла, а нет, не умерла, перед глазами как в тумане вижу эту суку Даму, лыбиться и с кем-то трещит по-своему наручному компу. Я же стою на своих двух и смотрю прямо на нее. Вот мне и захотелось ей вмазать, как следует. Только я подумала о том, что бы выпустить в нее огненный шар, как ничего не произошло. Мое тело, будто мне не принадлежит и не подчиняется, от слова совсем. Еще эти иглы в ошейнике больно впиваются в горло, но после становится как-то прохладно и делать не хочется ничего, совсем. Осталось только следить за этой и думать, как свалить или отбиться и, судя по всему, я была права, что эти ошейники контролеры, но вот как от них избавится, вот это большой вопрос. Раз я не могу пошевелиться и что-то сделать, может мысленно, кому дать сигнал. Хотя эти ошейники могут отследить это, хотя откуда я это могу знать. Так ну попробуем, только я напряглась дать знать своим, где я и жива ли я, услышала в голове голос рядом присевшей красной монстрилы. «Не смей! Не раскрывай нас! Ты спасла мою дочь, она найдет твоих и даст знать» - на этом твердый, шипящий голос затих. Я и ответить не успела, как Дама резко повернулась к нам и нажала на моем ошейнике какую-то кнопку. Где-то справа как кольнет в шею и я не контролируя своего тела, пошла куда-то развернувшись, но затуманенным взглядом следила, что Дама идет рядом и слышала тяжелую поступь полчища, что недавно дралась со мной. Вот теперь мне и правда стало страшно за своих, за себя нет, а вот что они могут сделать с помощью моей силы. То есть, скорее всего, они захотят обратить ее против Нортренда и других. Твою-то мать, Нортренд среди берсеркеров. Блять! Главное что бы он там никого не тронул, да и вообще, какого черта он там?! Матерюсь сама на себя, не зная что делать. Пока остаётся идти и думать, как снять эту дрянь со своей шеи. Шли мы, кстати, куда-то в джунгли, в сторону от горы, которая стала мне и всем остальным, хоть каким ни каким, домом. Уже вечерело и я поняла, что привала не будет. Боже, мы как собаки у нее на привязи, это воистину ужасно. Делать не чего, направились дальше, больше голосов в голове я не слышала и думала, что она это сказала, пока Дама не слышит. Вообще, нужно как-то взять над собой контроль, вопреки этому ошейнику, но как?! И тут я вспомнила, как приходила в себя после комы, как поочерёдно пыталась пошевелить хотя бы одним пальцем на руке или ноге и долго ничего не выходило, а тело мне не подчинялось. Только усилием воли мне это тогда удалось. И так, надо пробовать, иначе я боюсь представить что будет иначе… Для начала нужно пошевелить пальцами на руках, хоть как то… И тут через несколько миль удача, Даме все-таки захотелось на привал и мы как собаки сели вокруг нее, и у меня получилось, во время команды ошейника сидеть, пошевелить пальцами и даже поставить чуть по другому ногу, но это привело к тому, что я не удобно села и завалилась на бок, облокотившись на горячее тело красной, так и замерла. «Вот блять!» подумалось мне громко. Ни чего более, мысленно решила я заткнуться и смотрела на Даму как гипнотизёр на кобру, которая вот-вот кинется. - Что такое? Неудобно мелкая уманка? - рыкнула она. – Привыкай, теперь ты выполняешь мои команды, а дальше будешь выполнять команды самого сильного из ныне живущих охотников. А вот дальше, надеюсь, он разберет тебя на запчасти и поймет, откуда берется твоя огненная сила, а я в свою очередь, получу награду за твою мелкую башку! - закончила она и как подушку подбила под себя одного из черных ксеноморфов. «УУУУ, тварь чешуйчатая! Отпусти меня, и я тебе все клыки повыдираю и в задницу запихаю!», не выдержала я напора и выговорилась мысленно. Тем временем на поле бывшего боя. Из-под трупов своих сородичей выбралась молодая самочка ксеноморф, с которой так удачно был снят ошейник контроля, но не обошлось без ран. Иглы некоторые были выдернуты, а некоторые обломаны и торчали в шеи малышки. Самка напряглась, и из ее шеи просто выскочили эти иглы, а следом за ними кислотная кровь, которая не разъела иглы. Самке захотелось дико есть и пить, и желательно поскорее. Поэтому мимо пробегающие мелкое животное, было молниеносно убито острым хвостом самки и притянуто передними лапами. Далее она разорвала жертву и, откусив ей голову, начала жадно есть. Да, самочка была молодой, совсем юной, она еще не была красной, как мать, у нее только проступили красные пятна на хитине. Корона из панциря еще не развилась, были только мелкие отростки по бокам хитинового панциря. Самочка помнила родную планету и что их с матерью пленили эти твари, но самой большой тварью был их главарь, над ее матерью он ставил ужасающие, даже для глаза самочки, опыты и как ее мать держалась, она не понимала. Потом этот ошейник и бесконечные приказы от пленивших их уродов, но вот раз, маленькое, очень горячее существо, сделало ее свободной. Самочка прекрасно знала, куда ей идти и что делать, но как найти вход туда, куда вход был закрыт?! Не теряя ни минуты, самка отправилась на поиски входа, но она не знала, знает ли там кто ее язык, что бы объяснить и показать слабые места, того места куда увели маленькое существо и ее мать с народом, что бы освободить всех. Она задумывалась об этом, постоянно ползая по скале и вокруг, ища вход или расщелину, в которую могло бы поместиться ее не маленькое тело. Спустя часа два поисков, такой лаз был обнаружен, но пришлось копать всеми четырьмя пробивая себе ход. Она чуяла, что там внутри кто-то есть, но слишком далеко, но это пока что. Останавливаться она не собиралась, хоть и устала достаточно, но спасение матери было на первом месте, даже после выживания самой. *** Во время окончания боя, Нортренда и Таракана откинуло назад как бумажные фигурки на ветру. Таракану повезло, он приземлился на Нортренда, а тот был без доспеха, так мягонько Таракану не приходилось еще падать, но мягкость сменилась каменной стеной, в которую через секунду Нортренд впечатал Таракана и кинулся к глыбе, что замуровала вход. Он без успехов громил ее кулаками, сдирая кожу с костяшек до крови и плача навзрыд, стоял на коленях, но не сдавался и, продолжал бить камень, что не поддавался на отчаянные удары хищника. Нортренд лупил этот камень, как будто не чувствуя ничего, разбивая и сдирая кожу с рук, до крови. Его кровь оставалась на каменной поверхности и стекала медленно, мелкими каплями. Его жвала застыли, выражая оскал. Казалось он готов зубами рвать эту глыбу, лишь бы пробиться к своей любимой. Все это подтверждали его слезы, что тихо стекали по мандибулам. Его разъярённый рык глушил даже Таракана, что сейчас наблюдал эту картину и прекрасно осознавал, что Дарья сделала это не просто так, а ради них и всех остальных, и даже ради него. Таракан знал, что Нортренду пора остановится, даже ему не под силу сдвинуть этот камень, тем более что он запаян намертво. Трогать же разъярённого хищника пока не стал, ведь прекрасно знал, что не поможет ничем, а лишь может получить удар такой силы, что сам не встанет, но не вольно у Таракана на глазах появились слезы. «Как я мог?! Как мог? Не успеть! Почему она это сделала? Почему!!!», ревел Нортренд у себя в голове, на деле из его горла вырывался только рев отчаянья. Я продолжал бить, но пришлось остановиться и повиснуть на этом еще теплом камне, думая о том жива ли она и прислушиваясь, что там за этой глыбой происходит, но ничего кроме гула, я не слышал. Не знаю, сколько прошло, но все там стихло, и были слышны шаги, удаляющейся шаги, прочь от места бойни. Я хотел выбраться отсюда, помочь ей, но не успел даже среагировать, а она успела и спасла и меня и Таракана, и всех тут присутствующих. Это больно осознавать, когда самый дорогой тебе жертвует собой. Нет, и еще раз нет! Она не погибла. Она жива! Я найду ее! Если ее кто-то тронет, уничтожу. Так я успокаивался, как раз в этот момент мне на плечи легли руки Волка и помогли подняться. Мои же руки были просто избиты в кровь, но боли я не чувствовал, а вот боль в сердце била как молотком. Я повесил голову и все-таки пошел ко всем, в их большой город, что успел рассмотреть, находясь по колено в воде. Мы остановились в какой-то комнате в красных тонах. Благодаря моему уманскому зрению, я подметил, что все вокруг поставлено на Дашшин вкус. Но цвет? Откуда они взяли все это? Много вопросов, но нет ответов. Меня усадили на красное полотно, и этот зал напоминал зал совещаний. Он был большим и достаточно много кто тут собрался, и только сейчас, утерев слезы разбитыми руками, я взглянул на всех. Тут казалось, собралось все племя. Были девушки с маленькими детьми, те девушки юные охотницы, потом Волк, Таракан, огромный красный здоровяк, тот шустрый с бумерангами, что врезался прямо сейчас в Громилу, но быстро подскочил и сел рядом, похож на лекаря, а вот место вожака было свободно. Двое взрослых самцов пошли куда-то, но вскоре вернулись с ксеноморфом, но каким-то странным. Он был, во-первых ранен и двигался медленно. Во-вторых, был похож на стайного пустынного и за него, на удивление, держался молодой парень Аттури, его белая шкура отличала его ото всех остальных, да и происхождение тоже. Его тело было покрыто повязками и было понятно, что эти двое хорошо где-то пострадали. Им помогли сесть как раз там, где должен был сидеть вожак, но его все не было и мне это уже не нравилось. Со мной рядом сели ребята, что сопровождали меня с гор, и они меж собой переговаривались, где же вожак. Тут Таракан прервал ход моих мыслей и всего остального. - Народ, мы не в проходимой заднице! Дарью, скорее всего, схватили, и я не знаю что делать… - сел он обратно. Тут же начался галдеж, самочки волновались, а дети под общее волнение начали плакать. Аттури хотел резко встать, но не смог и только рыкнул от боли, а ксеноморф рядом с ним угрожающе зашипел. Галдеж резко остановил Волк. - Так яуты успокоились, ваш вожак жив! Могу поспорить, что не для убийства ее выслеживали ксеноморфы и предала нас моя ученица. Вот молодежь нынче пошла, ни стыда, ни чести… - тяжко он вздохнул и присел. - Гхм… Прошу прощения, я понимаю, что не имею права голоса, но спрошу, Дашша ваш вожак? - онемевшим языком спросил я. На меня все повернулись без исключения, даже самые маленькие глянули, казалось прямо в душу и утвердительно всем хором ответили: - ДА!!! - гул от утвердительного ответа отразился от стен и привел в полнейший шок меня. Я даже не знал, как на это реагировать и у меня просто отвисла челюсть. - Это все отлично, но Даша пострадала из-за нас и в плену тоже из-за нас с Малышом, - сказал спокойно, но дрожа, Красс, поглаживая по голове Малыша. - Малыша?!?! - снова обалдел я. На меня посмотрели все как на придурка, свалившегося из царства к\жита. Да, я может чего-то не понимал, но эта бандурина Малыш?! Я тогда кто? Кроха подзаборная, а матка ксенов так вообще крошечка?! Думалось мне. - Да, это Малыш, его так Даша назвала, он может говорить жестами, но пока слаб. Вы вообще кто? - ответил Красс Нортренду. - Я… Я.. Нортренд Кровавый и супруг Дашши. Ищу ее, вот нашел… и тут же потерял… - скорбно опустил я голову, не зная что ответить еще. - Ты! Так ты тот самый гад? Который променял ее на самку моего вида?! - все-таки вскочил Красс со своего места, но его тут же поймал лекарь, так как парень был совсем без сил. - Был бы я не ранен, я бы! Да я тебя! - не успокаивался Красс. - Успокойся брат, ты этим делу не поможешь… Увы, нам нужно думать кто будет исполнять ее обязанности пока ее нет и осуществлять правление за нее. А свободные будут продумывать план, как выручить ее из плена или вообще выбраться отсюда, так как все выходы закрыты, - твердо сказал Таракан. - Да я и знать не могу, кто сможет на себя такую ношу взять, - ответил, садясь, Красс. - Я могу! Я стар, но опытен. Если вы, племя согласитесь взять меня временным вожаком, великого племени пустынных берсеркеров. Кто станет ей заменой на время, решать только вам и никому больше, так как вы ее племя, - учтиво, но твердо сказал Волк, выйдя вперед в круг. Тут все и задумались, а Волк стоял твердо, ожидая их решения. Яуты совещались между собой и посматривали на меня, как-то презрено. Видно они все уже знали, что я натворил. Да, я искуплю вину, но только перед ней, на остальных мне было плевать, думалось мне когда-то. Вот сейчас я понимал, что мне нужно искупить вину не только перед Дашшей, но и перед ее племенем, так как зная берсеркеров, вожак или сородич это у них семья. И поссорившись с ней, я поссорился со всем ее племенем или точнее семьей. Еще меня беспокоил этот «Малыш» и пацан Аттури. В этом пацане было что-то мне знакомое, но из-за всей шоковой ситуации я не мог разобраться, что именно знакомое мне в нем видеться. А этот странный ксеноморф, казалось, не спускал с меня глаз, если бы они у него были, но эти уши точно слушали меня и никуда не отворачивались, а его хвост был, как наготове метнуться в мою сторону. Вообще удивляюсь, как Волк арбитр и уважаемый яутжа смог подружится с ними, и с Дашшей вообще? Не понимаю, Волк бы с берсеркерами не церемонился и четко бы расставил приоритеты. Видно тут произошло многое, о чем я не знал. Ребята Аттури, что сидели рядом со мной были немало шокированы. Один из них высказал мне, шепча, что одна маленькая уманка смогла объединить яутов и атурри с ксеноморфом, да так что они реально кажутся как одна семья. И поражался, как такое вообще может быть. Я ответил, что не знаю и лучше нам помолчать, мы тут гости и не званные. Так что слушать и ждать пока выберут временного вожака и спасти настоящего. После, как мне показалось, долгого и мучительного совещания, племя выразило свое согласие на становление Волка временным вожаком, и он тут же раздал утвердительные приказы. Таким образом, жизнь вернулась в русло, если так можно сказать. Самочки с детьми отправились в детскую, возобновились патрули и охотники пошли на поиски добычи. В зале остались только я, мои ребята, пацан аттури, «Малыш», Волк, Лекарь, огромный Красный воин берсерк и Таракан. Нас попросили сузить расстояние между нами, и мы уселись в круг так сказать тесный. - В первую очередь хотелось бы сказать, что я в шоке от происходящего… И какие у вас планы на выход отсюда и поиски Дарьи? - сказал я твердо. - Какие? Тут племя не первый месяц и поэтому отходные пути есть, и выход наружу тоже есть, - утвердительно сказал Таракан. - План, перво-наперво выручить вожака из беды! Нужен четкий план действий, иначе никак. Знание на что способен противник и нет ли среди нас еще предателей? Я лично разочарован в своей ученице… - покачал головой Волк. - Вы тут очень, кстати, резко появились, откуда нам знать, что вы не такие же сволочи как эта леди? - рявкнул Красс, а Малыш придержал его хвостом. - А ты сам как думаешь пацан аттури? Я перелопатил половину пустыни и половину джунглей со своими ребятами. Таракан от нас смылился, Волк пропал, я думал он погиб в стычке с плохой кровью. Она, в конце концов, моя.. жена… я ее люблю всем сердцем и душой и никогда бы не причинил вреда! О каком предательстве ты малец тут рассуждаешь?! - рявкнул я даже оскалившись. - Да, но именно ты нашел себе самочку и подорвал ее доверие к себе! - оскалившись, рявкнул Красс. Дошло бы до драки, но Нортренда придерживал Громила, а Красса Малыш хвостом, но тут с потолка, прямо рядом с их кругом обвалился кусок потолка, и оттуда вывалилась самочка ксена. Народ это заметил и подскочил, становясь в боевые стойки. Малыш прижал уши и зашипел на самку. Нортренд и Волк достали клинки для нападения. Громила и Невезунчик просто взревели, оповещая всех об опасности. - Да откуда они лезут-то?! - вытащив нож, крикнул Таракан. Самка же отряхнувшись от пыли, просто села рассматривая тех, кто готов был кинуться на нее в любой момент и порвать на ровном месте. Самка сложила хвост и села на манер собаки, даже склонив голову. Она смотрела именно на Малыша, так как он мог ее понять, будучи отдаленно, но ее сородичем и стать, так сказать, голосом самки. Малыш же в свою очередь уставился на нее. Спустя минуту, встал без посторонней помощи и аккуратно, насколько это, возможно, обошел всех и сел напротив этой самки и они так и сидели, монотонно дыша и смотря друг на друга, не отрываясь и не отвлекаясь. - Вот это да…. - обалдел Красс. - Что происходит вообще? - рыкнул я. - Они общаются! - рявкнул Волк, не выпуская оружие из рук.