Идеальная леди | Una perfecta señorita

Эовин не боялась ада, потому что уже жила в нём. Только этот ад назывался приют Вула. Её лето до сих пор было полной катастрофой. Ей казалось, что приют высасывает из неё всю энергию, и между попытками найти время для выполнения домашних заданий и удержанием себя от того, чтобы задушить своих соседей, желание вернуться в Хогвартс становилось почти навязчивым. Но теперь этот тихий голос, который шептал ей поджечь приют, превратился в раскалённый костёр. Эовин проснулась в ужасе, когда почувствовала липкую субстанцию на своей косе. Её длинная коса была покрыта чем-то, что пахло клеем и мукой. Закричав, увидев, что её драгоценные волосы были испорчены, она услышала глупый смех и обернулась. Мэри, пятнадцатилетняя сирота, смотрела на неё с откровенной насмешкой. На пальцах этой дурочки были следы клея. Когда Эовин осознала, что произошло, она уже толкала Мэри к стене. Её руки крепко держали худые руки Мэри, и она вонзала в них ногти. — Отпусти меня, ненормальная! — закричала Мэри. Эовин только сильнее сжала хватку, она жаждала крови. Мэри резко ударила Эовин в правый глаз, заставив её пошатнуться. Остальные девочки в комнате ахнули при виде удара. Но Эовин вскочила и бросилась на Мэри, схватив её за волосы и начав дёргать их пряди. — Отпусти меня, отпусти! — визжала Мэри, как свинья перед забоем. Эовин отпустила волосы и её руки обвились вокруг шеи Мэри. — Ты! — произнесла Эовин, вонзая ногти в её шею. — Я убью тебя, грязная сука! Эовин видела страх в глазах Мэри. Эта мерзавка посмела покуситься на её источник магической силы, и теперь она должна была понять, с кем связалась. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем её оттащили прочь. Матрона Лилиана схватила её за шиворот и поволокла в комнату для наказаний, заставив её встать на колени на россыпь риса с обнажёнными коленями. — Мэри напала на меня первой! — защищалась Эовин, стоя на коленях на рисе. Она схватила конец своей испачканной косы. — Посмотрите, что она сделала с моими волосами! — Это всего лишь волосы, — холодно ответила матрона. — Они отрастут. Не надо устраивать сцены. Эовин хотелось кричать, что это не просто волосы. Для неё они были важны как символ её магической силы и принадлежности к миру волшебников. Правая рука матроны держала огромные ножницы и деревянную линейку. Эовин заставили показать ладони, и, пока холодные удары линейки обжигали её руки, её косу отрезали. Слёзы текли по её щекам, пока она слушала звук, с которым ножницы проходили по её пострадавшим волосам. — Останешься здесь на два часа и обдумаешь своё дикое поведение, — сказала матрона, оставив её одну. Оставшись в одиночестве, Эовин посмотрела на свои волосы, разбросанные по полу, и потеряла сознание.

***

Корделия была в восторге от встречи с подругами в Косом переулке. Они договорились о дне, когда пойдут вместе покупать школьные принадлежности. К сожалению, в этот день тётя Петунья не могла отвезти её, так как у неё была родительское собрание в школе Дадли. Поэтому Сэм вызвалась подвезти её в переулок, так как у неё была своя машина, и передвигаться было легче. Тётя Петунья с радостью согласилась. Корделия постаралась одеться как можно более уместно. Надев перчатки и убрав волосы, она отправилась в Косой переулок. У Сэм был весьма своеобразный стиль. Были дни, когда она носила лёгкие летние платья, а в другие дни одевалась готично: кожаная куртка, узкие брюки и тяжёлые ботинки, которые выглядели так, будто она могла бы разбить ими чью-нибудь голову. Всю дорогу Сэм включала музыку, которая была столь же разнообразной, как и её стиль. Когда они прибыли в Косой переулок, Сэм настояла, чтобы Корделия не отходила от неё. Зайдя в переулок, она сразу заметила Гермиону и её родителей. Девочки бросились друг к другу и крепко обнялись. — Приятно снова тебя видеть, — сказала Корделия, обнимая Гермиону. — Я тоже рада, — улыбнулась Гермиона. Корделия заметила, что на подруге были простые коричневые перчатки, гармонирующие с юбкой того же цвета, и контрастирующие с её бежевой сумкой. Её волосы были заплетены во французскую косу, обвивающую шею. Корделия поприветствовала мистера и миссис Грейнджеров и представила им Сэм. — Эовин уже приехала? — спросила Корделия. — Ещё нет, — ответила Гермиона. Корделия нахмурила губы. Она мало что знала о том, как проходило лето у Эовин, только короткие письма, в которых та уверяла, что всё в порядке. Обе девочки сели пить чай. Сэм завела разговор с мистером и миссис Грейнджер, и время пролетело так быстро, что Корделия и не заметила, как прошли полчаса. Когда Эовин вошла в «Дырявый котёл», радость Корделии угасла при виде её подруги. Эовин была в солнцезащитных очках, а её волосы едва касались плеч. Корделия встала с места и пошла навстречу Эовин. Та стояла прямо, как будто её внешний вид никак не мог поколебать её уверенность. Корделия осторожно сняла с неё очки, подавив крик при виде ужасного синяка на правом глазу. К ним подошли Гермиона с Сэм и её родителями следом. — Что с тобой сделали? — спросила Гермиона, стиснув зубы от гнева. — Я подралась. Одна из девочек из приюта намазала мне волосы чем-то липким, пока я спала, — ответила Эовин, снова надев очки. Концы её волос были неровными, словно их нарочно порезали с жестокостью. — Но твои волосы можно было бы отмыть, — сказала Корделия, пытаясь найти объяснение. — Матрона их отрезала, — сухо ответила Эовин. Её голос звучал пусто, она была бледной, почти болезненно. — Сегодня же мы заберём тебя из этого ужасного места, моя бедная девочка, — сказала миссис Грейнджер, глядя на Эовин, а затем повернулась к своему мужу. — Позвони нашему адвокату. Как только закончим с покупками, отправимся прямо в приют с ним. Если они не отдадут нам Эовин, пригрозим им судебным иском. Мистер Грейнджер вышел из «Котла», вынимая мобильный телефон из кармана и сказав, чтобы они отправились в банк. Сэм протянула Корделии резинку для волос, чтобы скрыть преступление, совершённое этим приютом против магической силы Эовин. — Мы немедленно отправимся на проверку наследства, — серьёзно сказала Корделия. — Мы найдём способ вытащить тебя из этого ада.

***

После запроса на проверку наследства в банке Рагнока их проводили в маленький кабинет. Гоблин сказал, что тест стоит 10 серебряных сиклей, и Корделия сразу согласилась, чтобы деньги списали с её счёта, прежде чем Эовин успела что-то сказать. — Вам нужно капнуть три капли крови на пергамент, — сказал гоблин, протягивая Эовин кинжал. Она сняла перчатки, и Корделия заметила красные следы на её ладонях. Эовин уколола палец и капнула кровь на пергамент. Корделия подошла ближе, чтобы взглянуть на результаты теста. Имя: Эовин Сара Фрейзер Леди Фрейзер из Гленко Родители: — Каин Итан Гордон (полукровка) — Линда Амели Фрейзер (магл; умерла) Статус крови: Полукровка Имущество: — Усадьба Фрейзеров (Гленко, Шотландия) Сейфы: — Сейф Фрейзеров — Фонд Гордон: 50 000 галлеонов — Здесь сказано, что мой отец — волшебник, — произнесла Эовин, указывая на фамилию Гордон. — Но в моём реестре указана фамилия матери. — О да, семья Гордон — влиятельная в Канаде, — сказал Рагнок. — И, похоже, ваш отец — человек весьма распущенный, раз фонд Гордон был создан главой семьи на случай появления внебрачных детей. — Что это значит? — спросила миссис Грейнджер. — Это значит, что Гордоны были готовы выплатить 50 000 галлеонов любому бастарду Каина, чтобы тот никогда не претендовал на фамилию, — объяснил гоблин. — Ваш отец — путешественник, который часто меняет любовниц, и, по всей видимости, ваша покойная мать оказалась единственной, кто забеременел. Эовин сжала кулаки. — Значит, я могу забрать эти деньги и никогда не иметь дел с Гордонами, — сказала она, и Рагнок кивнул. — Отлично, я хочу деньги. — Почему же тогда она — леди Фрейзер, если мать Эовин была маглом? — спросила Корделия. Этот факт менял всё для Эовин. — Мисс Фрейзер — потомок сквибов из древнего рода Фрейзеров, — сказал Рагнок. — Она первая ведьма за два столетия, после того как магическая ветвь семьи исчезла во времена якобитского восстания. Теперь она владеет замороженными за эти годы имениями. — И что это значит? — спросила Эовин. — Это значит, что с этого момента вы — леди Фрейзер из Гленко, — объяснил Рагнок. — Вам откроют доступ к сейфам, и шотландские лорды обязаны передать вам свои владения. Но, поскольку вы несовершеннолетняя, ваша опека перейдёт к последней семье, с которой Фрейзеры заключили политический союз. — Сколько времени это займёт? — спросила Корделия. — Леди Фрейзер уже пять лет находится в приюте, где её физическая безопасность под угрозой. Она должна покинуть это место сегодня. — Регистрация займёт целый день, — сказал Рагнок. — Она поедет с нами, — добавил мистер Грейнджер. — Я могу предоставить наш адрес для связи по завершении регистрации. — Отлично, — согласился Рагнок. Корделия сжала руку подруги, и Эовин крепко держала её в ответ. — А что с кровавой кистью Фрейзеров? — спросила Эовин. — Её не существует, последняя леди Фрейзер не оставила её, — ответил Рагнок. — Вот в чём загвоздка, — разочарованно пробормотала Эовин. — Спасибо за помощь, мистер Рагнок. Пусть ваше золото течёт рекой. — Леди Фрейзер, пусть ваши враги трепещут у ваших ног.