Ван ржак: художка

      Трафальгар Д. Ватер Ло. В жизни этого человека не было ничего примечательного. Учеба, дом, а после добавилась и подработка в местном кафе… Но всё изменилось, когда будущий медик решил взять в руки карандаш, бумагу и ластик.

***

      Комната находилась в полнейшем хаосе: разбросанные всюду комки смятых листов со старыми кривыми зарисовками людей, органов и прочих частей тела, кусочки ластиков, которые валялись в самых неизведанных ранее местах, опилки от точки карандашей, некогда любимая меховая шапка с пятнистым узором лежала где-то на мятой кровати. Сам же обитатель данного помещения тоже слегка был в беспорядке. Растрепанные черные волосы, уставший и в то же время нервный взгляд серых глаз, который пялится на очередной лист со скетчами, анализируя каждую деталь на предмет ошибок, слегка расцарапанная рука с зажатым тонкими пальцами карандашом, что вырисовывала очередную фигуру одного из посетителей кафе со странноватой шапкой и макияжем…

***

      Ло раньше никогда не задумывался над тем, чтобы начать рисовать, он считал это занятие глупостью, лишней тратой времени и сил. Но он решил попробовать, как только заметил на чеках маленькие записки и рисунки от странного посетителя того кафе, в котором он работал. И рядом как раз валялось одно из тех посланий, которое изменило его жизнь в корне. Хотя нет, не оно, а сам человек, что написал его.

***

— Хей, Ло, почему бы тебе не поступить в художественную школу? Чего зря пропадать такому таланту? Или ты думаешь, что хирургу это не понадобится? — как-то раз в очередной записке, но уже не на чеке, спросил тот самый постоянный посетитель, пририсовав рядом с вопросами весёлую задумчивую рожицу. Когда Трафальгар вытащил эту бумажку из папки, где кладут чек, деньги с визитками и всем прочим, он сначала отмахнулся от этого предложения, но после действительно задумался над тем чтобы поступить в художку. Взяв свою ручку и кусочек бумаги, Ло быстренько черканул ответ. Что-то на подобии «Я подумаю» и небольшой рисунок уставшего человечка. Он аккуратно его вложил в ту папку вместе со сдачей и отнёс обратно к тому, кому она предназначалась. Судя по реакции в виде лучезарной улыбки, адресат был доволен ответом. Однако, его лицо тут же переменилось, когда он взглянул на часы. Видимо, засиделся дольше обычного, а потому поспешил забрать сдачу с запиской и уйти. Но не тут-то было, посетитель запнулся о ножку стола и чуть ли не упал, но зато остался цел и невредим, как и мебель в здании кафе после его ухода.

***

      Трафальгар снова скомкал лист бумаги и выкинул в рядом стоящую мусорку. Почему-то именно за день до экзаменов он не мог ничего нормально нарисовать кроме него. Да-да, из головы Ло до сих пор не выходил образ того человека, а ведь когда-то он просто жизнь спас девятилетнему Трафальгару. Тогда, 8 лет назад, Ло попал в автокатастрофу вместе с родителями и сестрой. Единственное, спасти смогли только его, ведь он чудом остался жив, в то время как родным, мягко говоря, не повезло. Сестра скончалась на месте, а родители уже в палате больницы. Но Ло благодарен и за хотя бы попытку помочь его семье. И благодарен за то, что этот человек не дал своему брату просто проехать мимо, увидев перевернувшуюся и при этом начинающую гореть, машину, а бросился спасать жизни совершенно незнакомым ему людям. Благодарен за то, что временно присматривал за ним в больнице, пока Ло не выписали и не отдали на попечительство какой-то из дальних родственниц, которую он уже не помнит, благо, теперь Трафальгар живёт один и рад этому. Что ж, сейчас Ло решил не испытывать судьбу и отвлекся от своего занятия на уборку срача, который он же и развел. Правда вот, от мыслей о прошлом это его не спасло. В голове снова начали крутиться обрывки воспоминаний с того дня.

***

— Эй-эй, Доффи! Смотри! Тормози! Срочно! — Росинант орал прямо в ухо своему брату, указывая на место, где несколько секунд назад приземлилась машина. — Аргх, Роси! Не ори на ухо! Я торможу-торможу! — Дофламинго не особо был рад останавливаться, но, благо, машин особо не было, так что вынужденная остановка не отменяется из-за нехватки места на дороге. Как только машина остановилась в паре метров от места происшествия, Донкихот младший буквально пулей вылетел из неё, вписавшись в асфальт лицом, но сразу же встав и побежав к покорёженному автомобилю. Старший, конечно, не разделял порывов брата помогать всем и вся, но тут даже он был обеспокоен ситуацией. — Доффи, скорей сюда, помоги их вытащить и быстрее! А ещё, вызови скорую! — прокричал младший, доставая сначала одного ребёнка, но когда он обнаружил второго за пределами машины, то ахнул. Лицо, руки, ноги малышки — всё было в ссадинах и царапинах, где-то даже кожа в кровь разодрана, а из маленького тельца, где-то в районе сердца, торчал кусок чего-то явно острого. Но Росинант, даже несмотря на это, оттащил обоих детей подальше от начинающего гореть автомобиля, в то время как Доффи вытаскивал взрослых. Но виновника аварии не удалось спасти, его легковушка, которая врезалась в машину пострадавших, уже была окутана пламенем, находясь на приличном расстоянии, когда братья подъехали. Как только пожарные, полиция и скорая прибыли на место, врачи уложили раненых на носилки и погрузили в машины, начиная оказывать банальную первую помощь, а пожарники тушили то, что могло вот-вот в любой момент взорваться.       Первым делом Донкихотов отчитали за то, что они сунулись к начинающей гореть машине, зная, что сами могли погибнуть, на что Дофламинго лишь хмыкнул, а Росинант поджал губы, сдерживая нарастающий порыв слёз. Заметив это, отчитывающий их пожарник и бровью не повёл, но продолжил более мягко, утверждая, что если бы не они, то возможно не выжил бы из пострадавших вообще никто. — Извините… — подойдя к одному из медиков, начал было младший Донкихот, как его вежливо оборвал доктор. — Я понимаю, Вы переживаете и хотите знать о их состоянии. Но к сожалению, я могу сказать лишь одно точно — двое погибли, трое пока в живых, но серьезно ранено. — этим доктор вкратце описал ситуацию, на что Росинант лишь сильнее опустил взгляд, уже просто не выдерживая и начиная откровенно рыдать, а Дофламинго пока узнавал на будущее, можно ли будет связаться с больницей, в которую отвезут троих выживших, на что ему ответили положительно и дали адрес с номером ден-ден муши, а Доффи на всякий пожарный, дал свой. Хоть это слегка облегчило ношу братьев, которую они на себя взяли. Но не тут-то было.       Двое из выживших скончались по прибытию в больницу. А третий находился в крайне плачевном состоянии. Он впал в кому. Этим третьим был девятилетний Трафальгар Д. Ватер Ло.       По прибытию домой, улитка Дофламинго тут же забереберекала, оповещая своего владельца о входящем вызове. Старший Донкихот, немедля, поднял трубку. Как оказалось, звонили из той больницы. И дошедшие до Доффи новости совсем его не обрадовали.  — Что-то случилось, Доффи? Это из больницы, насчет тех людей? — на вопросы младшего брата, старший утвердительно кивнул и ответил: — Ещё двое умерло. Остался только тот мальчишка, но и он не в лучшем состоянии. Впал в кому. Врачи даже не знают сколько он в ней про… Эй, подожди, ты что, хочешь туда поехать в такое позднее время? Роси! — Дофламинго недовольно цокнул, когда Росинант, даже не дослушав своего брата, тут же попёрся обратно на улицу, спотыкаясь почти о каждый камень или свою пятку. — Я должен за ним присмотреть! — как иронично прозвучали эти слова, ведь Доффи знал, что даже если бы сейчас врачи не попросили навещать того мальчика время от времени, то Росинант всё равно поплёлся бы к нему, такой уж у него добрый и неуклюжий братец. И как только до младшего дошли слова старшего, что сейчас его в больницу не пустят, ибо ночь на дворе, тот вернулся обратно домой, намереваясь уже завтра сходить к тому ребёнку. Почему-то теперь Роси чувствовал ответственность за этого малыша и искренне беспокоился за него.       На следующий день младший Донкихот, сразу же после завтрака, поспешил, не без спотыканий, собираться в ту больницу. — Роси, тебя подвезти? — Дофламинго уже заранее знал ответ на этот вопрос, но для приличия всё же спросил. — Ага, только зайдём сначала в цветочный, я хочу прийти не с пустыми руками. — как-то даже тихо ответил Росинант своему брату, на что Донкихот старший хотел было начать ворчать, мол, зачем шепчешь, но быстро сообразил, что Роси слегка не в духе, после пережитой ночи и долгой поездки, поэтому не стал лишний раз разводить ссору и ещё больше расстраивать младшего.       Как только они добрались до больницы, младший Донкихот зашёл в ближайший цветочный магазин, откуда вернулся с пышным букетом цветов. — Думаешь, ему понравится? — невзначай спросил Роси. — Откуда мне знать? Он же валяется в коме. — имел неосторожность не так ответить Доффи, на что Росинант вновь приобрёл мрачный вид, — Извини, Роси. Но всё-таки, думаю, если цветы доживут до того момента как малыш проснётся, то они ему обязательно понравятся. Хотя, если так хочешь, можешь запечатлеть их на рисунке, тогда он точно их увидит… — начал рассуждать Дофламинго, однако, Роси, на его последних словах, уже и след простыл. Видимо, подумал Донкихот старший, ушел без него. — Тем лучше, хоть на работу не опоздаю. А вот Роси придётся кому-то подменивать. Не уйдет ж ведь до вечера. — констатировал факт Минго, да пошел обратно к машине, а после и вовсе уехал.       Тем временем Росинант уже сидел в палате, в которой лежал Ло. — Так, его зовут Трафальгар Д. Ватер Ло… Девять лет, день рождения 6 октября, рост такой-то, вес такой-то… — листая мед. карту и не особо вчитываясь в её содержание, Роси узнавал только необходимое об этом ребёнке. Врач лишь сообщил, что, находясь в состоянии комы, пациент может слышать всё, что происходит «снаружи», а потому посоветовал общаться с Ло, да вручил ему эту медицинскую карту для ознакомления. — Таак, — младший Донкихот захлопнул папку, чуть не выронив её содержимое, — ну, здравствуй, Ло! — он широко улыбнулся мальчишке, что лежал напротив него, — на некоторое время я буду твоим, так сказать, собеседником. — с радостью пролепетал Роси, хотя в мыслях его мелькнуло, что это особо и не назовёшь беседой. Ведь Росинанту-то не могут ответить, только лишь писк приборов показывает, что какая-то реакция есть. Но даже это его не остановило. — Если что, то можешь звать меня… — младший Донкихот задумался над тем, стоит ли ему говорить своё настоящее имя. — Коразон! Да, именно вот так и можешь звать меня! — и всё же, Роси сошелся на том, что лучше всего будет использовать его псевдоним. Ведь единственное что может знать его слушатель сейчас, так это его голос. Так почему бы не сделать так, чтобы малыш время от времени переключался с одного шума, на что-то постороннее, что не заставляло бы его волноваться? Может, тогда он оклемается быстрее? Вопрос сложный, но стоит попробовать. — А хочешь расскажу забавную историю об одном до ужаса неуклюжем человеке? И нет-нет, это не я, ты не подумай! Конечно, его тоже зовут Коразон, но это лишь совпадение! — пытался заверить «спящего, но всего слышащего» Ло, вот только, ответа не последовало, хотя даже это Роси не остановило. И вот так, рассказывая и придумывая на ходу истории одну за другой, наш с вами Коразон провёл весь день рядом с молчаливым, но, возможно, где-то на задворках сознания, от души веселившимся Ло. И примерно как-то так прошло полгода. Пока в один день… — Медсестра! Медсестраа! — Росинант отчаянно звал ту медсестру, которая приставлена к Ло. — Что случилось, мистер Донкихот? — в помещение заглянула молоденькая медсестра, — Неужели Вам снова померещилось, что пациент шеве… О господи, я пойду позову врача. — быстро проговорила та и сразу же побежала на поиски врача.       Что же случилось, спросите вы? Да вот что: Коразон имел неосторожность пить горячий чай залпом, а потому как всегда, в силу своей неуклюжести, опрокинулся, но даже не это стало причиной последующих зовов Росинанта о медсестре и вызове той врача. А стало то, что Ло наконец начинал приходить в себя! И это уже точно не глюки Роси, а они иногда бывали в последние полгода. — Хорошо, малыш, сколько пальцев видишь? — доктор показывал перед Ло всего два пальца. — Два. — коротко ответил Ло. Он только недавно пришел в себя, а его уже допросами мучают, как подумал Трафальгар. — Отлично. А теперь, пожалуйста, скажи своё полное имя. — вежливо попросил доктор, на что Ло устало поморщился, но всё-таки соизволил ответить: — Трафальгар Д. Ватер Ло. — Итак, Ло, — начал доктор, — ты что-нибудь ещё помнишь до того как отключился? — Я… — Трафальгар напрягся, пытаясь вспомнить, — Я помню, что мы с семьей ехали в соседний город на фестиваль, а потом… Шум разбитого стекла, кровь, пламя и чьи-то крики… Скажите, с моей сестрой всё хорошо? А с мамой и папой? — теперь пришла очередь Ло сыпать врача вопросами, однако его тут же перебили. — Сейчас важнее что с тобой, Ло. Скажи, как ты себя чувствуешь? Может, головокружение, лёгкая тошнота? — переведя тему, спросил медик. — Ничего из того что Вы сказали. Если только, может, слабость во всём теле… — Ло задумался над тем, а не скрывает ли врач чего-то, но тут же поток его мыслей был прерван хлопком закрывающейся мед. карты. — Что ж, Трафальгар Д. Ватер Ло, пока можешь отдыхать. Завтра тебя вновь осмотрят, поспрашивают. Так что будь, как говорится, наготове. — на прощание проговорил медик, добавив что-то про посетителя, после чего врач вышел из палаты, прикрыв за собой дверь. Только Ло захотел расслабиться и поваляться на мягкой подушке, как через пару минут к нему постучались. — Кто там? — осторожно спросил маленький Трафальгар. — Это я, Коразон. — тихо ответили Ло. — «Коразон? Я думал, это были мои фантазии, пока я находился в коме…» — промелькнуло в голове Траффи. — Войдите. — осторожно проговорил Трафальгар, кутаясь в одеяло и готовясь ко встрече с тем самым Коразоном. — Вхожу. — снова этот голос, который сопровождался скрипом дверной ручки. Но не успел его владелец ступить за порог комнаты, как тут же поскользнулся и упал. Маленького Ло это шокировало, но он тут же улыбнулся, быстро придя к выводу, что всё-таки истории о неуклюжем человеке по имени Коразон это не его выдумки, а что такой человек на самом деле существует. — А ведь Вы говорили и клялись, что Вы совсем-совсем не неуклюжи и что тот Коразон это не Вы. — Ло пристально смотрел на то, как достаточно высокий блондин, метров эдак почти три, в странной шапке, пытается встать, чтобы ничего более не задеть. — Раскусил ты меня. — пролепетал Коразон, наконец поднявшись и присев рядом с койкой Ло. — Так кто же Вы? — поинтересовался Трафальгар, сверля взглядом сидевшего перед ним человека. — Я? Я Коразон. И ты это прекрасно знаешь, Ло. — Росинант как ни в чем не бывало широко улыбнулся. — А на самом деле? Ведь Вы же не просто так навещали меня и рассказывали те истории. — Ло вновь попытался узнать ответ, уж больно интересно ему, что из себя представляет настоящий Коразон. — Хорошо. Так и быть, расскажу, если тебе так интересно. — Роси сдался и начал всё рассказывать, да пытался не проговориться Трафальгару о всех подробностях случившегося, поэтому ему пришлось слегка наврать, ведь не готов пока ребёнок к такому. Хотя, чем дальше оттягивать неизбежное, тем больнее его принять. — Вот оно как… — Ло просто не знал как реагировать, не каждый день такое услышишь. Особенно в формате очередной истории. По лицу Трафальгара начали скатываться одна слеза за другой. — Это очень грустная история, верно, Ло? Но такова правда на самом деле. — Коразон тяжело вздохнул, глядя на плачущего ребёнка, и продолжил, — Смотри, самое главное это то, что ты здесь, жив и здоров, верно? — Ло ему кивнул, — Тогда возьми себя в руки и живи дальше, — большие и тёплые ладони легли на плечи Трафальгара, чуть встряхивая его, — живи, Ло! Ты ещё можешь хоть что-то сделать, не забывай об этом. — Росинант и сам не сдержался, да обнял ребёнка, начиная рыдать вместе с ним. — Кора… зон… Вы меня… задушите… — прохрипел Ло. Видимо, Роси не рассчитал силу. — Ой! Извини. — младший Донкихот тут же отпрянул, вытирая слёзы, будто ничего и не было. А ребёнок, вслед за ним, повторил ту же процедуру. — И как я теперь буду жить? — спросил маленький Трафальгар. — С этим вопросом уже не ко мне, — Роси слегка отвёл взгляд, — а к тому, кто будет твоим опекуном. — И кто же будет моим опекуном? Я думал, это будете Вы… — казалось, Ло не мог расстроится сильнее, но так и вышло. — Нет-нет, мне только 18, ты что, я не могу быть твоим опекуном. — начал отнекиваться Коразон, — На месте меня мог оказаться любой. Вот, я бы, например, не согласился, чтобы моим опекуном стал совершенно незнакомый мне человек. — Роси сделал важный вид, ака я большой и страшный на самом деле, даже совсем не неуклюжий, заверяя, что из него вышел бы совсем плохой опекун. — Но ведь это оказались Вы, Коразон. — Ло начал спорить. Его, конечно, удивило, что Росинант такой молодой, хоть так и не выглядит, но Траффи не подал виду, — И, если бы не Вы, меня бы здесь и вовсе не было. — Ло все ещё очень сильно переживал из-за того, что случилось и ему очень сильно нужна была поддержка. Коразон это понимал, но он не мог согласиться на опекунство в силу того, что он не знает, как обращаться с детьми, да и нашлась у Трафальгара дальняя родственница, что живёт неподалёку и может приютить Ло. — Ох… — Роси вздохнул, на его щеках выступил лёгкий румянец от завуалированной благодарности, — Но я правда не могу. У тебя ещё есть родственники, которым ты ещё нужен. И одна из них решила взять тебя под свою опеку, поэтому я даже претендовать не могу. — Коразон начал слегка теребить завязку с сердечком на конце у своей шапки. Ло же отреагировал на эту новость даже слегка радостно, но он не мог до конца обрадоваться. — Кора-сан… — тихо позвал Ло, после минуты нависшей неловкой паузы. Лицо Росинанта приняло выражение удивления, ведь его никто никогда раньше так не называл. — Д-да, Ло? — слегка опешив, ответил Роси, внимательно смотря на задумавшегося Трафальгара. — Я же ещё встречу Вас? — так же тихо спросил Ло, вновь посмотрев на Росинанта. — А… — теперь Коразон не знал, что ответить, но знал, что можно сделать. На этот случай он подготовил небольшой подарок для маленького Траффи. — Кора-сан, что это? — Ло с недоверием взглянул на небольшую коробочку голубого цвета, украшенную красной ленточкой, которую протянул ему Коразон. — Открой и увидишь. — проговорил Росинант, ожидая реакции Ло. Он вложил в этот подарок все свои карманные, даже Доффи посмеивался над ним из-за него, шутил, якобы, его младший брат пошёл по молодняку. Но нет, пока Дофламинго не был прав. Пока. — О… Ого. — Ло, распаковав коробочку, достал оттуда кольцо на цепочке из молочного янтаря с гравировкой «Трафальгар Д. Ватер Ло», а рядом записочка с надписью: «От совсем не неуклюжего Коразона» и небольшим рисунком букета цветов. Того самого, который Росинант принёс ещё в первый раз. Правда, Траффи не особо любил безделушки и цветы, но это… Это другое. — Именно благодаря этому ты сможешь найти меня. — Росинант показал и своё кольцо, но уже из обычного янтаря, на внешней стороне которого было написано «Коразон», а на внутренней стороне его настоящее имя «Донкихот Росинант». Увы, именно эту часть кольца Ло не увидел, потому что Росинант, в силу своей неуклюжести, задел ногой перила соседней койки на которой сидел Ло, а потому был вынужден отпустить кольцо раньше, чем планировал, ведь подбитый мизинец не требует отлагательств. — Я понял. — Трафальгар улыбнулся, теперь он точно был счастлив. Хоть смерть близких и лежала на нём мёртвым грузом, но почему-то именно рядом с этим человеком Ло не мог долго находиться в печали. — Спасибо, Кора-сан.

***

      Трафальгар тяжело вздохнул. Прибравшись в комнате и сложив все мятые листы со скетчами в одно место, а именно мусорное ведро, Ло с облегчением лёг на кровать, да принялся вновь рассматривать своё любимое кольцо из молочного янтаря, вспоминая все те коротенькие моменты, которые он провёл вместе с Кора-саном, пока его не выписали из больницы.

***

      Вот он, лежит на больничной койке после очередной реабилитационной процедуры, а рядом сидит Коразон и читает книгу Ло, хоть ничего в ней и не понимает, потому что там одна хирургия, которой так увлекался маленький Трафальгар. И как только Кора-сан дошел до операций на сердце, то тут же захлопнул своё чтиво. — Так, я выполнил твою просьбу, Ло. — с победоносным выражением лица провозгласил Росинант, после чего отложил книгу на рядом располагавшуюся тумбочку, чуть при этом не уронив стоящий там стакан. Роси успел его поймать, вот только сам же и упал. Ло как всегда прыснул со смеху. — Кора-сан, а может, ещё партейку в дурака? — у Трафальгара назрела ещё одна просьба, которую Коразон просто так не исполнит, тут нужен повод. — Опять хочешь, чтобы я продул и выполнил твоё желание? — после очередного падения, но всё же сев обратно, ответил вопросом на вопрос Коразон. — В точку, — Ло уже растасовывал карты. Что-что, а играть в дурака он умел и при том хорошо, а с неуклюжим соперником играть было даже легче, — и отказ не принимается! — тут же провозгласил Трафальгар, начиная раздавать карты. Как бы иронично это ни было, козырем в этой игре стали черви. — Вот мне сейчас повезёт, я тебе отвечаю! Потому что черви — это моя масть! — Коразон был настроен на победу, карты прямо-таки, казалось, выигрышные, он уже и желание успел придумать! Вот только, Ло опять победил. — Черви предали меня… — с толикой грусти проговорил Роси, готовясь к приговору. А Ло уже начал потирать ладошки. К нему недавно заходила та самая родственница, что взяла над ним опеку, проведать наконец соизволила. Девушка, с виду, обычная, вот только до жути забывчивая. И в этот раз она забыла косметичку. — Кора-сан, видите на соседней тумбочке пенал? Принесите его пожалуйста сюда, а потом сядьте поближе. — Ло уже предвкушал свой триумф. Как только Роси выполнил эту часть задания, Трафальгар взял в руки косметичку, нашел в ней тёмно-синюю губную помаду и тёмно-красный карандаш для подводки. — И что ты задумал? — спросил не без опасения Коразон. Он и так уже из-за проигрышей в карты Ло претерпел некоторые изменения в своём имидже. Скажем так, стал везде таскаться с черной перьевой шубой, которую не потрудился достать из шкафа Доффи, и сейчас он был одет в рубашку с сердечками. Теперь, видимо, пора к макияжу готовиться. Ну, хоть это ему не в первой, был у Роси грешок на сценах выступать, когда, например, Дофламинго не мог, а заменить такую дылду, кроме собственного брата, было некому. — Сидите смирно и не шевелитесь. — пролепетал Трафальгар, первым делом открывая помаду, а после приступил к подводке. Конечным итогом стало то, что теперь Коразон будет ходить со звездой под правым глазом и нарисованной улыбкой почти на всё лицо.

***

— А ведь Кора-сан даже сейчас ходит с таким макияжем… — Ло усмехнулся, — Так, завтра будет тяжёлый день и хороший сон был бы кстати. — Трафальгар устало зевнул, встал с кровати да поплёлся в душевую приводить себя в порядок. Говорят, весь негатив и ненужные мысли смываются вместе с грязью, что очень даже на руку Ло. Приняв банные процедуры и хорошенький контрастный душ, Траффи возвращается в комнату свежим, как огурчик, и с этой свежестью он снова заваливается в мягкую постель, проваливаясь в царство Морфея.

На следующий день.

      Ло резко встаёт с кровати с ощутимым чувством тревоги внутри, будто он проспал и опоздал на экзамен в художку. Но когда Трафальгар взглянул на часы, то тут же с облегчением выдохнул и успокоился. Времени оставалось ещё много, и он мог спокойно подготовиться к предстоящему испытанию живописью и рисунком. Конечно же, надо не забыть и о кормёжке своего дорогого любимца — Кикоку. А знаете кто это? — Ну же, Кикоку, жри свою мышь. — Траффи пытается впихнуть упрямому питону его любимый кормовой объект, но тот только продолжает прятаться в клубке из своего тела, как бы заявляя, что есть сейчас он не будет. Тогда Ло смирился и оставил мышь внутри террариума. — Чтобы к моему приходу мыши не было. Лучше тебе её сожрать, а то это будет не очень-то хорошо для твоего же здоровья. — проворчал юный хирург (художник), закрывая крышку стеклянного пристанища его змеи.       И да, вы не ослышались. Любимый питомец Трафальгара — королевский питон по имени Кикоку. Для такого рода змей совершенно нормально отказываться от пищи, но не на длительный период, иначе это приводит к истощению и последующей гибели организма. Поэтому Ло очень трепетно относится к своему питоше, если дело касается кормёжки. А теперь, вернёмся к нашим баранам.       Умывшись, позавтракав и собравшись, Трафальгар наконец выдвинулся из дома в путь к художке. К слову, Ло поступал не в обычное ДХШ, а в самую элитную художественную школу «Ван пис», где остаются учиться только лучшие из лучших. А почему бы, спрашивается, не попытать удачу? Вот уже к остановке подходит нужный автобус и Трафальгар, зайдя в него, отправляется к пункту проведения экзамена.

Во дворе ХШ «Ван пис» имени Гол Д. Роджера.

      Ло наконец-таки прибыл на место и теперь осматривался. Здание школы, не скажешь, что особо большое, а скорее средней высоты и старое, но выглядит для своих лет очень даже хорошо. Внутри то и дело копошатся абитуриенты и учителя, одни пришли сюда дабы набраться опыта в рисовании и развить этот навык, другие здесь чтобы помочь в достижении этого. И Трафальгар был как раз-таки в числе первых. Сейчас же во дворе худ. школы собралось достаточно народу, чтобы заполнить её до отказа, вот только в число этих людей входят и родственники, так что на деле всех вполне без проблем раскидают по аудиториям. Да и благодаря спискам Ло уже знал куда ему идти. Как только объявили о том, что можно расходиться по классам, вся толпа сразу же рассосалась. — Третий кабинет… третий кабинет… — бормотал себе под нос Трафальгар, пытаясь найти этот самый кабинет. И он его нашел, конечно, не без помощи местных проводников. — О, так это здесь. Спасибо. — Ло поблагодарил учителя, который помог ему найти нужную аудиторию. — Не за что. Обращайся, если тебе будет нужно ещё что-нибудь показать здесь. — преподаватель вежливо улыбнулся, после развернулся, махнул плащом и поднялся на этаж выше. Трафальгар же поспешил зайти в класс и приготовиться к началу экзамена. Ло, зайдя в аудиторию, ожидал уже чего угодно, но точно не того, что там происходило. — О, смотрите-ка, ещё один пришел поступать! Какими судьбами, дружище? Ты любишь мясо? А как тебя зовут? Меня вот Монки Д. Луффи, можно просто Луффи, или Мугивара. — Траффи сразу же с порога стал сыпать вопросами лохматый пацан в красной жилетке и с соломенной шляпой на спине. Видимо, остальные присутствующие уже знали друг друга, поэтому и не стали обращать внимание на поток слов от Луффи. А вот Ло пришлось, не отстанет же этот Мугивара. — Трафальгар Ло. А сам как думаешь, зачем мне сюда поступать, если я медик, Мугивара-я? — совершенно безразлично ответил Траффи, присаживаясь за свободный мольберт, который как назло оказался рядом с Луффи, начиная готовиться. Кисти, краски, карандаш, ластик, бумага, банка, которую после наполнили водой, палитра и тряпка. Ничего не забыл. Всё теперь на месте и Ло наконец был абсолютно готов, даже время осталось. — Ну не знаю, — протянул паренёк с соломенной шляпой, — может просто так? А что это за странное такое окончание? — Мугивара почесал свой затылок с помощью тыльной стороны кисточки, явно не понимая, почему Траффи добавил к «Мугивара» суффикс «-я». — В точку бьешь, — Трафальгар хотел было ответить что-то на подобии «А чем тебе не нравится моё обращение, Луффи?», но не успел, так как прозвенел звонок, оповещая о начале вступительных экзаменов. — Фу-фу-фу, здравствуйте дорогие мои абитуриенты! — в помещение зашел преподаватель, к тому же весьма эффектно — выбив ногой дверь, благо, она была открыта, но зато какое впечатление это произвело! Все сразу уставились на вошедшего мужчину в солнечных очках странной формы с розовой шубой за спиной, — Что вы вылупились? Это ещё пустяки, если вы пройдёте отбор, то дальше вас ждёт только адский котёл. — он усмехнулся, присаживаясь на свободный стул. От чего-то Ло этот мужик, ростом практически три метра, напомнил Коразона, — Меня зовут Донкихот Дофламинго, я преподаватель живописи и композиции. Если вы попадёте ко мне в класс, ждите худшего. А вон там, — Доффи указал на противоположный конец аудитории, куда тут же обратили своё внимание будущие ученики, включая Трафальгара, — мой брат, Росинанте, преподаёт историю искусств. Фу-фу-фу, он не особо сговорчив вне занятий, неуклюж, зато очень любит свой предмет и готов болтать о нём часами, так что его уроки больше похожи на беседы. Если уж вы попали к нему в класс, считайте себя счастливчиком. — Дофламинго широко улыбнулся, видимо, увидел прифигевшее лицо Ло, — Видимо, кто-то уже знаком с нами. В любом случае, приятно познакомиться и добро пожаловать в ад. — Донкихот старший закончил приветственную речь, а младший в свою очередь, отложив своё чтиво и слегка прикрывшись такой же перьевой шубой, правда, черного цвета, продолжил: — А теперь к делу. У вас есть четыре натюрморта расставленные по аудитории, ваша задача — нарисовать один из них, который ближе всего к вам, в двух техниках, живописи и рисунке. Сейчас вам Доффи расставит печати на листах, и вы сможете начать. На всё про всё у вас есть 4 часа, но это условно, вы, конечно, можете задержаться, если не успеваете, никто не запрещает и не снизит за это баллы. Наша же задача следить за тем, чтобы никто из вас не срисовывал откуда-либо или у своего соседа, иначе мы разбираться не будем и тут же удалим с экзамена. Можете приступать. — стоило Росинанту закончить и ехидно ухмыльнуться, как он тут же упал со стула. До этого повисшая в классе тишина сразу же сменилась смехом. Роси, конечно, не растерялся и вернулся в прежнее положение, не обращая внимание на это, а вот Доффи был зол, но ему придётся прикрыть на это глаза, правда только на сегодня. — Фу-фу-фу, подходите сюда по очереди, я всем вам расставлю печати. Не беспокойтесь, чернила не закончатся так быстро. — казалось, будто Донкихот старший хотел сказать совсем не это, а скорее то, что он всех убьет, если кто-то хоть ещё раз посмеет посмеяться над его дорогим младшим братцем. И это возымело свой эффект, все успокоились, почувствовав угрожающую ауру Дофламинго. Однако, на парочку людей это не сработало, так как они и так молчали, потому что они либо знали, что с ними за это будет, либо как Ло, были знакомы с Росинантом и понимали какого ему сталкиваться со своей неуклюжестью день за днём. В прочем, не смотря на «слегка» не скрытую агрессию Доффи, к нему всё же начали подходить ребята, дабы он соизволил поставить свою великолепную печать на их ничтожные листы. А когда подошел Ло, то Доффи даже перестал злиться, перейдя на более серьезный и спокойный тон. — Тебе поблажек не будет, я не мой брат. — невзначай проговорил Минго, проставляя печати на листах Трафальгара. — Я и не надеялся на них, Дофламинго. — так же ответил Ло, забирая листы и возвращаясь на место. Такая реакция очень даже устроила Доффи, видно, пацан действительно опирается только на свои силы, а это важно в какой-то степени.       Что ж, теперь, когда все печати были расставлены, экзамен наконец начался. Каждый, из присутствующих здесь подростков и детей, старался выложиться на полную, дабы оправдать желания кого-либо. Родителей, друзей, преподавателей… а может и свои. Впрочем, отсеивание уже началось. Дофламинго и Росинант уже начали прикидывать из кого стоит что-то лепить, а из кого нет, хотя не факт, что их ожидания подтвердятся. Всё определит композиция. Ведь именно она показывает то, как ученик применяет свои знания на практике.       Время шло. Не успеешь и обернуться, как в классе оставалось всё меньше и меньше людей. Кто-то практически в начале, по крайней мере через два часа, сразу сдавал готовые работы. А кто-то как Ло, упорно сидел и вырисовывал всё, что считал необходимым и то, где нужно сделать акцент. Можно подумать, он ходил на подготовительные курсы, но нет, это Роси давал наставления в своих записках. Не вспомнив эти советы, Трафальгар бы так и не сдвинулся с мёртвой точки, да и мог закончить работу как попало, сдав её ещё в начале.

***

— Фух, наконец всё… — с неким облегчением выдохнул Траффи, вытирая пот со лба. Однако, он был единственным, кто действительно задержался. И Ло был рад этому, так как смог закончить работу практически в полной тишине. Ведь когда кто-то шумит сложно сосредоточиться на чем-то, верно? — Если ты действительно всё, то сдавай уже. — наконец подал голос Дофламинго. Видимо, ему уже надоело ждать пока Трафальгар закончит, хотя, например, Росинанту было всё равно. Он сидел себе и читал книжку, будто никого и ничего не слышит. Впрочем, так и было, потому что он заснул и уже вовсе не читал. И так бы продолжалось, пока его чтиво не упало на пол, а сам он не проснулся от шума. — Ааах… — потянулся Коразон, слегка зевнув, да чуть не навернувшись со стула в очередной раз, — уже всё? Быстро, однако. — промолвил он, поднимая упавшую книгу. — Сказал тот, кто проспал весь экзамен. — проговорил Ло, отдавая свою работу по композиции в руки Дофламинго, — Вы бы постыдились, Кора-сан. В отличии от Вас, Дофламинго всё-таки следил за всеми. — на этих словах Трафальгар уже развернулся лицом к Кора-сану, а Доффи довольно улыбнулся, явно издеваясь над Росинантом, да кивнул ему, типа, это твой шанс нормально поговорить с ним. — Когда такая тишина в классе, грех не уснуть. — Роси широко улыбнулся, однако Ло это совсем не казалось весёлым, — Впрочем, Ло, как насчет того, чтобы зайти к нам с Доффи в гости? Можешь не отвечать сейчас, дашь мне свой ответ после того, как узнаешь результаты. — и на этих словах Коразон подошел к Трафальгару, который уже успел собраться. — Как же ловко Вы меняете темы. Но я обязательно подумаю над этим. — Росинант мог поклясться, что он впервые увидел от Ло такую хитрую лыбу, что та даже вызвала мурашки по его телу. Что-то подсказывало Роси, что зря он пригласил Трафальгара, но деваться некуда. — Буду ждать с нетерпением, Хирург смерти. — Коразон, похоже, тоже решил поставить своего собеседника в неловкую ситуацию, наклонившись и проговорив эти слова прямо ему на ухо. И это, как ни странно, возымело свой эффект. Ло натянул свою шапку, да так, словно пытался лицо туда спрятать, а не вовсе только глаза прикрыть. Роси вот не было видно, почему Трафальгар хочет личико своё скрыть, но зато Доффи видел, ибо всё ещё сидел, да пытался не расхохотаться раньше времени. — Обязательно, Кора-сан. — на этих словах юный хирург (художник) поспешил ретироваться из помещения. В тот же момент, как Ло покинул аудиторию и саму школу, раздался смех Дофламинго. — Фу-фу-аха-ха! Роси, что ты наплёл ему на ухо? Он был весь красный как помидор! — Донкихот старший любил добавить красок там, где не надо, однако, Роси всё же совершенно спокойно ему ответил: — Всего-навсего назвал по прозвищу. И не сочиняй, он не может быть красным как помидор. Характер у Ло не тот, Доффи. — Росинант открыл окно, удивительно, без происшествий (!), да закурил сигарету. — И чего ты так прикопался? Я ещё не настолько в свои почти 26 опустился чтобы быть педофилом. — Дофламинго тут же устроился рядом с братом, а то ещё Коразон вывалится, пока будет курить. Пусть даже тут и первый этаж. — Заметь, это сказал не я. — уже более спокойно проговорил старший Донкихот. — И я ещё не докапывался, фу-фу-фу. Но согласись, он тебе нравится. Я же вижу, Роси. К тому же, если не ошибаюсь, ему в этом году 18. Так что ты априори не будешь педофилом. — Доффи погасил сигарету брата, иначе Коразон случайно бы себя поджег. На это Роси лишь хмыкнул. — И когда же, спрашивается, ты это заметил? — Росинант взглянул на брата. Он сам сейчас не понимал, что чувствует к Ло. Возможно, Дофламинго прав, и за те два года общения через записки и мимолётные разговоры, младший Донкихот и впрямь влюбился в того, кого когда-то спас. — Как только заметил, что вы оба переписываетесь через какие-то бумажки. Я их увидел на твоём столе. — невзначай подметил Доффи и продолжил, — А ещё ты становишься рассеянным, когда он рядом. Доказательство тому то, что ты заснул на экзамене. Хотя обычно такого с тобой не бывает. — Минго хитро улыбнулся, а Роси сдался. — Как же я ненавижу, когда ты прав. — Коразон схватился за голову, пряча лицо в завязках своей любимой шапки, — И что ты думаешь я должен ему сказать, когда мы в следующий раз встретимся? Привет Ло, извини, но я в тебя втюрился? Да он же меня просто убьет! Порежет на кусочки и своему питоше скормит… Так не пойдёт, Доффи, понимаешь? — младший Донкихот нервно засмеялся и чуть не упал за окно, но его вовремя подхватил старший. — Эй-эй-эй, Роси, успокойся. Теперь уже ты преувеличиваешь. Не думаю, что Ло так сделает. Хотя, он скорее поиздевается над тобой, если ты будешь его первым пациентом. — Дофламинго попытался подшутить, но увы, не сработало. Росинанту совсем не понравилась такая шутка. — Успокоил, блин. — Роси фыркнул, убирая от себя руки брата, — Я поеду домой сам. А ты как хочешь, можешь хоть здесь остаться ночевать. — Коразон поспешил выйти из класса, ему нужно было успокоиться и придти в себя. Доффи же не стал его останавливать, потому как знал, что лучше не стоит больше вмешиваться, иначе испортит Роси настроение окончательно.       А тем временем, погода становилась всё хуже и хуже. Небо затягивалось тучами, стали падать первые капли дождя, пока всё это не превратилось в набирающий силу ливень. И только у двоих этот ливень сочетался с бурей внутри их душ.

***

Ближе к 15 июля. Вывешены результаты вступительных.       Народу, честно говоря, было много. И все уже успели просмотреть свои результаты на доске объявлений. Кто-то был рад, что смог поступить, а кто-то уходил со слезами на глазах. А кто-то и вовсе понял, что это либо не его, либо надо стараться лучше и попробовать в следующем году. — О-ого… — Ло, откровенно, был в шоке, найдя свою фамилию на этой доске, где вывесили ФИ всех, кто был на экзамене, да ещё и с отметками. Он поступил. Пусть балл и не самый лучший, но благодаря нему он смог прорваться в, черт возьми, самую элитную художественную школу. Но того ли он хотел? Наверное, нет. Но что же заставило его сделать этот шаг, чтобы вот так вышло? Вернее, кто. Но это-то мы с вами уже знаем. И этот кто-то уже успел грохнуться прямо за спиной Трафальгара, заставив того вздрогнуть от неожиданности, когда он уже хотел покинуть здание школы. — Кора-сан, будьте осторожней в конце-то концов. — Траффи тяжело вздохнул и обернулся в сторону Росинанта, который уже успел встать. — Прости-прости, — Коразон неловко улыбнулся, — ты же знаешь, что это не лечится. Кстати, давно не виделись, Ло. — Роси подошел поближе к Ло. — Да, месяц, если не ошибаюсь. — Трафальгар уже предвкушал, как обрадует Кора-сана. — Верно, но ты лучше мне вот что скажи, какие у тебя результаты? Поступил? А то Доффи от меня до последнего вздоха твои успехи прятал. — Росинант слегка рассмеялся, вспоминая, как пытался утащить у Дофламинго предварительные результаты, чтобы поглядеть, справился Ло или нет. Правда, из-за своей неуклюжести и наблюдательности Доффи, у него это не вышло. — На удивление, я поступил. Правда с не самым луч… — не успел Траффи договорить, как его тут же зажали в объятьях. — Поздравляю, Ло! Это надо отметить! — Коразон не сдерживался, ибо действительно был рад за Трафальгара, но когда Ло слегка начал задыхаться, то тут же ослабил хватку. — А ещё, я согласен. Если, Вы, конечно, ещё не забыли про тот вопрос. — отдышавшись после крепких объятий Роси, проговорил Траффи. — Прекрасно, — Росинант широко улыбнулся, — у меня вообще-то дел в школе нет, как и у Доффи, так что всё складывается как нельзя лучше. А как у тебя с твоей работой в кафе? — у Коразона было явно хорошее настроение. Они с Трафальгаром уже успели уйти на приличное расстояние от школы, направляясь в то место, где их ждал Дофламинго. — Вполне нормально. Я взял отпуск на две недели. — Ло поправил лямку от чехла своей гитары. Он её специально взял, ибо Роси как-то упоминал про своё с Доффи музыкальное прошлое, а Трафальгар просто по глупости пообещал что-нибудь сыграть ему. — Ого, а в честь чего? — поинтересовался Росинант. — Нужно подготовить кое-что. — Ло не стал сразу раскрывать все карты, пусть лучше Роси гадает. — Хм, понятненько. — Коразон слегка обиделся, но не подал виду, вспомнив о том, что надо бы взять что-нибудь перекусить, а потому завернул в ближайший супермаркет, поскользнувшись прямо на входе в здание. Трафальгар на это лишь слегка улыбнулся да помог встать. За то время пока Ло и Росинант бродили по магазину, оба не обмолвились и словом, пока… — А я не знал, что Вы курите, Кора-сан. — проговорил Траффи, заметив выпавшую из кармана Роси пачку сигарет. — Ты многого обо мне не знаешь. — парировал Коразон, поднимая то, что умудрился уронить, просто высунув руку из кармана, потянувшись за банкой с повидлом. — Так почему бы нам не узнать друг друга получше? — неожиданно предложил Ло, — только, с чего бы начать?.. — и тут Трафальгар задумался. Росинант наконец забрал с полки ту самую банку и присоединился к раздумьям своего подопечного. — Скажем… Какие у тебя предпочтения в еде? Всё равно праздновать твоё поступление будем, так хоть уверен буду, что тебе всё понравится. — спросил Коразон и тут же поскользнулся да упал. Хоть банку не разбил, а вот полки аж слегка затряслись. — Люблю жареную рыбу и онигири. Терпеть не могу хлеб и умэбоси, — спокойно ответил Ло, придерживая полки, чтобы они ненароком не упали от обострившейся неуклюжести Росинанта, — а у Вас какие? — в свою очередь спросил Трафальгар. — По-моему это-то ты знаешь, — Роси улыбнулся, поднимаясь, — но раз уж на то пошло, то я люблю умэбоси, капусту, салат. Ненавижу пиццу и хлеб. — Кора-сан положил злополучную банку с повидлом в корзину с продуктами, которую держал Траффи. — И то верно. Я даже знаю, почему Вы ненавидите пиццу, — Ло позволил себе слегка улыбнуться, вспоминая один случай. Но после прервал паузу, — так, а теперь следующий вопрос. Любимые животные? Мои: рептилии, снежный барс и ворон. — Траффи выжидающе уставился на Роси. — Хмммм… — Коразон основательно задумался, он любил практически всех зверей и выделить кого-то любимчиком было невероятно сложно, но он всё же смог припомнить парочку таких, — думаю, у меня это: попугаи, чёрный фламинго, собаки, а именно корги, ну и гекконы. — Коразон вместе с Ло уже подошли к другому стенду, где они продолжили расспрашивать друг друга о всяких мелочах.       И, когда эти двое уже выходили из магазина с кучей еды в пакетах, улитка Роси завибрировала, оповещая о входящем вызове. — О, это Доффи, — Кора-сан поднял трубку, — Алло? — на другом конце облегченно вздохнули. — Росинанте, какого черта ты так долго не отвечал на мои звонки?! Ты где сейчас? — Дофламинго был явно не в лучшем настроении, раз назвал брата полным именем. — Ох… — видимо, у Коразона ден-ден муши снова переключился на вибровызов, от чего Роси и не заметил предыдущих звонков, — Мы с Ло в супермаркете, неподалёку от художки, как раз уже напра… — не успел блондин договорить, как его тут же перебил Доффи, ибо он был действительно чем-то взволнован. — Я подъеду к вам, стойте у входа, — проговорил Дофламинго, хотя было опустить трубку, но вспомнил, что хотел ещё сказать, а потому продолжил, — Нам нужно будет поговорить о кое о чём. — теперь трубка была повешена, а Роси оставлен в недоумении, что тут же заметил темноволосый юный хирург (художник). — Что-то случилось, Кора-сан? — поинтересовался Ло, собирая в пакеты всё то что они успели накупить, пока Коразон стоял, находясь в небольшом шоке. — Видимо что-то, чем Доффи очень сильно взволнован и недоволен одновременно. — Росинант было хотел взять пару пакетов, чтобы Трафальгару не пришлось всё тащить самому, как подросток слегка грубо отодвинул его руки, как бы напоминая, что блондин всё ещё неуклюж, а потому решил уступить. Не успели они только выйти, как после пары минут Дофламинго был тут как тут и подъехал к ним. — Покупки в багажник и бегом в машину. По дороге объясню. У меня для вас обоих есть парочка новостей. Хороших и… Не очень. — Донкихот старший сделал акцент именно на последних словах.       Как только все расселись по местам, а пакеты вместе гитарой покоились в багажнике целыми и невредимыми, автомобиль тут же двинулся с места по направлению к дому, где жили братья Донкихоты. Темноволосому студенту оставалось лишь гадать, что же ждёт его в гостях у Росинанта и Дофламинго. И кто бы мог подумать что это обернётся крайне интересной ситуацией.