Из Бездны

И снова седая ночь. Ну, в том смысле, что если кошмары так и продолжат меня мучить, поседею я гораздо раньше заложенного природой срока. Благополучно добравшись домой, я, немного перекусив, сразу же отправился спать, и не успела моя голова коснуться подушки, как я вновь оказался в этом проклятом лесу с теневой тварью за спиной. Как ни странно, на этот раз я вполне осознавал, что сплю. Это, несмотря на очевидные плюсы, стало для меня довольно неприятным сюрпризом. Да, теперь погоня не вызывала во мне прежнего, практически душераздирающего, страха, но с уходом адреналина, ранее притупляемая боль начала играть новыми красками, что никак не радовало. Через пару часов внутреннего времени, когда я более или менее приноровился в последний момент ускользать от черных когтей, Тень, как я стал ее про себя называть, открыла еще одно очень неприятное оружие – нити. Ими она умудрялась прямо на ходу плести ловушки, в которые потом целенаправленно меня и загоняла, но это были еще цветочки. Самая паршивая часть началась, когда она приспособила особо прочные, острые нити для прямого нападения. Вроде бы, нечто подобное делал один из Акацуки – то ли Хидан, то ли Сасори, но они были больше по марионеткам и пользовались этой способностью для их контроля, а других пользователей подобного оружия я просто не помнил. Должен сказать, это уже было страшновато, так как на фоне ночного леса черные же нити невооруженным глазом были практически незаметны. Да что там, я смог их разглядеть лишь после того, как от левой руки осталось одни лишь воспоминания. Стоит ли упоминать, что уворачиваться от них это мне не помогло? Кроме того, Тварь, кажется, достигла новой планки садизма. Во второй половине сна меня целенаправленно стали загонять в особо непролазные чащи и резать так, чтобы не покалечить, но принести как можно больше "Приятных" ощущений. Почему-то эта "Игра" напоминала мне о средневековой охоте, когда добычу, перед тем как ее добьет "Благородный Дон", загоняли собаками. Мысль о том, что за монстром скрывается кто-то еще прошлась табуном мурашек по спине, что и стало моим концом. Да, умер я довольно... головокружительно. От усталости (Скорее моральной, чем физической) уже практически не разбирая дороги, я шеей напоролся на растянутую между деревьями нить, после чего мог лицезреть, как мое, Саске, обезглавленное тело с глупым символом на спине, заваливается на землю. Если бы не было так больно, то я, наверное, посмеялся бы над той нелепостью, с которой оно, будто не понимая собственной обреченности, по инерции пролетело вперед еще пару метров. А так – лишь чудом сдержав очередную порцию криков, вновь очнулся в холодном поту среди вороха смятых простыней. Заснуть после этого у меня не вышло, и следующие несколько часов прошли как-то особенно серо – помылся, поел, переоделся, вложил в напоясную сумку побольше свитков с метательным железом. Все оставшееся до выхода время я просто пялился в пустоту, размышляя о будущем – становлении полноценным шиноби, о первой серьезной миссии. Наверное, погода сказывается – с самого рассвета моросил редкий, навевающий меланхолию, дождик. Вроде бы, Саске, да и я тоже, любил дожди и полуденному солнцу всегда предпочитал уютный полумрак, но сейчас мне как никогда не хватало яркости и тепла. Дальше я, прикрывшись от прохладных капель зонтом, отправился в академию, по пути оценивая довольно качественно проделанное облагораживание родного квартала – за ночь рабочие успели не только начисто избавиться от меловых силуэтов, но и восстановить разрушенные дома. Впечатляет. Без помощи шиноби, наверное, не обошлось, но даже так я не представляю, как они смогли добиться этого в такой срок. Не притащили же они Ямато, как единственного обладателя стихии Дерева, на общественные работы. Или все же? Выйти я решил несколько раньше обычного – вдруг перед допуском к непосредственным тренировкам меня еще раз захотят обследовать. Как оказалось – ничего такого и в помине не было. Здравоохранение в деревне, видать, не блещет. Зато мне целый час пришлось изображать из себя каменное изваяние, лишь бы не отвечать на вездесущие вопросы малолетних ниндзя. Дети хотели из первых уст знать, что же случилось с сильнейшим кланом Конохи и, в отличие от учителей, которые просто старались лишний меня раз не трогать, не были одарены ни тактом, ни здравым смыслом. За это я им накинул несколько балов уважения – Учиха издревле славились своим взрывным нравом и чтобы приставать к их наследнику с расспросами, нужно быть либо великим храбрецом, либо полным идиотом. Конечно, не все было так плохо – некоторые, к примеру, Ино и Шикамару, выразив свои соболезнования, сразу же отходили в сторонку чтобы не мешаться и, полагаю, не попасть под горячую руку. Приход первой был вполне понятен – до инцидента они с Саске были если не друзьями, то приятелями уж точно, а вот от местного ленивца я такого не ожидал – с ним отношения не задались еще с первых дней обучения, и до сего момента выправляться не спешили. "Я", в погоне за недостижимым идеалом Итачи, предпочитал надрываться на тренировочном полигоне, а наследник Нара проводил свои дни в праздности, так что мы практически не пересекались. В конце этого самого часа, на перемене, когда я уже готовился приложить Кибу "Великим огненным шаром", не выдержал кое-кто другой. Носитель блондинистой шевелюры и забавных "Усов" на щеках видимо решил, что хватит с меня "Сценического времени" и просто-напросто зарядил Инидзуке в лицо его же щенком. Ни лицо, ни щенок особого вреда не получили, отделавшись легким шоком и ударом по самомнению, но в итоге завязалась драка, в которой кроме меня не участвовала разве что Хината, как самая тихая из присутствующих. Я не вступал в мордобой лишь потому как уже слышал приближение гневных учителей. Инцидент исчерпал себя как раз перед началом первого урока, и вновь ко мне лезть не спешили, так что я, склонив голову над партой, решил подремать – Саске знал историю на "Отлично" и преподающий ее чунин всегда позволяли ему заниматься чем-то своим. *** Так как никто меня будить не собирался, я благополучно заснул, к концу урока получив закономерный результат. Благо, в этот раз тоже обошлось без криков, и моя репутация осталась невредима, но сама ситуация уже начинает беспокоить. Детскому телу, особенно после пережитого стресса, нужен отдых, а каждый раз, стоит только сомкнуть глаза меня преследует очередной кошмар. Сколько еще я смогу продержаться в таком темпе? Благо, сегодня у нас по расписанию из практики только ниндзюцу, на котором нас заставили отрабатывать все то же хенге. Боюсь, в ближнем бою я сейчас и котенка-то не обижу – даже печати, и те складывались не так резво, как прежде, а вот чакры после "Вселения" у меня заметно прибавилось – объем увеличился практически в два раза, да и контроль заметно улучшился. Это меня поначалу несколько насторожило, так как Саске о подобных скачках никогда раньше не слышал, но потом, немного пораскинув мозгами понял, что ситуация вполне объяснима даже с моими, откровенно слабыми, знаниями. Чакра состоит из двух взаимодополняющих компонент – духовной и физической. Чем их больше, тем больше и энергии. "Физику" раскачивают в основном тренировки тела, а вот "Дух" увеличивался с помощью размышлений и изучения нового (Медитации, кстати, улучшают и то, и другое). Своим вселением я привнес в это тело довольно большой пласт знаний, что не могло не сказаться на духовной компоненте. Так как я уже вполне умел скрывать свои силы, никто из класса изменений, похоже, не заметил, но не стоит и надеяться, что такой рывок пройдет незамеченным для Хокаге и Ко. Остается только надеяться, что они сочтут это следствием глубокого потрясения и открытия шарингана – все это вполне может вызвать рост резервов, хоть и не такой резкий. *** – Саске! Ты идешь с нами, – громом раздался крик Наруто прямо над моим ухом. Я лениво поднял голову с парты, чтобы увидеть блондинистую макушку. Вторая перемена, которую я намеревался пропустить, уткнувшись носом в парту, только началась, но меня уже досаждают. – Что происходит? – вяло поинтересовался я, раздраженно зыркая на нарушителя моего спокойствия. – Мы с Шика-куном приглашаем тебя на обед, – взял слово девичий голос с другой стороны. Раздумывая над практическим применением огненных техник в закрытом пространстве, я нехотя поднялся, чтобы увидеть стоящих бок о бок блондинов – Узумаки и Яманака. Если приглядеться, то они сейчас выглядят практически как брат с сестрой – оба светловолосые, светлокожие и голубоглазые. Так как смерть в этом мире далеко не окончательна, при случае стоит спросить у Четвертого, чем это он в свое время занимался. Девочка крепко сжимала свою ладонь на запястье полусонной амебы, в которой с некоторой натяжкой я признал Шикамару. Кажется, не у одного меня день не задался. – Нет, – вновь влез Наруто, – это Я приглашаю Саске на обед! – Как напряжно, – непроизвольно вырвалось у меня, когда невинное предложение переросло в очередной спор. Ответом мне стало согласное мычание теневика. От их предложения я, в принципе, отказываться не собирался – на связи, которые стоило бы начать выстраивать уже сейчас, мне плевать, но их компания определенно сможет придать мне немного бодрости. Только, для начала мне стоит их немного успокоить. По возможности – не прибегая к огненным шарам... *** Не скажу, что это было легко, но за несколько минут я смог донести до враждующих сторон, что я за "Мир, дружбу, жвачку" и вообще, меня на всех хватит. Потому, всей дружной компанией вывалившись из душного здания на улицу и устроившись поудобнее – за время учебы дождь сошел на нет и небо успело проясниться – мы открыли свои бенто. Точнее, типично-японскую коробку с собой принесла только Яманака – для меня и блондина никто не готовил, потому мы перебивались купленным на соседней улице ширпотребом, а теневик был достаточно умен и ленив, чтобы носить свою еду в паре небольших и легких свитков. Итачи меня за пренебрежение к собственному питанию по голове бы точно не погладил, но он уже далеко, так что могу себе позволить. Вообще, забавный мир – за всю свою жизнь Саске ни разу не видел кого-то даже отдаленно японской внешности – наверное, самым близким будет сам клан Учиха, где у всех как на подбор были черные волосы и глаза, но при этом даже у нас были вполне нормальные веки. Культура, по крайней мере, в стране Огня, определенно отдает Азией, а всемирный язык – японский с вкраплениями английского. Какой язык вмещает части, которые практически никто из носителей не может выговорить? Возможно, этому есть свое объяснение, которое я упускаю, но все еще – странно. Поначалу Яманака, уже не единожды павшая жертвой шуток джинчуурики, отнеслась к нему несколько настороженно, но потом потеплела. Наверное, года через два все сложилось бы несколько иначе, но сейчас Наруто, видимо, еще не считают полным идиотом. Несколько странно было общаться с семилетними детьми на равных, но это определенно станет очень полезным опытом. В компании, в отличие от разговора один на один, внимания мне уделяли не так много, и я мог без особого риска потренироваться выдавать себя за мой "Оригинал". Хотя, это сильно сказано – память Саске все же оказала на меня довольно сильное влияние. Нельзя сказать, что я полностью вжился в его шкуру, но и особых проблем с имитацией его поведения у меня не возникало.