Good boys go to hell

-Кем она работает? – Чимин все еще смотрел на закрытую дверь. — Никем. Она жена Чонгука. -Серьезно?! Она?! Он променял ее на … -Закройся! — Тэ грубо сжал ладонью рот брата.- Надеюсь, ты ничего ей не ляпнул? Чимин отрицательно мотает головой, незаметно засовывая клочок бумаги с телефоном в задний карман джинс. Он сейчас думал лишь о том, какой он везунчик. Сама жена Чона дала ему свой номер с недвусмысленным намеком. Рыжему так и хотелось поиграть с огнем, а то в последнее время он стал очень тихим. Тэхен ни разу даже не слинял к Чонгуку. Хотя может он его уже отшил? Надоел за два-то года? Эта мысль согревала душу младшего. Но сейчас ему кажется, что это лишь затишье перед женой Чона. Не то, чтобы Чимин прям втрескался в эту Сунан, но она красива и сексуальна. Отрицать это бессмысленно. Но Тэхен по-прежнему не давал ему покоя в мокрых снах. Чиму снился один и тот же сон. Он прокручивал в голове тот самый момент, когда пальцы брата окольцевали набухший член и довели до самого яркого оргазма в жизни. И еще он видел, как изводил себя Тэ, но уже наяву. Какие демоны совести не рвали старшему душу, Чимину было жаль его. Трудно не почувствовать запах медикаментов, которыми блондин протирал свои раны, в туалете. Рубашки и кофты с длинными рукавами не давали покоя, хотелось посмотреть что там под ними. Рыжий никогда бы не подумал, что станет жалеть брата. Возможно он начинает взрослеть и понимать, что так изводить Тэхена нельзя. А возможно у него просто сидит внутри эгоистичное желание не извести брата так скоро. — Я с ней почти не разговаривал. Расслабься. Пошли уже домой, истеричка. На пути к кухне, он замечает Чимина, крутящегося около зеркала. — Ты куда собрался? — А тебя ебет? — парень выгнул бровь, смотря на старшего. На часах почти девять, не трудно догадаться, куда можно пойти в такое время. Но Тэ все равно спрашивает. Каждый раз спрашивает и каждый раз получает один и тот же ответ. Но все равно беспокоится о младшем, хотя никогда его не останавливает, просто не сможет, Чимин по-любому уйдет и разрешение ему не нужно. — Хен, не смотри на меня. Иди и умойся, а то рожа кислая как лимон. Самому не стыдно? Поэтому ты и сидишь целый день дома потому, что Чон уже заебался смотреть на твою мину! — Да что ты знаешь? — старший грубо сжал воротник кожаной куртки Чимина, желая стукнуть мелкого затылком о стену.- Ты не имеешь права меня осуждать, понял? Я твой хен, твой брат. И мне не нужно твое, как ты сказал «благословение». Я хотя бы не трахаюсь с кем попало! Блондин резко отнимает ладони , выпуская из рук воротник. Он хотел сказать что-то еще, но гнев затуманил голову, не давая собрать слова в предложение. Пальцы сжались в кулаки до кровавых полумесяцев на ладонях. Его самая больная точка, кодовое имя - Чон Чонгук. Тот фрагмент его жизни, который выводит из душевного равновесия. — Вау! А я думал ты тряпка, — с этими словами Чимин выходит из квартиры, делая вид, что ему ни капли не обидно. Впрочем, ему и правда не обидно. Он скорее восхищен и возбужден. Таким он еще не видел своего брата. Разъяренным, злым, немного отчаянным. Такой Тэхен будет сниться Чимину еще очень долго и младший постарается заставить старшего еще раз показать эту сторону своей личности. Только о последствиях он совсем не думает. И об очередных царапинах на руках брата тоже не узнает. Тэхен больше не выкидывает ватки в туалете, он просто смывает кровь водой, не оставляя следов. — А где твой муж? — парень присаживается на диван, осматривая девушку, стоящую перед ним в одном шелковом халате, с ног до головы. — Мы не живем с ним вместе. Никогда не жили, — шатенка присаживается рядом с гостем, не специально задевая слегка оголенным бедром его ногу, и протягивает бокал с вином.- Так что не беспокойся. — Мне нечего бояться, — Чимин берет в руку бокал и осушает содержимое полностью, выдавая этим свое волнение — Давай сразу уясним несколько правил. Сунан резко поднимается на ноги и становится перед рыжим со скрещенными на груди руками. — Думаю, ты и так понимаешь, что рот надо держать на замке, так? — парень кивает.- И надеяться на продолжение, если я того сама не захочу, не следует, — Чимин ехидно улыбается, понимая, что девушка по-любому захочет.- Отлично. Шатенка жмет на кнопку пульта в своих руках, после чего панорамные окна с тихим шелестом закрываются плотными шторами, а свет слегка приглушается и уже не кажется таким ярким. Сунан скидывает с себя халат, оставаясь в одном кружевном белье, из-за темноты оно кажется черным, но сейчас это не столь важно. Она усаживается на колени к парню и без лишних слов начинает расстегивать пуговицы на его рубашке. Ее действия неторопливы, последовательны, словно она действует по плану. — А вы не отличаетесь скромностью, госпожа Чон, — Чимин расстегивает нижние пуговицы, чтобы побыстрее избавиться от ненужного предмета одежды. Когда с рубашкой покончено, девушка оставляет дорожку поцелуев на ключицах, слегка полизывая языком бледную кожу, пробуя на вкус, пока парень избавляет ее от ненужного белья. — Моего мужа сложно впечатлить. Он не терпит прелюдий, — как бы между делом отвечает шатенка, даже не подозревая, как ценна эта информация для парня. Сунан легко расправляется со штанами младшего и снимает с него белье, все также усаживаясь сверху, не отводя глаз от столь сексуального парня. Он увлекает ее в мокрый, пошлый поцелуй, без намека на нежность. Языки сплетаются в развратном танце, поглаживая небо, зубы, заходя за щеки. Струйка слюны течет по подбородку девушки, но она не обращает на это внимания, елозит на бедрах парня, заставляя того глухо простонать в поцелуй и ухватится за ее упругие ягодицы, раздвигая их, сжимая с яростью. Они упиваются друг другом, в погоне желая присвоить то, что им не принадлежит, представляя совсем других людей. Борясь за неосязаемое чувство удовлетворения и невидимого счастья. — И еще, — шатенка неожиданно отодвинула рыжего, между ними повисла нить слюны, которая позже капнула на грудь девушки.- никаких меток: засосов, царапин, шлепков. Этого быть не должно. Ты же не хочешь проблем? Чимин кивает и переворачивает их на диван, подминает под себя женское тело и вставляет облизанный палец в задний проход. Затем два, три. И поняв, что шатенка уже растянула себя до его прихода, нагибается и шепчет ей на ухо: — А можно на ковре? Сунан поворачивает голову и смотрит на мягкий белоснежный ковер рядом с диваном и медленно кивает. Спустя мгновение рыжий нависает над девушкой, поворачивая ее к себе спиной, придерживая за талию, входит на всю длину. Если это только секс, то церемониться незачем. Шатенка уперлась в пол локтями, которые елозят по ковру с каждым толчком парня, кожа уже в этих местах содрана, но боли даже не чувствуется. Шлепки тел друг о друга, стоны обоих и сбитое дыхание наполняют комнату целым оркестром звуков. До этого здесь было слишком тихо, прям как в квартире Кимов. Чимин размашисто вдалбливается в тело шатенки не заботясь о ее наслаждении, растворяется в собственных иллюзиях, полностью отдаваясь инстинктам. Девушка под ним стонала и кажется ловила кайф от чужой жесткости. Он смотрел на спину, покрывшуюся потом, и озлобленно вбивался, стараясь не сильно сдавливать чужие бедра, чтобы не было синяков. Сейчас у него в голове только злость, только Чонгук, которого он ненавидит, Тэхен, которого до судорог хочет. И осознание, что он прямо сейчас трахает его жену на ковре у нее дома, разливается по венам волнами торжества, своеобразной мести человеку, который не помышляет об этом. Он не знает в каких отношениях Сунан и Чонгук, не до конца понимает есть ли отношения между последним и Тэхеном, но он хочет сделать Тэ своим и пока тело под ним вскрикивает от оргазма, парень отбрасывает посторонние мысли, закрывает глаза и старается не произнести вслух заветное «Тэхен». — Кончи. И Чимин так и делает. Изливается в нутро, заполняя спермой, и валится рядом на ковер, пытаясь выровнять дыхание. Несколько минут он лежит с закрытыми глазами, подмечая шорохи около себя. Сунан уже в халате и с сигаретой в руках стояла у окна. — Я вызову тебе такси. И все. На этом их встреча закончилась. Чим не знал встретятся ли они еще раз, но втайне надеется. Не столько из-за секса, сколько из-за тех вопросов, что не решился задать. А их было много и все о Чонгуке. Вообще все это было немного странно, на самом деле. Сунан ничего кроме имени не знает о нем, даже возраста. Наверно, она хотела лишь секса, так как у ее мужа есть свой персональный любовник в лице его брата. И еще ему ни капли не стыдно, что иногда он представлял Тэхена вместо этой шлюхи. Чимин приходил к госпоже Чон три раза в неделю как по расписанию. Сначала он пытался сам завести разговор с девушкой, но она сразу же уходила с сигаретой в руках на балкон, ожидая, когда тот уйдет. Сунан было всего 22 года, а она уже курила, изменяла своему мужу (хоть тот тоже не безгрешен) и казалась гораздо старше своих лет, но с тем же прекрасным лицом. Без косметики она была похожа на ровесницу Чимина, внешне младше своих лет, что видимо ей самой не нравилось. — Это брак по расчету, Чимини, — как-то сказала она.- Мне не уйти от него. Если я это сделаю, то останусь без семьи и наследства, как и сам Чон,- слова дались ей с большим трудом. Очень сложно рассказывать то, что уже три года вертится в твоей голове и не дает покоя. Сунан ни с кем не разговаривала об этом, но в Чимине увидела свое отражение, хотя кроме его имени ничего о нем не знала. И не хотела знать. Зато тот, в свою очередь, хотел знать о ней все, что лишь льстило шатенке. — Ты его любишь? -Люблю. Но, знаешь, я понимаю, что не смогу добиться того, чего хочу, если буду просто смотреть на него и довольствоваться этим. Чимин не увидел скрытый смысл этих слов, поэтому продолжил задавать вопросы, пока выпал такой шанс: — Как часто вы спите? Сунан хмыкнула, но ответила: -Не чаще, чем с тобой. Может раз в два или три месяца , еще ужин с родителями обязательно. Знаешь, они даже думают, что мы живем вместе, хотя между нашими квартирами десятки километров. Насколько надо быть поглощенными в свою работу и деньги, чтобы не видеть, что собственная дочь не любима мужем. Чимин лишь лежа смотрел на сгорбленный курящий силуэт на кровати. И ему стало впервые в своей жизни искренне кого-то жалко. Ему захотелось обнять девушку, но это было лишнее. Не стоит проявлять нежность или что-то подобное, между ними лишь секс и разбитые сердца. Привязанность только усугубит их недоотношения. А ведь Чим пробрался в ее постель с чувством сладкой мести, а в итоге получил лишь горькую правду. Кто кого еще использовал. -Почему ты… почему ты изменяешь ему если любишь? -Ему можно, а мне нет? Знаю, это звучит по-детски. Но мой ответ тебе не понравится, — она усмехнулась, но так и не повернула головы. Чонгук уехал на месяц и Чимин не боялся быть застуканным, хотя в тайне очень этого хотел. Все же эта мерзкая жилка эгоиста горела внутри синим пламенем, опаляя желание насолить Чону. Брат как всегда смотрел с недовольным обеспокоенным лицом, провожая того если дома. Несколько раз Чимин как бы случайно касался рукой руки Тэ, или спины или бедра. Тот не замечал как после этого рой мурашек прокатывался по телу младшего. Рыжий стал более спокойным, хоть это и давалось ему с большим трудом. Видимо, кому-то стоит сходить на курсы управления гневом. Он решил быть более мягче к брату, по-своему это выражая, чем пугал Тэхена только сильнее, хоть и не замечал этого. -Извини, что опоздал. -Ничего, — брюнет машет рукой на сидение напротив, намекая сесть.- Я уже сделал заказ на двоих, если ты не против. -Нет, конечно. Спасибо. Так о чем ты хотел поговорить? — Тэ повесил свое пальто на спинку сидения и посмотрел на Чона по-настоящему. Впервые за весь прошедший месяц они наконец-то встретились. Поймав на себе глаза младшего, Тэ понял, что тот какое-то время пялился на него и отвел взгляд в сторону окна. — Сунан попросила отца дать ей разрешение работать в нашей компании. — И? — И … Блондин не понимал где здесь проблема, ведь на работе они никак не показывают свои «отношения». Хотя нет, стоп! Тэ, видимо, забыл, что Сунан — жена Чона, а не очередной работник. Какие бы ни были у них отношения, Тэ любит Гука и терпеть рядом с ним эту девку ему совсем не хочется. Но кто он такой, чтобы выражать свое недовольство. - Ты сам знаешь, что у нее что-то есть. Она бы не стала мне солить. Сунан сама себя этим унизит. Но я попрошу тебя переселится в кабинет в конце коридора на время. -Чон, я хоть раз давал окружающим повод думать о том, что между нами есть отношения? Тэхен всегда знал, что у Чонгука лишь один авторитет. Его отец. Ни один человек не имеет столько власти над Чоном сколько он. И брюнет сделает абсолютно все, что тот ему скажет. Это была его единственная слабость. Тэ тоже хотелось быть этой слабостью. Поэтому любопытная шатенка никогда не была проблемой для Чона, но его все равно что-то гложило. — Либо отпуск, либо переезд. Выбирай. — Хорошо, как скажешь. Ты уже говорил с ней? — Да, она хочет, чтобы я приехал к ней сегодня, но я отказался. -Она наверно расстроилась, — Тэ взял в руки кофе, сделал глоток. — Будто меня это волнует. Я знаю, чего она хочет, но я не в настроении сегодня ложится к ней в постель. Как долго Ким добивался таких моментов, как сейчас. Чтобы просто сидеть и разговаривать. Разговаривать о жизни. Раньше между ними и правда был лишь секс, но потом появилось чувство доверия. Чон сам не замечал, как рассказывал Тэ о своих проблемах. А тот в свою очередь внимательно слушал и иногда, очень редко, говорил о своих. Хотя у него только одна проблема — Чимин. Чонгук сам по себе неразговорчивый. Намджун как-то сказал, что младший был самым застенчивым в классе и Тэ до сих пор в это не верит. Но когда Гук просто начинает говорить об отвлеченных вещах, в постели или на работе, внутри у блондина разливается приятное теплое чувство. Может это и самообман, но Тэ не хочется из него выходить. Хотя когда разговор касался других людей, побывавших в постели Чона, невидимая нить надежды на взаимность рвется внутри. — Через неделю будет прием у отца, какая-то там важная встреча. Все сотрудники приглашены. Мина пойдет , Джун тоже, Сунан со мной в качестве пары. Я хотел, чтобы и ты тоже пришел. — Зачем? — Потому, что хочу. И сердцу Тэхена этого достаточно, чтобы ответить да. — И Тэхен… — М? — Ты же понимаешь, что никаких отношений у нас нет? А вот сейчас больно. -Быстрее давай. Чимин вваливается в спальню Сунан, не отрываясь от ее губ и пытаясь расстегнуть ремень на джинсах. Он падает на кровать и девушка седлает его бедра, снимая майку. Звон дверного звонка заставляет обоих вздрогнуть и замереть, чтобы снова услышать это и понять, что не показалось. — Ты ждешь кого-то? — Нет, — девушка недоуменно слезает с парня и велит ему спрятаться в шкафу. Сама она надевает халат и идет к двери. — Чонгук? Ты что здесь делаешь? — улыбка обволакивает миловидное личико, стараясь скрыть дрожь. — Ну, ты же хотела поговорить, вот я и пришел, — брюнет заходит в спальню, ожидая, когда хозяйка дома последует за ним. -Но ты же сказал, что занят и не придешь. -Я передумал. Так, что ты там хотела сказать? Сунан слегка замялась, приход Чона озадачил ее и все о чем она сейчас думает, так это о парне в шкафу. — Я так и думал, — после некоторого молчания произносит брюнет, — раздевайся. Гук снимает пиджак и кидает его в кресло, после чего ослабляет галстук, что подарила ему жена. Если бы его и правда интересовали разговоры, то он бы просто позвонил. Но ему доставляет удовольствие недоуменное лицо девушки. Она сама его позвала, он понимал, что разговоры тут никто вести не собирался. — Может, сделаем это в душе? — она медленно снимает халат, выставляя напоказ новое нижнее белье и с самодовольной улыбкой идет в сторону мужа, надеясь, что он согласится и Чимин сможет уйти. -Не интересует, — Гук грубо кидает ее на кровать и избавляется от собственной одежды, но штаны и белье до конца не снимает. Чон разворачивает девушку к себе спиной. — Кстати, — парень застегивает последнюю пуговицу на рубашке, — отец сказал, что ты можешь послезавтра приступать к работе. С этими словами он вышел из квартиры, оставляя девушку лежать на кровати и стонать от боли в пояснице. Чимин вышел из шкафа через десять минут. Его напуганные глаза смотрели на бездвижное тело на кровати. Картина, что он увидел просто повергла в шок. Он чувствовал себя грязным. То, как Чон насиловал (по-другому не скажешь) свою жену было на грани его сознания. — Уходи, — прохрипела девушка, услышав шаги около кровати — Я могу помочь… — Ты помог, правда. А теперь оставь меня и иди домой Чимин не попытался снова предложить помощь потому, что ему не хотелось. Перед глазами до сих пор простыни, испачканные спермой и немного кровью. За время секса, Чон кончил два раза, заботясь лишь о своем наслаждении. Это было жестоко и развратно, будто только что посмотрел сцену изнасилования из порно. На минуту Чим подумал о Тэ. Неужели Чонгук так же к нему относится? И Тэ позволяет? Зная блондина, не трудно догадаться, что он терпит, если это правда. Но зачем? Рыжий останавливается у дверей. Догадка бьет битой по лицу. Но принять ее нет сил. Тэхен любит Чонгука.